Другой принц

Что за комиссия, Создатель, Быть взрослой дочери отцом! (с) Грибоедов        Семья решила наконец немного поберечь лорда Эддарда, и из Винтерфелла ему написали только о том, что его дочери добрались до дома, а второе письмо, о том, что они уехали с Лионелем на Стену, никто писать не спешил, и мысли Эддарда были заняты переговорами с Утесом Кастерли, где лорд Тайвин нашел утром в своей постели отрезанную голову своей любимой лошади и решил не связываться с этими северными дикарями, тем более что до него доходили смутные слухи, что один его диверсионный отряд съели вместе с доспехами волки-людоеды, второй затоптали ночью северные призраки на конях, а третий расстреляли из арбалетов северные принцессы. Из трех слухов Тайвин был вынужден признать самым правдоподобным последний, а когда его отряды так в Речных землях и пропали, он понял, что с такими людьми, вернее, с такими исчадиями ада, воевать невозможно. Затем лорд Эддард обратил свое внимание на государственную казну, с которой дело пошло чуть похуже, потому что благородный и справедливый Эддард не потребовал от Тайвина частичного прощения долга, а только отбоярился от грабительских процентов. Железный банк по-прежнему требовал свои проценты, и казна наполнялась медленно, даже несмотря на то, что молодой король был прост и неприхотлив, вместо турниров искал настоящих приключений, а вместо дорогих вин пил дармовую ключевую воду, так что десница даже мог бы быть ему благодарен. Поэтому лорд Эддард временно не интересовался делами Ночного Дозора и даже забыл стиль писем Джиора Мормонта: обычно Мормонт просил в письмах денег и пожертвований, начиная с небольших нужд, чтобы не спугнуть потенциального дарителя, но стоило дарителю решить в своем сердце выручить доблестных дозорных небольшим пожертвованием, раз уж им так мало нужно, как в письме постепенно раскрывались все новые нужды и недостачи, и неподготовленный к чтению таких посланий владетельный лорд абзац за абзацем втягивался в роль спасителя Ночного Дозора, мысленно обещал дать Дозору еще столько, да два раза по столько, а в результате, начав с небольшой щедрости, даритель доходил до крупной суммы. Особенно эффективным прием был в сочетании с зачитывающим письмо посланником, который всегда вызывался читать перед большим собранием скучающих в замке латников и гвардейцев и вместе с собранием потом молча фиксировал обещания попавшегося на удочку лорда. В письме, прибывшем к Эддарду с вороном, Джиор Мормонт не просил денег, но применял ту же тактику, чтобы не осиротить державу и подготовить лорда-десницу к восприятию суровой реальности отцовства. «Мой лорд, - писал по старой памяти Мормонт. – Настоящим уведомляю вас, что ваши дети и молодой государь ушли за Стену в сопровождении опытного разведчика Куорена Полурукого…» Лорд Эддард поднял глаза от письма и искренне помолился Старым богам. «Отряду поставлена задача дойти до Клыков Мороза, определить, какими силами располагает мобилизованный туда народ Одичалых, в бой с разъездами и пикетами противника по возможности не вступать, а при помощи скрытности и военной смекалки взять «языка», - продолжал Джиор Мормонт. – Боевую подготовку отряда нахожу соответствующей поставленной задаче: как было доложено молодому государю в предыдущем письме в Королевскую гавань, ваш сын стал первым за последние несколько столетий, кто сражался с упырями и одержал победу, проявив находчивость, инициативу и личное мужество...» «Видно, чудом живым остался, - перевел последнюю фразу с военного на человеческий лорд Эддард, и письмо не обмануло его ожиданий. – А про письмо Мормонта Лионелю я и не знал, видно, мои милые дети не хотят меня волновать. Ну теперь хотя бы понятно, зачем их троих понесло на Стену – наверно, Арья и Санса кинулись спасать брата. Так и надо, так я и учил, наконец-то до них обеих это дошло. Вот только последствия от этого…» «Столкнувшись с неожиданным противником, который уже уничтожил несколько человек и который не утрачивал боевых свойств, даже будучи разрублен пополам, - писал Мормонт, - Джон сражался до последнего, нанес упырям множество