Часть 1
21 января 2019 г., 04:28
Снежная буря улеглась только к рассвету, тогда как скупое зимнее солнце соизволило выглянуть из-за туч не раньше полудня, наконец-то дав скучающим драконам Вейра Телгар повод выбраться на карнизы, скребя когтями по свежей наледи. Их толстым шкурам усилившийся морозец был нипочем – после тьмы ли Промежутка бояться какой-то зимы! – и громадные звери шумно потягивались, зевая и хлопая занемевшими от долгой неподвижности крыльями, тогда как их всадники, сквозь зубы кляня погоду, кутались в меховые шкуры и изо всех сил старались уберечь каждую крупицу доставшегося им тепла. Плотные занавеси и хорошо растопленные очаги могли бы помочь в этом деле, но, увы, топлива в последней десятине был явный недобор, а впереди ждали еще пятьдесят с лишним Оборотов до начала Шестого Прохождения – и всадникам Перна требовалось продержаться этот срок, чтобы встретить Нити в полной боеготовности.
Зловещий опыт прошлого Интервала – четырехсот Оборотов забвения и ложной безопасности, по истечении которых на всей планете набралось лишь около тысячи драконов, и пришлось объединять силы нескольких Вейров для отражения первых Падений! – все еще витал в воздухе, тревожный и едкий, как запах фосфина, но всадники старались об этом не думать, а самые молодые и оптимистичные даже полушутя уговаривали Алую Звезду поторопиться: пусть-ка надменные холдеры побывают под Нитями, будут знать, как обвинять драконье племя в нахлебничестве! Из двух великих Холдов, находящихся под протекторатом Телгара, лишь собственно Телгар Холд продолжал исправно посылать десятину, тогда как Кром и его надменный Лорд пригрозили явившемуся на переговоры Предводителю спустить стража порога, если тот не уберется «в свою змеиную яму»! К счастью, Т'хосс отличался весьма невозмутимым нравом, так что до прямого столкновения дело не дошло, но за Кромом изрядно сократили десятину и меньшие холды, упорно игнорировавшие призывы всадников не расширять пахотные поля и серьезно относиться к постройке своих домов.
– Дураку свои мозги не отдашь, а умному они без надобности, – в конце концов Т'хосс махнул на это дело рукой: он не собирался рисковать безопасностью драконов и их всадников (во время последнего визита на фермы одной зеленой едва не проткнули вилами крыло!) ради не способных слушать идиотов, так что Телгар буквально самоизолировался в своем кратере, показываясь снаружи лишь когда для всадников находилась работа – то груз доставить, то срочную весточку передать, то зажиточного холдера подбросить через Промежуток. Естественно, не обошлось без возмущений – когда Крылья Вейра перестали летать над основными дорогами Крома, резко увеличилось количество лихого люда, стражников на скакунах боявшихся гораздо меньше, чем всадников на драконах! – но на «законное» требование возобновить патрулирование Т'хосс, не моргнув и глазом, потребовал платить как вольнонаемным, раз уж десятину уважаемый Лорд высылать в полном объеме отказывается. Призывы к совести всадник благополучно проигнорировал – недаром же до Запечатления своего бронзового Айлента он был торговцем! – так что стороны разошлись несолоно хлебавши, и до сих пор отношения между Вейром и Кромом оставались напряженными, а настроение всадников – ниже среднего…
…Так что тем удивительнее было, оторвавшись на мгновение от мрачных мыслей, обратить внимание, что над окутанной сонной дремой Чашей едва слышно разносится гулкий напев, от которого у старых всадников, вечных поборников традиций, до сих пор сводило скулы: драконы не поют! Драконы не гудят когда вздумается, разве что приветствуя новое поколение на Площадке Рождений, и уж точно ни одному дракону никогда не приходило в голову!.. – но, что уж говорить, об Этом Драконе в Вейре предпочитали вообще слишком много не думать, отговариваясь Интервалом, скромными кладками и излишней мягкостью королевы Ванарты, позволившей уродцу пройти Запечатление.
Игнорировать вещи, которые тебе не нравятся, делая вид, что их вовсе не существует – удобный способ не трепать себе нервы, которым не пренебрегают даже всадники… но, впрочем, юного Жулата подобное отношение не особенно беспокоило – собратья воспринимали его точно так же, как к любого другого дракона, а из всех людей его интересовало мнение лишь одного-единственного человека – и сейчас, сидя на крепких задних лапах, он старательно выводил особо сложную нить мелодии древней баллады, следуя за переливчатым напевом старинной гитары. На его выпуклой груди под бледно-голубой шкурой играли мощные мускулы, шея еле заметно дрожала, а в огромных зеленых глазах светилось искреннее удовольствие, так что, право, жаль было прерывать столь вдохновленное выступление… но дух истинного ценителя не позволил пропустить явную ошибку, так что, стоило драконьему тенору сорваться на какое-то невнятное повизгивание, Зои тут же остановила игру и нахмурилась.
