Через силу

Тэхену так и не удалось нормально выспаться. Сердце стучало в бешеном ритме, и мысли суетливо бегали по всей голове в шумном беспорядке. Парень приподнялся на локтях и взял в руки смартфон — восемь утра. Чимин дремал, но его веки дергались от сновидений; теплое дыхание разносилось по комнате сладкой песней, и от этого даже, казалось, останавливалось время. Ким умылся прохладной водой, а затем тихо выругался за то, что та была холоднее обычного. Настолько, чтобы он покрылся мурашками в попытке быстро согреться. Когда Тэхен зашел на кухню, предварительно закрыв дверь в спальню сводного братца, за столом сидел мистер Пак. Он допивал уже остывший кофе, судя по тому, что на дне чашки остался буквально глоток, а газета в руках развернута на последней странице. — Оу, доброе утро. Что-то ты рано. — Доброе. Да выспался, вроде, — зевнул Ким, и мужчина растянуто улыбнулся. — Вы сегодня уезжаете? — Да, получилось немного позже, чем мы хотели, потому что рейс задерживают на час. Но твоя мама уже отнесла свою сумочку в машину. — Она поднимется? В это время раздался стук в дверь, и парень поспешил открыть ее самостоятельно. Миссис Пак была очень удивлена тому, что сын поднялся с кровати в такую рань, ведь он мог спокойно проспать и до обеда, особенно, когда бодрствовал до позднего вечера. Женщина с теплотой и нежностью обняла юношу, потрепав его по волосам. После это они поцеловали друг друга, и хозяин дома попросил супругу спуститься. Минута прощания должна была остаться медовым пятнышком в памяти Тэхена, но его сердце едва ли содрогнулось. Отчасти потому, что он был спокоен за мать и ее нового мужа. Если он доверял Чимину, то и его отцу доверял автоматически. Пока кофе-машина тихо тарахтела, наполняя кружку ароматным американо, из комнаты вышел Чимин. На часах было около девяти, и юноша проклинал всех известных ему богов за то, что те не позволили поспать хотя бы на полчасика больше. — Ну, привет, кошмарик, — улыбнулся тот, подходя к холодильнику. — Сколько ж жратвы… — За неделю все это стухнет. — Придет Тесса и сделает еще, велика задача. — Это ваш повар? — Да они там посменно работают, но я запомнил только ее. Не молодая женщина, но чрезвычайно милая, — сказал Пак и потянулся. Из-под подола футболки чуть показалась линия его пресса, и Тэхену пришлось прикусить нижнюю губу. Разумеется, светловолосый заметил этот жест, но промолчал. Дразнил. — Сегодня перетаскиваем вещи? — вздохнул Ким, вытаскивая свежий напиток из-под крепления кофемашины. — Много их вообще? — Ты у меня спрашиваешь? — засмеялся Чимин. — Не выспался что ли? А так сладко сопел под боком, утю-тю. — Пошел ты, — уже привычная форма общения. — Так, что там по вещам? — Мебель трогать не будем. Нахрен ее. Нужно просто перевезти шмотки, всякие мамины безделушки, украшения, косметику. — Она красится? — удивился Пак, ведь по его наблюдениям женщина очень хорошо сохранилась для своих лет, а не наносила макияж исключительно по долгу службы, отчего еще больше была похожа на курсантку. — Редко. На свадьбу, к примеру, была при марафете. — Пей быстрее свой кофе, и давай поскорее расправимся с этой херней, — нахмурился парень и, так ничего не найдя в холодильнике, ушел в свою комнату.

