Funny things

- Каннский кинофестиваль - одно из самых значительных событий в мире. Ежегодный кинофестиваль в Каннах - это яркое и эмоциональное событие в мире киноиндустрии и шоу-бизнеса. Знаменитая красная дорожка в Каннах всегда собирает самых известных, красивых и богатых. В течении десяти дней мая в Каннах будут проходить незабываемые вечеринки, соревнования модных нарядов, и, конечно же, лучшее в мире кино. - Босс, вы, что, гид? Тэхён прыскает в кулак. Он восхищён бесстрашием Сокджина, который взял и всё-таки рискнул пошутить тогда, как босс кажется не в лучшем расположении духа. Морщинка между бровями Чонгука становится глубже, взгляд темнеет, пока Джин пытается физически уменьшится (что, конечно, с его-то плечами невозможно). - Простите, - он опускает глаза. - Значит так, ваша цель - известный итальянский художник Коломбано Массимилиано. Он не так прост. В качестве оружия носит с собой дротики с ядом. На лице киллеров ясно написано "WTF". - Больной мужик, кому он сдался? - злится Тэхён. - Ну, прямо сейчас мы планируем его убийство, - терпеливо поясняет Джин. - Почему мы должны сделать это во время фестиваля? - Пожелание заказчика, - Чонгук закатывает глаза, не скрывая своего отношения к "пожеланию". - Он двинутый. - Хосок, - Тэхён встречает коллегу радостной улыбкой и злит Сокджина. - Бывшая любовница, наверно. - Итальянцы страстный народ. - Теперь обсудим план. Намджун переворачивает коробку и вываливает на стол кучу разнообразных гаджетов. Тэхён визжит и хватает первое, что попадется под руку - подозрительного вида маленький жучок. - Это, чтобы быть на связи, - объясняет секретарь, отвечая на вопрос заранее. - Это надо воткнуть в ухо? - Нет, в задницу, - отвечает Джин, теряя терпение. - Нам нужны прозвища, - не обращая внимания, продолжает парень с энтузиазмом, - секретные. - Неплохая идея, - соглашается Чонгук. Кажется, он впервые согласен с подчинённым. Тэхён отметит этот день красным в календаре и будет праздновать каждый год. - Распределим роли. Всё делаем чисто, быстро, без единой ошибки. Чонгук продолжает вводить в курс дела, пока остальные внимательно слушают.