– Фальшивишь, дружище.
«Вовсе нет», – Жулат обиженно загудел, но девушка была непреклонна.
– Вовсе да. На высоких нотах вот здесь, – она несколько раз щипнула струны, проиграв короткую мелодию,– ты начинаешь пищать фальцетом, как перепуганная верри! Давай еще раз.
«Я хорошо пою», – пробурчал дракон с прищемленным эго, но все же согласно кивнул – спеть еще раз? Жулат только «за»! – и выпрямился, уложив передние лапы на коленях. К слову, когда наставник молодежи впервые увидел его в такой позе, то едва удержался от хохота – уж больно потешно выглядел голубой, которому «только стакана вина и не хватает!» – хотя в целом к причудам Жулата старый К'ларит относился снисходительно, а коричневому Сунту бесконечное мурлыканье юного дракончика даже нравилось! Во всяком случае, этот здоровяк всякий раз начинал басовито гудеть, стоило ему услышать особо заковыристую мелодию, и оба – и дракон, и его наездник – весьма неодобрительно относились к любым попыткам своих воспитанников задирать Зои без веской на то причины, пусть даже некоторые старшие всадники – в особенности голубые и кое-кто из коричневых – при виде девушки морщились, точно недозрелый фрукт надкусив, и готовы были на любую травлю смотреть сквозь пальцы.
Конечно, Запечатление Зои наделало немало шума – Т'хосс, уже собиравшийся уйти с Площадки после того, как пару себе нашел последний бронзовый, целых пять минут не мог двух слов связать при виде долговязой девчонки, обнимавшей голубого дракончика! – и страсти утихли далеко не сразу: собственно, пир по окончании Рождения превратился в жуткую свару, в ходе которой убеленные сединами старожилы Вейра едва не рвали друг другу волосы, доказывая, что голубых всадниц не бывает и быть не может! Наличие прямо перед носом девушки с драконом именно такого цвета их не смущало, то, что Зои их прекрасно слышит – тоже, и от перспективы оказаться жертвами разъяренной всадницы старых маразматиков уберег только своевременный возмущенный крик Ванарты («Жулат не уродец!»), после чего Госпожа Альмара призвала собравшихся к порядку и напомнила о древней, как сам Перн, истине: дракон выбирает. Кого и почему – людям неведомо, но оспаривать его выбор не смеет никто, поэтому в конце концов пристыженные радетели традиций разбрелись по углам, остальные всадники глубокомысленно кивнули, а там и шепотки утихли: ну и что, что голубая? Не бронзовая же, а значит, ни Предводителем, ни Командиром Крыла, ни даже помощником Командира ей не стать, так что и беспокоиться не о чем. Вдобавок, пару дней спустя Госпожа, покопавшись в архивах, нашла запись о том, что Жулат – не первый голубой дракон, выбравший в наездники девушку, и уж после этого заткнулись даже самые неуемные ворчуны: раз было, значит, ничего страшного не произошло и не произойдет. Небо не рухнет, реки вспять не потекут. Дракон выбирает, все такое... Только, будь добра, девчонка, перед глазами не мельтеши – раздражаешь!
Зои? А что Зои? Зои ничего, она привыкла: чай, не дочка какого-нибудь надутого лорда, а всего лишь бродяжка без роду и племени, что как раз пыталась растолкать на зимней дороге труп какой-то старой женщины (Матери? Бабушки? Просто случайно попутчицы?), когда ее заметили пролетавшие мимо телгарские всадники. К счастью, тот Оборот выдался урожайным, десятина пришла щедрая, а где много еды, там и творить добрые дела становится проще, поэтому Зои забрали в Вейр и приставили помогать на кухнях… ну, или, по крайней мере, ничего не портить. Ее воспитательница поговаривала, что прибывшая в Вейр девчоночка напоминала ей только-только посаженного на цепь дикого стража: лишь для того, чтобы отмыть ее от грязи, потребовалась помощь двух взрослых мужчин! На то же, чтобы окончательно приручить, ушло почти три Оборота, и то лишь благодаря старому Сейрану, арфисту Вейра – как оказалось, Зои с детства нравилась музыка, и обучающие баллады она разучила, еще не выучившись толком волосы расчесывать – но за дополнительную песню была готова хоть косы заплести, хоть овощей целый таз начистить, хоть к дракону в пасть залезть!