ран, которые убили бы обычного человека, но не смогли убить мертвого, а потом догадался применить к нежити огонь. Здоровье Джона также на диво крепкое, мы, когда его на пожарище нашли, думали уж, что не выживет». Лорд Эддард налил и выпил, потому что письмо Мормонта кончаться не собиралось. «Государь десять дней назад тоже встретил в бою нечисть, отправившись в одиночку в самовольную вылазку за Стену, - рассказывал Мормонт, не думая, вероятно, о том, насколько остро стоит сейчас вопрос престолонаследия и как от жизни Лионеля зависит то, сумеет ли Эддард удержать достигнутую победу над Западными землями, или на трон взойдет Томмен, внук Тайвина, и война Севера и Запада вспыхнет уже всерьез. – За Стеной молодой король столкнулся с отрядом упырей, возглавляемым Иным, и уничтожил отряд полностью, отделавшись легкими ранами. В рассказ о такой победе трудно бы было поверить, но меч убитого королем Лионелем Горы Клигейна, с которым он прибыл на Стену, говорит сам за себя. Некоторые несознательные бойцы после возвращения государя из-за Стены его побаиваются». Порадоваться гибели ненавидимого им Горы и тому, что Ланнистеры лишились своего лучшего бойца и диверсанта, лорд Эддард уже не смог, потому что понял, ценой какого риска досталась эта победа. И обстановку в Речных землях, и своих дочерей Эддард хорошо знал и уже догадывался, что поединок вряд ли был на ристалище и что Санса и Арья вряд ли были на безопасном от него расстоянии. «Еще и Иные, Иные их побери, - подумал лорд Эддард, проще было поверить и в это, чем потом ждать новых сюрпризов. – Надо поднимать Север. И Станнису написать, чем Иных-то бьют, обсидианом, что ли». А Джиор Мормонт в остатке письма подтвердил его догадки о дочерях. «За дочерей своих не беспокойтесь, милорд, - писал Мормонт уже по-человечески, как отец отцу, но не преминул напомнить о безрассудных приключениях дочерей лорда Эддарда и молодого короля, а также поделился догадкой о том, что ему, Мормонту, знать было вроде как и ни к чему. – Ваши дочери и за Стеной не пропадут. Йорен был с ними в бою, говорит, что стреляют они отлично, держат себя еще лучше, на рожон не лезут. А сам я вижу, что государь любит их обеих и не будет подвергать их опасности, думаю, он поэтому и пытался тогда с Горой решить дело поединком, потом оно просто само так завертелось, что всем пришлось бой принять».        Как и бывало частенько, лорда Эддарда, огорошенного и встревоженного письмом Мормонта, навестил его любимый хронист, Эддард уже думал, куда тот запропал, уйдя в прошлый раз всего-то с шестью бутылками. В этот раз хронист принес с собой и накрыл перед задумчивым десницей небольшой полночный ужин, выложив на блюдо прозрачное копченое мясо и принеся крепкое как вино пиво, на отсутствие которого в Королевской гавани хронист уже не раз жаловался. Эддард сначала даже не подумал о том, откуда все это взялось, а спустя полчаса все было уже выпито и съедено под новую завиральную историю. «Давным-давно, еще при Аррене, когда в стране порядок был, Железнорожденные на остальное королевство полезли. Никто так и не понял, зачем: вот полезли и все. Мутный они там народец, дочка Бейлона не то Аша, не то Яра, то ли монархия там, раз у верховного лорда есть наследник, то ли республика, раз капитаны голосуют. К ним даже послов отправлять боязно: пошлешь нормального парня, а вернется предатель и такая скотина, что хоть хрен ему отрезай. Варис уже лет пять как лорду Аррену начал анонимки таскать, что Грейджой большой флот строит, а Ланнистеры тем временем морально разлагаются и гниют с головы: Джейме разлагается в Королевской гвардии, Тайвин у себя в Кастерли, а Тирион где придется. Аррен от Вариса столько анонимок про Ланнистеров получил, одинаковым почерком написанных, что даже Варису новые приносить запретил. Получается, сказал, будто он, лорд Аррен, полный идиот, раз у себя под носом такое допускает: на самом грейджоеопасном рубеже какие-то разложенцы. И тут на тебе: островитяне на гребных ладьях приехали и вдули Хранителю Запада, аж весь флот у него сожгли. Аррен из серьезных претендентов на Железный трон Тайвина