За барной стойкой..

— Данил, мать твою, я же заранее сказал, нужно подготовить чуть больше! Тебе, что, яиц жалко? В следующий раз буду отрезать твои, ясно? — я киваю и повторяю действие омеги, делю су-видный желток напополам. — Хули ты молчишь, я же нормально тебя попросил заранее все подготовить и проверить, сейчас из-за тебя приходится заниматься вот такой хуйней!       Я смотрю на омегу, он от злости уже весь покраснел. Кажется, кому-то нужно на воздух, но этому омеге всегда свежий воздух заменяет кружка холодного и пенного, желательно, темного нефильтрованного. — Ты сказал 20, я сварил 25. Мне казалось, этого более, чем достаточно. — А мне казалось, что я могу на тебя положиться, но видишь к чему это привело. Блять. Ну, почему нельзя ничего нормально сделать, я не пойму. Дима, что там со стейками? Начинай подготавливать масло, чеснок и всё такое. Сколько нужно времени на отдачу? — Ну...я не знаю, — омега в другой части кухни мнется и, доставая сковородку, ставит разогреваться. — Минут тридцать...наверное. — Ты что, совсем с ума сошел, Дима?! — омега поворачивается в сторону повара, и если бы в руках у него не была тарелка с канапе, наверное, в него бы что-нибудь прилетело. —Ну, дак... на одной сковородке, — омега смотрит на плиту, занятую бульоном и цеховым питанием, и смотрит на начальство в ожидании комментариев. — Убери, пожалуйста, всё с плиты и жарь на всех конфорках. У тебя их шесть штук, ни в чём себе не отказывай, мой друг, — я еле сдерживаю смешок.       Голос Матвея буквально пропитан пассивной агрессией.       До окончательного и бесповоротного взрыва...

Раз.

      Официант забирает у меня из рук последнюю тарелку с закусками и, отталкивая вбок, еле удерживает тарелку в собственных руках. — Осторожнее, куда торопитесь? Выносить пока больше нечего. Открывайте, блять, вино!

Два.

      Ища в холодильнике соус к горячим блюдам, я слышу, как открывается бутылка пенного, и Матвей делает глоток. — Жарь, Дима, давай, отжарь хоть кого-то хорошо, хоть природой тебе это не дано, — глубокий выдох со стороны начальства и снова глоток.       Я ставлю соус на стол и начинаю прогревать тарелки, включаю лампы над рабочим местом, ускоряя процесс микроволной печью.       Двадцать пять стейков это вам не шутки. — Дима, я тебя сейчас ударю. Сковородку-то разогрей! Боже, за что мне это...

Три.

      Мой смех рвется наружу, и, выставляя тарелки по рабочей поверхности, я проливаю на них соус. — Смешно тебе, Даня? Подай ему овощи.       Я киваю головой и, слазив в холодильник за гарниром, ставлю их рядом с Дмитрием, который уже совсем поник и, кажется, в собственном мире пытается спрятаться от криков Матвея. Я переключаюсь на украшение тарелки соусом, дабы ускорить этот процесс. — Грей овощи, ептвою мать, мясе перейдет вычту все с вас двоих .

Четыре.

— Матвей, там тебя ждут. Хотят поздравить, видеть тебя и все в таком духе, — протараторил Антон.       Бармен забирает хлеб к вину и уносит сразу три тарелки. Матвей произносит громкое: "Ебать", хватает бутылку и уходит наверх, натягивая улыбку до ушей. — Выдыхай, Дим, давай, у меня уже овощи готовы на 6 порций.       Дима на железном листе отдает мне готовое мясо, а я, раскладывая его по тарелкам, звоню в сонетку для работников зала.       Антон снова заходит на кухню, я отдаю ему три тарелки со стейками, а он, на нижнюю полку стола, ставит кофейный стакан, подмигивая мне. Класс, люблю Антона. Через пару минут на кухню заходит Мэтт: — А соус сверху, где? Ну, ребята, я же вам всё расписал, какого черта! Данил! Если не уверен, нужно было позвать меня.       Рыжий кидает пустую бутылку в мусорное ведро, которое находится в другом углу кухни. Стекло с характерным звоном бьется об с урну. — Каким образом, Мэтт? Выйти в зал?       Тем временем я сервирую следующие 6 горячих блюд и остается совсем немного. В любом случае, главное - начать отдавать.       Блондин встает рядом со мной, выхватывает у меня из рук соус и поливает сверху овощи, после звонит в сонетку. Ух, какие мы нервные, что, подарки не понравились? — Сервируй десерт. Режь. Украшай. Я доделаю. Данил, пожалуйста, я еще хочу домой попасть!       Омега смотрит на меня с надеждой в глазах, но я всё улавливаю сразу. Обхожу его специально теснее, прижимаюсь к нему, хотя тут, как ни крути, работая втроем, мы тремся друг об друга из-за узкой, маленькой комнаты горячего цеха, но, чем богаты. Трусь паховой частью о его задницу, обтянутой черными джинсами, и рукой провожу по талии, прикрытой черной футболкой. Выходя из горячего цеха, улыбаюсь ему уголками губ. Матвей, скорее рефлекторно, поджимает губы от такой близости, но быстро приходит в себя и включает начальник. Я снова слышу грубое и властное: — Давай, Дима, я жду еще горячее и гарнир, быстрее. Быстрее закончим, быстрее все расслабимся, но не сейчас.       Кричит омега на горячника, и когда тот слышит уверенное: "Отдаю, и лист рядом с сервировочными тарелками", я быстро прохожу в кондитерский цех. Надевая перчатки, достаю "Наполеон" и начинаю делать насечки для того, чтобы порезать торт на двадцать пять частей. Вот черт, а я думал, что смогу его попробовать. — Матве-е-ей, — снова слышу голос Антона в дверях кухни.       Матвей просто поднимает глаза, держа в руках тарелки с горячим. Это почти последняя партия горячего. — Там гости тебя снова просят. — Неужели ты не можешь их ничем занять, Тош? — протягивая бармену тарелки, произносит блондин. — Как я, блин, могу их занять, если это твои гости, и они пришли тебя поздравлять?       Антон тут же растворяется с тарелкой в зале. — Ладно, ребята, я пошёл, остались только десерты. Данил, пожалуйста, хоть тут не накосячьте.       Блондин подходит ко мне в кондитерский цех, останавливаясь рядом со столом раздачи, и рассматривает, как я режу десерт. — Дань, карамель и малина сверху. — Есть ещё голубика. Думаю, для цвета можно докинуть, — голос начальника становится наконец спокойнее, но почти не меняет громкость. Я улыбаюсь. Как же мне нравится его спокойствие! Будто сам расслабляюсь... — Верю в тебя, — Матвей проводит ладонью по моему плечу и, быстро разворачиваясь, уходит в зал, прихватив с собой бутылку вина.       Ещё немного и можно считать мини-банкет закрытым, а там и до дома недолго.