***
Итак, начался выпускной. Директор стал объявлять тех, кто занял тройку лидеров на экзамене всей школы. Сидели я, какой-то парень из параллельного класса и Юкиносита Юкино. Вдруг мне стало как-то не по себе. Считай я уже окончил учёбу, и что же я буду делать дальше? В своём анкете я написал, что буду домохозяином, но буду ли я такому достичь? — Второе место занял ученик, получивший общий бал девяносто семь баллов, Хикигая Хатиман! Я встал со стула, и с аплодисментами я подошёл к директору и взял аттестат, который был завёрнут как какой-то свиток. Разве так можно? Это всё же школьный документ. Я вернулся на своё место. Если тот парень третье, я второе, а это значит, что первое место заняла… — Первое место заняла ученица, получившая целых сто баллов по всем экзаменационным предметам, Юкиносита Юкино! Понятно. Хотя, второе место тоже ничего. Будто я на соревнованиях участвую. Как там говорили? «Главное не победа, а участие». В душе было какое-то счастье, но на лице моём это не показывалось, поскольку я тот ещё таинственный парень. Человека можно прочитать лишь внешне, а душа всегда остаётся секретом. Когда пришло нам втроём сфотографироваться, я ощутил некое недомогание. Фотограф дал понять, чтобы я встал поближе, но я не хочу, но придётся. Пошла вспышка и нас сфоткали. Чуть позже мы отошли друг от друга. По пути из выхода со школы, нас встретила Хирацука-сенсей, а точнее просто Хирацука. — Хикигая, Юигахама, всё же я очень рада, что вы, мои ученики старшеклассники, закончили учёбу. Вы надумываете продвинутся дальше по истокам вашего будущего? — Да! Я всё решила, и я, наконец-то, приняла это решение. Я поеду в Нагасаки, и стану учиться на сейю. — Отличная цель озвучивать подобные аниме! Ну, а ты, Хикигая. Что ты решил сделать со своей судьбой? Всё ещё думаешь быть домохозяином? Или ты, наконец, решился, и решаешь достичь чего-то достижимого? Хирацука гордо посмотрела на меня, а не как на говно, которое стоит ниже её по рейтингу. Хотя, так и есть. Я стоял ниже всех в своём классе, а никак иначе. Я всю жизнь бродил по пути одиночки, но тут судьба вновь одаривает меня шансом найти свой собственный путь. Чего я мелю? — Тут я с вами не поспорю. Да и спорить бессмысленно. — Юигахама. Хикигая. Она посмотрела на нас, а на глазах читалось полное счастье. Было тяжело расставаться со школой, и к тому же с учителем, которая долгие годы помогала мне в чём-то продвинутся. Не будь её, я бы не познакомился с Юкиноситой. Да и вряд ли бы я ознакомился с новыми лицами. — Для меня вы стали лучшими учениками, а, также, лучшими участниками клуба волонтёров. Может вы и решили сыграть на ничью, но было интересно. Ваша жизнь будет продвигаться вперёд. Вы взрослеете, а цель будет уже ближе к тому, чего вы сможете достичь. Я не тот человек, который читает мораль, но, почему бы нет. С сегодняшнего дня я тут уже не работаю. Теперь я простая гражданка… без работы… без мужа… без семьи… Она от горе стала проливать слезу. Берите уже кто-нибудь её в жёны, иначе, это сделаю я.***
Выпускной длится уже где-то около часа, но саму Юкиноситу я не вижу. Надо будет с ней поговорить. Мы так и не поговорили вчера на крыше. Оглядевшись, я увидел множество выпускников. Я боялся говорить с кем-то, поскольку я не тот, кто привыкал к общей сборе. Однако, заметив её, я тут же поспешил к ней, но, увидев Юигахаму в полном отчаянии, я думал, куда идти. Подумав немного, я всё же подошёл к Юкиносите, ожидая, что остальные её «поклонники» отойдут от неё. Вскоре я к ней подошёл, а она посмотрела на меня удивлённым взглядом. — Хикигая-кун, что ты тут забыл? Разве ты не должен развлекаться со своим классом? — Просто, если что-то надо, хех, хотя нет. Я просто пришёл поблагодарить тебя за твою помощь, когда я болел. Не привычно это с моей стороны, но… Тогда я не смог тебя поблагодарить, поскольку ты ушла, и… — Вот благодарностей мне не надо. Я лишь это сделала по своей прихоти. Дальше уже разговаривать нам не о чем. Поэтому, я