Школьная жизнь всей этой романтической истории несёт одну лишь ложь.

      — Юкиносита Юкино-сан? Я был удивлён, заодно и шокирован, увидев Юкиноситу Юкино — собственной ледяной персоной. На ней была одета белая юката с изображением лепестков сакуры. Юигахама подбежала к ней, и обняв за шею, прижалась к ней.       — Юкинон! Давно тебя не видела! Мы за тебя волновались! Честно, мы правда волновались. Целую неделю не видеть Юкиноситу — Ад для Юигахамы. Всё же, «что она тут делает?» — вот вопрос.       — Юкиносита, могу ли я задать тебе вопрос? Где же этот источник, на котором вы остановились? Спросила, не дождавшись ответа от Юкиноситы. Это же Хирацука-сенсей. Порой она вообще может что-то сделать безо всякого предупреждения. Спрашивать ничего не стану. Я опасаюсь отвержения, или вообще смену темы.       — Ладно, я вам покажу. Как вижу, что и Тоцука и сестра Хикигая-куна тоже здесь. Юигахама, будет лучше, если ты меня отпустишь. Уже неловко становится.       — Ой, прости-прости. Юигахама освободила её от своих объятий «давно не виделись» и машет перед ней руками.       — Эй, Хатиман. Я не ожидал, что Юкиносита-сан будет здесь. Ты этому рад? Ведь вы её где-то… неделями не видели.       — Угу. Сказать честно, я и сам не ожидал. Что и смог ответить, и мы отправились в путь. Я не хочу отвечать на какие-либо вопросы, а то мой ответ будут считать не рассудительным, а порой и бессмысленным. Естественно, такой ответ я ожидаю от Юкиноситы.

***

      Людей было много, что можно с лёгкостью сливаться с толпой. Оглядывая местность, многие люди довольно счастливые. Некоторые даже ходят парами. Здесь и семьи, и старые, и только поженившиеся люди. Хорошо что тут беременных нет. Им категорически запрещены какие-либо источники или джакузи. Я подошёл к Юкиносите и спросил:       — Слушай, когда вернёшься, ты вернёшься в клуб?       — Ты так за него беспокоишься? Твоё беспокойство — это что-то новенькое. Конечно вернусь, да к тому же я знаю, что наша деятельность низко упала. Раз так, то мы сделаем так. Она на секунду взглянула на меня, а после отвела, посмотрев на Хирацуку.       — Хирацука-сенсей, по поводу нашего спора. Может стоит усовершенствовать его?       — М? Уже интересно. Я слушаю. Она с интересом в глазах посмотрела на нас, ожидая особое предложение.       — Поскольку наша деятельность упала, я предлагаю добавить условия нашего пари. Покуда мы не в школе, здесь ничего не мешает, разве что…       — Ты предлагаешь оказывать людям помощь в токийском источнике? И в чём же будет состояться ваши пари?       — Проигравший будет угощать всех нас. За свой счёт. Садистка! Даже если я и проиграю, у меня денег не останется. Кажется у меня осталось триста йен. На такие деньги вряд ли что-то купишь. Я стал возражать.       — Я отказываюсь от такого пари! Юкиносита тут же усмехнулась надо мной. Она будто спровоцировала меня, давая мне решимость сдаться. Вот ведь стерва! Чтоб тебя сама Юки-Онна обратила в лёд! Раз я сдался, выбора не оставалось.       — И почему же ты отказываешься, Хикигая?       — Главная ошибка Юкиноситы в том, что в этом источнике нет людей, которому нужна наша помощь. Мы из другой префектуры, поэтому здесь мы лишние. Японцы чужакам не доверяют, даже если он чужестранец. Дети больно наивные, а вдруг тут встретится какой-нибудь педофил, и мигом заберёт мальчика или девочку к себе. Поэтому я против этого пари. Нельзя изменить пари, если те пари уже сброшены. Мы даже не окончили свой спор, а ты уже начинаешь выводить новый спор, что может навлечь серьёзную неприятность предыдущего спора. Спор есть спор, и менять его нельзя.       — Слова твои полны бессмысленности. Я предложила этот спор, чтобы повысить деятельность нашего клуба, и я не плевала на наше пари. Ты хоть себя-то слышал? Говоришь про каких-то педофилов. А может ты и сам педофил, скрывая свою реальную сущность?!       — Слушайте, это уже слишком. Можем прекратим ссориться? Итак уже натерпелись много чего, так ведь Хирацука-сенсей?       — Всё верно. Давайте закругляться и отдыхать! Я подумаю над твоими словами. Мы не обращали никакого особого внимания, поскольку я и Юкиносита бросили гневный взгляд друг на друга. Все мои слова бессмысленные? Что она о себе такого возомнила? Слышу я себя прекрасно! Я выговорил лишь вероятность того, что помощь им может не понадобиться. Закинув свои волосы назад, она отвернулась от меня на девяносто градусов вправо и ушла. Как только я вернулся в нормальное русло, я решил пойти противоположным путём. Тоцуке пришлось пойти вместе с ними, а я в полном одиночестве ушёл. Оказавшись у выхода, я сел на ступеньки и смотрел на небо. Люди, что проходили мимо меня, не обращали на меня никакого внимания. Я привык. Ко мне подошёл незнакомый мальчик.       — Дяденька, что с вами?       — Ничего малыш. Можешь дальше идти, и не мешай дяденьке думать.       — Хорошо! Он так и оставил меня одного. «Дяденька»? Дядей могу быть только тогда, когда Комати родит малыша, только если она найдёт себе достойного парня.       — Хикки. Волнующий голос. Я не хотел смотреть, покуда настроение было ужасным.       — Юигахама-сан? Ты что тут делаешь? Думал вы уже давно ушли.       — Это да, но… Юигахама встала рядом со мной, но я продолжал не смотреть.       — Слушай, Хикки. Не злись ты так на неё. Она сама многое терпела. И, к тому же, она не виновата. Ведь наша дружба не должна распадаться, и ты это знаешь. Конечно, я думала, что знаешь, но…       — Знаю я. Я прервал её своим голосом, будто мне на это было абсолютно плевать. В душе я ощущал противоречивость к своим словам, ведь Юкиносита и Юигахама в чём-то правы. Наша деятельность падает, а как глава клуба добровольцев, она старается каким-либо способом улучшить клуб. Кто-то считал, что дружба — важнее всего. Я всегда считал, что дружба — это лишь иллюзия в глазах каждого дурака. Возможно, но они не так были слепы.       — Хикки. Ты идёшь? Ответа от меня не последовало. Мои плечи дёргались, как от мороза.       — Ладно, не буду мешать. Если что, мы ждём. Глаза были готовы испустить всю слезливую душу, но я смог сдержаться. Не хочу повторять эту ошибку. Вспоминаю, как тогда я заныл, а в сердце была такая боль, что мне было тяжело это воспринимать. Я по-прежнему не знаю, как жила Юкиносита до нашего знакомства. Что же больше всего хотела Юигахама? Ведь дружбы всегда мало. Чтобы Юкиносита была счастлива, или весь коллектив, которое её окружает? Как же мне трудно понять людей. Я отправился обратно, и то от совести, что меня мучает.

