Истинность — великий дар или проклятие?

      Юка не помнил себя несколько дней сладкой и мучительной агонии. Всё тело горело от соприкосновений с тканью. В голове то и дело мелькали образы знакомых альф: о, как бы он был не против, чтобы они провели с ним эти дни. Даже образ Гаудера вставал перед глазами, но быстро исчезал, ведь Юка и представить боялся, что мог бы провести это время с ним.       На четвёртый день сознание прояснилось, течка начала отступать. Омега уже мог вставать и даже читать книги. Дир всё это время молчал, меняя простыни и принося еду и тут же покидая комнату. Обострённое обоняние омеги улавливало запах альфы на бете, и, как только тот выходил из комнаты, низ живота тянуло — Юка едва сдерживался, чтобы не последовать за бетой и не узнать, где здесь альфа.       И всё же Юка был счастлив: ему удалось избежать близости с малоприятным альфой, и в груди теплилась надежда, что, возможно, за три месяца до следующей течки он найдёт своего истинного. Подарит всего себя и в будущем нарожает сильных альфочек и миленьких омежек, как в книжках. Улыбка озарила лицо омеги, и он, не теряя больше времени, стал собираться. Ведь дома ждал тот, без кого он сейчас не представлял своё будущее. Старший брат — тот, кто будет любить всегда и примет любым. Юка знал о планах брата вернуться в родовое поместье и полностью поддерживал его решение, ведь кто знает, сколько времени им отведено.       Дверь слегка приоткрылась — на пороге с чистыми вещами в руках стоял Дир.       Бета все эти дни почти не спал. Да и как мог он уснуть, когда они фактически находились в тылу врага. Приходилось молиться богам, что старейшина не расскажет о пристанище командира. Следы смыло дождями, но он не мог сказать точно насчёт запаха. Наверное, это был один из моментов, когда он радовался, что он бета и не имеет собственного запаха. Но на нём сохранился едва ощутимый запах альфы, который мог привести за собой хвост. Или у них есть другие способы ловить беглецов. Дир был малообразован и мало знал о камнях, но Рэйгар довольно часто притаскивал в дом магические камни, мельком рассказывая, что каждый из них из себя представляет и на что способен.       Камень болотного цвета сразу предстал перед глазами — тогда командир рассказывал, что при помощи него они нашли сбежавшего дезертира. Сердце бешено колотилось, в ушах звенело. Возможно, враг так и ждёт, когда он выйдет за барьер, и тогда-то ему конец. Но что же будет с молодым господином? Ни о чём не подозревавший юноша спокойно переодевался, готовясь выйти из дома. Говорить ли ему? Какое впечатление на него произведёт это известие?       Нащупав в кармане камень, бета задумался. Этот камень был довольно хрупким, и если его сломать, то камень, что оставался в их доме, засветится, и это будет означать, что они попали в беду. Он взглянул на молодого господина, что, потянувшись, невзначай оголил животик, показывая нежную кожу; омега открыл алые глазки и, похлопав ими, тепло улыбнулся. Послышался хруст — вынув кровоточащую руку из кармана, Дир стряхнул с неё осколки камня. Встревоженный омега тут же подбежал к нему.       — Дир, что у тебя с рукой? — Поймав руку беты, Юка помог вытащить осколки, подвёл его к тазу и, взяв кувшин с чистой водой, омыл маленькие ранки, затем, перевязав ладонь платком, выжидающе посмотрел в глаза притихшего беты.       — Я не хотел вам говорить, молодой господин, но сейчас в деревне небезопасно, тут чужаки. Предлагаю выдвинуться ночью, возможно, нас и не заметят.       Бета отошёл в сторону, стараясь не выдавать своё волнение, но его то и дело пробивала дрожь от содеянного: он убил человека. Многое было в его жизни, но убийство? В глубине души он надеялся, что альфа каким-то чудом выжил, но удар в уязвимое место и хлынувшая кровь давали понять, что для альфы похоть вышла боком. А если выжил? Найдёт и убьёт Дира. Если не альфа, то красноволосый господин наверняка прикажет или лично убьёт. Ведь это был тайный визит, их не должно быть здесь. Терзаясь своими мыслями, бета едва не пропустил странный звук, донёсшийся сверху.       