Асунская академия, или Держитесь магистр Криастэ

22.  И почему, Вы, магистр, так жестоки?                Стол просто ломился от блюд, и я, под ошарашенные взгляды, нагло придвинула к себе гору еды. И почему вы удивляетесь, друзья? Я же просто человек, как же без еды! Могла бы не говорить, но предупредила: — Вы в курсе, что теперь всё заказывается за счёт вашего света души?               Все оценивающе уставились на заваленный едой стол. Тэрон с перекошенной ухмылкой — прилипла она к его губам, что ли! — озвучил своё и так просчитываемое мнение: — Но кое-кому это совсем не мешает нагло трескать чужое!               Я тяжело вздохнула. — Кушай-кушай, нам не жалко, —  встряла Селия.               Тэрон с укором уставился на Селию. Вот, значит, за чей «счёт» банкет. — Спасибо, — радостно поблагодарила я Селию и навалилась на завтрак с ещё большим рвением. Жалостливые? Я закашлялась, прижала салфетку к губам, незаметно прикусила губу и с ужасом уставилась на салфетку. Эмпатию же никто не отменял, пусть и к фантому!               Тэрон довольно хмыкнул, Селия сочувствующе погладила меня по плечу и добавила к двадцати двум чешуйка одну халявную, а мой магистр нахмурился. Потенциальный донор есть, но есть, к слову говоря, и несознательные личности. Я потянулась — и тлеющий хвост моего тату оказался у всех на глазах. Так, применяем тяжёлую артиллерию.   — И чьё это тату так быстро тухнет? — с ужасом озвучила я намёк.               Только тупой не поймёт, что это тату и Катино тоже. В смысле — живой Катерины.   В глазах Тэрона была видна напряжённая работа мозга, словно он что-то планировал, но моих пару слов нарушили такой отлаженный план. Он встревоженно оглянулся на комнату, из которой ещё не вышел Эр. Там здоровски так грохнулось что-то увесистое. Похоже, пора уносить отсюда ноги. Но — я вздохнула — куда ж с «подводной лодки»? Что делать? Что мне делать! Всё так достало. Перед тем, как закрыть дверь своей комнаты, я оглянулась: все следили за каждым моим движением. Однозначно, я главный, хоть и не любимый, персонаж в этой драме.    А подушка на моей кровати неуловимо пахла магистром. Я обхватила её и провалилась в муторный сон. На моей памяти мне не было так холодно никогда. И когда я уже почти превратилась в ледышку, появился ОН. Он сжал мои ладони в своих руках, согрел своим дыханием и пронзительно заглянул в глаза. Стало тепло и даже, можно сказать, жарко. Я хотела в благодарность обнять, но меня оттолкнули. Но я же очень культурный человек, как же без благодарности! Поэтому я схватила благодетеля за отвороты плаща и неожиданно проснулась. Маг  старательно пытался отцепить меня от себя. Двадцать пять чешуек! Я отпустила лацканы его плаща. Я жуткая ЖУТЬ! Хотелось поистерить, ударить, разбить что-нибудь ненужное. — Не хотела Вам гово…               Дариан прервал меня: — Ты в курсе, что свет души, который ты похищаешь, через мгновение возвращается назад? — И?               Так я Тварь Хаоса или нет? — Но хуже всего…               Разве что-то может быть хуже?! — Что? — При возврате отдаётся ещё одна лишняя чешуйка света души.               Как в банковском переводе? Хах. Ха-ха-ха. Я откинулась на подушки. Душил смех, а на душе творилось чёрте что. Постойте! Если у меня опять двадцать пять… чешуек. И они не пропали, значит, отданы по доброте душевной. Сердце выделывало в груди безумное сальто. Вот как! И Закариэль, получается, поделился со мной добровольно, и Селия, и магистр Криастэ. Впервые за долгое время забрезжил лучик надежды. Не так всё плохо… Наверное. В приоткрытое окно тянуло дымом. — Не хотите прогуляться? — я ладонью пригладила плед. — Если больше вопросов ко мне нет, то… — Магистр собирался встать. — Я Вам нравлюсь?               Рука мага упала на лицо, и он сел обратно. О как! Фейспалм? Не, ну, а что? Разве кто-то будет просто так снабжать непонятного фантома светом души? — Нравишься.               Божечки! Магистр, как Вам не стыдно! Я же только успокоила своё сердечко. — Но Вы меня не любите? — я нервно сжала край пледа. — Не люблю, но могу защитить. — Но я Вам нравлюсь! — Пойдём к костру. И протянул руку. — И почему Вы, магистр, так жестоки. Вы же уже знаете, что теперь мне нельзя никого касаться? Как Вы можете играть с моим сердечком?!  Безнаказанно! Я ухватилась за плед и рванула его из-под мага.