Письмо, перевернувшее жизнь

      На улице уже смеркалось. Ацуши, зевнув, выключил телевизор и вышел из гостиной.       Он упал на кровать и растянулся. Сегодня был крайне скучный день, потому что это был очередной день без Акутагавы.       За такой короткий срок мальчишка сильно привязался к Акутагаве, и все мысли занимал только он. Нет, не было никакой симпатии, любви. Абсолютно нет, просто он единственный, кому нужен Ацуши.       Послышался громкий хлопок двери. Ацуши сразу взбодрился и вышел в коридор, картина, которую он увидел шокировала его.       Акутагава, шатаясь и бормоча что-то невнятно, пытался снять ботинки, а когда заметил Накаджиму сказал: — Ацуши, ты чего не спишь? Уже так поздно, — икнув, сказал Акутагава. — Т-ты пьян? Ты же не пьёшь. — Я не хотел, меня заставили. — Вливать в себя вискарь?! — Ацуши осмелел, потому что алкоголь он терпеть не мог, даже запах его не переносил. — А если бы тебя повязали?! Ты вообще головой думаешь?! — Не кричи, башка раскалывается. — И кто же в этом виноват? — Я сказал не ори, хуже будет. — Ты угрожаешь мне? — Предупреждаю, — на этот момент он смог снять сапоги и прошёл на кухню, где выпил целый графин воды. — Я надуюсь, это последний раз, когда ты так бухаешь. Пьяница подзаборный. — Ну все, задолбал. Акутагава вскочил со стула и подошёл к Ацуши, хватая его за волосы и впиваясь в его губы. — Ты что себе позволяешь?! Иди проспись, пьянь! — Я тебе сейчас покажу, какая я пьянь.       Акутвгава рывком сорвал с Ацуши рубашку и, притянув к себе, начал осыпать его тело засосами. — Ты что делаешь?! ПРЕКРАТИ! ХВАТИТ! Не надо… нет, — Ацуши пытался как-то отбиться, но что его сила против него? –Остановись, — он все ещё пытался достучаться до Акутагавы — Акутагава, я брат твой в конце концов, помнишь? Рюноске, мать твою! — Мне нравится, как ты называешь меня по имени, продолжай.       Акутагава взвалил Накаджиму на плечо и шатаясь пошёл, а спальню.       Акутагава зашёл в комнату, бросил Ацуши на кровать и навис сверху, рассматривая тело брата, Накаджима пытался вырваться, но все тщетно. Акутагава снял с себя рубашку, опять нависая над Ацуши. Он перевернул его на живот, приспустив штаны брата, положил руку на его ягодицу, а далее сжал оставляя красный след на белоснежный коже. Белобрысый плакал в подушку, желая, чтобы все это поскорей закончилось. Рюноске смочил два пальца, и ввёл в него пока один на одну фалангу, потом на ещё одну, а далее и весь палец, растягивая и подготавливая к самому главному. Pov Ацуши       Мерзко. Не думал я, что мой первый раз будет со своим братом, было очень больно, я чувствовал в себе его палец. К моему проходу притронулся второй, понемногу проникая внутрь меня. И вот оба пальца во мне, Акутагава двигает ими.        Раздирающая боль, невыносимо больно, утыкаясь в подушку, мычу, а из глаз льются слезы. Хотелось умереть. Чувствую, как исчезли пальцы, которые я уже хочу отрезать и выбросить. Слышу растегивающуюся молнию. Моего анала коснулось что-то тёплое и мокрое, думать долго не пришлось, чтобы понять что это. Просто пережить. Это предложение я повторял как мантру все это время. Просто пережить, он проспится, забудет, и я напоминать не буду. Сделаю вид, что ничего не было, и все будет хорошо, а сейчас просто перетерпеть.       Его член начал входить в меня, медленно, не причиняя боли, но длилось это не долго, войдя на половину, он резко ввёл в меня весь член, вырывая из меня стоны боли. Его руки блуждали по моей спине, а губы Акутогавы прижалась к моей шее, оставляя засосы и укусы. Он начал двигаться, постепенно увеличивая темп.       Просто пытаясь привыкнуть, я молча лежал на кровати, мне не было больно или приятно, мне было никак, все равно. И походу Рюноске это не понравилось, он рывком перевернул меня на спину, закидывая мои ноги на свои плечи, буквально сложив меня пополам. Теперь я мог видеть его лицо, полное похоти. Смотреть и понимать, что тебя насилует твой брат -отвратительно. Он двигался быстро и грубо, раздирая все внутри меня в кровь. Сколько это длилось, я не знаю.       Казалось бесконечные смачные поцелуи в губы, рваные толчки, разносящие неприятные ощущения по всему телу никогда не закончатся. Вдруг чувствую, что внутри меня разливается горячая сперма. Я смог, я пережил. Акутагава вышел из меня, лёг рядом и прижал меня к себе. Пара минут — и он уже заснул. Я приступил к выполнению своего плана, я встал и отправился в душ, чтобы смыть с себя всю эту грязь. Конец Pov       Ацуши оделся и пошёл в магазин, хоть и ходить было тяжело дома, он сидеть не мог. Когда Ацуши вернулся Акутагава был в душе. Вскоре он вышел и сказал: — Ацуши, я вчера был пьян, я ничего не натворил? — Нет. — Точно? — Абсолютно. — Хорошо, а то ничерта не помню.       Накаджима отправился готовить завтрак. Все было хорошо и шло по плану, до определённого момента. Кто-то выбил окно. Акутагава рывком выключил свет и зажал Ацуши рот рукой. Голоса за дверью шептались, а потом и вовсе стихли. Рюноске осторожно отнял руку ото рта Ацуши и, открыв дверь кухни, проверил всю квартиру. — Никого. –К-кто это был? — Не знаю, сейчас камеры проверю. — К-камеры — Да, они у меня по всему дому развешаны, как раз для таких случаев. –А такие случаи у тебя часто бывают? –Ну, не совсем, тебе не нужно беспокоиться. Сходи лучше вынеси мусор. Pov Акутагава       Ацуши ушёл, а я, открыв ноутбук, стал просматривать камеры. Абсолютно понятно, что им нужен был я, потому что они ничего не украли. Отмотав чуть назад, я увидел события этой ночи. О боже, что же я натворил?! Черт, черт, черт! Как так можно было облажаться… Как вообще теперь жить с этим? Я изнасиловал своего брата… Я с силой ударил кулаком в стену. К этому моменту уже вернулся Ацуши. — Все в порядке? — Почему ты не сказал? — Что…? — Почему ты не сказал, что я тебя изнасиловал? — А… Как ты? — я отодвинулся от компьютера, и Ацуши смог увидеть запись. — Прости. — Это ещё кто у кого должен просить прощения? Ацуши, я… — Давай забудем об этом. Я понимаю, ты был пьян, я не держу на тебя зла, все в порядке, просто… Давай забудем. — Хорошо, но все равно прости меня, я безумно виноват.       Ацуши неожиданно подошёл ко мне и обнял, я стоял как вкопанный, ошарашенный происходящим. — Каждый имеет право на ошибку. — Но это не ошибка, это преступление! — Нет, ну это уже хамство, я тут ему философские мысли излагаю, а он нормально простить себя не может. Вот сейчас пойду и реально заяву напишу, и трахать в жопу будут уже не меня, а тебя на зоне. — Ладно. Конец Pov С того разговора они вернулись в старое русло, Ацуши дома, а Акутагава допоздна на работе. Обоих это устраивало, и то проишествие они забыли как страшный сон.