тебя прошу, покинь эту зону. Я лишь пожал плечами и послушно покинул её. Вскоре я направился к Юигахаме. Она была одета в ту же форму, как и остальные выпускники. — По поводу твоих слов. Ты и вправду решила пойти на сейю? Вот уж не ожидал, что это «последнее» решение. Приезжай сюда, если будет свободное время на выходных, хорошо? Она с улыбкой кивнула, а после она обвила волосы на виске пальцем. На щеках было видно, что она засмущалась. Обычно, я бы такого не сделал, но, такой уж я. — Да. Я решила продвинуться дальше. В клубе от меня было мало проку, но там я точно чего-то да достигну. А ты чем будешь дальше заниматься? Такой вопрос меня мало чем интересовал. Чем же я дальше займусь? Этого я знать не хочу. Возможно, я смогу поступить в институт, или же просто так и останусь в режиме домохозяина. Трудно решить. Ведь с этим могут возникнуть трудности. Я не стал как-либо отвечать, поэтому я дал точный и невзрачный ответ. — К сожалению, я пока не знаю. Та с задумчивостью посмотрела на меня так, будто у меня в щеках осталась какая-то крошка, или так, как-будто я начинаю врать. Я не тот, кто будет врать тому, кого уже год знаешь. Врать я начинаю только для самозащиты. В этом моя способность. — Жаль, конечно, но я надеюсь, что ты найдёшь то, что тебе по душе. Кстати, где Юкинон? Надо бы с ней сфоткаться. — Она решает на время побыть одна. Кажется, ей просто нужно время, чтобы осмыслить некоторые причины. …Особенно то, что было на крыше. Я посмотрел на свою ладонь, и вспомнил, как я дотронулся до неё, а её локоны были настолько приятными на ощупь, что отпускать не хотелось. — Понятно, наверное мне тоже лучше подождать, когда она всё обдумает. Я до сих пор волнуюсь за Юкинон. Она довольно скрытая личность, и о себе она практически ничего не говорит. Как это не говорит? Она всё про себя говорит. Особенно помню, как она рассказывала про свою учебную жизнь за границей. Это было тяжко слушать, если наши проблемы практически одинаковы. Что же делать? — Ну, это же Юкиносита. Чего ещё от неё можно ожидать? Разве что каких-либо осуждений или критики. К тому же, я всё никак не мог забыть тот сон про свадьбу. Я по-прежнему боюсь засыпать, но сны часто меняются. Мне тяжело такое думать, но, если я признаюсь ей в любви, то я могу получить серьёзный отказ. Юкиносита отказала мне в дружбе, так, что, будет ожидаемо, если она откажет мне и чувствах. Я пережил это с Каори, переживу и с Юкино. Я, как уже многие говорили, — человек с испорченной душой. Однако, стоило ли об этом так задуматься? Правильно ли всё я делаю?***
Во время празднования выпускного, я решил всё же пойти домой. Оказавшись в школьной раздевалке, я немедленно начал переодеваться в повседневную одежду. Одеться было не сложно. Выходя на улицу, я заметил, что народу стало больше, прям как стадо африканских зебр. Мне удалось всё же пройти через эту толпу группированных выпускников. Надо будет проверить, сдала ли Комати экзамен на поступление, или же нет? Если сдала, то могу её поздравить, а если нет, то прости-прощай. У под фонарного столба стояла девушка, чьи волосы развивались с летним ветром, чьи голубые глаза глядели на облачное небо. Я подошёл к ней. — Привет, Юкиносита-сан. Думал ты со своим классом. Настолько скучно стало, что решила побыть наедине? Если уж на то и пошло, то у меня и выбора-то не останется, кроме того как оставить её в покое. Вопросы за вопросами ходят у меня в голове. Она лишь опустила голову, что волосы её прикрывали глаза. Однако, посмотрев на небо, она тут же взглянула на меня безразличным взглядом, словно я говно какое-то. Не привыкать мне. — Привет, Хикигая-кун. Учитывая того, что ты и на шаг не отстаёшь от меня, я могла бы засудить тебя за сталкерство, но не стану я этого делать. Ответив на твой вопрос; нет, мне не стало скучно. Просто так, задумалась о всяком, что приходит в голову. Могу тебя поздравить со вторым местом. Не думала, что такой гниль, как ты, сможет достичь таких