Одно целое

«Мама, что происходит?» «Что случилось?» «Это опасно?» «Что нам делать?» Четверо маленьких Фурят, сбившиеся в плотную кучку в самом-самом дальнем углу пещеры, где обитала их семья, встревоженно смотрели на свою маму. А та рычала, закрывая своим телом малышей, и смотрела на выход. Опасность. Ловушка. Враги. Люди. Люди нашли их дом. Их извечное убежище, далёкий остров, принадлежащий лишь Ночным Фуриям. Никогда раньше не ступала на землю этого острова нога человека. Но… не теперь. «Сидите здесь и ни в коем случае не выходите», — велела Фурия своим малышам. — «Что бы ни случилось — не высовывайтесь. И не бойтесь, все хорошо». Да что же тут хорошего, если беда пришла, откуда её не ждали? Снаружи пещеры грохотало что-то железное, слышались людские крики, рев раненых драконов. Было видно тёмные силуэты на фоне сиреневых вспышек плазменных залпов. Чувствовался сильный запах пролитой крови. Фурии оборонялись, как могли, но людей было куда больше — и они побеждали. Убивали. Некоторых сбитых драконов сковывали в железо и увозили на корабли. Кошмар. Около входа в пещеру показалась человеческая фигура. Высокая, закутанная в плащ, обвешанная железом — и опасная. Очень опасная. Человек шел с явным намерением убить живущих здесь драконов. Но вот удастся ли ему это? Фурия угрожающе зарычала на врага. Нет уж, своих малышей она в обиду не даст, пусть даже не надеется. Не на ту напал. Она рванулась к человеку, намереваясь сбить его с ног и прокусить шею. Расстояние между ними всё сокращалось, еще чуть-чуть — и всё, враг будет мёртвым. На удивление, тот стоял на месте совершенно спокойно, словно бы не боялся разъяренную самку. Лишь криво усмехнулся и поднял руку, едва Фурия приблизилась к нему. Одно резкое движение человеческой руки — и самка падает наземь около его ног. Малыши, наблюдающие из безопасного места, дружно взвыли. Из шеи их мамы, в том месте, где располагались артерии, торчал небольшой дротик с неким фиолетовым наполнителем. По всей видимости, именно эта странная жидкость и парализовала Фурию, ибо она лишь слабо трепыхалась и больше не пыталась напасть на человека. — Глупые создания, — тот же осмотрел поверженную дракониху и лишь фыркнул — мол, силы много, а вот ума явно недостаёт. Человек махнул рукой куда-то за пределы пещеры, появились ещё двое. Несколько негромких фраз, и Фурию, крепко связав, куда-то утащили на глазах у шокированных и напуганных малышей. Они ведь совсем одни остались… «Мама!» — Толстопузик, не выдержав гнетущего молчания остальных, от безысходности выбрался из их убежища и рванул за людьми, к поверженной матери. На крики брата и сестёр он не отреагировал. Не послушал, не повернул назад — и практически сразу его сбили. Какой-то расторопный Охотник, заметив отчаянно летящего к повозкам дракончика, достал оружие и… До чуткого слуха затаившейся троицы донёсся предсмертный вопль братика и запах свежей крови. И это напугало Фурят ещё больше. Нет, здесь им оставаться нельзя. Здесь слишком опасно. Нужно было убираться подальше от родного дома, как бы страшно не было оставлять и его, и пленных сородичей. Тем более, чем они могли им помочь, такие маленькие и неопытные дракончики? По команде Беззубика малыши осторожно выбрались из укрытия, и, стараясь двигаться как можно незаметнее и тише, добрались до края острова. Перелетели, незаметные в темноте, на небольшую группу скал в паре десятков метров. Затаились и перевели взгляды на родной дом. И только сейчас в полной мере оценили весь ужас происходящего. Весь остров заполонили люди, вооруженные с головы до ног. Ярко пылали костры и факелы. К побережью стаскивали все новые и новые клетки с плененными драконами. Слышались редкие звуки боя, яростно рычание еще живых Фурий, отрывистые приказы людей. Чувствовался запах крови — её было очень много, настолько, что весь немаленький остров был ею пропитан насквозь. Жуткое зрелище для трех осиротевших малышей, правда? «И что нам теперь делать?» — немой вопрос повис в воздухе. А что им делать? Пытаться как-то выжить самостоятельно, ничего другого не остаётся. К сожалению. «Летим отсюда», — Беззубик первым поднялся в воздух, привлекая внимание сестёр, за которых теперь был в ответе. — «Нам нужно найти новый дом». Трое чудом выживших малышей Ночной Фурии удалялись от разоренного дома все дальше и дальше. Последнее, что они услышали, был слишком знакомый рык, перешедший в стон, их матери. — Беззубик! Дракон сонно зарычал, ещё находясь во власти кошмаров-воспоминаний. Забил хвостом. Опасность. Люди. Враги. Нельзя сдаваться. — Беззубик, проснись! — снова знакомый и такой родной голос. — Это