Идём, я покажу тебе звёзды

      - Марго! - окрикнула меня мать, привычно взбирающаяся по ступенькам огромного серо-бетонного монстра с вывеской "Долливан&CO".       "Напросилась на экскурсию", - я закатила глаза и, мысленно прощаясь с ещё одним днём потенциального ничегонеделанья, стала подниматься вслед за матерью, едва успев прошмыгнуть между роботом-доставщиком с жёлтой буквой "D" на аллюминиевом корпусе и парнем в мышино-серой робе клерка. Продолжив свой путь в захлёстывающем потоке людей и техники, передвигающемуся по лестнице, я резко почувствовала неприятный, еле-еле помещающийся в горле комок скорой панической атаки. Сказываются остатки недолеченной агорафобии*.       Неожиданно грузная барышня с походкой першерона, обогнать которую я попыталась уже несколько раз подряд, мощным толчком локтя отбросила меня на несколько ступеней вниз, вырвав из плена тоскливых мыслей. Внутренне обматерив её и окрестив "пельменем контуженным", я, конечно, поуспокоилась, но идея того, что мне здесь не рады, становилась всё более навязчивой. Гранитные ступеньки навевали ужасную хандру, в этом месиве всё больше и больше хотелось убивать.       "Надо выбраться как можно скорее. Хотя бы на лестничное плато перед дверью в это здание", - во избежание кровавых эксцессов решила я.       - Ну и где ты там?! Чего застряла? - снова крикнула мать и вдруг застыла всё с тем же недовольно-раздражённым выражением лица, занося ногу над последней ступенькой. Люди, только что кружившие в темпе сумасшедшего вальса, машины, мчащиеся где-то высоко по линнии 113 этажа, и роботы, на всех парах несущиеся по намеченному маршруту, всё замерло.       - Опять! - не сдерживаясь я устало плюхнулась на место, не занятое застывшими людьми, возле холодного металла перил. Достала хорошо припрятанные сигареты, умиротворённо затянулась, чтобы хоть как-то заглушить тошнотворный запах мегаполиса.       Время, неслышно поскрипев шестерёнками, окончательно остановилось.       Каждый школьник Великого Империума знает, что время - это субстанция, запас которой весьма ограничен. Экономия - есть благо. Ежедневно правительство Великого Империала останавливает его с целью разгрузки временного пространства Земли.       Это нам вдалбливали с самого детства, с молоком, как говорили древние, матери. Странные они были, эти наши предки. Если верить учебникам древним книгам, то их женщины вынашивали и рожали детей сами. В голове не укладывается, неужели их наука была столь отсталой, что заставляла женщин терпеть все эти муки? Ко всему тому же, ещё и умирать?       Сейчас, слава Империуму, всё иначе. Население Земли уже почти 14 миллиардов. Самоубийство ныне - почётная и высокооплачиваемая миссия. Надо же что-то делать, пока правительство занято оборудованием новых планет.       Ну вот, загорелись Линии пребывания. Ограничили эту чёртову лестницу! Я встала, взметнув полами пальто, и подошла к ограде-экрану, прозрачную поверхность которого где-ни-где пронизывали жёлтоватые сплететения электрического напряжения. Все попытки пройти сквозь него пресекаются смертельным разрядом тока. Этакий загон для скота с повышенным уровнем безопасности.       И всё это для таких, как я. Медики называют нас Сacodaemons. В народе всё проще - бесы, бесорождённые. Почему? Главное наше отличие от простых, нормальных людей - это эмоциональный фон. Наши чувства дефективны - более глубокие, чем у остальных. Мы любим, ненавидим, осознаём духовную боль, радость близости. Окружающие не понимают этого. Чувства для них - рудимент, мешающий работе мозга.       Большое горе для семьи - появление такого ребёнка. На протяжении всей жизни нас пытаются изолировать, контролировать, подчинить, ограничить. При рождении мы получаем номера. Оранжевые светящиеся метки в виде чисел на ключицах. Это шифр, код, проще говоря, номер твоего человека. Где-то в мире обязательно существует Он. С точно таким же набором чисел на ключице.       Но, везёт, конечно, не всем. Мне, например, уже не суждено встретить своего. Несколько лет назад, моя метка почернела, расплылась угольными разводами по коже. Это значит, что Он совершил высшее преступление против Империума. Когда это случилось, меня впервые настигла паническая атака. Я начала ненавидеть людей.       Иногда, в особо лунные ночи, когда мне досаждает бессонница, я позволяю себе немного пофантазировать, создать у себя в голове Его образ. Каким Он был? Что любил, чем интересовался? Несколько раз мне становилось так горько, меня захлёстывала непобедимая тоска. Несколько раз я очнулась только после десятка свежих шрамов на запястьях. Но, на то мы и бесы - не застываем во время Великой экономии и не можем умереть по собственной воле. Только после встречи cо своим Человеком. Довольно жестоко, не находите?       