Кошмар Юкито

— Убийство! Убийство! Ну-ка взяли блокноты и выстроились! – начал руководить входящий в кабинет невысокий крепкий мужичок, второпях застёгивая пальто и пытаясь как-то всучить наспех ногу в ботинок – времени одеваться спокойно и «нормально» совершенно не было, нет! Вообще преступления не сказать что часто – всё же правоохранительные органы знали свое дело (хотя два детектива так совершенно не считали, признавая лишь собственную гениальность и чувствуя пренебрежение к «глупым людям») –, но все же имели место быть, к всеобщему сожалению. — Хилые ребята, конечно, – командир на этих словах скривился, будто от лимона, – надеюсь, на этот раз мы обойдёмся без некоторых «гениев»-всезнаек. За мной! У всех появились идентичные желания: чтобы раскрытие преступления не захватило их свободные от работы часы, убийство оказалось лишь очередным происшествием, которое можно было спихнуть на самоубийство и чтобы одна язвительная особь не почтила их своим присутствием. Но, к несчастью, такое «не прокатит»: слишком уж хорошо знали напыщенного, любящего покурить на месте преступления самозванца. И можно было сказать точно: если он ещё не на месте происшествия, то, как минимум, уже на пути к нему. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ* * * — Символика Бога Смерти. Снова на том же месте. Заня-ятно, – протянул Юкито, задумчиво взирая на рисунок. – Похоже, всё интереснее и интереснее. — М? – Мизуки непонимающе посмотрела на своего подопечного. – Что вы хотите этим сказать? — А всего лишь то, Цудзимура-кун, что это не обособленное преступление, как пыталось представить нам твое же начальство, а. . . Стоявший рядом эксперт чуть улыбнулся и заметил: — Совершенно верно! – Юноша встал перед Аяцуджи, протянул руку, и началось то, чего последний боялся, как огня. – Старший следователь. Не смотрите на то, что я столь молод для такой работы, вовсе нет! Стаж имеется вполне приличный – целых три года, не обессудьте! – а потому хочу заметить, что имею даже пару предположений по поводу мотивов наших с вами общих «интересов», что заставили нас сегодня, в такой прекрасный день, встретиться. – На этой фразе юноша посмеялся своей якобы шутке. «Слишком самодовольно. Самонадеянно. Пафосно. И некультурно». – Приподняв бровь в вопросительном жесте, мужчина лишь фыркнул в ответ, а после добавил про себя: «Кретин и остолоп. Очередное недоразумение в фуражке». — Я даже могу узнать у вас, какие именно? – насмешливо поинтересовался Юкито. — О-о. Конечно! – Юноша поправил свой козырек, скрестил руки на груди, прикрыл глаза. – У нас труп. Убийство произошло вечером. Скажу откровенно – преступление-то уже раскрыто и убийца найден! Представляете, оно уже было шестым, все никак не могли понять, в чем дело. И он, убийца, тут, да. Рядом. Пообщаться с ней можете, спустившись чуть ниже по улице, мои коллеги взяли её и посадили в машину, нацепив наручники. Девушка лёгкого поведения хотела ограбить своего клиента клиента, решила вырубить его и не подрассчитала сил. И такое бывает, да! Вот и всё. Как говорится, всё гениальное – дело гениев, а остолопов – на трас-... Кхе, немного не актуально, но да. Совершенно так! Тяжело вздохнув, Юкито поспешил спуститься чуть ниже по улице с желанием поговорить с этим «убивцев», крикнув уже через плечо: — Ты оказался прав в двух фактах. Первое: убийство произошло. Второе: остолопы и правда встречаются на трассах, в таких ситуациях. С одним из них я даже имел честь разговаривать минуту назад, не поверите! Сказал бы, что рад был познакомиться, но не имею привычки врать. Всего доброго. У тяжёлых двустворчатых дверей находились стражи патруля. Все молодые люди внимательно следили за движениями Аяцуджи, после чего один из них, ухмыляясь, обратился к нему: — Дя-ядь, а, дядь. Вы