просто сон, ну же, проснись! «Иккинг?» — кошмар, наконец, отступил, не самые радостные воспоминания уступили место реальности. Это всё в прошлом. А он сейчас не на родном острове, захваченном людьми, а в уютной пещере рядом со своим другом. Беззубик открыл глаза — Всадник стоял рядом, обеспокоенно рассматривая дракона. — Снова, да? — и ответ не нужен. У них не только одно тело на двоих, но и сознание. Иккинг давно понял, что его друга преследуют воспоминания о прошлом, наполненные кровью, насилием и безрадостностью. И даже видел часть из них. Это далось викингу трудно — всё же не каждый день узнаешь, насколько плохо жилось его названому брату. Фурия не стал скрывать абсолютно ничего. Он рассказывал, с яркими примерами и картинками из своей памяти, о своей жизни, вплоть от рождения и до того момента, когда они с Карасиком встретились впервые. После того, как трое дракончиков покинули разоренный дотла дом, их ждало много приключений. Ведь не так уж просто найти пристанище хотя бы на ночь, не говоря уж о постоянном новом доме. Они пытались прибиться к встречающимся на пути стаям других драконов, но терпели неудачу. Никто не хотел принимать маленьких чужаков, тем более такого редкого и скрытого вида. Такой же результат подстерегал Фурят и в нескольких драконьих Гнездах — пользы от них пока что не было, так зачем брать лишние рты? Так, летая по свету и понемногу приучаясь к самостоятельной жизни, малыши нашли себе временное пристанище. Это был небольшой островок, окружённый скалами, с густой растительностью и множеством укромных мест. И на нем никто не жил, помимо небольшой группки Ночных Жутей. Но хозяева острова не стали выгонять гостей, и троица поселилась в этом месте. На гостеприимном и тихом зелёном островке Фурята прожили довольно долгое время — почти десять лет. Выросли, окрепли, научились всему, что полагается знать порядочным драконам, и просто наслаждались жизнью. Но идиллия не вечна, как можно было догадаться… Люди. Снова. Они называли себя Охотниками на драконов. Их было много. Они бывали во многих местах, ловили и истребляли целые виды… и они, в конце концов, добрались и до нового дома семейства Фурий. Именно тогда случилась новая потеря: Пятнашка в кровавой битве с захватчиками была серьёзно ранена и, едва молодые драконы добрались до безопасного места, умерла от большой кровопотери. Теперь их осталось только двое, но Фурии больше не были беспомощными малышами. Их сестра была отомщена, а те, кто был причастен к её гибели — погиб. Но, как бы то ни было, оставаться на острове было нельзя — если это место нашли Охотники, то они, что совершенно логично, устроят здесь базу, а, значит, существовала опасность попасть в плен или погибнуть. С небольшим отрядом ещё можно справиться, но если людей будет целая армада… Нет, так рисковать нельзя. И Беззубик с Капелькой снова отправились в путь. «Именно так мы попали в Гнездо Королевы», — рассказывал Беззубик. — «Это случилось всего года три назад. На этот раз нас приняли безоговорочно. Но я бы не сказал, что нам повезло…» Фурия поведал, что жестокая Красная Смерть не только подчиняла себе тех драконов, кто оказался в её владениях, но и в самом прямом смысле отравляла им жизнь. Всех, кто хоть как-то не устраивал Её Величество или смел бунтовать против такой откровенной тирании, Королева лишала жизни. Причём она могла не просто глотать провинившихся живьём, но и при помощи своего гипноза свести с ума, или поджарить на глазах у остальных, или переломать все кости одним ударом хвоста… Способов было много, один ужаснее другого. Ничего удивительного в том, что драконы её ненавидели. К сожалению, сбросить с себя почти безграничное влияние удавалось единицам — да и тех настигал гнев тиранши. Иккинг все это слушал и приходил в самый настоящий ужас — что только не пришлось пережить его другу и его сестрёнке. К слову про неё… — А где Капелька теперь? — такой простой вопрос заставил Беззубика помрачнеть на глазах. Иккинг занервничал — что, неужели случилась третья трагедия в жизни его друга? «Она погибла. Буквально за месяц до того, как ты меня сбил», — Карасик заглянул в грустные глаза дракона, пробормотал торопливые извинения и обнял того за шею. — «Её тоже сбили люди. Я был далеко, нас отправили в разные стороны, и не успел… не смог…» — Прости, — тихо проговорил Иккинг. Как же все это грустно — остаться одному, при этом видя гибель всех своих родных. И страшно. Зато теперь понятна, мягко говоря, нелюбовь Беззубика к роду человеческому. Друзья никогда не затрагивали эту тему, Иккинг просто боялся спрашивать, но теперь-то всё понятно. Грустно и ужасно.

