Точка опоры

- Каркат, чел, ты уверен, что это именно то, что нам сейчас нужно? - Абсолютно уверен, Дейв, чувак. Пей свой ебаный чай, ты хуй знает сколько проторчал на ебаном холоде, последнее, что нам нужно перед Великим Съебом В Закат – твоя гребаная простуда. - Окей, как скажешь, - Сидя в кресле-мешке в углу комнаты, Дейв пьет кипяток мелкими осторожными глотками, греет руки о чашку и наблюдает, как Каркат яростно перерывает вещи: избранные отправляются в сумку, остальные – обратно в гору бардака. Дейв размышляет, что это можно использовать как метафору еще одного шанса: трижды отшвырнув один и тот же темно-бордовый свитер, на четвертый раз Каркат все-таки упаковал его в сумку. – Я просто немного много ссу, что твой мега-бро заявится сюда и устроит нам веселые проводы. - Да забей, не заявится, он всегда приходит под утро. - Кроме того случая, когда он пришел посреди ночи, выдернул тебя из постели в нашей с Эгдерпом гостиной и спутал с боксерской грушей. - Да, кроме того ебаного случая. Страйдер, чего ты от меня хочешь? Ты предлагаешь отправиться в никуда даже без блядских трусов? Нет? Ну вот и все, хватит, блин, лезть под руку! – Каркат воинственно взмахивает черными боксерами, прежде чем уложить их в сумку. – Занялся бы лучше чем-нибудь полезным, раз так неймется, порядок бы вон навел, что ли. Я, между прочим, ненавижу долбанный бардак, но с Гамзии спорить бесполезно – захламляет пространство с невероятной, блин, скоростью! Черт, как же я рад, что больше не буду с ним жить, он… Блядь, - Каркат бледнеет и медленно опускает руку с зажатым в кулаке носком под аккомпанемент скрежета открывающегося замка. – Блядь, нет, сука, пиздец, - Продолжает он громким испуганным шепотом, - Пиздец, Дейв, прячься в шкаф или нахуй куда-нибудь! Дейв опускает чашку на пол, поднимается на ноги, разминает кулаки. - Нет, - отвечает он спокойно. – Лучше ты спрячься, Карклз, а я со всем разберусь. - Черт, нет! Ты не понимаешь, он!.. – Каркат роняет носок, хватается за голову, суетливо и бессмысленно крутится на месте. – Блять, что делать, что… Привет, - Он нервно улыбается, решительно не справляясь с паникой, когда Гамзии появляется в дверном проеме. – А ты сегодня рано вернулся, да? - Хай, братюнь, - Гамзии широко улыбается в ответ. Когда он переводит взгляд правее, улыбка на лице сменяется комически-удивленным выражением: - А ты что здесь делаешь, злоебучий мудак? - Да так, ничего, - Дейв пожимает плечами, подходя ближе(и напрочь игнорируя подаваемые Каркатом предостерегающие знаки), – Просто мы с Каркатом перетерли за жизнь и решили вместе уехать нахрен, а еще ты, чувак, полное говно, но это к делу не относится, это я просто так тебе говорю. Гамзии несколько раз моргает, мучительно пытается сосредоточиться на происходящем, вынырнуть из подернутой разноцветными волнами расслабленности. Все эти слова слишком сложные, так что он просто смотрит на дорожную сумку у ног Карката, на распахнутые дверцы шкафа, на сваленные горой вещи, смотрит на самого Карката – взволнованного и нервного, - переводит взгляд на совершенно спокойного Дейва. Что-то щелкает у него в голове. - Карбро никуда не поедет, - говорит Гамзии и кивает, полностью согласный со своими словами. - Еще и как поедет, - возражает Дейв, но Гамзии не слушает его и не слышит – Дейв незначителен, в реальности Гамзии его и вовсе не существует, уж точно не у них с Каркатом дома. Гамзии снова смотрит на Карката, на сумку, на вещи. Это не то, что он должен видеть, возвращаясь домой. Ему чертовски не нравится такое сочетание; расслабленность сменяется тупой и отвратительной, как ноющая боль, злобой. - Карбро, мой чудесный ублюдок, я же просил меня не расстраивать, я же, блядь, тебя просил, - Гамзии, пошатываясь, преодолевает оставшиеся между ними метры. Каркат говорит что-то, но Гамзии не слушает – злость набирает обороты, и все становится неважным, кроме того, что Каркат не может взять и выполнить простую маленькую просьбу своего лучшего друга. Гамзии сжимает кулак и замахивается: он не хотел этого, правда не