вычеркнул, раз тот такой дурак, и к Станнису обратился: приезжай, говорит, вломи Грейджою, вокруг всего Вестероса тебе небось не крюк, а то еще островитяне в другую сторону этак поплывут, до самого Дредфорта. Спереть ничего не сопрут, но наплюют и напакостят. А Станнис отвечает: вот ужо я им, только бы лучше было на месте рва Кайлин через болота канал прокопать, чтобы мне в обход постоянно не ходить, и тогда уж точно ужо. Аррен Станнису пишет, что нормальные герои всегда идут в обход, а сам за голову хватается: у Тиреллов все парни по турнирной части, один обезножел, остальные тоже хотят, в роду Талли один брат старый, другой у Аррена комендантом служит, Тайвин все еще морально разлагается, у младшего сына проституток отбивает, а Герион, единственный Ланнистер, который румпель от брамселя отличает, уже спаковал рундук и поехал Валирию искать, ему еще не доложили, что она четыреста лет как под воду ушла. И пишет тогда Аррен одно письмо в Винтерфелл, а другое в Кастерли, и во втором указывает, что раз в гражданскую до Тайвина авангард Старка не дошел, то сейчас он дойдет, чтобы и до самого Тайвина все, что надо, дошло. А лорду Эддарду пишет, что вокруг одни дураки да разгильдяи, хотя Роберт вроде уже даже молот взял, а Станнис в поход вышел. Тут-то все и пошло как надо: Станнис поймал островитян почти у самого Кастерли, где они по-прежнему зачем-то ошивались, Роберт вспомнил, один во всем Вестеросе, что при штурме катапульты можно использовать, даже с кораблей на радостях из них пальнул, а Эддард вывез с Медвежьего острова рыцаря по имени Жора Мормонт и на островитян его напустил. В общем, вроде все хорошо: Грейджои тонут в море и гибнут под обломками, Торос из Мира рубит всех горящим мечом, а рыцарь Жора Мормонт прославился своей прекрасной свирепостью и затеял чуть не на принцессе жениться. Аррен даже задумался, какую же не пожалеть и на Медвежий остров сослать, а Роберт все ему в ухо шепчет: таргариенскую бери, таргариенскую, а то съест она там в Эссосе что не то, будут про нас потом говорить, что мы ребенка отравили, а тут мы ее, наоборот, замуж выдадим, хотя по последствиям неизвестно еще, что хуже. Только Аррену самому невесело, полным дураком себя чувствует: как же так, островитяне пять лет флот строили, а он проспал. А про Хранителя Запада и вспоминать не хочется, что он там хранит и для кого. Большой Вестерос, а в нем всего три нормальных генерала: Роберт, Эддард и Станнис, хотя последний вообще-то адмирал. И тут Аррена осенило. Собрал он огромный турнир, на турнир все лорды съехались, а Аррен им и объявил: - Не умеете воевать – научу, не хотите – заставлю. В обстановке, максимально приближенной к боевой. Поэтому давайте нападем на кого-нибудь, кого не жалко, и хорошенько на нем потренируемся. Половина лордов тут на Ланнистеров показала, да и то сказать: кого там жалеть на Западе, там одного Гору можно десять раз убить, если Торос обеспечит или Квиберн не подведет. - Нет, - говорит гуманный Джон Аррен. – Третий раз мы гражданскую войну воевать не будем. А тут и лорд Эддард вносит предложение: воевать посевернее, потому что в теплом климате то холера, то дизентерия, и половина войска гибнет от жестокого дрища, не совершив положенных геройских подвигов. - Ну тогда давай посмотрим на карту, - предлагает Эддарду Джон Аррен. А за тысячи миль от этого Великий Иной рогами в ледник долбится, чувствуя, к чему все идет, и только приговаривает: - Вот Грейджой, вот удружил! Убил бы сукина сына, да плавать не умею!»* - Было дело, - признал повеселевший лорд Эддард. – Не совсем так, как у тебя, еще подурнее да покровавее, но было. И тренироваться Станнис за Стену через пару лет после того ходил, в условиях, максимально приближенных к боевым. Даже атаковал через лес кавалерией и, что удивительно, успешно. Может, и правда, помасштабнее там тогда порубить надо было, раз и навсегда порядок навести, чтобы еще внукам хватило. - Я-то думал, вы меня будете спрашивать, бывают ли на самом деле Иные, - сказал хронист и подсунул лорду Эддарду накладную на подпись, даже «Срочно» сверху написал, кладовщика, собаку, будить сегодня придется. - Чего только у нас не бывает, - вздохнул лорд Эддард, возвращаясь к своим мыслям о возможных будущих сражениях. – Может, и правда Грейджоев вокруг всего Вестероса послать, пусть высаживают десант где-нибудь за Стеной, в устье Оленьего Рога. Бейлона Грейджоя не жалко. - Всеми богами прошу, лорд-десница! – неожиданно оживился хронист. – Не посылайте вы Теона за островной армией, а то действительно приведет, да не туда, запрети ему Всевышний! Бейлона, может, и не жалко, остальных всех жалко. Да Станнису и идти ближе.        