***

Первое время друзья жили в заброшенной пещере в отдалении от других драконов и людей. И если ко вторым сам Иккинг отныне не хотел даже близко приближаться, то первые просто-напросто не принимали странное, по их меркам, существо и могли напасть, защищаясь. Но постоянно так, разумеется, продолжаться не могло, ибо в данном месте было невозможно обустроиться по-человечески и с комфортом для их обеих сущностей. Одним погожим ранним утром полудракон выбрался из их временного пристанища и отправился в путь. Это была идея Карасика, который, наслушавшись рассказов друга, моментально составил план дальнейших действий и сказал, что знает место, где они бы могли осесть надолго. Но для начала следовало запастись кое-какими вещами: запасной одеждой (хоть и наполовину дракон, но не ходить же нагишом), письменными принадлежностями и бумагой для зарисовки чертежей будущего дома и нового хвостового элерона, кузнечными и строительными инструментами для создания оных и прочей мелочевкой. Если уж обустраиваться, так нормально и как надо, разум-то наполовину человеческий и безо всей этой, как ехидно выразился Фурия, «людской шушеры» жизни не представляет. Ну что ж, сказано — сделано. Для этого пришлось облететь все места, где жили люди, отыскать малозаселенные или заброшенные поселения и тайно брать всё необходимое. Времени на поиски «шушеры», конечно, ушло немало, но зато всё было собрано по списку — и не вещицы лишнего! «Ну что, теперь-то ты мне скажешь, куда именно мы летим?» — подхватив тюки с добычей и взмахнув крыльями, поднимаясь в тёмное небо, спросил Беззубик у друга. Своим планом тот до последнего не делился — вот дракон и извелся от любопытства, гадая, куда их в этот раз занесёт. А зная Иккинга, можно было предположить, что их место будущего обитания будет крайне необычным. — Скажу. На остров Ночных Фурий, — с улыбкой отозвался тот, любуясь изумленной мордой дракона. Тот аж в полёте дрогнул от изумления. Да уж, все, даже самые странные, прогнозы и близко не приблизились к правде. Ну Иккинг даёт!