И последнее – не совсем фигура речи: несмотря на принадлежность к женскому полу, по степени любви к отчаянным поступкам «дикарка» оставляла позади большинство мальчишек, и после трех Оборотов сплошной головной боли (в результате Зои накоротко остригла волосы и пару раз прогулялась по Чаше в одном исподнем, отказавшись надевать выданное ей платье) Хозяйка Нижних пещер только рукой махнула на свою заветную мечту сделать из нее «приличную молодую леди». Новички из кандидатов и незнакомые караванщики порой даже принимали ее за парня, но Зои это не слишком беспокоило: как говорится, не имя делает всадника всадником, и если у кого-то в голове не укладывается, что женщина может по доброй воле спуститься в змеиные норы или дотащить до Нижних пещер мешок с мукой – это абсолютно не ее проблемы. По крайней мере, зная о ее взрывном характере, излишне нахальные всадники не пытались против воли усадить ее к себе на колени или мимоходом шлепнуть по заднице, да и прочие девушки, видя, что мужчины Зои ни под каким углом не интересуют, относились к ней скорее как к всеобщей старшей сестренке (братику?..), которую легко можно попросить постеречь дверь в купальню или отнести непонятливому ухажеру коротенькую записочку (вместе с парой тумаков), а потом еще и благодарно чмокнуть в щеку при всем народе, вынудив залиться краской до ушей!
Собственно, даже на Площадке Рождений Зои оказалась потому, что одна из кандидаток впала в истерику, а поскольку мужчину разъяренная взрослая королева к золотому яйцу ни за что не подпустила бы, пришлось Зои, наспех наряженной в белую хламиду, прыгать по горячему песку, за руку таща следом упирающуюся девицу… хотя в результате все закончилось как нельзя лучше: малолетняя истеричка вернулась в свой холд, юную королеву Запечатлела ученица из Цеха Целителей, а Зои встретилась с Жулатом, который даже тяпнул за руку какого-то излишне ретивого кандидата, не дававшего ему встретиться с всадницей! Уже одного этого – упоительного момента единства двух одиноких душ, наконец-то отыскавших свою потерянную половинку – было достаточно для того, чтобы любую девчонку довести до состояния эйфории, но Оборот спустя, когда ее голубой научился летать с всадницей на спине и переселился в собственный вейр (их в полупустом Телгаре было немало), Зои достигла пика блаженства, едва осознав, что вот этот угол – ее, вот этот – тоже ее, а еще стол ее, и полка, и даже вот эта широченная кровать, уже заваленная теплыми шкурами – ю-юх-ху, пора валяться! Орать! Дрыгать ногами! Ведь уже никто не возьмет без спросу ее инструменты, не «перепутает» всю одежду, не заберется к ней в постель посреди ночи, утыкаясь холодным носом между лопаток! – так что теперь Зои была абсолютно довольна жизнью и собиралась как следует расплатиться с судьбой за навалившуюся удачу… м-м… м-м-м… как-нибудь попозже, ага?
Ну, а пока – пользуемся благосклонностью Сейрана, которому куда интереснее вокальные возможности Жулата, чем его цвет и выбор всадника, и как следует оттачиваем певческое мастерство – кто знает, может, удастся-таки исполнить песню-другую на следующем Рождении! Вряд ли, конечно – скорее уж дракона с «неправильной» всадницей запихнут куда подальше, дабы не травмировали хрупких холдеров своим невыносимым видом – но помечтать не вредно, особенно если на дворе – вторая половина Интервала, особых дел для младших всадников не находится, а твой дракон просто обожает петь – ну как ему отказать в таком удовольствии?
– Готов, приятель?
«Готов!» – с поистине мальчишеской задиристостью заявил Жулат, а когда Зои, усмехнувшись, тронула кончиками пальцев струны, порождая легкую мелодию – тут же, без подсказки, запрокинул голову и великолепно взял первые торжественные аккорды «Брачной песни»! Его грудь заходила ходуном, когти на передних лапах заскребли по воздуху, полурасправленные крылья ритмично подергивались – хотя Зои не была уверена, что ее голубой, которому только-только минуло полтора Оборота, вообще представляет, что такое «брачный полет», настроение песни он уловил безупречно, искусно мешая баритоны бронзовых с грудным королевским контральто. Не идеально, конечно – скромные размеры не позволяли ему брать чрезмерно низкие ноты – но вполне похоже на оригиналы, а уж при звуках того, как виртуозно он переходил с одной тональности на другую, мастера-арфисты, пожалуй, наизнанку вывернулись бы, но заманили этакий талант в свой Цех! Дракон-певец – шутка ли?..