высот. Хотя, то, что я получу первое место, было совсем ожидаемо, даже для меня. А сам-то? Что ты будешь делать в свои оставшиеся дни? Вопрос был такой, будто мне жить осталось совсем немного. Такой даже самый мелкий идиот поймёт эти слова. Не мне такое судить, хотя судить буду. — Ты так говоришь, будто мне жить осталось всего неделю. И, отвечая на твой вопрос; я сам не знаю, как продвинуться дальше. Возможно поступлю в какой-нибудь институт, и, возможно, смогу пожить спокойно со своей нормальной жизнью. Я ответил ей спокойно, хоть и сложил руки в карманы. Смотреть на неё было тяжело, что я часто отводил взгляд. Увидев подъезжавшую машину, сразу увидел за стеклом довольно знакомую личность. Окошко опустилось, и мы увидели Харуну, — старшую сестру Юкино. — Приффки Юкино-тян! Приффки Хатиман! С каких пор она называет меня по имени?! — Я приехала сюда забрать Юкино-тян. Ты не против, если я, так скажем, украду её на время. Просто не хочется портить вашу свиданку после выпускного. Давай, присаживайся. А тебя подвести до дома? — Сестра, хватит уже капризничать, и поехали давай. — Ладно-ладно. Ну, а ты? Подвести? Она посмотрела на меня с чистой улыбкой, но, доверившись своим инстинктам, я отказался. Харуна опускает голову от грусти и окошко двери поднялось. Не успел я даже попрощаться с Юкино, как тут же машина дала газу. Признаться я вновь не хотел. Будь это аниме или манга, я бы, наверное, признался ей в чувствах, но это реальность. Тут не надо признаться сразу. Нужно время, чтобы схватить особый момент.***
Оказавшись в центре своего дома, я смотрел на письма с предложениями на поступления в какие-нибудь институты, да университеты. Ах да, забыл сказать, с момента, когда я увидел Юкиноситу, прошла неделя. Я копался в интернете те места, где можно с лёгкостью поступить в какое-нибудь учреждение. Получив некоторые ответы, все дали отказ, кроме одного института. Учреждение находился в Окинаве. Помнится, Юигахама как-то говорила, что хочет туда. Тогда у нас была экскурсия в Киото. Я решил в «Okinawa Institute of Science and Technology Graduate University». Было тяжело давать такое в резюме, но получить-то я получил, но правильно ли я всё делаю? Поступать туда, где практически даже невозможно. Зато там можно изучить математическую науку, или простую науку. Я решил податься в научный класс, где можно изучить разные химические элементы, при этом создавать некие лекарства, например от рака. Им, кажется, хорошо платят. Веду себя как алчная скотина. — Ну и чем же я занимаюсь?***
Комати зашла ко мне в комнату, а я уже лежал на кровати, молча просматривая на узоры в потолке. Сестра, которая была увереннее всех, подошла ко мне и протянула мне табель. Я без всякого упорства взял документ и посмотрел. Оценки сейчас были на высоте. Правда были и средние баллы, но она смогли достичь того, чего тогда не смогла: закончить среднюю школу с отличными оценками. Обычно она тупая, но мыслит вполне разумно. Что-то между ними есть некое противоположность. Тупость и Разум. Они совсем не одинаковы. — Видишь братик? Твоя младшая сестра смогла закончить среднюю школу, и в скором времени поступит в старшую школу Тибы. Там-то Комати поменяет ту историю, которую оставил старший братец! «Унылый парень, с гнилым взглядом сидел один, и ни с кем не разговаривал. Но тут появляется Комати, и исправляет это недопонимание!». Как тебе, братец? Классная история? — Да, эта история просто потрясающая. Но ты забыла одну важную деталь в своей истории. Она посмотрела на меня с интересом и недопониманием моих слов. — «История о том, что Комати изменит исход истории семьи «Хикигая», то тут будет очень важный вопрос, который задаст каждый ученик: «Кто такой этот Хикигая Хатиман?». Вот что они зададут. Вдруг они подумают, что у неё и не было старшего брата, ведь Хикигая Хатиман — человек неизвестный! Может она его просто придумала, и Хикигая Комати просто одиноко?». Об этом ты подумала? На глазах читался полнейший шок. Она медленно отошла от меня. Походу я перегнул палку. — Знаешь братик, я, конечно, привыкла к тебе и всё такое, но тут ты уже перегнул палку. Обернувшись, она незамедлительно покинула мою комнату. Мда, вот такой я человек.***