***

Остров Ночных Фурий был очень далеко — почти неделя лёту от последнего из обжитых людьми островов. Полёт был долгим, полудракон сильно устал и, едва приземлившись, рухнул на песок около воды и моментально уснул. Сил на осмотр острова и возможных опасностей не было совершенно. А вот утром Иккинга и Беззубика ждало не самое радостное зрелище: их новый дом был завален костями как людей, так и драконов… — Какой ужас… — тихо проговорил Карасик, осматриваясь по сторонам и аккуратно пробираясь между останками мёртвых прежних жителей острова и их завоевателей. Зрелище и правда удручало: их было много, очень много. И чем ближе друзья подходили к пещере, той самой, где родился Беззубик, тем останков становилось всё больше. «Это здесь», — дракон кивком указал на полускрытый густой растительностью вход в родной дом. И тут же замер, настороженно к чему-то принюхиваясь. Иккинг с испугом посмотрел на друга, но тот заметил вовсе не возможную опасность или врагов, а ещё один драконий скелет. — «Мама…» Иккинг так и не понял, каким таким волшебным образом его друг опознал останки своей матери спустя столько лет — ведь запах же не мог сохраниться так долго! Но благополучно решил промолчать и не задавать лишних вопросов. Прощание с погибшими, а уж тем более родными — святое как для людей, так и для драконов, и мешать этому действу не стоит.

***

Следующие несколько дней были отведены под не менее важное действо: все останки, находящиеся на острове, необходимо было захоронить. А перед этим — либо вырыть большую и глубокую яму, либо построить большой драккар и отправить его подоженным в море. Поразмыслив, друзья решили, что вырыть две отдельные ямы будет куда проще, чем строить деревянное судно при наличии минимума инструментов и отсутствии подходящего материала для постройки оного. Сказано — сделано. И вскоре на дальнем конце острова, где грунт был помягче, а места подремучее, были выкопаны две могилы, куда и были перетащены кости усопших, а ямы потом зарыты с особой тщательностью. — Что ж, одно дело сделано, — вернувшись обратно к пещере, сказал викинг и посмотрел на Фурию. Тот с самого их прилёта в родной дом был подозрительно тих и казался грустным. — Всё хорошо? Разумеется, Иккинг понимал состояние друга. Ведь как ещё можно отреагировать на такую картину, которую они застали? Да даже если бы всех этих навевающих тоску и неприятные воспоминания костей не было… довольно невесело для Беззубика возвращаться туда, где он осиротел и где потерял дом. Да, Иккинг понимал. И сильно переживал за названого брата. «Да. Всё хорошо», — наконец, отозвался дракон. — «Просто то, что здесь было… это достаточно больно вспоминать снова. Я скучаю по родителям, по брату и по сёстрам, понимаешь?» — Конечно, — Карасик тоскливо вздохнул и обнял дракона за шею. — Конечно, понимаю. И волнуюсь за тебя. Но это все в прошлом, дружище. А прошлое полагается отпускать, тогда и жить будет куда проще. Конечно, сказать легко, но вот сделать… Разве просто забыть прошлое? То, что происходило непосредственно с тобой? То, что до сих пор не даёт покоя и иногда приходит во снах? Нет, далеко не просто. Но бороться с прошлым нужно, иначе дальнейшая жизнь превратится в один сплошной кошмар. И Иккингу приходилось тяжело. Как бы он не утверждал, что не хочет даже вспоминать о своей прошлой, в прямом смысле, жизни, эти самые воспоминания о ней порой вылезали из неоткуда в сознании. Ведь как бы то ни было, а были в прошлом и приятные моменты, связанные, в частности, с кузеном и лесом, ставшим ему вторым домом. В такие минуты викингу становилось плохо: он тоже, как и Беззубик, скучал по брату. Но, к сожалению, более им свидеться никак не удастся… — Это всё в прошлом, Беззубик, это всё в прошлом, — вслух повторил Иккинг, успокаивая как дракона, так и самого себя. У них началась новая жизнь. Нужно забыть обо всем, что было, придти в себя и сосредоточиться на новых задачах. Например, на обустройстве постоянного места жительства. «Да, ты прав. Всё в прошлом», — Фурия кивнул и ткнул Всадника головой в плечо, выражая благодарность за поддержку и понимание. — «Спасибо…»