хотел, но Каркат снова его довел, и теперь ничего другого уже просто не остается. В плывущем красноватом мареве реальности Гамзии, как всегда, поразительно четко видит траекторию удара – точно в челюсть, чтобы чертова голова мотнулась в сторону, чтобы сшибить с ног, болью стереть выражение недовольства с лица, - но что-то идет не так, как всегда: рука не опускается. Гамзии дергает ею, пытаясь вернуть контроль, но ничего не получается: что-то крепко сжимает его запястье. Дейв очень зол. Он растерялся, когда Гамзии зашел в комнату, едва волоча ноги, с бессмысленной улыбкой, с болтающимися вдоль тела руками – Дейву было бы сложно напасть на человека в таком беспомощном состоянии, что бы тот ни сделал в прошлом, - но теперь все на своих местах. Это тот самый человек, который угрожал его близким. Тот самый «сложный друг», едва не выбивший Каркату глаз, едва не сломавший Каркату ребра, едва не сломавший им с Каркатом жизнь. Тот самый незнакомец, превративший жизнь Дейва в ад, убивший его в нечестном бою, не дав ни шанса, ни даже иллюзии шанса защититься – и это при том, что даже Бро, этот чертов жестокий безжалостный психопат, давал Дейву сраные шансы или иллюзии сраных шансов! Дейв думал, что будет сложно решиться, но тело движется будто само собой, когда он дергает руку Гамзии назад и до хруста скручивает ее за спиной, когда толкает на пол, когда ударяет ногой по сгорбленной костлявой спине. Гамзии не сопротивляется. Дейв останавливается. - Доброе утро, мудак, пора просыпаться, - Дейв обходит Гамзии, склоняется к его лицу. – Я не собираюсь пинать тебя, как чертового уродливого, накачанного наркотой младенца, так что вставай и дай мне выбить из тебя дерьмо. Давай, что там выбесило тебя в прошлый раз? Каркат? Каркат, Каркат-Каркат-Каркат, ты слышишь, каким совершенно наглым способом я повторяю его имя? Прикинь, мне вообще ни капли не стыдно, и я собираюсь продолжать в том же духе. Я его люблю, кстати, так что я собираюсь говорить имя Карката ебаные зиллионы раз на протяжении многих лет, которые мы с Каркатом, кстати, проведем вместе. Ты говорил, что хочешь, чтобы я исчез из его жизни – из жизни Карката, - так вот, чувак, от души советую выкусить: это ты исчезнешь, то есть останешься здесь, или где ты там обитаешь, а мы с Каркатом укатим вдвоем в закат, будем готовить всякое вкусное дерьмо на нашей с Каркатом кухне, и… Тактика работает отлично – Дейв понимает это очень отчетливо, когда, не поднимаясь с пола, Гамзии почти пугающе быстрым движением хватает его за шею и дергает на себя. В глазах темнеет, и долгие секунды Дейв вполне отчетливо чувствует, что Гамзии может свернуть ему шею – вот так просто, голыми руками, - но секунды проходят, Дейв группируется, ударяет одновременно, кажется, всеми конечностями и вырывается из стальной хватки. Их дальнейшая драка сбивается в яростный жесткий ком. Последнее осмысленное действие Дейва – бросок очков в сторону, где предположительно находится Каркат; дальше он бьет, перекатывается и уклоняется на чистых рефлексах, и это непросто – для своего образа жизни Гамзи на удивление сильный, а еще почти нечеловечески быстрый и гибкий… Это не просто, но и не сложно: у Дейва были противники и посильнее. В честном бою против Гамзии у Дейва есть шансы, и он сполна использует каждый из них. Когда он заканчивает, Гамзии все еще трепыхается – цепляется за Дейва с неразборчивым рычанием, влажно-кроваво шмыгая сломанным носом, - но это уже не то сопротивление, которое Дейв считает приемлемым для продолжения страйфа. - Х-хватит с тебя, чел, урок, блин, окончен, - Дейв отталкивает чужие сбитые в кровь пальцы, поднимается на ноги, пошатываясь, тяжело дыша, совершенно обалделый, с все еще бушующим в крови адреналином, переводит на Карката горящий ошарашенный взгляд. – Карклз, ты как? - Хуево, - Ответ Карката полностью соответствует его виду – бледный до серости, с широко распахнутыми покрасневшими глазами, обхвативший себя руками в, очевидно, неудачной попытке успокоиться. – Это ебаный пиздец, вы оба – полные психи, я… ВЫ, БЛЯТЬ, ВООБЩЕ ЗАМЕТИЛИ, ЧТО Я ВАС УГОМОНИТЬ ПЫТАЛСЯ?! - Неа, - Отвечает Дейв честно и добавляет встревоженно: - Бля, мы тебя не задели? - «НЕ ЗАДЕЛИ»?! ДА ЭТО ТЕБЯ, ПО ВСЕЙ БЛЯДСКОЙ ВИДИМОСТИ, ЧТО-ТО КОНКРЕТНО ТАК ЗАДЕЛО – НАПРИМЕР, ГРЕБАНЫЙ ПОЕЗД, РАСКАТАВШИЙ ТВОЮ ЧЕРЕПУШКУ В СРАНЫЙ БЛИН ПО СРАНЫМ РЕЛЬСАМ!!! ТЫ ВООБЩЕ СЛЫШАЛ, ЧТО Я ТЕБЕ О НЕМ ГОВОРИЛ?! ЭТО ЕБАНОЕ БЛЯДСКОЕ ЧУДО, ЧТО ОН ТЕБЯ НЕ ПРИШИБ, ЧТО ТЫ… Н-не пришиб его, - Голос Карката падает до хрипоты. – Пиздец, Дейв, я не ожидал такого, понимаешь? Я, блин, не ожидал, что ты будешь колошматить этого злогребучего придурка так самозабвенно, что не будешь реагировать нахрен вообще ни на что! - Прости, - Дейв опускает голову. – Бля, серьезно, прости, я не хотел тебя пугать, просто, типа, слишком сосредоточился? Черт, нет, дерьмово звучит. - Ладно, похуй. Забудь, - Каркат поджимает губы. - Ты, наверное, имел долбанное право надрать ему зад. Погрызться с ним, как двое сбрендивших тасманских дьяволов, заляпать кровью паркет – почему бы и нет, блять? Что я вообще понимаю в жизни? - Каркат, - Дейва передергивает, - Он собирался тебя ударить, я должен был стоять и смотреть? - Ты должен был не провоцировать его своим идиотским монологом о нашем совместном будущем! Съебались бы по-быстрому после того, как ты пнул его первый раз! - Я… Черт, да. Наверное, ты прав, нет, точно прав, в смысле, мне действительно было нужно выбить из него дерьмо, но факт того, что мне нужно выбивать из кого-то дерьмо, дерьмовый сам по себе, я вообще-то, блин, ненавижу драться-сражаться-пиздиться и всю вот эту хуйню. Никогда в жизни ничем таким больше не хочу заниматься, а хочу охуительно мирно валяться с тобой на диване, смотреть фильмы, слушать треки и не думать о том, что какой-нибудь тронутый еблан затаился под роялем в кустах и планирует наебнуть нас с разворота прямиком в какую-нибудь ебануто-травматическую авантюру. - Звучит отлично, я полностью согласен, - Тяжело вздохнув, Каркат подходит к Гамзии, присаживается перед ним на корточки. – Эй, мудозвон, ты еще здесь или уже укатился нахрен в отруб? Гамзии хрипит-сипит-булькает что-то невнятное. Сочтя это достаточным подтверждением присутствия, Каркат продолжает: - Я действительно уезжаю. Дейв рассказал мне о том, что ты с ним сделал, сегодня вечером, и, как видишь, этим же вечером я пакую свои блядские чемоданы. Я ухожу буквально в никуда, потому что не могу оставаться тут ни одной ебаной минуты, но единственное, о чем жалею – что это происходит только сейчас. Гамзии, я должен был послать тебя нахуй уже давно. Ты никогда со мной не считался. Не давал мне сближаться с другими, но и сам, блять, не был мне нормальным чертовым другом! Сидеть и ждать тебя здесь, как псина на поводке, не задавать никаких вопросов о том, где ты шлялся – думаешь, дружба вот так работает?? Если да – ты блядски ошибся! – Каркат кричит, его голос дрожит от гнева и болезненной, горькой обиды. – Ты поступал со мной хуево! Мне было с тобой плохо! Мне… Пиздец как жаль, что этого было недостаточно, чтобы уйти, - Он яростно трет глаза кулаком. – Я выслушал Дейва и понял, что нельзя, блин, жить с человеком, который избивает кого-то, угрожает и шантажирует, но это, блядь, именно то, что ты делал со мной! Почему мне было так поебать на себя, что я позволял этому продолжать случаться? Почему жалел тебя с твоими ебаными проблемами сильнее, чем самого себя? ПОЧЕМУ ТЫ, МУДАК, ЭТИМ ПОЛЬЗОВАЛСЯ?! – Каркат заносит кулак для удара, но бессильно роняет руку. – Уясни вот какую простую говняную истину, выблядок: С МЕНЯ ХВАТИТ! Я ухожу не ради Дейва, а ради себя, потому что с тобой хуй мне, а не нормальная чертова жизнь! Это ТЫ все просрал, не воображай, что виноват кто-то другой, и если, когда оклемаешься, тебе взбредет в голову кому-то мстить – обернись, узри свою уродскую грязную задницу и начни с нее! И на ней же закончи! - Чувак, - зовет Дейв, улучив момент, когда Каркат замолкает, чтобы набрать в легкие воздух. - Отъебись, Дейв, я еще не договорил! - Я догадываюсь, но у нас тут типа, ну… Гость. - Что?..