Если Эддард уже знал о некоторых сюрпризах, которые преподнесли ему дети, то лорд Тайвин на краю Вестероса не знал ни об одном, особенно о том, что его младший сын начал считаться другом дома Старков, а теперь застрял в Близнецах и готовится всячески пятнать высокое звание Ланнистера. Например, в текущий момент Тирион выпивал со старшими Фреями и потихоньку приучал их к идее двоеженства, а то приедет Робб Старк как честный человек во второй раз жениться, а кончиться это может чем угодно. - Я, например, убежденный двоеженец, - говорил Тирион. – Судите сами, из-за своего роста я прозываюсь Полумуж, а девку мне подавай обязательно целую. - Га! – отвечали ему Фреи в несколько глоток, уловив двусмысленность, а хитрый лорд Уолдер приступал к гипотетическому рассмотрению вопроса, чтобы размять свой разум. - Думается мне, что выгоды в этом особой нет, - говорил хмельной старик. – Хороший зять семье нужен, но зачем отдавать ему сразу двух девчонок? А если отдавать одну, то кому он будет хороший зять, мне или другому отцу? - Зато подумайте, лорд Уолдер, сколько у вас откроется новых вариантов, - предложил Тирион и попал в самую точку. – За то время, пока я у вас живу, не так много холостых мужчин проезжало через Близнецы, а вот женатые что-то повадились. - Хе-хе-хе, - зашелся коварный лорд Фрей, любивший облапошить ничего не подозревающего человечка. – Да, Тирион, я сразу понял, что ты нам придешься ко двору. - Малый дело говорит, - поддержал Тириона один из старших сыновей Фрея, видя, что отец одобряет разговор. – Я бы тоже разменял мою сорокалетнюю на пару двадцатилетних. - Я тебе разменяю! – замахнулся лорд Уолдер. – Буду я из-за тебя ссориться с соседями! В общем, Фреи постепенно обтаптывались и привыкали к идее двоеженства, и даже начали строить очередные коварные матримониальные планы с учетом таковой возможности, а вот Тирион, давно ударивший с лордом Фреем по рукам, никак не мог жениться – не помогала ему его хитрость завоевать сердце юной дочери лорда Фрея, из родительской воли она не выходила и под венец бы пошла, но на большее, со вздохом признавал Тирион, он вряд ли мог бы когда-нибудь рассчитывать. Тирион бродил по Близнецам, стоял над рекой и тихонько клял менестрелей с их куртуазной любовью, из-за которой сердца многих замужних дам были заняты не мужьями, а прекрасными рыцарями, и при таких обычаях шансы Тириона занять собой мысли своей невесты становились совсем уж мизерными. Многие менестрели легки на помине, и Том Семерка, уезжавший к Торосу, вскоре вернулся в Близнецы, словно призванный проклятиями Тириона, адресованными его племени. - Да ну брось, милорд, - попытался утешить Тириона Том. – Я вот тоже не красавец и возрастом куда постарше тебя, а у меня бабы не переводятся. - С бабами у меня тоже ничего, - сказал Тирион. – Но Арвен приличная девушка. - Как, как ее зовут? – аж раскрыл рот Том Семерка, он, как поживший менестрель, много разных легенд и баллад знал. - Ну или Арвин, - усомнился Тирион. – Не знаю точно, как пишется. Не буду же я с ней переписываться, живя в одном замке. - А почему нет-то? – спросил Том. – Погоди, я тебе сейчас баллад об Арвен навспоминаю. У тебя в роду древние короли были? - Да дофига, - отмахнулся Тирион, Ланнистеры действительно долго были Королями Запада, Том тоже это припомнил и начал тихо ржать. – Хрен с ними с балладами, припомни мне какие стихи получше. К сожалению, со стихами у Тома Семерки было не очень, и Тириону пришлось покопаться в библиотеке, но наконец он откопал для своей нареченной настоящую жемчужину.       