***

- Юный пидор на месте. Прячусь в кустах перед входом в здание. Установил оружие и навёл прицел. - На кого ты там прицел навёл, пидорок, если цель ещё даже не приехала? - Старый извращенец, ты занял позицию? - Почему я старый извращенец? - рьяно возмущается Джин, вжимая жучок в ухо с такой силой, что тот начинает трещать. - Мне всего-то двадцать шесть. - Потому что ты старый и извращенец, - хихикает Тэхён. - Очкастое ничтожество в фургоне и наблюдает за камерами, готовый в любой момент их отключить. - Намджун, в какой раз убеждаюсь, что ты долбаёб, - вновь подаёт голос Сокджин, - босс тебя не слышит. - Я вас слышу, - звучит холодный, недовольный голос, - и вы все долбаёбы. Кто придумал моё имя? - он, подобно змее, шипит. - Всё не так уж плохо, босс, - не скрывает довольства Тэхён, - могло быть хуже. - Я - Мудак. - Мы знаем, - моментально отвечает Сокджин и все трое ржут. - Новенький гандон на месте. - Боюсь представить, где ты, Хосок. - Я во Дворце фестивалей и конгрессов, - не скрывая пафоса в голове, отвечает тот, - и нахуй мы придумывали прозвища, если вы, идиоты, называете друг друга по именам? - Так веселее. - Главное выполнить задание. Все заняли позиции? - Да. - Отлично. Пора начинать. Тэхён напротив Дворца со снайперской винтовкой выполнял роль подстраховки. В случае опасности, он выстрелит. Намджун в фургончике неподалёку мог вырубить электричество и в разы ослабить защиту. Хосок, поправил пиджак, направляясь внутрь здания. Ступая по ковровой дорожке и пытаясь прикрыть глаза от света вспышек, он заметил приближающего Чонгука. Босс ему едва заметно кивнул. В чёрном костюме он выглядел достаточно элегантно, чтобы сойти за актёра и богача в одном лице. Хосок надеялся, что будет выглядеть неприметно в своей чёрной кожанке, и прогадал. - Приехал, - говорит Намджун, заметив чёрный лексус. Увеличил масштаб, чтобы лишний раз убедиться. Но это не потребовалось, когда из неё вышел Массимилиано вместе со свитой. - Вижу цель. Иду на сближение. Художник расположился возле столиков с едой, пока шла начальная презентация. - Старый извращенец, ты торопишься, - голос Чонгука звучит недовольно. Джин, несмотря на данное прозвище, чувствует себя, как никогда молодым и красивым. Он знает, что может очаровать старого художника и гея на раз-два. Идёт походкой от бедра, засунув руки в карманы брюк и не сводит похотливого взгляда с мужчины. Становится ближе, облизывает губы, хватает бокал прошмыгнувшего мимо официанта, коим оказался уже переодетый Хосок. Тот незаметно ему подмигнул. Сокджин закатил глаза. Вот показушник, лишь бы выебнуться. Ему и в голову не приходит, что он так себя выдать может. Сокджин привлекает внимание Массимилиано. Улыбается, блеснув зубами, протягивает ему лишний бокал шампанского. - Стоп. План меняется. - В смысле меняется? - опешил Тэхён. - Заказчик хочет вместе с головой Массимилиано его картину. И чтобы на ней была разбрызгана его кровь. - Он больной, - морщится Намджун. - Она, - поправляет Чонгук. - Поэтому я и голубой, - говорит Тэхён. - Женщины - зло. - А ты сексист. - Заткнись, извращенец. - Господа гандоны, пидоры и извращенцы, - Чонгук поверить не может, что произнёс всё это, - нам нужно, чтобы Массимилиано привёл нас к его дому. - И как прикажете это сделать? - отворачиваясь, шипит Джин. - Он даже бокал с моих рук не взял. Некоторое время Чонгук напряжённо молчит - думает. - Старый извращенец и юный пидор меняются позициями. Очкастое ничтожество, по моему приказу вырубишь свет. - Но... - одновременно возражают Тэхён и Сокджин. - Живо. По тону ясно, что Чонгук спорить не намерен. Глава чаще всего пребывает в плохом расположении духа, но сейчас он готов заложить бомбу и взорвать здание. Чон известен тем, что готов идти даже на крайние меры, лишь бы выполнить задание. - Послали бы заказчика на хуй, - подаёт голос Хосок. - Оплата возрасла. - Что ж вы раньше не сказали, - Сокджин направляется к выходу. Тэхёну потребовалось ровно пятнадцать минут, чтобы привести себя в порядок. Он надел лишний смокинг, переоделся прямо в фургоне перед носом Намджуна. Последний не был осведомлён, что парень не любит носить нижнее бельё, и планировал дальше не знать. - Я готов, - сказал Тэхён. - Мои глаза, - стонет Намджун. Джин рядом и неожиданно останавливает младшего, хватая за плечо. Тэ ожидает очередной поддёвки, но вместо этого напарник смотрит серьёзно и тихо шепчет "будь осторожен, я прикрою". Почему от одного предложения становится так тепло на душе? Тэхён старается не думать об этом и переключается на задание. Дворец изнутри просто поражает. Парень долгое время таращиться на стены и красную, ковровую дорожку, прежде чем приступить к заданию. - Выключай, - отдаёт приказ Чонгук, как только Тэ удаётся завести непринуждённый разговор с Массимилиано. Всё погружается во мрак, что переполошил добрую половину знаменитых гостей. - Вечер безнадёжно испорчен, - тяжело вздыхает художник. Тэхён касается его руки. - Может продолжим его в более укромном месте? - И что же вы предлагаете? - облизывается Массимилиано, даже не пытаясь скрыть своего интереса к красивому мальчику. - Я очень хочу увидеть ваши картины.

***

Тэхён выдыхает. Огромная туша убитого художника лежит на кровати. Кровь стекает. Джин вытирает лоб, с которого стекает пот, тыльной стороной руки. Он нагинается, чтобы собрать кровь в колбу. - Что ты делаешь? Признаться, именно в этот момент Тэхёна прошибает. Как ещё объяснить его странную тягу к Джину. Тот кажется дико сексуальным: с расстёгнутой рубашкой, по локоть в крови. Его улыбка наводит на подозрения. - Как же требования заказчика? Тэ мигом всё понимает. - Где картина? Они весело проводят время, разбрызгивая кровь на полотно. - Чувствую себя художником. Тэхён перепил шампанского на вечеринке и теряет равновесие моментально. К счастью, рядом Джин, который не даст упасть. Схватит, прижмёт к горячему, сильному телу. Тэхён начинает терять голову от одного его запаха. Их губы сближаются, оставляя между ними незначительное расстояние в несколько миллиметров. - К дому направляются друзья Массимилиано, - предупреждает Намджун, напряжённо наблюдая с экрана за красной точкой. - Валите оттуда, - прерывает их голос босса. Джин ругается благим матом, толкает Тэхёна к выходу и они бегут. Всё же романтичнее вечера у Тэхёна ещё не было. И пусть это очередное задание, очередное убийство. Пусть он едва не порвал картину, пока спускался по лестнице. Забавный вечер и недопоцелуй с Сокджином того стоили. Пьяный Тэхён навеселе и не знает, что на следующий день, уже протрезвевший, будет не в силах смотреть коллеге в глаза.