***

Тэхен открыл дверь в квартиру, и юноши зашли внутрь. Воздух отдавал пылью и одиночеством. Ким провел ладонью по тумбе у гардероба, сжал пальцы, будто пробуя на ощупь, а затем прошел в свою старую комнату. Он скучал по временам, когда из забот была только надоевшая учеба. Теперь каждую минуту приходилось бороться с щемящим чувством недосказанности. — Симпатичненько, — сказал Чимин, пройдя следом. Парень приблизился к плакатам музыкальных групп и прищурился. — Классика. Уважаю. — Мне в жопу не уперлось твое одобрение. Лучше помоги сбросить одежду в сумки, — ответил Тэхен. Получилось довольно резко, а ну и пусть. Личная жизнь должна оставаться за гранью индивидуального комфорта, и если кому-то не хочется делиться ею, ничего страшного в этом нет. После этого парни принялись молча сгребать с полок шкафов свитера, футболки, джинсы и шорты. Минуты заменялись часами, и несколько тяжелых чемоданов уже были загружены в автомобиль водителя, который все это время ждал внизу, изредка уезжая за кофе в соседний квартал. Пак успел вспотеть, но воздух из открытого окна поступал маленькими и слабыми порциями, отчего становилось, казалось, еще жарче. Он снял толстовку, затем и футболку, оставшись в джинсах. «Урод», — мысленно ругался Тэхен, изо всех сил стараясь не смотреть на сводного братца. Его косые мышцы кокетливо выглядывали из-под торчащей резинки нижнего белья. Каждый раз, снова и снова Ким убеждался в правдивости собственных чувств, не понимая, что с ними делать, куда бежать. Но с ними было проще жить. Словно ощущения юношеского трепета и волнения давали ему стимул дышать. Смущение и дрожь в пальцах не позволяли успокоить сердцебиение, но сам Тэхен отчасти хотел, чтобы это длилось дольше. Привлекал ли его горячий торс братца? Вероятно, но в совокупе с ним «шла» достаточно милая мордашка, и та беззаботно-нахальная улыбка, покорившая не его одного. И это больше всего раздражало. — Алло, — раздался голос, вытащивший Тэ из раздумий. Чимин стоял в коридоре, блестя рельефом мышц, и с кем-то разговаривал. — Да. У Кима вещи перетаскиваем. Ага. Ха-ха. Ну? Понял. Ну, часиков в семь заскочу. Хорошо, давай, пока. До встречи. — Куда это ты? — безучастно спросил красноволосый, вытерев пот со лба длинным рукавом тонкой спортивной футболки. — Чон позвал выпить. Почему бы и нет. Пойдешь? Или дома посидишь? — Да вообще-то надо бы вещи раскидать по полкам. А то мы еще в кладовке не были. — Да разберемся за неделю, гонишь что ли? — Чимин подошел к брату и похлопал его по плечу. — Погнали, всего на пару часов. А то скоро экзамены, хрен ты когда вздохнешь свободно. — Логично. Ладно, погнали. Только твой дружок идет? — насмешливо улыбнулся Тэ, хотя ему безумно льстило то, что Пак позвал его с собой. — Возможно, парочка девчонок с нашего факультета. После этого общение приобрело более расслабленный характер. Колкие шуточки, простой обмен опытом и знаниями, какой-то пустяковой информацией — все это связывало этих двоих еще плотнее, затягивая в клубок беспорядка мыслей и чувств. И все бы ничего, если…