Шли летние каникулы. Школа закончилась для меня, а до поступления ещё месяц. До начала учебного года ещё далеко. Что же с этим миром не так? Всё меняется, даже законы и правила. Я без всякой эмоции смотрел в окно, и смотрел, как люди проходят мимо. Ощущаю себя тем, кого называют затворником. Честно, я из дома выходить не хотел, ведь я, наконец, Хикигая Хатиман, свободен от школьной жизни. Мне восемнадцать, а в августе будет девятнадцать. Стоит ли подумать, что я ещё девственник? Нет! Хотя, да. Иногда парни думают о семье, но я даже не решился жениться. И вновь я вспомнил тот сон про свадьбу. Однако, на мой взор попалась довольно-таки знакомая машина. Оттуда выходит Харуна с Юкино. И что им тут надо? Юкиносита оглянулась, и она заметила меня. Я, как затворник, резко закрыл шторы. — Что это сейчас было? Как-будто зло пришло по мою душу. Через некоторые секунды, они оказались внутри, и я, как ни в чём не бывало, спустился вниз. Я увидел, что они сидели на диване и попивали чаёк, как какие-то Елизаветы Первые. Только я заметил одну «очень важную» вещь. — Юкиносита Юкино, это что, моя кружка? И что же ты пьёшь? Комати, разве другой посуды не нашлось? — Это твой стакан? Прости, не знала. — Если Юкино-тян попробовала стакан Хатимана, то, возможно, это её первый «непрямой» поцелуй. — Правда? — Да-да. Ты ни разу не слышала о непрямом поцелуе? — Слышала, но не думала, что такое иногда бывает. Даже у Юкино-сан руки трясутся. И правда. Её руки тряслись, держа мой стакан. Она встаёт с дивана, подходит ко мне и протягивает мне мой стакан. Что она собирается делать? Хочет, чтобы я тоже так сделал? — Ну ладно, я понял. Схватив стакан, я выпил остаток… зелёного чая? На лице Юкиноситы была полна безразличия. Что же с людьми происходит? Я, что, попал в альтернативную вселенную? И почему у меня возросла такая паранойя, будто меня окружают совсем чужие люди? Может это снова сон? Бред!***
Юкиносита Харуна, пока осматривая каждую часть дома, она объяснила приезд в это гнетущее место. Их мать тяжело заболела, а врачи не давали им зайти в квартиру. «Почему же не остановились в квартиру Юкино?» спросил бы я, но и эта причина ясна. Она не хочет жить с такой сестрой, которая совсем противоположна характером, внешностью и контурами тела. — Понятно. Врачи запретили вам подходить к матери, но вот не задача. Зачем выбрали именно это место? Почему не остановились у Хаямы, или у Юигахамы? Почему именно сюда? — Хаяма не желает видеть сестру, а у Юигахамы завтра пробы, поэтому мешать мы не хотели. — Знаешь, Юкино-тян, то, что ты про меня сказала… было довольно обидно, знаешь ли… Она тут же схватила какую-то фотографию, на которую я плевать хотел, или не хотел… Я заметил, что она с хитрой улыбкой смотрела на фото. — Надо же. Это твоя семья? Хатиман, не думала, что ты можешь быть таким вот милашкой! Аж милота так и бьёт по моему сердцу! А эта малышка кто? — Ну-ка посмотрю. Иногда они могут сводиться друг с другом, как две настоящие сёстры. Юкиносита подошла к сестре и посмотрела на фото. — Сейчас задам тот же вопрос. Если это ты в младшие годы, то кто это? Это Комати-сан? — Да! Это я! До сих пор помню, как смотрю на эту фотографию, так и хочется, чтобы братик был вновь, наконец, счастлив. А сейчас он стал вот таким. Они смотрели на меня, как на полное говно, на низшее существо. Это обидно, знаете ли. Я отвёл от них взгляд, просматривая телепередачу о диких животных. — Значит, вот оно что. Значит, чтобы он был счастлив, нужно всего-навсего сделать что-то приятное, чтобы он вновь ощутил себя нужным человек, так ведь? — Сестрёнка, сейчас ты кое-что дала намекнуть, что ты сама-то жаждешь «этого», да? Признайся, у тебя ведь тоже чувства к нему есть, да? Когда ты приходишь домой, то ты