Ах, Арвин, сжальтесь надо мною. Не смею требовать любви,

тихо и сердечно продекламировал Тирион, оставшись со своей юной невестой наедине       

Быть может, за грехи мои, Мой ангел, я любви не стою! Но притворитесь! Этот взгляд Всё может выразить так чудно! Ах, обмануть меня не трудно! Я сам обманываться рад! **

- Вы… вы не должны говорить мне о любви, милорд, - прошептала потупившись Арвин Фрей, потому что такие стихи не могут не дойти до женского сердца, но в голове у нее еще царствовали понятия о куртуазной любви, чей возвышенный характер несовместен с супружеским бытом и прозой супружеской спальни, и мысли о прекрасных рыцарях, не похожих на золотоволосого милого карлика. – Вы будете моим мужем, и я буду вам послушной женой, но ведь это совсем другое… - В столице теперь считают не так, моя госпожа, - отвечал хитрый Тирион, нажимая на свойственное провинциальным девушкам стремление не отстать от моды, будь то мода на кринолины или на придворных поэтов. – Вы же наверняка слышали о том, что мой царственный племянник сбежал с Сансой Старк, с которой он и так был обручен. Тирион не умел петь, но язык у него был подвешен хорошо, и он, пользуясь дошедшими до него рассказами Тороса в пересказе Тома Семерки, завернул такую романтизированную версию о возвышенной любви Лионеля и Сансы, о том, как Лионель вышел за свою даму сердца на смертельный поединок со страшным врагом, и о том, как он был спасен в другом бою ее стрелой, что Арвин Фрей даже прослезилась. - Мне никогда не стать такой, как леди Санса, - вздохнула Арвин, словно Санса не была еще и помладше нее. - Я тоже вряд ли когда-нибудь дорасту до своего племянника, - весело сказал Тирион и встал на лавку рядом с Арвин, так он наконец был ее выше. – Но, если вы согласитесь бежать со мной, леди Арвин, гнев моего отца, который будет преследовать нас, будет весьма полноценным. Тирион вполне правильно предсказывал реакцию лорда Тайвина на его самовольную женитьбу и тем более на побег с невестой, и Арвин почувствовала, что он говорит правду и ее заурядная жизнь наконец-то превращается в захватывающую историю из книг. - И вы женитесь на мне вопреки желанию лорда Тайвина? – спросила Арвин, зардевшись и потупив глаза. - Весь Запад меня не остановит, - горячо сказал Тирион. – Я увезу вас на Север, моя госпожа, и мы встретим там и короля Лионеля, и леди Сансу. Доверьтесь мне, я бывал даже на Стене. А мой добрый менестрель будет в дороге слагать о нас песни. ___________________________ * Оригинал истории хрониста из новеллы Олега Дивова "Сталин и дураки" можно прочитать здесь: https://divov.livejournal.com/215364.html ** Стихотворение Александра нашего Сергеича можно прочитать полностью здесь: https://ilibrary.ru/text/599/p.1/index.html И бонусом чтение Смоктуновского https://youtu.be/8-OzNp9klJs