- Каркат оборачивается и замирает на полуслове, увидев, на кого со всей возможной тактичностью кивает Дейв. Он почти теряет дар речи, но тут же берет себя в руки и выдавливает с натянутой нервной улыбкой, попутно поднимаясь на ноги: - Здравствуйте, мистер Макара. Д-давно Вы тут? Просчитать масштабы бедствия, просто вглядываясь в лицо стоящего в дверях(и не очень там помещающегося из-за своих габаритов) мужчины не представляется возможным: застывшее на этом лице угрюмое выражение является универсальным для выражения любых эмоций, - но Каркат все равно пытается. Мужчина медленно поднимает руку, чтобы взлохматить и без того беспорядочно торчащие грязные отросшие волосы: - Дверь открыта была, вот и зашел. - Да это Гамзии, как всегда, забыл закрыть, - Фыркает Каркат максимально непринужденно – так, будто Гамзии в этот момент не валяется, вычихивая кровь, на полу за его спиной, но затем решает, что игнорировать такое – совсем уж провальная тактика, и добавляет как можно небрежнее: - И подрался, как всегда. Я ему сколько говорю нормально себя вести – нет, нихрена. - Нихрена, - Старший Макара согласно кивает. Непохоже, что его слишком уж огорчил вид избитого отпрыска, и Каркат успевает приободриться, но он продолжает, сильнее сдвигая кустистые брови: - Уезжаешь, значит. - Да, - Каркат нервно обхватывает себя руками. Тяжело сглотнув, он поднимает решительный взгляд: - Простите, но я больше не могу за ним присматривать, правда не могу. Я… - Тяжело с обалдуем. В чем он опять проебался? - Долго рассказывать, - Каркат качает головой. - Я бабла привез. - Будет лучше, если Вы сами купите ему продуктов. И заплатите за электричество, - Тон Карката становится деловым. – Знаете… На самом деле лучше всего будет подыскать для него хорошую клинику и врачей. - Уезжаешь, - Снова припечатывает мужчина и продолжает, дождавшись нервного кивка: - Понятно. Деньги нужны? - Что?.. - Деньги, говорю. На, бери, - Макара медленно проходит через захламленную комнату, неловко-громоздким движением пихает Каркату в руки конверт. – Ты еще долго продержался. Сколько лет его терпишь. Я вот его рожу долго терпеть не могу. - Спасибо, - Каркат с тяжелым сердцем принимает конверт – ему не хочется, он видел некий символизм в том, чтобы ничего больше не брать ни у Гамзии, ни у его семьи, но спорить с его отцом – точно не то, что стоит делать в сложившейся ситуации. – Следите за ним. Насчет клиники я серьезно – поищите, пожалуйста. - Поищу. Раз даже тебя довел – точно лечиться пора, - Макара пожимает массивными плечами. - Спасибо, - повторяет Каркат, осторожными шагами пятясь в сторону своей сумки. Закинув ее на плечо и шикнув на Дейва, он нерешительно косится на дверь: - До свидания?.. Ответственный момент - Каркат не обманывается тем, как гладко все прошло до этого, прекрасно зная, что все может рухнуть в любую секунду, - но мужчина кивает, встряхивая копной волос: - Бывай. *** - И что это было? - Что это было? – Каркат переспрашивает с хриплым смешком, выдыхает дым в зимний холодный воздух. – Ебаное чудо, не иначе. Поразительно, что меня отпустили с миром, а не приковали к батарее роли бессменной няни. Пиздец, до сих пор не верю, что мы так легко отделались, - Он глубоко затягивается, прикрывая глаза. - Да ладно, - Дейв пожимает плечами, - Вроде мирный мужик. - Гамзии сегодня тоже был «мирным», когда вернулся, долго это продержалось? Когда я говорю, что нам неебически повезло, тебе следует просто поверить мне на слово! - Никаких проблем, чел, ты номер один в моем списке «Кому бы поверить на слово», без шуток. Кстати о ебаных шутках, - Дейв поднимает взгляд наверх, на светлый прямоугольник окна их с Джоном квартиры. – Ты на прощание толкнул своему непутевому другану зашибенную речь, и я хотел бы так же, но сомневаюсь, что смогу повторить твой успех. - Ты и не должен! – Каркат экспрессивно взмахивает рукой, едва не задев Дейва окурком. – Я «толкнул речь», потому что должен был высказаться, но тебе не обязательно делать то же самое. Можешь вообще молча собрать вещи и смыться, я не дам Эгберту