Юка, услышав непонятный хлопок, взметнул голову вверх, надеясь, что ему показалось, но звук повторился. Метнувшийся к двери бета жестом показал, чтобы он сидел тихо.       Прикрыв за собой дверь, бета осторожно поднимался по лестнице. К счастью, перед спуском он закрыл дверцу в пол, но это не означало, что её трудно заметить. Прислушавшись, он понял, что звук доносился не из дома, а с улицы. Выбравшись, Дир накрыл проход стареньким ковром и, пододвинув лавку, на четвереньках подполз к занавешенному окну.       Юка, запертый в одиночестве под землёй, не знал, что делать. Припав всем телом к окошку, он пытался вслушаться в исходившие сверху звуки. Перед глазами встали давно забытые картины из детства. Папочка, накрыв омежку одеяльцем, что-то сказал старшему сыну и, поцеловав каждого в щёчку, запер их под землёй. Юка плохо помнил, что было дальше: брат протянул ему кружку с какой-то жидкостью, малыш выпил, не сомневаясь, всё до конца и уснул крепким сном. Проснулся он уже сиротой. Дядя вёз их в повозке в сторону дома, а тихо плакавший брат сжимал оружие отца и что-то бормотал. Заметив, что младший проснулся, Рэйгар обнял его и сказал, что родители погибли. Юка вспомнил улыбку папочки, и слёзы полились сами собой.       Сейчас Юка испытывал некое дежавю: Дир хотя и не был похож на папу, но эта улыбка, такая тёплая, и закрытая дверь подземелья… Слезинки одна за другой скатывались по бледным щекам; упав на колени, омега обнял себя руками. Всё повторялось, он всё так же оставался маленьким, слабым омежкой, которого защищали.       Вздрогнув от первого позыва истерики, он ощутил, как земля сотряслась и в доме попадала вся посуда, стоявшая на полках. Юка едва успел поймать кувшин с водой и, прижав его к себе, замер. Страшная догадка посетила голову: барьер! Скорее всего, он сломан, ну или выдержал мощную атаку. Ничего хорошего эта встряска не предвещала. Выход отсюда всего один, если его кто-то найдёт — не сбежать. Через небольшое окошко омега смог бы пролезть, но оно было закрыто решёткой, да и он не знал, есть ли возможность вскарабкаться выше. Забившись в угол, Юка молился богам, чтобы всё прекратилось.       Дир едва увернулся от полетевшей в него посуды. Грохот был ужасным, а отдёрнув край занавески, он и вовсе забыл, как дышать. Возле дома стоял красноволосый альфа и, вытянув руку с камнем, шептал что-то. Раздался очередной хлопок. Плита, что служила барьером, уже не выдерживала, и маленькие трещины были видны даже отсюда. Он не знал, как поступить, — можно было выйти и сразу сдаться, тогда, получив своё, альфы бы ушли, но кто даст гарантию, что они не захотят обследовать столь защищённый дом?       Сглотнув, бета посмотрел на свою руку. Как быстро сюда доберётся командир? День — да, Рэйгару будет достаточно дня, но у них нет столько времени. Дир снова посмотрел в окно и только сейчас заметил, что у альф оружие зачаровано. Судя по пентаграммам, они не давали столь сильный эффект, как камни, но справится ли его господин? Да и этот красноволосый не так прост и до сих пор атакует барьер. Что мог сделать бета против них? Лишь доставить хлопот, чем он и занялся.       Вытащив из шкатулки мел и картинку, он принялся рисовать на двери круг, что полностью скроет её. Закончив, он остался доволен. Разорвав рисунок на множество кусочков, он смешал их с углями и мелом и бросил в камин. Бета стал ждать, проигрывая в голове все возможные исходы. Он опять услышал грохот и был уверен, что это последний раз.       