Навечно счастливые

Прохладный вечер августа. Последние лучи уходящего солнца слабо касались розоватых облаков и нежно золотили их края. С крыши апартаментов Эдисона было особенно хорошо видно этот чудесный закат, вид был по-настоящему живописным. Такие закаты этим летом можно было запечатлеть изредка, в промежутках между проливными дождями и обилием густых туч. — Зачем ты сюда меня привёл? — Ларри медленно поднял бровь в недоумении. Вряд ли у Фишера были серьезные намерения, как он думал, хотя, ради чего они вдвоём сейчас находятся здесь? Намерения были. Конкретные. Точные. Салли помолчал и оглядел пространство, сделав пару неуверенных шагов вперёд. Мысли и случайные доводы Джонсона сбивали его с толку. — Вспомни тот день. Тот роковой момент. Ты просто охренеть, как меня напугал. И не напрасно.. — Сал обернулся на Ларри, так и не сдвинувшегося с места. Он по привычке теребил внутренности карманов. Кажется, парень стал понемногу просекать ситуацию, чувствовать её вкус. Неприятный. Горький и одновременно приторный. — Я не понимаю, к чему ты клонишь. Я же извинился. Мы разговаривали об этом, и ты сам говор.. Голубоволосый прервал его. — Эй-эй, притормози. Чего ты так занервничал-то? Ларри мысленно досчитал до пяти и обратно, закрыл глаза и выдохнул. — А вдруг ты глупостей наделаешь. «Может быть» — Сал хотел было воплотить мысли вслух, но передумал, дабы друга, и без того на нервах, не спугнуть. — Я хотел поговорить. — Именно здесь? — Ага. — Почему? Салли не ответил. Он хотел перейти ближе к главной теме, несмотря на то, что его самого трясло, словно душевнобольного. — Чем ты так обеспокоен? О чем говорить? — Ларри заметил это и сам ни на шутку взволновался. В это время сумерки опустились на город. Серо-синие облака все крепче обнимали небо, выжимая с него последний солнечный свет. — Подойди сюда, — голубоволосый встал на самом краю крыши спиной к Лару, разглядывая горизонт. Брюнет бесшумно подкрался к другу и встал за его спиной, выискивая точку, в которую был устремлён загадочный голубоглазый взгляд Фишера. — Знаешь, чел. Я много думал над тем, что я хочу сказать, и.. — Салли замолчал. Он как мог тянул момент. — Я.. Я просто хочу.. Чтобы мы, мм.. Именно на этом месте, вместе начали новую жизнь так.. Как ты когда-то здесь покончил со своей, — его голос задрожал и затих на последних словах. Фишер ждал, пока Ларри сделает или скажет хоть что-то, но.. Он молчал. Стоял неподвижно. Сейчас голубоглазый и вовсе хотел провалиться сквозь землю, его лицо залилось багрянцем вплоть до кончиков ушей. Тишину нарушали лишь порывистые дуновения ветра, со свистом проносившиеся мимо. Ларри хотел предпринять хоть что-то как можно быстрее, но переживал и нервничал, как пятиклассник. Сал еле-еле ощутил чужое прикосновение у виска и вздрогнул. Глухой щелчок — протез уже в руках Джонсона. Ещё мгновение — их лица находятся на опасном расстоянии друг от друга. Ларри осторожно коснулся своими губами чужих, обхватывая руками талию парня. Он не сопротивлялся. Момент истины. Двое стояли на краю крыши. Созвездия рассыпались над их головами. Салли стоял, уткнувшись лицом в ключицу Ларри, тот зарывался руками в его волосы, глядя на небо. Бесконечное. Таинственное. Оба знали, что на другой стороне — настоящая жизнь. Мир без крови, убийств и криминала. Мир без осуждения. Мир без разочарований и вечных страданий. Оба заслужили этот мир. Оба заслужили друг друга. Теперь навечно молодые. Навечно счастливые.