Я оглянулась. Ставшая привычной картина почему-то поразила меня. Люди, застывшие в самых разнообразных позах, походили на смешной стоп-кадр из фильма или сериала. Мне хотелось бегать туда-обратно по лестнице, смеяться, фотографировать смешные лица, искать чего-то. Заниматься тем, что обычно не даёт заскучать во время Экономии. Но ноги отказывались слушаться, приковав меня к одному месту около линии тока. Я напряжённо вслушивалась, всматривалась. Бросила недокуренную сигарету под ноги.       Вдруг я не увидела, а подсознательно почувствовала отдалённое движение за Линией. Мёртвое жужжание застывшего города разрезала непокорная песнь ветра. Повернувшись налево, я стала рассматривать противоположную сторону улицы. Впервые за многие годы я даже не заметила, а осознала цвет города. Серые стены, серые робы людей, серый смог под небом, из-за которого уже много веков не было видно звёзд. Всё серое. Кроме одной единственной детали. Чёрное пальто, чёрные лаковые оксфорды, чёрные костюмные брюки, чёрная рубашка, лицо. Не чёрное, просто смуглое. Стоп. Лицо?!       Я резко отшатнулась назад, как от огня. Передо мной, за Линией пребывания стоял живой мужчина. И смеялся. Тихо, не отрываясь смотря мне в глаза.       - Кто Вы? - с перепугу выпалила я.       - Бесорождённый.       - В данный момент это и оурису** понятно.       - А что ты хочешь обо мне знать? - глаза его весело щурились, а голос вдруг заставил меня покраснеть. Метка стала неприятно жечь, а тепло, поселившееся на подушечках пальцев, неожиданно сделало ладони влажными. Решила спрятать руки за спиной. Заметив это, он лишь немного наклонил голову вправо, а в глазах его промелькнули согревающие искорки смеха.       - По всей видимости, Вы знаете то, чего не знаю я, - спросила я, глядя на носы своих туфель. Исключительно интересные носы!       - Первый раз вижу девушку, которая не скрывает метку.       - А смысл? Всё равно я Его никогда не найду, - я снова посмотрела на того странного мужчину за Линией пребывания. Выражение его лица было насмешливым, он пытался спрятать улыбку, которая так и рвалась наружу. Будто бы шаловливый кот на иллюстрации к детской сказке. - Как Вас зовут?       - Энтони, - жар прострелил метку так, что мне захотелось потереть кожу ключицы. Я посмотрела туда. Ещё раз посмотрела, не веря своим глазам. Чёрные разводы собирались в чёткую надпись. Ко мне в голову закралась странная, противоречивая догадка, но я отмахнулась от неё, как от назойливой мухи. Всё таки, мой Он - преступник. Тишина затянулась.       - Я - Маргарита, - нашлась я.       - Знаю, - он подошёл к Линии поближе, отшвырнув носком туфли несколько камушков на своём пути. Остановился, положил руки в карманы. - Не очень уж ты и удачливая самоубийца, Рита.       Сказать, что я была ошарашена его словами - ничего не сказать. Как он узнал, если даже моя мать не догадывалась об этом, а я всегда напряжённо следила за скрытостью шрамов? Я развернулась на каблуках туфлей и приподнялась на несколько ступеней вверх, подальше от него. - Столько раз, и всё неудачно! - то ли сказал, то ли промурлыкал он.       - Ну, знаете ли, это уже по крайне мере странно! Откуда Вы об этом знаете?!       - Отнюдь не странно. Странно то, что ты пыталась умереть. А это, на твоем фоне, и вовсе обыденная вещь. Ты когда-нибудь видела смерть беса? - Задумалась. Смерть беса. Даже звучит странно.       - Не видела. Но знаю точно, что Линии несут смерть даже таким, как мы.       - Ах, бедная, бедная девочка! Неужели ты действительно в это веришь? - он, скептически приподняв одну бровь, уставился на меня, ожидая ответа. Я только поджала губы. Какого чёрта я буду плясать под дудку человека, которого видела впервые?!       - Оу, не разочаровывая меня, Марго. Ты ведь и сама понимаешь абсурдность того, что сейчас сказала.       - Но... Как же это объяснить? Если Линии бессмысленны, то зачем они?       - Ты же умная девочка. Ну, хорошо. Ответь мне для начала, что такое время? - лицо его посерьёзнело. Почему-то я никак не могла оторвать от него взгляда, хотелось запомнить каждую его особенность. Помешательство какое-то!       - Время - это субстанция, запас которой крайне ограни...- начала я произносить привычно заученную, школярскую фразу. Он нахмурился, покачал головой и резко перебил меня:       - Ну, а если серьёзно? Кого ты хочешь сейчас обмануть? - сказал он почему-то с по-отцовски заботливой интонацией.       - Не говорите со мной этаким покровительственным тоном! - он только улыбнулся моей резкой реакции. Я умолкла и сбежала вниз по ступенькам. - Время - это абстрактная концепция, созданная людьми, которая не имеет никакого реального влияния на события.       - Да, уже лучше. Просто сформулируй до конца.       - Чего Вы от меня хотите? - я устало закрыла лицо руками, пытаясь оградиться от проблем. И от него. Человека, который так внезапно появился в моей, признаться, скучной жизни, и который заставил чувствовать нечто подобное. То в жар, то в холод, я чувствовала, как краска заливает лицо, шею и даже уши. Метка почему-то стала покалывать, тепло от неё разливалось по всему телу. Такое явно было впервые.       - Время... Что такое время? Но как можно дать определение тому, чего не существует на самом деле? Выдумке древних, которая не имеет реальной подоплёки?       - Вот! Почему же ты всё понимая сказала это только сейчас? - он явно удивлён.       - Потому, что я сама не верю в это до конца. Этому нет доказательств.       - Ну что ты, конечно же есть. Подумай, зачем это делает власть Великого Империума? - Энтони с сарказмом выделил слово "великого". В его глазах мелькнула тоска, до этого прятавшаяся за маской напускной весёлости. Он стал порывисто, возбуждённо двигаться вдоль Линии пребывания, продолжая говорить:       - Ведь всё это: время, Линии, экономия - рычаги воздействия на подконтрольную массу. То, что позволяет власти удерживаться в своих золочёных креслах. 14 миллиардами людей не так уж и легко управлять, поверь мне. А время - отличный способ заставить всех делать то, что "нужно". Правда, то, что нужно власти, а не людям, конечно же. Экономия позволяет обездвижить вечно работающие умы. Хотя бы на несколько часов, даже этого достаточно. Учёные-рабы Империума активно работает над вырождением бесов. И очень даже успешно. Знала ли ты, что раньше все люди были такими, как мы? И Линии. Линии - это страх, парализующий самых опасных для общества. Нас. Ведь эмоции - это не дефект, мешающий работе мозга. Чувства - это то, что не даёт бездумно, рабски подчинятся высшей воле элиты Империума, - он разгорячённо говорил, жестикулировал, быстро двигаясь туда-обратно вдоль экрана. Я опустила голову и тихонько, насмешливо прошептала:       - Пытаетесь произвести впечатление? - Тони резко изменился в лице и вновь сунул руки в карманы.       - Нет, объясняю элементарные вещи, - парировал он, снова рассмеявшись.       - Ну, допустим, Вы правы. Но, опять же, как это проверить?       - Коснись Линии.       - Что?! Вот это уже действительно сумасшествие. Я не собираюсь умирать по Вашей прихоти!       - А что тебе терять? Работать на благо общества ты не сможешь априори. Болезнь у тебя такая. Своего Человека, судя по твоим словам, тебе уже не встретить. Тем более, ты и сама этого хотела не раз - совершить самоубийство.       "Ишь, ты. На понт берёт. Про болезнь знает. Точно тут что-то не так!.." - я недоверчиво окинула его взглядом. Он криво усмехнулся:       - Всё равно не веришь... Ну, раз так. Я коснусь вместе с тобой. Не ожидала? - Тони наклонил голову вправо, подошёл к экрану, разделявшему нас, вскинул левую руку вверх. Я, как загипнотизированная, смотрела то на его окаменевшую улыбку, то на руку около линии. Так странно. Я сделала шаг. Ещё один. Облизала пересохшие губы. Подняла правую руку. Всё. Пути назад нет. Нас разделяет всего лишь Линия. Эта пугающая Линия.       - Но...зачем Вам это? - вдруг задала я вопрос, что мучил меня всё это время, крутился в мозгу, на кончике языка.       - Ты ещё не поняла? - он стал пристально вглядываться в мои глаза. - А, нет, поняла. Ты хочешь, чтобы я это сказал вслух. Хорошо. Да, Марго, я - твой соулмейт. Почему пришёл только сейчас? Я занимался слишком незаконными делами, как ты уже поняла. Не хотел тебя ввязывать в это, ведь революция всегда сопряжена с огромным риском и опасностью. Тогда я пытался любить других женщин - и бесов, и простых... Но всё это было совсем не то... Они только лишь торговали телом, взамен денег на удовлетворение самых низменных своих потребностей. А я так устал. Мне нужна духовная связь. И если именно ты предназначена мне, значит так правильно, так должно быть. Надеюсь, что ответил на все твои вопросы, Фома неверующая? - расстояние между нашими ладонями сокращалось все стремительней.       "Любил других? Очень интересно, однако", - возмутилась я мысленно, мне стало даже немножечко обидно, но почему-то так хотелось ему верить. И вот экран. Поддавшись минутной слабости, я зажмурилась, съежилась, как котенок, ожидая удара током, но ничего не почувствовала.       Ничего, кроме сухого, спокойного тепла. Я быстро выпрямилась, представив, насколько глупо я выглядела, и открыла глаза. Он держал меня за руку и улыбался.       "Я прикоснулась к Линии. И ничего не чувствовала", - сухо констатировала я внутри себя. Внезапно Он дёрнул меня за руку и притянул к себе. От неожиданности я напряглась, но почувствовав исходящее от него тепло, уверенность и нежность, что ли, я робко приобняла его в ответ.       - Идём, я покажу тебе звёзды.       - Так ли это красиво, как описывали древние?       - Даже лучше, милая, намного лучше.