***

Так начались трудовые будни неразлучной парочки. Первым делом следовало найти, собственно, место, где они будут строить новый дом. Та самая пещера по обоюдному согласию забраковалась — для житья человека она просто не подходила, а для дракона в ней было слишком много плохих воспоминаний. Поэтому началось обследование острова в поисках подходящего места. После почти целого дня облета и долгих споров и обсуждений в конце концов выбор пал на довольно уютную небольшую лужайку, окруженную (и, таким образом, скрытую) со всех сторон густой растительностью. Разумеется, скрываться как таковое им было не от кого, ведь остров Ночных Фурий был и так достаточно удалён от других, населённых потенциальными врагами, но Карасик упорно настаивал именно на этом месте, так что Беззубик просто сдался перед напористостью друга. Рассудил, видимо, что ему виднее. Затем Иккинг вытащил из притащенных с собой запасов бумагу и чернила и с головой ушёл в разработку чертежей, то и дело советуясь с Фурией и краем уха ловя его комментарии по поводу плана дома. На это дело ушло ещё несколько дней, но зато тот дом, что получится по итогу работы, будет крайне удобен для обоих их сущностей. А это крайне важно. В строении предусматривалось: один этаж, вмещающий в себя спальню-кухню и мастерскую для Иккинга («Тебя пора звать не по имени, а «Ручки не знают покоя и отдыха»», — веселился дракон, когда викинг заявил, что она ему необходима, как воздух). Стен предполагалось три, окна и дверь отсутствовали как таковые. Плоская крыша, дополнительно сверху покрытая плотными огромными листьями какого-то диковинного дерева, росшего в округе, чтобы ни дождь, ни град в дом не попадали. Внутри небольшой очаг для готовки, деревянная лежанка да простенькие столик со стулом. Всё самое необходимое, в общем. Беззубик план осмотрел, одобрительно проворчал — и снова закипела работа… — Ну, как тебе? — поправив настил на крыше и приземлившись, поинтересовался Карасик, осматривая только что законченный дом. Вышло даже лучше, чем планировалось, плюсом добавились небольшие детали: появилась четвёртая стена, в которой ровно посередине зиял проход внутрь, да некоторое пространство вокруг было очищено от растений. «Неплохо», — отозвался дракон, тоже обводя взглядом новое жилище. — «Вполне неплохо вышло. Жить можно», — он перевёл взгляд на друга. — «Хотя кажется мне, что перестраивать его мы будем не раз, учитывая, что ты у нас тот ещё эксперементатор…» Иккинг тихо засмеялся в ответ. Да, что правда, то правда. По поводу пресловутой мастерской Беззубик подкалывал его с тех самых пор, когда узнал, что она вообще будет. Ну, а что? Такова уж натура у его Всадника — без дела сидеть не может никак. Да и, к тому же, это необходимо — как минимум действующий хвостовой элерон придется подкорректировать, и запасной неплохо было бы сделать на всякий случай. Так что зря смеётся, мастерская — вещь жизненно необходимая. Проблема только в том, как бы её обставить… — Ладно тебе. Вот свалимся где-нибудь в полете — будешь знать, — отмахнулся от насмешек Карасик. — Полетели лучше на охоту, есть уже хочется. И полудракон взмыл в воздух, устремляясь в сторону бескрайнего моря. Жизнь определённо налаживается, в этом нет сомнений. Дом есть, врагов нет, в их распоряжении целый, никем не занятый остров — ну что может быть лучше?