«Драконы живут в Вейре, – и все же Жулат мягко поправил всадницу, когда, рассыпав по углам последние осколки, та ударила по струнам в завершающем аккорде, – Так было всегда».
– Скорее уж вейр должен быть там, где дракон, – хмыкнула Зои, отложив гитару в сторону и как следует потянувшись, – Иначе это будет просто дырка в скале, которую кому-то взбрело в голову назвать драконьим домом… Вот ты вот никогда не хотел пожить где-нибудь еще?
«Мне нравится в Телгаре, – в фасетчатых драконьих глазах появились первые отблески тревожного желтого, – Ты хочешь уйти отсюда, Зои? Ты хочешь оставить Вейр?»
– Ну… если бы мне предложили попробовать, я бы хорошенько подумала. До начала Прохождения еще уйма времени, а сидеть все это время взаперти… – ее лицо наморщилось, точно у ребенка, и, раскинув руки, Зои упала прямо на пол – благо, там валялись старые подушки, собранные со всех соседних вейров, – ску-у-учно… Жулли, давай сбежим!
«Ты просто устала, – наклонив голову, дракон мягко толкнул ее носом в живот, – Ложись и хорошо поспи…» – но тут, фыркнув от неожиданности, он невольно отдернул морду… ха-ха, не тут-то было! Цепкие руки Зои уже обвили его за шею, и оказались достаточно сильны, чтобы удержать на весу остальное тело, когда, уперевшись хвостом, Жулат поднял ее над землей, точно рыбу на крючке.
«Зои…»
– Катай меня! – заявила всадница, болтая ногами над землей, и до того по-детски капризно прозвучал ее голос, что Жулат даже спорить не стал. Правда, пары кругов по вейру Зои не хватило, но на этот случай у ее дракона был припасен собственный трюк: подогнув хвост, он сам упал на спину, после чего раскинул крылья для устойчивости и закрыл глаза: делайте что хотите, но с этого самого места я больше не сойду!
– Эй… – в конце концов, устав от бездействия, Зои аккуратно постучала его по надбровью, – Жулат?
«Больше катать не буду».
– Ты правда хочешь просидеть тут всю свою жизнь? – Зои опять разговаривала нормально, но в ее тоне прозвучало беспокойство и… жалобность? – Пятьдесят Оборотов? Пока мы оба не станем настолько старыми, что будем разваливаться на ходу?
«Я буду там, где будешь ты, – голос Жулата прозвучал мягко, почти убаюкивающе, – Я – твой дракон. Ты – моя всадница. Мы всегда будем вместе, что бы ни произошло. Я люблю тебя, Зои».
– Я тоже люблю тебя, – и что на такое ответишь? Разумеется, расчувствуешься и уткнешься носом в мягкую драконью шкуру, улыбаясь как идиотка! Глаза тут же начали слипаться – может, и правда поспать? Вот прямо сейчас это точно было бы не лишним… – Но когда-нибудь… точно тебе говорю! Мы оставим этот продрыг… продрогший Вейр и… улетим! Далеко! Где никто не посмеет назвать тебя уродцем! Даже в мыслях… Жулли, ты слушаешь?
«Я люблю тебя, – дракон даже глаз не открыл, – Люблю, Зои».
– Я… тоже… – не спать! Нельзя отвлекаться! – Очень-очень… сильно… ты… только скажи… – но голос Зои, так и не задавшей вопрос, сменился тихим посапыванием, а хитрый голубой дракон широко зевнул и, прикрыв мерзлячку-всадницу кончиками крыльев, сам погрузился в блаженную дремоту. Лететь никуда не требовалось, идти – тоже; в драконьем желудке переваривалась одна молоденькая верри, а в человеческом – скромный, но сытный завтрак; снаружи опять начали собираться снежные тучи, но кто сказал, что им обязательно было туда выходить?..
В Звездных Камнях пронзительной свирелью завывал ветер, по древним склонам Чаши хрустальным звоном колокольчиков стекали потоки ледяного крошева, а дракон-певец и его единственная всадница, укрытые мглой, спали вместе со всем Телгаром, выпуская в воздух облачка прозрачного пара и мечтая о наступлении новой весны.
Конец.