к тебе лезть. - Спасибо, бро, я это офигеть как ценю, но я должен поговорить с ним, - Дейв тяжело вздыхает. – Пойдем, что ли. - Пойдем, - Каркат бросает окурок в урну, поправляет сумку на плече. – Все будет нормально, Дейв, я с тобой. - Спасибо, - повторяет Дейв. Когда они заходят в лифт, он обнимает Карката, зарывается лицом в изгиб шеи; когда дверцы раздвигаются менее чем через минуту, Дейв впервые задумывается о преимуществах жизни на последнем этаже. Ключ привычно проворачивается в замке. В этот раз Дейв не замирает под дверью, и дело не только в том, что Каркат рядом – ему больше нечего здесь бояться. Вышедший навстречу Джон выглядит нервным и взволнованным. Усталость в глазах сменяется страхом, когда он переводит взгляд с изрядно помятого Дейва на Карката с перебинтованной ладонью: - Боже, ребята, что с вами случилось?? - Что такое, Эгдерп, уже поздно, почему ты еще не в постели. - Я за тебя беспокоился! - Зря, - Дейв проходит мимо него, не глядя. – Вот он я, крутой, как всегда, здесь и сейчас. Ненадолго, правда, в смысле, ненадолго здесь, моя крутость – величина неизменная, окда… Джон, - Он заставляет себя остановиться и обернуться, решив не откладывать самое тяжелое на потом. – Я тут, в общем, подумал, то есть мы с Каркатом подумали, то есть, ну знаешь, перетерли о том о сем – на крыше, все как полагается, это типа было почти как страйф без мечей – и решили, - Дейв прерывисто вдыхает, - Уехать отсюда. Из этого города, может, из штата – еще не знаем, - начать новую жизнь, вся фигня, - и… - Но Дейв, – говорит Джон растерянно, его лицо вытягивается в искреннем огорчении с непониманием пополам, - Ты же уже начал новую жизнь! В этом городе и штате, здесь, со мной, все как мы и хотели! - Я хотел не так, - Дейв скрещивает руки на груди, сжимает ткань толстовки пальцами – ему на самом деле сложно даются эти слова. –Когда я говорил типа в шутку, что мне не нравятся твои приколы, на самом деле я не шутил, сечешь? Мне было хреново – не так, как когда я жил с Бро, конечно, - но… Хотя знаешь, в чем-то, может быть, даже хуже: от Бро я ничего и не ждал нормального после стольких лет полной хуйни, а от тебя – да, но получал в итоге все ту же хуйню, только в новой обертке. - Ч-черт… Черт, Дейв, мне жаль, - Джон обхватывает себя руками, копируя позу Дейва в более нервном варианте. – Мне НА САМОМ ДЕЛЕ очень жаль, я был таким придурком! Послушай, я ОБЕЩАЮ, что больше не буду, пожалуйста, оставайся?.. - Во-первых, я тебе не верю, - Дейв вдруг чувствует почти анестетическое спокойствие – возможно, потому, что впервые за очень долгое время говорит обо всем прямо, не пряча в миллион слоев иронии и ответвленных тем. – Во-вторых, передай Вриске, что все получилось дохуя веселее и жестче, чем она планировала, но в итоге не сработало – мы с Каркатом вместе, его закадычный друган в пролете, так что пусть в следующий раз старается лучше. - Что?.. - Можешь злиться, но я ломанул твой акк. Помнишь, ты жаловался Вриске, что я перестал уделять тебе сто процентов своего крутого внимания, и просил помочь направить меня на путь истинный? Джон опускает взгляд. - Она очень постаралась. Результаты ты видел, - Дейв касается шеи поверх уже почти сошедших на нет синяков. – Если вдруг решишь обвинить Вриску в том, как все сложилось – вспомни, что зашибенно знаешь ее и ее методы, но даже не спросил, как она собирается решать нашу с тобой проблему. - Дейв, я, - Джон запинается, так и не решаясь поднять глаза. – Я еще могу что-то сделать? Как-то что-то наладить? - Не знаю, чел, но для начала можешь попробовать не ебать мне мозги по поводу моего решения и дать спокойно собрать чертовы вещи. - Ладно, - Джон собирается сказать что-то еще, но так и остается стоять с опущенной головой. Пожав плечами, Дейв направляется в свою комнату. Он не был здесь считанные часы, но по ощущениям – целую вечность; вечность же, которую он провел здесь, бесплотно возвращаясь назад, кажется теперь прошлой жизнью. Дейв поднимает очки на лоб: если прищуриться, можно увидеть собственный призрак, лепящий