***

Чимин стоит на крыльце, вдыхает глубоко, словно бы воздух придаст ему решимости. Но решимости придаёт скорее то, что другого выхода нет. Медленно поворачивает ручку. За семейным столом и отец, и мать, и младший брат. Правда не родной, поэтому особой привязанности Чимин к нему не питает. Вонхо наоборот, замечает брата в полицейской форме первым, бежит, обнимает. Не рискует зайти дальше, видя суровый вид. - Чимин-и, - воркует мама, - давно ты не заходил. - Что-то случилось? - обеспокоен папа. - Дорогой, обязательно должно что-то случиться? - легонько ударив его по плечу, спрашивает жена. - Вообще-то случилось. Семья Мин убита. Как описать чувства тех, кто долгое время был терроризирован деспотичной семьёй, вроде Мин? Отец Пака ему якобы задолжал и продолжал платить дань в течение долгих десяти лет. Семья Мин за счёт таких бедолаг и жила. Поэтому не удивительно, что их заказали, что их убили. Папа поднялся с места. Глядя на сына не верящим взглядом, подошёл. Обнял и стал смеяться. Чимин давно не видел отца таким счастливым. Он ничего не делал, просто стоял, боялся нарушить мгновение даже вздохом. - Наконец-то мы освобождены. - Но ты ведь полицейский, - говорит мама, окидывая его взглядом, - ты должен их поймать? - Придётся. Семья молчаливо поддерживает его - Пак это чувствует. От долга не сбежать.

***

Чонгук возвращается в офис. Он так привык спать на рабочем месте, что агенство по праву можно считать его домом. Звонки с заказами поступали даже ночью. Чон всегда оставался на посту, не доверяя это важное дело никому. Он открыл дверь и с трудом втащил картину, поставил возле стены. Затем стал проверять не повреждена ли она. Джин и Тэхён на славу постарались - размазали кровь, как и полагалось. Вот только, почему они так долго этим занимались Чонгук так и не понял. Он не сразу заметил маленькую фигурку за спиной. Шуга появился больше напоминая призрак, нежели ребёнка. Бледный, с лохматыми, платинового цвета волосами, он стоял, держа мишку одной рукой, другой без конца тёр правый глаз. Чонгук подумал о Тэхёне - тот клялся, что заберёт мальчишку к себе, но кажется, позабыл. Поклявшись утром устроить ему взбучку, Чон сел на корточки перед малышом. Это впервые, когда он остаётся с ребёнком наедине. Неловко. - Эм, - неуверенно начинает Чонгук, - почему ты не спишь, м-малыш? Он запинается на последнем слове, с трудом его произносит. Ребёнок молчит. Чон не понимает, почему. Вспоминает, что тот как бы глухой и не может его слышать. - Хочешь я тебе кое-что покажу? Наверно Чонгук сошёл с ума, раз говорит и делает такое. Он разворачивает картину и демонстрирует Шуге. Мальчик смотрит, синими глазами хлопает. Переводит взгляд на него, явно не понимая, чего этот взрослый хочет. - Это заказчик попросил. Картина, забрызганная кровью. Ну и психи. Чон ловит себя на том, что он, мать его, смеётся. Смеётся. Он не смеялся лет шесть. Так какого хрена он сейчас стоит в офисе, показывает картину мальчику и, довольный, смеётся? - Кажется, Намджун подсыпал мне в шампанское наркоту. Он, что, оправдывается перед глухим пацаном? "Я сошёл с ума", - ставит сам себе Чонгук неутешительный диагноз. Мальчик вдруг подходит, тянет пальчик, макает в кровь. Чонгук, словно загипнотизированный наблюдает, как Шуга подносит палец ко рту и высунув язычок, пробует на вкус. - Что ты...что ты делаешь? Он впервые касается его, одёргивает руку. Конечно, Чон многое в своей жизни повидал, но, одиннадцатилетний мальчик, пробующий кровь - это слишком даже для него. - Хотя кто его знает, - он наклоняет голову в бок и улыбается, - может ты мелкий вампирёныш? Малыш не отвечает. - Я устал и хочу спать. Тяжёлое задание и восемь часов в полёте. Конечно, он чертовски устал. Чон подходит ближе к дивану, попутно снимая с себя одежду. Напялив просторную футболку, он плюхается на диван. И охает. Кажется, он разбил зеркальце Сокджина. - Это что здесь делает? - он собирает осколки и убирает в сторону. Разворачивается и видит маленькое тельце. На себе. Шуга просто подошёл и лёг на его живот. Смотрит своими наивными глазёнками, непонятно чего ждёт. Чонгук - неожиданно для себя - не злится. Тянет руку и нежно проводит пальцами по волосам. Мальчик прикрывает глаза и чуть ли не урчит. - Ты похож на котёнка, - признаёт Чонгук. Он медленно проваливается в сон. Переворачиваясь, обнимает и прижимает Юнги ближе к себе, чтобы тот ненароком не упал. В ту ночь Чонгуку впервые за шесть лет не снятся кошмары.