***

      Оказавшись вновь посреди толпы, я начал искать ребят, но мои уши наткнулись на плач. Судя по голосу, это девочка, но помогать как-то не хочется, но стоит ли? Идя по голосу, я всё же нашёл её. Ни один человек не подходил к ней. Я уже начинаю подтверждать свои замечания в эгоизме человечества. Слёзы так и лились ручьём. Улыбаться как-то не очень у меня получается, поэтому оставлю всё как есть.       — Эй, девочка, потерялась? Она протерла свои слёзы и взглянула на меня, а после кивнула мне.       — Ну ладно. Мне терять нечего. Пошли? Помогу найти твоих родителей. Если сама этого захочешь.       — Х-Хочу…       — Тогда пошли. Девочка взяла за руку и отправились на поиски. Поиски были довольно тяжёлыми, ведь тут столько людей, а девочка всё кричала «мама», «мамочка», но, а я терпел всё это её нытьё. Продолжив дорогу, мы нашли её у выхода из местного источника. Женщина, с возрастом тридцати лет, подбежала к нам и обняла свою девочку. Какая драма. То я думаю, что меня стошнит. Вскоре она обращается ко мне:       — Благодарю вас, юноша. Я уже начала волноваться за неё. Как вас отблагодарить?       — Да ни чем. Просто делать тут особо-то и нечего, вот и помог ей найти свою мать.       — Спасибо вам огромное! И они ушли, оставив меня одного наедине с мыслями. Мне иногда нравится говорить со своим мозгом, но это было бы просто идиотизмом. Ощутив чьё-то присутствие, я обернулся и увидел Юкиноситу, что стояла, скрестив свои руки, и улыбалась. Улыбка её была лёгкой.       — Ты хорошо справился, Хикигая-кун. Настала моя очередь.       — Я… это, ну… Извини, что такого наговорил…       — Прощения приняты, но прощать не стану. Я удивлена, что ты помог этой маленькой девочке найти маму. Пошли уже.       — Угу. Как-то я легко принял эти слова, что она приняла извинения, но прощать меня самого не стала. Юкиносита — серьёзная личность. Зачем я такое говорю?