Дир сидел за столом, сложив руки перед собой. Дверь, что вела на улицу, слетела с петель, и в какие-то несколько секунд к его шее приставили клинки. Бета старался сохранить уверенность в себе и не показывать эмоции, но почему-то страх усилился, когда порог перешагнул красноволосый альфа. Бета напрягся и проводил его глазами до стула, затем перевёл взгляд на альф, которые держали клинки у его шеи, готовые в любой момент оборвать жизнь.       — Здравствуй, Дир.       Сев за стол, альфа не сводил глаз с беты, что, побледнев, прикусил нижнюю губу. Он был очень зол на бету, ведь тот изловчился и, убив одного из его людей, сбежал. Непогода мешала найти Дира, но им было чем заняться в дождливые деньки. Пытать старосту доставляло удовольствие. Скверный старик не хотел ничего говорить, на третий день пыток сердце не выдержало, и он умер, так ничего и не сказав. Старый омега, что решил в непогоду проведать старосту, увидев тело, сразу же как на духу всё поведал и даже указал на нужный дом. Но, придя к нему, альфа увидел лишь старый прогнивший домик. Посчитав, что его обманули, он уже развернулся, чтобы уйти и наказать ещё одного неугодного старика, как вдруг слабый порыв ветра донёс одуряющий аромат его омеги. Посмотрев на альф, он не заметил никакой реакции — показалось? Нет, он чувствовал отголосок запаха и на том бете, а значит, они связаны.       Попробовать стоило, и он, выбросив энергию камня, как и думал, столкнулся с барьером. Будь на его месте обычный вояка, не смог бы пробить и за всю жизнь. Тот, кто поставил защиту, явно обладал немалыми талантами, но ему не повезло, ведь перед барьером сам принц. Около часа красноволосый атаковал барьер — из трещин виднелся вполне опрятный домик, — и вот последний удар. Его телохранители тут же вбежали в дом, но мужчину ждало разочарование. В доме был лишь тот самый бета.       Диру происходящее казалось кошмаром. С ним хотели поговорить? О чём говорить с убийцей? Сидевший напротив альфа сделал жест рукой, и он смог на мгновение вздохнуть спокойно: клинки убраны.       — Обследуйте здесь всё, возможно, он не один. — Альфа снова почувствовал этот сводящий с ума запах, но никого не видел. Откуда же он исходил? Мельком пройдясь взглядом по бете, он заметил, что ладонь завёрнута в белоснежный платок. Крапинки крови давали понять, что платок обречён и его выбросят. Почему-то он приковал взгляд серых глаз. Альфа осторожно потянулся к руке беты, и тот, не сопротивляясь, позволил стянуть платок.       Втянув воздух, альфа чуть не взвыл от счастья: этот платок нёс в себе запах истинного. Принюхиваясь, он становился ещё счастливее: в запахе не было ноток альфы, а значит, омега чист и невинен. Он зажмурился, едва контролируя себя. Улыбка расплывалась на лице, а бета с ужасом на него смотрел, не понимая, что с ним.       — Где он? — придя немного в себя, спросил альфа, желая увидеть свою пару, но бета молчал.       Дир и без того не знал, куда себя деть, а странные манипуляции с платком господина и вовсе выбивали почву из-под ног. Страшная догадка пришла в голову, и он, сопоставив увиденное, ужаснулся своим мыслям. За всю жизнь он повидал многое, и случалось видеть, как истинные находили друг друга по запаху. Они сходили с ума и инстинктивно тянулись друг к другу. Бете было не понять, как можно привязаться к человеку только из-за запаха, поэтому он не обращал внимания на свои наблюдения. Но вот перед ним ещё один сходящий с ума альфа, что внюхивался в платок. Для него даже не имела значения кровь беты, существовал лишь запах и желание увидеть свою половинку и сразу подмять под себя.       Что Дир уж точно научился читать в глазах альф, так это похоть, и вот перед ним сидит возбудившийся альфа, что теребит несчастный платок. Он понимал, что альфа сделает с ним всё что угодно, чтобы узнать, где обладатель платка. Поэтому в голове сразу созрел план, но стоило потерпеть, ведь ему так просто не поверят — и, возможно, убьют, но он защитит молодого господина.       — Схватить его. — Аккуратно сложив платок, альфа убрал его во внутренний карман. Серые глаза вернули свою холодность, дыхание выровнялось.       Альфы, что успели обойти дом и ничего необычного не нашли, уже вернулись и принялись исполнять следующий приказ — вывернув руки бете, поставили его на колени. Красноволосый хотел замучить его до смерти, но не могло ли быть так, что этот бета близок с омегой и его пара вряд ли будет рада услышать прискорбную весть? Избить? Он качнул головой, альфы сразу всё поняли и принялись нещадно бить бету. Тот, поскуливая, пытался защитить голову и живот. Альфы не жалели сил, и уже скоро изо рта и носа полилась кровь. Бета едва мог шевелиться; один из альф вывернул ему пальцы и отбросил его к стене. Затем они стали ждать очередного приказа. Сероглазый, притянув Дира за копну седых волос, изучал изувеченное лицо. Поймав испуганный взгляд зелёных глаз, он решительно настроился пытать бету, пока тот не начнёт молить о пощаде и не расскажет всё.       Качнув ещё раз головой, альфа присел на стул, наблюдая, как альфы разрывают одежду на бете, что едва мог двигаться. Альфа был впечатлён: бета, хоть и в возрасте, имел довольно неплохо сохранившуюся фигуру. Но эта шея… Так и хотелось содрать кожу, но он на мгновение замер: а вдруг его омега оказался в каком-нибудь борделе и этот бета ушёл, напоследок забрав платок? Ведь некоторые вещи довольно долго сохраняют запах, а истинные могут почувствовать друг друга даже тогда, когда другие не улавливают запах. Возможно, омега стал развратной шлюхой и раздвигает ноги перед клиентами. Сердце кольнуло болью, и он, подав знак, остановил альф. Бета весь дрожал, но всё же нашёл в себе силы встретиться взглядом с красноволосым.       — Скажи, где хозяин этого платка? — Альфа застыл, ожидая ответа, но бета молчал. Сплюнув кровь, он улыбнулся. Ярость охватила альфу, и он, не выдержав, одним сильным движением ноги откинул бету так, что тот оказался на улице и, пролетев ещё несколько метров кубарем, впечатался в колодец.       Всё это время Юка молился богам, чтобы с Диром ничего не случилось, но сверху доносились непонятные звуки, и казалось, что в ноздри бьёт запах крови. То ли это игра воображения, то ли на него так повлияли воспоминания из детства… Он снова подошёл к окошку и, прислонившись к решётке, заплакал. Было страшно, хотелось к брату, и душу снедала вина, ведь, если бы не он, Юка, они не пришли бы в эту деревню.       Альфа терял самообладание, а телохранители переглядывались, ведь принц никогда лично не занимался наказаниями.        — Отвечай, или я сброшу тебя вниз, и ты будешь гнить там до скончания веков, шлюха. — Схватив бету за шею, альфа опустил его лицом в колодец.       Дир широко распахнутыми глазами смотрел в тёмную пропасть и прекрасно осознавал, что на дне. На краю всё так же лежали камни, что сдерживали запах, но, опустив голову, он почувствовал запах Юки. Альфа не обратил внимания на то, как сильно напрягся бета. Если альфа захочет что-то ему сказать, то или поднимет его, или сам наклонится и тогда точно всё поймёт. Возможен и другой исход — омега увидит его бездыханное тело перед окошком и будет смотреть до тех пор, пока не придёт Рэйгар.       — Я… я… я всё скажу, — со слезами на глазах всхлипнул бета, надеясь, что Юка не услышит и альфа отойдёт с ним от колодца.       Так и произошло. Отбросив его подальше, альфа успел сделать несколько шагов.       Лишь годами отработанные рефлексы и интуиция сохранили ему жизнь. С крыши дома на него налетела тёмная фигура в чёрном. Капюшон скрывал лицо, лишь на мгновение, отражая удар копья, он встретился взглядом с нападающим. В необычных алых глазах пылала готовность тотчас пустить кровь такого же цвета, как они.