на стены свежераспечатанные плакаты и присваивающий места вещам из спортивной сумки. Тот Дейв был уверен, что все начинает заново, и надеялся избавиться от кошмаров прошлого, этот Дейв не знает, выдержал ли бы знание, что ни то, ни другое у него не получится – ни в этой комнате, ни в этом отрезке времени. Голос Карката звенит за стеной, вслед за ним – характерный хлопок удара. Дейв выглядывает в коридор, встречается взглядом с Джоном, держащимся за щеку. - Бро, иди сюда и помоги мне, - Дейв переводит взгляд на Карката – тяжело дышащего, со сжатыми кулаками. Каркат молча кивает и выполняет просьбу; они оба делают вид, что не заметили, что Джон тоже дернулся в этом направлении. Закрыв за собой дверь, Каркат скрещивает руки на груди, принимает оборонительную позицию: - Да, я стукнул этого мудака по ебалу и ни капли, блять, не раскаиваюсь! Или тебе можно было пинать Гамзии до кровавых соплей за его хуевое поведение, а я должен Эгберта по плечу похлопать за то, как погано он с тобой поступал?? - Карклз, у меня никаких претензий, окей? Я позвал тебя, потому что сам справляюсь только с лайтово-ностальгичным просмотром флешбеков, это, конечно, ничо так, но мое барахло такими темпами останется лежать где лежит. Помоги мне с этим дерьмом, а потом, если очень хочешь, можешь продолжить использовать рожу Джона для отработки заебатых ударов, хотя я бы попросил этого не делать. Может, мне только кажется, но он типа вроде как понял, что творил хуйню, и его башка и без твоих ударов сейчас трещит по швам от сложных мысле-процессов. - Вот и продолжу, - бросает Каркат по инерции, – Как ты вообще дожил до этого момента, если не можешь самостоятельно собрать свои блядские шмотки? – Он подходит к шкафу и открывает его с самым решительным видом. -..Ох блять. - Что такое? Очередной Эгдерпов дерьмо-сюрприз? – Дейв вздыхает, чувствуя что-то среднее между слабым разочарованием и сильной усталостью – ни капли страха. - Типа того? Иди посмотри. Дейв заглядывает Каркату за плечо и видит большую тарелку с совершенно ужасным кособоким тортом, залитым взявшимся комками кремом и кривоватым «прости:в», выведенным синей глазурью. - Бля, - Дейв протирает глаза, но торт остается на месте. – Таких монстров ведь не бывает в продаже, да? - Понятное, блин, дело, - Каркат недовольно фыркает. – Любой кондитер застрелился бы нахрен, если бы это увидел, можешь быть уверен, что Эгберт слепил его сам. - Бля, - повторяет Дейв. - Что такое? Есть какой-то триггер, о котором я не знаю? Мне зашвырнуть это уродство Эгберту в ебало? - Не, все норм, - Дейв давит нервный смешок. - Понимаешь, Джон ненавидит выпечку во всех ее проявлениях – настолько, что не взялся бы за такое даже ради первоклассного розыгрыша… Хотя теперь я ни в чем уже не уверен. Каркат хмурится, оборачиваясь: - Хочешь сказать, он испек эту жуть в качестве извинений? И даже не напичкал ее какой-нибудь дрянью, от которой потоки не метафорического, а физического дерьма польются у тебя не изо рта, а из другого конца пищеварительного канала? - Думаю, не напичкал, по крайней мере, не специально, - Дейв забирает тарелку с тортом со стопки вещей, осторожно переносит ее на стол. – Ладно, потом разберемся, на повестке ночи у нас Великое Переселение, давай сделаем приготовления к нему случаться. *** - Пришло время разобраться, - возвещает Дейв торжественно, возвышаясь над кухонным столом с ножом в руках. – Эгберт, в деле с загадочным появлением торта в моем шкафу ты – первый подозреваемый. И единственный. Что скажешь в свое оправдание? Джон закатывает глаза: - Дейв, сколько еще раз мне повторить, что я понимаю, что получилось паршиво? - Ни разу, чел, вместо этого лучше хоть один раз расскажи, как так вообще получилось. - Да нечему тут получаться! – Джон почти повышает голос, звуча при этом очень расстроенно. – Позвонил папе и попросил объяснить, как это делается. - Бля, - Дейв качает головой, - Пиздец. Когда там он смирился с тем, что ты не хочешь и не будешь перенимать все его рецепты и кулинарное мастерство, в прошлом году? Он же теперь