***

Парни изрядно устали, складывая вещи в тяжелые сумки и перетаскивая их в дом. Разбирать их настроения уже не было, поэтому каждый принял быстрый душ и переоделся. Тэхен очень не хотел тратить свое внимание на пустышек из университета, поэтому был не в лучшем расположении духа для знакомств. Чимин же чувствовал себя расхитителем сердец и даже надушился своим лучшим парфюмом от какого-то дорогого итальянского бренда. Водителя и горничных юноша отпустил; вызвав такси, они направились к месту встречи. Лан встретил друга радушно и тепло, а вот на Тэ он посмотрел сдержанно и даже, можно сказать, с пренебрежением. Понимая, как этот малиновый мальчик мотает нервы Чимину, а так же до сих пор не утихая потоком злости из-за украденного планшета, он даже не протянул руку для знакомства. Может, оно и к лучшему, Ким все равно не собирался заводить новых друзей. Вскоре к компании напряженного молчания присоединились три девушки, одну из которых Тэхен знал благодаря внеучебным занятиям по вокалу. Милая брюнетка с короткой стрижкой по имени Сичжан, приехавшая из Восточного Китая, сверкнула глазками в сторону парня и кивнула. Две ее подруги налетели на Чимина с распростертыми объятиями, не спросив разрешения на них. Хотя, судя по его довольному лицу, Пак ловил наслаждение от женского внимания. — Значит, ты с криминалистики? — спросила Суран, светловолосая девушка с темно-зелеными глазами. Хотя Тэ сразу заметил, что это линзы. — Да. — А мы с Чимином учимся в параллельных группах. — Понятно. — Интересно? — не унималась она, видела же, что разговор сухой и ни о чем. — Да. — Да не трогай ты его, — внезапно Пак влез в разговор. Перед этим он рассказывал такой смешной анекдот своему другу, что тот от смеха не заметил бордюр и чуть не споткнулся. Тэхен улыбнулся краем губ. — Он у нас не особо разговорчивый. — Я вижу, — поддакнула Суран. — Если человек не хочет делиться мыслями, это не твоя вина, — сказала Сичжан, как бы вступаясь за нового знакомого. Но Ким терпеть не мог, когда кто-то чужой пытался строить из себя его опекуна. Теперь его жизнь похожа на детский сад, благодаря тому, что мать вышла замуж. Да, конечно, он радовался за нее совершенно искренне, но даже найдя общий язык с братцем, юноша попросту не хотел привыкать к новой обстановке. Из раза в раз он ловил себя на этом, и каждый день думал об одном и том же. И это утомляло похлеще перетаскивания вещей из прежней квартиры. — Да все в порядке, — наконец, спокойно ответил Тэхен. Ему показалось, будто Чимин одобрительно кивнул. Хотел, чтобы он нашел язык с друзьями из универа? — Мы уже почти пришли, — заметил Лан. Ребята прошли вдоль узкой улочки между старых многоэтажек, где, несмотря на малое пространство, кипела бурная жизнь. Люди сновали туда-сюда, покупая ткани, пробуя на вкус фрукты и ругая нечестивых продавцов за наценку чая. Мимо прошла группа девушек, одетых в духе японских Лолит, и это заметно подняло настроение Тэхену. Ему нравилось все старое, аутентичное, что связано с культурой соседних и дальних стран. В особенности пристрастия японцев к манге и странные деревянные куклы, которых русские называют матрешками. Он очень хотел приобрести себе такую, чтобы стояла на полке в разложенном виде от самой маленькой к самой большой. Они завернули за угол и увидели темную дверь с расписанной крупным и разноцветным граффити аркой. Внутри все было в полумраке, лишь одинокая лампочка в коридоре освещала длинный проход к лестнице. Пройдя через охрану, девушки поспешили в туалет, а парни заняли столик в углу большого зала. Народу было еще не очень много, но персонал, принимавший заказы на алкогольные напитки, сновал, растерянно поглядывая друг на друга. Тэхен вальяжно сел напротив брата, закинул ногу на ногу и сделал первый заказ — бокал темного пива. Лан и Чимин суетливо сделали то же самое, а, когда вернулись их спутницы, отодвинулись к другой стороне дивана. Ким, кстати, так и не удосужился узнать имя третьей девушки, у которой, к слову, волосы были покрашены в тот же темно-вишневый цвет. Ее вроде бы называли Рут, но, скорее всего, это имя никак не пригодится юноше в продолжение вечера. Спустя несколько глотков коктейлей девчонки немного расслабились, и Суран начала двигаться все ближе к Чимину. Тот радушно принимал внимание однокурсницы, периодически подмигивая ей и улыбаясь. Сичжан сидела смирно, но по глазам было видно, что алкоголь начал действовать. Девушке было некомфортно в таком состоянии, и Тэхен подмечал это. Однако ничего делать с этим желания не было никакого, поскольку вряд ли он даже добавит ее в друзья в соц сети. Стрелка часов медленно двигалась к десяти, и пиво сменилось напитками покрепче, даже девчонки присоединились к распитию текилы. Чем больше градусов было внутри Суран, тем больше наглости становилось в ней. И она выражалась в ухмылочках, пошлых шуточках в сторону Чимина. А он в открытую кайфовал. В отличие от Тэхена, который с каждым прикосновением девичьей руки к телу брата чувствовал, что вот-вот взорвется. И тогда даже вездесущее желание Сичжан влезть в его душу не поможет. И вот, спустя еще некоторое время, случилось нечто: Пак наклонил девушку к себе резким движением руки, вплетая пальцы в ее волосы, и прильнул губами к чужим. Поцелуй был нежным, но страстным и чувственным, настолько, что даже сидевший рядом Лан смущенно отвернулся в другую сторону. Тэхен сжал ладонь в кулак и, разозлившись окончательно, стукнул им по столу. — Ты чего? — улыбнулся Чимин, отстраняясь от медовых губ своей однокурсницы. — Что за дешевая пародия на секс? Вы чего тут устроили? — А каким хером это должно касаться кого-то еще? — Вы не одни сюда пришли. — Нарываешься? — в глазах парня промелькнул азарт. — А пусть даже и да. Пошли к стойке, — Ким вскочил на ноги, и брату ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Остальные завороженно наблюдали за спектаклем, и Чон даже пошутил, что не хватает попкорна. Сичжан не знала, на что способен Тэхен, а потому довольно сильно перепугалась, что они просто набьют друг другу лица из-за одной девушки. Хотя дело было совершенно не в ней. — Двадцать шотов виски, — сказал Тэ, и бармен тут же поспешил исполнить просьбу. — Сдурел? — удивился Чимин, вспоминая свадьбу их родителей и то, как ему пришлось тащить пьяное тело домой. — Кто быстрее справится, тот… должен встретиться со своим страхом лицом к лицу. Чего ты боишься? Только отвечай честно, иначе я набью тебе ебало, как перед участком. — Высоты. Твоя очередь. — Змей. — Решено. Парень за стойкой расставил двадцать рюмок в длинный ряд, разделив их строго пополам. Вскоре стекляшки наполнились виски, и на этом моменте подошел Лан. Друг с подозрением оглядел ребят, но возражать не стал. Раз. Два. Три. Чимин резко схватил первую рюмку и одним взмахом руки осушил ее. Парни глушили один шот за другим, до самого конца идя, дыша друг другу в спины. Неожиданно к Паку сзади подошла Суран, совершенно не зная, что происходит; она протянула руки, обхватив юношу со спины, отчего тот испуганно замешкался. Дав фору сводному брату. Тэхен самодовольно вскинул руки, понимая, что победа за ним. Чимин раздраженно выдохнул, глядя на пустые рюмки; в ту секунду в его жилах текла настоящая злость. На себя. За проявленную слабость и несдержанность. Теперь, очевидно, ему придется прыгать с парашютом. Или что? Лезть на башню? — Да пошел ты, — сказал Пак, вспоминая, с какой интонацией об этом говорил Ким. И это его злило только сильнее. — Прости меня, — протянула откуда-то сзади Суран, но ни у кого уже не было настроения продолжать вечер. Но Тэ получил то, чего хотел, осталось только претворить это в реальность.