сама не своя. Запираешься, дольше спишь, чего-то умалчиваешь… И вот тебе ответ! Ты любишь его, так? Уж хотелось бы в это верить, но на её лице нет ни капли смущения. — Даже если бы и любила, то смысл тогда сюда приезжать? И, вообще, Хикигая-кун только друг, и только. — Даже «друг»? А я думала, что у тебя нет друзей, кроме Юи-тян, а тут пожалуйста, ещё и Хатиман. Ну ладно, мы итак тут сильно задержались. Эй, Комати, не разрешишь ли нам переночевать тут, пока мама не поправиться. Ладненько? Мы мешать не будем. Она сложила ладони вместе, умоляюще попросив Комати о просьбе. Может я и ошибаюсь, а может и нет, но зачем нам гости в наш дом?! Я стою ниже по иерархии своей сестры. А она вправе выбирать какие-либо решения?***
Всё же они остаются у нас. Комати, не думая, приняла их предложения. Что же теперь делать? Мы сидели за столиком. Харуна тусовала карты, которые собой же и принесла. Она заранее спланировала эту часть? Мы решили сыграть в дурака, и проигравший будет исполнять желания победителя. Первый, кто выходит, — победитель, а человек с оставшимися картами — проигравший. Я чувствую, что в этой партии победит Юкиносита Харуна. У Юкино вряд ли будет шанс на победу. Стоит ли ей поддаться, если мы останемся вдвоём? Как-то я не люблю проигрывать, да и она не любит проигрывать, особенно, если учесть наш тогдашний спор в клубе добровольцев. Пока Харуна перетасовывает карты, Юкино играла с нашим котом, а Комати просто стояла сидела рядом и участвует в роли зрителя. Правда она умоляла быть игроком, что мы согласились. Будь здесь Юигахама, она бы точно в карты проиграла на все сто процентов. — Давай уже карты, и покончим с этим! У меня просто нервы выбесили, ведь так долго ждать — неприлично для такого, как я. Харуна начала раздавать карты, и каждому дано по шесть карт. Козырем оказалась пика. У меня не было пики, поэтому я ходил последним. Вот вам направленность: Комати на Харуну, Харуна на Юкино, Юкино на мне, и так по кругу. Тут черёд пошла Комати, но она тупила, какой картой идти, но, недолго думая, она сделала ход, кинув шестёрку черви. Харуно же отбивает королём черви, а мы с Юкино подкидываем шестёрку (крести, бубен) и короля (черви). У Харуны не оставалось выбора, как подобрать эти карты. Так мы и играли около часа, и проигравшим оказалась Комати, а победителем Юкиносита Юкино. Хотя, было вполне ожидаемо, что с таким-то умом она пробьётся на первое место. Я вышел третьим, обыграв Комати. Харуна тоже умна, так что шансов обыграть её была равна нулю. — Комати, проигравший будет исполнять желание победителя. Победителем оказалась Юкиносита-сан, потому дерзай. — Как подло, перед родной сестрёнкой… Ну ладно, Юкино-сан, давай свой приказ. — Хм, что ж, интересно. Я не садистка, поэтому буду немного помягче. Хикигая-сан, давай-ка ты расскажи нам ту историю, которую Хикигая-кун был очень счастлив. Уж очень интересно, хоть лезть не хотела. — …Тч! В общем, Комати начала свой рассказ, который рассказала ей мама, пока я был в больнице.***
Покуда я не слушал, что она говорила, я всё же услышал то, что никогда не было. Я прервал разговор между девушками по поводу меня и о моём счастье, но тут меня кое-что заинтересовало. — Погоди, Комати! С чего ты взяла, что я говорил эти слова? Словами были: «Не бойся Комати. Я, как твой старший братик, буду всегда с тобой! Это я обещаю! Будем играть вместе, и всегда будем вместе!». Не припоминаю я эти слова. Юкиносита сдерживала смех, ведь она не может ожидать того, что я мог говорить всё это. — Мне мама так сказала, когда ты в больницу попал. Помнишь? После той аварии, когда ты спасал собаку Юи-сан. Мы, вообще, думали, что ты не проснёшься. — Я не в коме был. У меня просто сломана нога! Я неделями, даже месяцами не выходил из больницы. Вот уж не подумал, что мама такое выдумает. Пойду проветрюсь. И, недолго думая, я вышел из дома, а улица уже приблизилась к вечеру. Смотря на красное небо, я думал, что будет дальше, но в самом деле, чем мне