воспрянет духом и продолжит пытаться сделать из тебя лучшего в мире кондитера. - Я знаю, Дейв! Это не важно, - Джон тяжело вздыхает. – Я просто хотел что-то для тебя сделать, но не смог ничего придумать. Сыграл бы, но синтезатор в ремонте. - То есть ты утверждаешь, что не задумал никакую охрененскую шутку, в результате которой я навечно застряну в сортире? - Да! - Окей. Тогда, - Дейв перехватывает нож поудобнее, приставляет его к центру торта, - Первый кусок – твой. И Джон съедает свой первый кусок – без возражений и причитаний, не поднимая глаз от тарелки. Проводив взглядом синий смайлик, венчающий конец извинений, Дейв заканчивает резать торт, перекладывает себе в тарелку самый большой кусок и начинает есть. Это и близко не шедевр старшего Эгберта – тесто сухое, крем слишком приторный, - но Дейв ест с удовольствием, и не только потому, что это первая его трапеза за черт знает сколько времени. Он так увлечен процессом, что не замечает, в какой момент Каркат выходит из кухни. - Ну. Спасибо, что ли, - Дейв гоняет крошки по тарелке, пытаясь собрать их в ложку. – Не думал, что скажу это, но, может, тебе прислушаться к бате, надеть розовый фартук и податься в институт благородных кулинаров? - Ха-ха, Страйдер, очень смешно, - фыркает Джон и добавляет, прекращая улыбаться: - Мне правда жаль, что все так вышло. Ты теперь… Вообще не хочешь со мной общаться? - Если бы я вообще не хотел, то, наверное, не распивал бы с тобой тут чаи, как думаешь? И слепил бы мир своими великолепными глазами без всяких преград, - Дейв демонстративно поправляет очки. – Джон, я сейчас делаю то, что делаю, потому что знаю, что ты не хотел ничего плохого. Типа, не строил, потирая руки, злобные планы, как бы получше похерить мне жизнь – ты просто творил хуйню, не задумываясь о последствиях, и не то чтоб мне было прям охуеть как легче от того, что ты не специально все это сделал, но немного, наверное, все-таки да. Мы можем общаться, как в старые времена – переписки и все такое, - может, и видеться сможем, но это не скоро, и я не буду, как раньше, всегда на связи, потому что много чего надо сделать. Насчет Карката – мы правда вместе, и это никогда не было шуткой или попыткой тебя подколоть. Он важный для меня чувак, и мне вообще не по кайфу слушать, как ты в это не веришь. - Я верю. Теперь – да, хотя, - Джон вздыхает, - Это все еще для меня очень странно, ну, то, что ты гей. Ты всегда дофига об этом шутил, но чтобы по-настоящему… Я как-то и подумать не мог, что так может быть. - Ну, мне было стремно говорить напрямую – даже самому себе, хах, - Дейв фыркает, лихорадочно пытаясь придумать, как бы замять неловкость. – Ладно, чел, мне пора, наверное, не хочу надолго оставлять своего горячего парня в одиночестве, - Он играет бровями и усмехается уже искренне, глядя на стремительно краснеющего Джона. – Расслабься, Эгберт, я просто думаю, что Каркат уже заебался сидеть один в моей опустевшей берлоге, но не беспокоит нас из бро-солидарности. - Ладно, - Джон сконфуженно кивает. Они встают из-за стола, гремя стульями, толкутся возле умывальника, звеня тарелками; на выходе из кухни Джон порывисто обнимает Дейва, скомкано прощается и уходит в свою комнату. Перед тем, как позвать Карката, Дейв какое-то время возится с ключами, снимая брелок, и оставляет опустевшую связку на усеянном крошками кухонном столе. *** Сумки свалены у входа в номер, их хозяева плечом к плечу валяются на необъятной гостиничной кровати. - Охренеть, - Расфокусированный взгляд Дейва блуждает по серому потолку – свет выключен, но за окном уже светает. – Мы действительно делаем это случаться? - Ты уже заебал одно и то же спрашивать, - Каркат лениво переваливается на бок и, помедлив, обнимает Дейва - осторожно пристраивает раненую руку на его груди. – Да, блин, мы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО делаем это случаться, может, ты запишешь это на долбанный диктофон и будешь включать себе каждый раз, как снова начнешь сомневаться? - Я тогда вообще ничего больше слышать не буду – эта запись зависнет