So, pancakes?

Хлопок закрывающейся двери и последующий тяжелый вздох дали Тэхену понять, что это случилось снова. Еще слишком рано до наступления ночи, а Чонгук уже дома после его третьей неудачной попытки снять кого-то в этом месяце. Это уже восьмой месяц тишины в его так называемой личной жизни, и он немного отчаялся. Отчаяние еще не то слово. Он чувствует себя разбитым из-за несбывшихся надежд, и скорые экзамены лишь добавляли груз на его плечи. Тэхен тут же переместил свой ноутбук с колен на кофейный столик и откинулся на диван, на котором лежал. Он уже знал, что младший нуждался в интенсивных объятиях и что-то, стоящее у него на пути, только расстроило бы его еще больше. Проорав свое приветствие из коридора, Чонгук прошел в гостиную, зная, что найдет Тэхена в своем привычном месте, делающим на кресле дополнительные задания для его класса искусств. Это уже знакомый сценарий: Чонгук выходит в клуб в пятницу вечером и возвращается спустя два часа, чтобы избавиться от депрессии в объятьях своего комфортного друга-подушки. Сегодня он снова выглядел как выброшенный на улицу щенок, пока шел к Тэхену, пристыженный тем, что это снова случилось. Он приподнял одеяло, чтобы обвить талию Тэхена руками; старший всегда встречал его с распахнутыми объятиями. — Снова? – мягко спросил Тэхен, пока его пальцы успокаивающе перебирали волосы парня. Чонгук только вздохнул и кивнул ему в грудь, показывая свое нежелание поднимать эту тему, но любопытство взяло верх над Тэхеном, и он ткнул Чонгука под ребра. — Да ладно, что случилось на этот раз? – в ту же секунду Тэхен был раздавлен подушкой рычащего мелкого, но, по крайней мере, он заслуживал узнать детали плохого настроения младшего. — Он думал, что я актив, – Чонгук фактически скулил, пряча голову в груди Тэхена. — Что же, ничего нового, – пошутил Тэхен, стараясь поднять Чонгуку настроение, но добился только сильного толчка в живот от огорченного пассива, лежащего рядом. — Это не смешно, придурок! Такое со мной уже в третий раз случается! Это было уморительно, но в то же время грустно и, может, даже раздражающе. Чонгук любил заниматься в зале, всегда держал свое тело в форме и все в таком духе. Но проблема обычно заключалась в его соревновательной натуре. Из-за его подкатов он казался доминантом. И самым неловким для других было узнать, что он являлся самым пассивным пассивом. Чонгук повернулся в объятиях Тэхена, не в силах смотреть в лицо другу, едва сдерживающему смех. Но он все еще хотел обниматься, поэтому он обернул руку Тэ вокруг своей талии и постарался забыть о произошедшем ночью. — И он даже не хотел пойти на компромисс? – Тэхен продолжал поднимать уже мертвую тему, не давая Чонгуку чертового покоя. — Это было так ужасно, Тэ. Я дрочил ему и даже не заметил, как он бормочет «трахни меня», пока он внезапно не кончил мне на лицо. И я вроде такой: «Ну, я думал, ты захочешь меня трахнуть», и, боже, это выражение ужаса на его лице… Тэхен заржал позади, усиливая хватку вокруг смущенного Чонгука, который, вероятно, хотел сбежать и провести следующие три недели запертым в своей комнате. — Нет-нет-нет, извини, продолжай, клянусь, я не буду ржать. — В общем, - Чонгук откинулся и снова расслабился в объятиях друга. – Как я и сказал, он был так шокирован и сказал, что он пассив, и я такой: «Окей, думаю, я побуду активом, раз мы на полпути». Но этот уебок выгнал меня, сказав, что я не смогу быть активом даже с девушкой. Клянусь, я думал, что умру в этот момент, Тэ, я… Чонгук закрыл свои глаза, позволяя себе наслаждаться теплом руки Тэхена, теперь гладящим его живот. — Так он даже не отплатил за услугу, что за ублюдок, – пробормотал Тэхен за его спиной, а его хватка усилилась на мгновение. Он почувствовал злость и необходимость защитить младшего, не находя больше забавным, что его друг был брошен на полпути и оскорблен тем парнем. — Как бы то ни было, я устал пытаться, – сказал Чонгук сухо, разочарование сквозило в его голосе. Он действительно привлекательный парень и не должен затрудняться в поисках перепихона на ночь, но, видимо, вся вселенная решила поиздеваться над ним, наделив нулевой удачей. Может, если бы он перестал искать, кто-то бы, в конечном счете, трахал его на протяжении пяти-десяти лет? Погруженный в свои мысли, он не заметил, как горячая рука Тэхена под его футболкой начала медленно подниматься выше, над его пупком и ребрами, трогая его слегка нерешительно. — Ч-что ты делаешь? – напрягся Чонгук, внезапно почувствовав каждую частичку тела Тэхена, что касалась его. Но Тэхен не остановился, внезапно задев один из сосков и заставив Чонгука задержать дыхание. — Прости, я… – Тэхен резко одернул свою руку, будто обжегшись. Внезапно его желание защищать и касаться младшего испарилось сильной пощечиной от реальности. Какого хрена ты творишь, ты ему даже не нравишься. Но рука, обвившая его вокруг талии, говорила о другом. И он бы уже успел соскучиться по тонкому голосу Чонгука, если бы его рука не направила ладонь Тэхена обратно под футболку. — Н-нет, мне хорошо...