Принцесса и ассасин

Глава 16 — Он может не помнить о них, но правда всегда укажет верный путь

      Возникшая искра от недокуренной сигареты Ганза на время отпугнула Коннора от дальнейших действий. Парень резко отшатнулся и приземлился на пятую точку. Ему хватило пары секунд, чтобы взяться за голову, которая напомнила о себе вновь возникшими болями.       Ассасины Земли обезвредили ассасинов главы Иви и подбежали к союзнику.       — Брат, ты в порядке?       Его состояние стало ухудшаться, голова — раскалываться, а тело — шатать, но он смог встать и произнести:       — Позаботьтесь о кобыле и рядовых.       — Я запрещаю тебе продолжать миссию! — приказал старший группы. — Возвращайся обратно в клан! — и лично поддержал его за плечо.       Помутнённое на время сознание нарушило связи в мозгу Коннора, но он сфокусировался на брате.       — Сообщи о случившемся главе Джейкобу. Перед ним и главой Аррани буду отвечать я.       Затем мощный толчок, и ассасин Огня припустил за врагами светлых ассасинов. Вслед ему летели призывы остановиться, вернуться, но, несмотря на превосходный слух, он не слышал их — сейчас все его чувства обострились и были настроены лишь на спасении принцессы Саксонии.       Через пару сотен метров внимание Коннора привлекло что-то блеснувшее впереди. Это казалось невозможным, но какая-то вещь буквально притягивала к себе его взор, и он не мог не заметить её, хотя глаза смотрели исключительно вдаль, стараясь не упустить постепенно исчезающие силуэты противников. Манящее чувство вынудило ассасина Огня остановиться и опуститься на корточки. Пошарив в траве рукой, Коннор наткнулся на что-то очень маленькое, что-то, что в обычной ситуации кануло бы в лету. Парень аккуратно взял вещь пальцами — настолько она была маленькой — и поднял на уровень лица. Это было обронённое кольцо принцессы Нины. Поняв это, ассасин почувствовал прилив и одновременно отток сил. Стремление догнать отряд Малика и вернуть девушку обратно дошёл до своего пика, но вскоре возбуждённое состояние ассасина сыграло не в его пользу — именно этого стоило бояться всем истинным ассасинам Сообщества. И Коннор пребывал в таком состоянии. Поэтому, как только он полностью вошёл в лесную, переходную зону, сознание практически сразу покинуло его.       За многие годы, проведённые в нестабильном положении собственного сознания, Коннор привык к этой глухой темноте. Из неё не было никакого выхода; в ней невозможно было что-то различить, ощутить, услышать. Ты чувствовал себя так, будто тебе выкололи глаза, навсегда завязали их тканью и лишили слуха. Так случалось чаще всего. Вплоть до этого момента. Несмотря на всё это, парень понимал, что оказался в этой пустоте, где не было ничего, и мог только гадать, сколько его обморок продлится на этот раз. Однако через какое-то время ему показалось, что впереди начал заниматься рассвет. Светлая полоса быстрым потоком простёрлась по всему горизонту, и ассасин поднялся, чтобы убедиться в этом. Он чувствовал себя умалишённым — эта ситуация была полностью неправдоподобной. Откуда взялся свет? Почему он в принципе мог что-то видеть? Этот свет притягивал его к себе. И Коннор пошёл. На первый взгляд, расстояние было кардинальным, но он дошёл до конечной точки довольно быстро. Однако то, что виделось ему как встающее солнце, было вовсе не им. Это была стена пылающего огня, намного выше его головы. И самое поразительное стало то, что он не боялся подойти к ней. Жара от неё не исходило; ассасину даже подумалось, что она совершенно холодная и вообще ненастоящая. Впрочем, всё здесь было ненастоящим.       — Братик Коннор!       Посторонний звук облил его холодным потом. Он обернулся настолько резко, что мог свернуть себе шею. Теперь он и слышать способен? Коннор узнал этот детский голос — то звала его девочка, с недавних пор ставшая появляться в его видениях.       — Брат, посмотри, как красиво папа посталался для мамы.       