Слизеринец, который хотел быть в Пуффендуе

Начнём нашу предысторию с повествования о главном. Нашего слизеринца звали Карта Паркинсон, мальчик был низкого роста. Глаза его зелёные, часто меняющие оттенок. Волосы были не особо короткие, русые, лицо за ними закрыть можно было, а если заправить волосы за уши, то Карта будет напоминать не кота, а ястреба. Вещи его самое главное были свободные, он обычно не носил что-то обтягивающее. Карта же был непостоянным и непредсказуемым. Очень яркой личностью, однако все тяжкие и плохие эмоции всё равно были, но он прятал их в самую глубину и никто, и никогда не видел как Паркинсон плачет. Мальчик был, как и подобает слизеринцам, хитрым и смышлёным, но он не был неприятной личностью, он не досаждал другим ученикам и людям. В нём есть что-то и от других факультетов, но этого недостаточно. Парниша доучился до пятого курса и это не могло не радовать, но чем старше Карта становился, тем он становился страннее и необычней, выделяясь на фоне всех учеников. Паркинсон с самого рождения был анимагом, а может это что-то совсем другое, но ясно одно, из-за частого переключения между телами и влиянием гена животного он становился по характеру и поведению больше похож на животное и стали подозревать, что у мальчика проклятая кровь, однако этому не было найдено подтверждения. Учился Карта не хорошо, но и не плохо, а так, средне. Через пень-колоду да доучился как-то. Давайте лучше перейдём к юноше из когтеврана. Гораций Йегерь был уже на седьмом курсе в Хогвартсе. Он напоминал собой черного орлана, волосы чёрные, кожа умеренно бледная, высокий, телосложение стройное, спина всегда прямая, а глаза его синие, полные чего-то мистического. Вся его одежда как правило тоже черная, изредка с голубыми орнаментами. Гораций выглядел строго и серьезно, хотя и шутить он умел. Всего в этом парне было по-немногу. Учился Йегерь замечательно, тихо, был ко всему ответственен, даже время для хобби у него было. А вот какое было занятие в свободное время у него, никто не знал и не видывал ни разу за каким занятием он проводит часы. Новый учебный год начался. Стоит упомянуть, что раньше Карта и Гораций никогда не пересекались и не подозревают о существовании друг друга. Однако через две недели они всё же столкнулись впервые, когда Паркинсон остановился на одном месте, изучая какую-то вывеску на стене и пялясь на неё даже не заметил, что его рот сам по себе раскрылся. Приметив это, Йегерь подошёл и вальяжным движением, чуть проведя кончиками пальцев по коже подбородка, закрыл рот пятикурсника. - Ой, а я и не заметил.. Задумался как всегда, спасибо,- Карта смущённо улыбнулся "орлану" -Что это? Что это такое?- семикурсник сосредоточился на ощущении на своих пальцах и стал разглядывать шею Карты, чуть приподняв его голову верх -это аллергия на ткань.. -и ты это не лечишь? Это же омерзительно! Разве вас ,слизеринцев, не волнует ваш внешний вид? Да у тебя и лицо ужасно замученное. Ты хорошо ешь и спишь?- Гораций не мог не удивляться такому, возможно бестолковому, слизеринцу, которому, кажется, плевать на самого себя. -ну.. я начинаю лечить когда всё совсем плохо.. я не могу уснуть раньше полночи и.. ем один раз в день,- замямлил Паркинсон -Кошмар! Как ты только так живешь? Тут, в Хогвартсе, ты можешь получить множество возможностей абсолютно бесплатно и никто ничего не скажет, но ты просто спокойно себя в этом ограничиваешь! Удивительно!- Йегерь был очень даже удивлён. Хотел бы он ещё поговорить, но ему пора было идти на лекции дальше, как собственно и Карте. Шли дни, недели. Гораций и Карта часто стали пересекаться в коридорах, иногда болтать и встревать в разговоры друг друга с кем-то, со своим мнением, иногда ругаться. Всё это превратилось в некую вражду, но если Паркинсон не был из тех, кто делает зло первым, то первым атаковал Йегерь. Он долго наблюдал за слизеринцем, завёл отдельную тетрадь и выписывал туда все свои наблюдения. "Орлан" пользовался своими шпионскими навыками и познаниями о пятикурснике как мог. Черновласый причинил Карте много страданий и бед, а ведь дело только до рождества дошло, а значит, это только начало. Но слизеринец уже не мог это терпеть. Он тратил последние нервы, а Хогвартс лишь с интересом, притаив дыхание, наблюдал за конфликтом кота и птицы.