на репите нон-стоп, - Дейв прикрывает глаза и гладит теплую чужую ладонь, едва касаясь ребристой поверхности бинтов. – Каркат, бро, ты просто не представляешь, что вся эта хреноверть для меня нахрен значит – когда я начал проживать этот день, я был железобетонно уверен, что никогда больше тебя не увижу, что ты меня ненавидишь и ничего никогда не исправить, и в таком мире мне было довольно хуево, потому что... Я скучал по тебе. Очень, - Дейв прерывисто выдыхает, неосознанно сжимает руку Карката сильнее. – Я как будто всю чертову жизнь инертно вращался в круговороте дерьма, летел хуй знает куда хуй знает откуда, пытался за что-то зацепиться, иногда по мелочи что-то такое получалось, но в целом все оставалось одинаковым, а потом ты меня хренак и схватил, и вытянул. И мне стало так охуенно, когда это ебанутое падение прекратилось, когда я смог остановиться и посмотреть, и подумать, что вообще вокруг происходит – благодаря тебе смог. Понимаешь, посреди всей этой вечной зубодробильно-вращательной ебанины ты для меня как точка опоры, и, кажется, я могу вообще все, если ты есть рядом, так вот, сегодня утром я ничего не мог, да и не хотел – разве что вернуться назад, - а вечером началась какая-то вообще невменяемая хуйня, сначала я думал, что сдохну из-за Бро, потом думал, что сдохну, потому что что еще поделать, потом с тобой помирился, потом с Джоном, и вот теперь мы с тобой лежим здесь и, типа, планируем так же лежать все оставшиеся ночи наших чертовых жизней?? В смысле, не здесь – гостиница ничо так, конечно, но обои в холле у них уродские, - а… - В этот момент Дейву удается то, что не удается практически никогда – остановиться на развилке и не увести монолог по тропе многословных, но бессмысленных объяснений. – В общем, я это все к тому, что счастлив тебе как пиздец – настолько, что даже не верится, - вот и спрашиваю. - Вот с Джоном ты зря так, нельзя было так просто спускать все с рук этому бессовестному гандону. - Джон-гандон - единственное, что цепануло тебя во всей моей пламенной речи? Чувак, ты разбиваешь мне сердце, я даже почти ревную. - Придурок, - Каркат пихает Дейва в бок, - Конечно, блин, не единственное. Блять, вот всегда ты так – сначала пиздишь, что не можешь в разговоры о гребаных чувствах, а потом берешь и толкаешь такую неебически проникновенную тираду, что у меня челюсть отваливается. Это даже лучше, чем в моих чертовых ромкомах, а я их дохуя пересмотрел, знаешь ли, - Каркат утыкается лицом Дейву в плечо, его голос звучит приглушенно. – Я по тебе тоже скучал, мне… Хорошо с тобой?? Звучит банально и тупо, да, но для меня вот такое «хорошо» - уже дохуя, у меня такого никогда и ни с кем больше не было. С тобой я могу быть собой и не чувствовать себя при этом куском дерьма, могу говорить и знать, что ты слушаешь, и что ты спрашиваешь, как я, не для гребаной галочки, и… Блять, да кого я обманываю, это позор какой-то, а не признание, - Он прижимается к Дейву сильнее, почти бодает его лбом. – Но вот опять же – я ужасно лажаю, но не нервничаю из-за этого, потому что знаю, что ты все равно поймешь, что я хочу сказать. - Не гони на свое признание, по мне так оно заебись, - Дейв опускает голову, чтобы уткнуться Каркату в волосы. – И да, я тебя понимаю. - Спасибо, - Каркат сонно вздыхает. – Дейв. Куда мы поедем? - Каркат. Понятия не имею, - Не открывая глаз, Дейв слегка пожимает плечами. – Как насчет купить огромную бумажную карту Соединенных чертовых Штатов, расстелить на полу и вслепую тыкать в нее пальцами? Или бросать кубики, или рисовать на ней члены, не знаю, много вариантов. Каркат высказывает все, что думает насчет идей и степени ответственности Дейва, не стесняясь в выражениях; Дейв серьезно обещает исправиться и предлагает не стелить карту на пол, а повесить ее на стену и метать спички с присосками. Какое-то время они продолжают болтать, но ответы становятся все короче, а паузы между ними – все длиннее; когда гостиничный номер заливает блекло-белым зимним солнечным светом, Дейв и Каркат крепко спят, обнявшись под одним одеялом.