Что-то происходило, но он не знал, куда смотреть, ведь стало очевидно, что зрение было при нём.       — Почему неправильно? — далее прозвучало обиженно. — Я же учусь!       До него долетали все сказанные ей предложения, и Коннор ринулся в сторону издававшихся звуков. Но не имело значения, как далеко он забежит, потому что слова не становились громче или, наоборот, тише. Все они лились со всех сторон и больше не давали никакого ориентира.       — Я не буду жаловаться! — услышал он более грубо. — Братик, ты не так понял!       И после этих слов перед ним вдруг возникла стена огня, перед которой он стоял ранее. Однако, обернувшись, Коннор увидел ещё одну, точно такую же.       — А братик, что, умер..?       Стены разом потухли и вновь оставили парня в немой пустоте. Он врезался в кого-то, словно споткнувшись о что-то, и упал. Это точно был человек, или какая-то материя, имеющая человеческое строение тела. Коннор хотел открыть рот, чтобы спросить его о чём-то, но понял, что не может этого сделать. Ему вернули всё — слух, зрение, чувства, но не вернули способность говорить. Взявшись за горло, он не ощутил связок как физически, так и ментально. Градус напряжения к этому моменту накалился сильнее обычного, и ассасин ощутил страх. Животный страх. Человеческая фигура исчезла, а на смену ей снова пришли огненные стены. Они обступили его со всех сторон, и вот теперь он мог ощущать их жар, будто расплавляющий его кожу. Кричать не получалось, хотя в этой пустоте можно было делать всё, что угодно, и не бояться осуждения ассасинов Сообщества. Тогда парень решил взять себя в руки и пройти сквозь огонь. Он попытался раз, два, три… и не почувствовал ничего, кроме истязающей боли во всём теле. В конце концов, это стало невыносимо, и Коннор сдался. Ассасин сел, скрестив ноги, и вдруг стал таким же спокойным, рассудительным и не обременённым лишними эмоциями, каким был всегда. А огонь не собирался так просто сдаваться. Поняв, что его не проймёшь просто так, он начал сам надвигаться на человека. Сначала Коннор смотрел на это, а потом закрыл глаза — ему было всё равно. Проходили минуты, он чувствовал его приближение, но так ничего и не происходило. И только тогда, когда парень решил открыть глаза, голос девочки и жар в сантиметрах от него донеслись до него.       — Оставьте моего братика в покое!       Стены развеялись в тот же момент, не оставляя после себя ни угнетения, ни боли. Коннор распахнул очи, вскочил и стал озираться по сторонам. Сердце заколотилось с новой скоростью, пуще прежнего.       «Нет, это была не девочка, — решил он. — Это принцесса Нина!»       — Мы ведь всегда будем вместе, правда, братик? — но его умозаключения развеялись вернувшимся детским голоском. — Ты стал ещё красивее с этим колеськом!       Кольцо? Что за кольцо? Внезапный удар в живот прервал его мысли.       Коннор очнулся с ощущением сжимавшейся в тиски головы. Ассасин отдышался, упёрся руками в траву и с помощью них помог себе встать. Острое зрение вернулось не сразу, поэтому он метался глазами в разные стороны, чтобы понять, где очутился. Голову вверх — дневное небо. Значит, сколько прошло времени? Слух уловил позади голоса всё ещё решавших вопросы собратьев.       — Неужели… не прошло и нескольких часов?       Тембр собственного голоса после ухода в полное отсутствие всего живого ненадолго сбивал его с толку. В руке он почувствовал какой-то предмет. Подняв его на уровень глаз, парень увидел всё то же кольцо, которое всё это время было зажато между его пальцами.       «Принцесса Нина...»       Сжав кольцо в кулак, он устремил взгляд вдаль.       «Если это ты помогла мне...»       На рассуждения не было времени — Коннор оторвался от земли и продолжил преследование ассасинов Малика. Место обхвата его собственного кольца стало жечь ему кожу, но он этого даже не заметил, как и не заметил мелькавших в голове криков зовущей малышки, которые со временем стихли окончательно и невозвратно.