дальше заняться после окончания института в Окинаве. Если уж я так решил пойти на учёного, то, наверное, эта дорога будет для меня закрыта, ведь учёным быть совершенно невозможно, даже если ты не обучен настолько сильно, дабы знать все химические уравнения. Я оглянулся и заметил, что позади меня стояла Юкиносита Юкино, собственной персоной. — Что хотела? Даже не думай меня осуждать или выводить какие-либо претензии. Я отказываюсь во что-либо отвечать! Если, конечно, вопросы будут со смыслом, а не… — Я не осуждать пришла и не давать какие-либо претензии. Просто пришла поговорить с тобой, но твоё поведение просто-напросто выходит за границы. Или ты думал, что ты какой-то герой какой-либо манги? Даже знать ничего не хочу. Что вообще с тобой происходит? Если бы ты не верил истории своей сестры, то лучше бы помолчал, а не вёл бы себя так, как подобает нужным. — Не тебе решать, как мне стоит меняться. Хоть мир и меняется, но я не тот человек, как все остальные, которые хотят изменить свою судьбу. — И о какой же судьбе ты говоришь? Жениться и стать домохозяином? Кому ты такой будешь нужен? Эх, знаешь что, лучше бы я, наверное, не разговаривала с тобой. По мне ты просто циничный и эгоистичный подлый тип, который думает только лишь о себе. Так ещё и глаза тухлые, как у дохлой рыбы или у мертвеца. — Может уже хватит осуждать всякое в моей внешности! Я может и подлый, но о семье ведь думаю. Может сестра глупа и наивна, но мыслит она даже лучше, когда дело касается о романтике или покупке. Родители оставили меня за старшего, но Комати может сама о себе заботиться так, как ей вздумается. Я потом уеду из Тибы, потом буду жить самостоятельно. И не тебе меня судить, что мне делать, и что я должен буду делать. — В какой-то мере ты прав, но, учитывая все обстоятельства, то, что ты говоришь совсем не имеет никакого общего смысла. Говоришь, что Комати глупа и наивна, но она мыслит умно, но тут есть и противоположность между «умный» и «глупый». Вот ты, Хикигая-кун, идёшь по второму слову. Может ты и занял второе место на экзамене школы, но долго ли ты будешь этим гордиться? Человек, который не понимает даже своих истинных чувств, который извиняется так, как-будто ему всё равно на свои извинения, полностью не походит на категорию «умных»! Ты скорее походишь на «подлого» и «безразличного» парня, который думает лишь только о себе! Она глубоко дышала. Она решила всё же выговориться, но чувствую себя полным мудаком. Теперь думать надо, что мне делать. — Ладно, ладно. Ты, наверное, хочешь услышать мои чувства вины, но ничего из этого не услышишь. Да, может быть я и подлый, но ты сама подумай, что ты говоришь! Вспомни хотя бы Киото, где мы должны помочь Тобэ признаться Эбине. Так вот, я не сам выбрал этот путь, а меня попросили сделать это. Миура, Хаято и Эбина даже просила меня. Я не мог выбрать правильный путь, поэтому пришлось идти на крайние меры. Они хотели, чтобы было всё так же, как и было всегда. Я, конечно, не хотел этого говорить, но при нашей первой встречи, я всегда считал тебя высокомерной тварью, с повадками ЧСВ. Но что я вижу сейчас? Девушка, которая старается быть гордостью семьи «Юкиноситы». Девушка, которая никогда не проигрывает, и не любит проигрывать. Девушка, которую я стал уважать, ценить и признал бы её другом, если бы она чисто-начисто не отказала мне. Хотя к отказам я привык. Да и к дружбе я даже не привыкал. — Слушай, может это странно прозвучать, но… «Но»? Что она хочет мне сказать? — Не хочешь ли пойти куда-нибудь со мной. Надо будет решить одну проблему. На полном серьёзе сказала она. Я, естественно, думал, что это будет типичная разборка, но не стану к этому придираться. — Если на то просишь, то ладно. Только, если это будет разборка, то мне останется только отказать. — Это не разборка. Это просто просьба о помощи. Я давно хотела это уже сделать, и вот момент настал. Ты пойдёшь со мной? Она протягивает мне свою руку, что я без всякой того причины пожал её.