бы шли куда подальше. Здесь работают профессионалы, негоже людей-то отвлекать. — Да что вы? – Юкито усмехнулся столь фривольно у обращению – и к кому! К человеку, благодаря которому статистика раскрываемости ползет целенаправленно вверх, к отметке в сто процентов, а не имитирует поползновения червя – вверх, вниз, снова немного вверх, после уже традиционно ближе к нулю (про то, как часто стражники любят канючить отпуска у начальства ходят легенды). – А чем вы, собственно, занимаетесь? — У нас тут убийство, – скупо ответил самый суровый. — Нашли вот-с убийцу, сказано следить, чтоб не убёг, – самый разговорчивый, похоже, совершенно не желал что-либо скрывать. Шутка ли – столько времени в тишине стоять, да смотреть, как тетка с катушек по тихому слетает, не шурша и черепицей. Проникновенно приобняв за плечи Аяцуджи, тот продолжил: — Чего тут выяснять-то? Все чин по чину. По голове – хоп! – да убежать, глупая, не успела. Наши и схватили. Делов-то! — А мы это сейчас проверим. — Н-но Аяцуджи-сенсей. . . Только без ваших шуток! Скептически хмыкнув и аккуратно освободившись от вынужденного телесного контакта, Юкито направился к полицейской машине, открыл дверь. Его действия встретили недобрым молчанием. Оглядев всех, Аяцуджи решил все же прояснить всё для глупцов: — Если бы я работал на трассе, то, согласитесь, это была бы именно трасса, а не тропинка в парке. – Юноши переглянулись между собой, обсуждая заявление новоявленного знакомого. – Что касается же женщины. . . Да будь она хоть трижды материально необеспеченной, реакция на якобы убийство была бы более спокойная: всё же жизнь заставила, не сама инициативу из-за лени взяла. Мне искренне жаль двух вещей: что вы, глупые людишки, взялись за это дело, а женщина имела несчастье возвращаться домой именно этим путем. И да. Серьезно, офицеры, взгляните на себя. На этой женщине хлопковая рубашка с золотыми запонками, а на вас, я гляжу, штопаная-перештопаная форма. Кого бы я и стал обвинять в воровстве, так это вас. «Господа офицеры» густо покраснели, а Юкито вздохнул: — Как же это всё-таки трудно: когда у власти стоят настолько недальновидные выскочки. — Н-но. . . М-мы. . . Значит, это сделал кто-то другой? — Цудзимура-кун, оказывается, не всё потеряно. Если они соберут всё с углов их черепной коробки и отдадут одному человеку, то вполне хватит, как мне кажется, и появится возможность всё же раскрыть дело. А до тех пор. . . — Поэтому вызвали именно вас. Все понимают, насколько это серьезно. Поправив очки и взглянув свысока на присутствующих, Юкито развернулся и направился домой, кинув через плечо: — Уже поздно, Цудзимура-кун. Пора домой. Вы со мной? Или останетесь вместе с н и м и? Право слово, я буду крайне разочарован, если вы возьмёте себе одну из причек данных господ. Не говоря уж о слабоумии. . . Оно, говорят, заразно. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ* * * — Аяцуджи-сенсей, и все же. . . Я хочу вас предупредить. . . – чуть вибрирующий голос главного следователя заставлял содрогнуться любого, но не детектива–убийцу. – Вы не справились с данным вам заданием, если убьете его своей способностью. . . Полицейские в прошлый раз не успели его даже арестовать, не говоря уж о совершении суда. . . Пожалуйста, держите себя в руках! Помните, что в моих силах и полномочиях застрелить вас за нарушение правил! Юкито взглянул на неё своими потемневшими глазами, в которых, казалось, находилось само рождение тьмы, безграничной и ужасающей. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤД е т е к т и в - у б и й ц а. Шумно слотнув и прикрыв глаза, Аяцуджи вознамерился сначала установить контроль над собой и лишь потом взглянуть на своего посетителя. Постоянного посетителя. Его с недавних пор тень. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤЕго надсмотрщика. Лояльность совершенно отсутствовала в его характере, ведь когда речь заходила об исключительных случаях хроник на падобии того, что он пытался раскрыть в обед – а всяческие знаки смерти, физическое переутомление и явственно нетронутые вещи жертв наводили мысли о безумии преступника и его явно отклонённой от нормы психики –, до его прихода успевали поработать государственные правоохранительные органы. Зная их просто-таки о ч а р о в а т е л ь н у ю глупость, можно было с уверенностью сказать: самым важным заданием, что можно было доверить этим индивидуумам, – спасение кошек с деревьев. Хотя. . . Посмотрев на своих котов и отметив про себя то, с какой лаской, доверием и любовью те на него смотрели, Юкито понял, что потопился. Всё же коты не виноваты, зачем беднягам страдать? Но всё же. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤКак же о т в р а т и т е л ь н о было видеть, как за неимением улик высокопоставленные люди, давшие клятвы во что бы то не стало раскрывать дела и ни в коем случае не прикрывать преступников, не проявлять халатности ведут себя так. . . как ведут. Списать преднамеренное преступление на самоубийство, если виновник чуть выше стоит их по рангу. . . ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤГ р я з н о. Видеть людей, чьи лица совершенно недавно озаряли улыбки. У которых были свои мечты, задачи, цели. Мужья, жены, дети, родители. Слишком часто ему пришлось в своей недолгой жизни встречаться. Слишком знакомы были чувства после первого его задания. Когда он смог буквально открыть глаза и понять, кем же является его бывший наставник, было слишком поздно. Но пока тот не примет стоящую кару, пока не заплатит за каждую пролитую слезу жертв, он, Юкито Аяцуджи, детектив-убийца, находящийся пусть под пристальным вниманием и контролем правительства, но не лишенный возможности воздать за все грехи преступнику человек, не успокоится. Из дня в день, из недели в недели, из года в год он снова и снова будет карать зло, покуда оно совершенно не исчезнет. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤВсегда было слишком б о л ь н о. И несправедливо. И о н это исправит. Ведь. . . кто, если не он? Кто остановит этих мерзопакостных людей, не знающих пощады? Долга чести. Справедливости. И даже порой здравомыслия. Чего стоит один лишь Нацухико Кёгоку. Пока он жив, он просто о б я з а н помочь обществу. Ведь без него было тяжко. Без него было бы слишком жутко. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤА потому. . . Ухмыльнувшись, Аяцуджи заметил: — Вы чем-то недовольны? Я вас не держу. Хотя стоп! Цудзимура-кун, вы мне обещали сделать кофе, разве нет? Не помните этого? Ох, ничего страшного, просто принесите. И продолжил делать вид, что читает, на деле не распознавая ни одного иероглифа. Лишь притворяясь, что он спокоен душой и телом. Всё его сознание сконцентрировалось лишь на раскрытии того дела. Буквально выпивать силы, оставляя после лишь седовласого человека – хотя ни одна жертва не была старше тридцати пяти лет! – и неизменный знак. Знак Смерти. В городе завелся некий эспер-вампир, выпивающий силы. И столько вопросов остаются без ответа: кто он? зачем он это делает? и есть ли в того сообщники? а каковы мотивы? Слишком много неизвестного. И крайне мало фактов. Говоря про притворство. . . ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤОн как его же  куклы. И он один из них. Лишь м а р и о н е т к а без чувств и эмоций. Способ решения проблем. Хлопок двери дал понять, что Мизуки последовала его просьбе по поводу напитка. Как бы он не пренебрегал замечаниями своего надсмотрщика о том, что стоит её предупреждать об уходах, стоит заметить: кофе у Цудзимуры-кун был совершен.