.

Шел три тысячи какой-то год. Падал снег. Мороз лёгкой дорожкой пробегал по коже, оставляя за собой неприятную полосу из мурашек. Зима была близко. Не осталось смысла томить даже самую маленькую надежду на улучшение погоды. Солнце, последовав примеру б-га, давно забыло про это место. Последний оставшийся житель смотрел на хмурое небо своими уже серыми стеклянными глазами, то ли от нервов, то ли уже по старой привычке покусывая нижнюю губу. Морщины на его лице говорили о том, что жизнь у него выдалась не из простых. За последние несколько месяцев некогда уютный город превратился в призрака. Люди настолько быстро торопились покинуть это место, что оставили все свои вещи: телефоны, одежду, документы, деньги. Они просто сбежали. А этот чудак в шапке остался, может, проспал, а может, и не захотел покидать столь родное ему место. Снежинки медленно падали с неба точно такого же цвета, что и глаза человека, а человек сидел на крыше какого-то высотного здания, ни о чем не думая. Он видел, как сравнительно недавно здесь кипела жизнь: маленькие дети бегали по улочкам, те, кто постарше, медленно прогуливались. Он вспоминал, как миленькая старушка из его подъезда поливала цветы около дома, вспоминал рыжего кота, которого вечно подкармливал. Одинокая слеза скатилась по давно не бритой, морщинистой щеке. Это не была слеза грусти - это была слеза отчаяния. Он не понимал, почему остался один, в какой момент все исчезли и почему, ведь когда он ложился спать, все было хорошо. У него больше никого не осталось, лишь часы, что вечно показывали пять.