Не все то золото, что блестит

      Тишину в моей комнате нарушила мелодия входящего звонка. На экране телефона высветилась фотография улыбающегося парня. В руках цветы, в глазах счастье. Я взял трубку. «Привет, у меня дома никого всю следующую неделю. Может приедешь?» — произнёс голос на другом конце. Я ответил, что буду через несколько минут, быстро собрал вещи с расчетом на то, что завтра на учебу поеду не из дома.       Было уже слишком поздно для часа пик, поэтому я довольно быстро добрался до нужного места.       Дверь мне открыл милый парень с той фотографии. «Привет, ты быстро», — улыбнувшись, сказал он. Я закрыл металлическую дверь. Автоматический замок издал тихий щелчок. Тема подошёл ко мне и, легонько чмокнув в губы, крепко обнял. — Ты ужинал? — спросил он. — Да. — Тогда может… — он никогда не заканчивал эту фразу, лишь сжимал мой зад в своих властных руках. — Тебе всегда будет мало? — Конечно.       Он вновь нежно коснулся моих губ. Не разрывая поцелуй, я скинул с себя кеды, портфель и ветровку. Руки Тёмы начали медленно задирать мою футболку. Одежда спадала с меня, как осенние листья с деревьев. Тема медленно провел носом по моей шее.Почему мне только от этого становится так хорошо? Языком обвел контур татуировки в виде ветки золотой сакуры на ключице. Он всегда так делает, но каждый раз это слишком приятно. И вновь цветы татуировки начинают расцветать. Рисунок меняется и, чем ближе ты к человеку, предначертанному тебе судьбой, тем прекраснее узоры на твоем теле. Сакура — любимые цветы Темы. Вновь и вновь он слегка дотрагивается кончиками пальцев до поблескивающих лепестков. Его руки всегда холодные, и всегда эти прикосновения приятно охлаждают, одновременно обжигая кожу, тем самым возбуждая еще больше. Боже, почему всего от нескольких касаний мне сносит крышу? Почему ему достаточно лишь пару раз дотронуться до меня, чтобы я был готов на все, лишь бы получить еще хотя бы одно прикосновение? — Помнишь, ты хотел попробовать что-то? — внезапно спросил он. — Не я, а ты. Не надо переводить стрелки. — Ну не особо важно.       Усмехнувшись, Тёма отвел мои руки назад. Вдруг запястья обожгло чем-то очень холодным, послышался слабый щелчок. — Что ты?.. — я не успел закончить фразу. Мои запястья оказались скованы наручниками. — Ты же не против? — А у меня есть выбор?       Его губы нежно накрывают мои, не спеша сминают их, языком он проникает внутрь, выписывает просто великолепные узоры у меня во рту. Я чувствую, как по моим ногам стекает смазка и просто не понимаю, как он еще может сдерживать себя? Тема прикусил мою нижнюю губу. Похоже, вся его выдержка это лишь прекрасно созданная иллюзия. Он тоже уже не может сдерживаться. Я вижу что он вот-вот сорвется, но что его держит? Почему же ты пытаешься совладать с собой, зачем? Но все же мой разум вновь застилает сладкая пелена наслаждения. «Прошу, возьми меня», — тихо шепчу я ему. Но Тема лишь усмехается и припадает губами к моей шее. Мои колени очень сильно дрожат, я едва могу стоять на ногах. Парень дорожкой легких, почти невесомых поцелуев поднимается к мочке уха. От каждого его действия я словно плавлюсь. Тема проводит по ушной раковине языком и прикусывает мочку. Мои ноги не выдержали. Я бы упал, если бы не крепкие руки альфы. Моего альфы. «Тема, пожалуйста, сделай со мной уже хоть что-нибудь, я больше не могу терпеть», — мои слова прерывались судорожными вздохами и жалобным всхлипами. Он может возбудить меня парой касаний, а еще любит мучать. И у него это просто великолепно получается. Парень едва дотрагивается, обжигает кожу дыханием, а я даже стоять не могу. Внизу живота уже начинало приятно болеть. В уголках глаз начали собираться слезинки. Я безумно хочу Тему, но я ничего не могу сделать. «Если хочешь, чтоб я что-нибудь сделал, будь умницей, встань на ноги», — прошептал Тема прямо мне в губы. Я собрал все силы, что у меня остались. Колени по-прежнему очень сильно дрожали, но у меня все же получилось удержать равновесие. Хоть и не надолго. А большего Теме и не требовалось. Он выпустил меня из объятий, и сразу подхватил на руки. Так ему удалось уложить меня на кровать. Свежее постельное белье приятно охлаждает кожу. Вот только лежать на руках было не очень удобно. Он читает меня, как открытую книгу, и сразу понимает, что не так. И сейчас тоже, как только он заметил, что мне неудобно, быстро перевернул меня на бок, а затем на живот. Так определенно лучше, но я его не вижу.       Обжигающе холодное прикосновение выбивает из меня стон. Он ввел в меня сразу два пальца, но я не почувствовал боли. Наоборот, я наконец-то перестал ощущать ту неприятную пустоту внутри. Единственное, что меня сейчас немного расстраивало, это отсутствие возможности прикоснуться к Теме. Я хотел до него дотронуться, прижаться к нему. Но с другой стороны, то, что я не мог ничего сделать, очень сильно заводило.       Тема ввел внутрь еще один палец. Я, тихо простонав, выгнулся в спине, оттопыривая зад. Парень, увидев, как я уже сам насаживаюсь на его пальцы, решил сжалиться и быстро заменил свои тонкие изящные пальцы членом. Он вошел резко, сразу до конца. Я не смог сдержать громкий стон. На глазах выступили слезы, но это было прекрасно. Парень сразу начал двигаться. Медленно, но постепенно ускоряясь. Каждым толчком он выбивал из меня стоны. Но то, что я не мог дотронуться до него до сих пор расстраивало. И Тема это прекрасно видел.       Вдруг он остановился, и мои запястья оказались на свободе. Парень резко перевернул меня на спину и навис сверху. Я прижал его к себе, а он, вновь войдя в меня, перешел на очень быстрый темп. Это было неожиданно, и я сначала вскрикнул, потом появилась нехватка воздуха. Легкие горели, а Тема, в добавок ко всему, заткнул меня поцелуем. Слезинки скатывались по лицу, я вцепился ногтями в спину парня.       Мы оба чувствовали приближение разрядки. Все ощущения смешались в один сумасшедший коктейль. Тема положил руку на мой член и начал быстро водить вверх и вниз еще и ей. Оргазм накрыл нас почти одновременно. По комнате разлетелись громкие стоны. Тема вновь накрыл мои губы поцелуем. — Только не засыпай, — прошептал он.       Немного отдышавшись, парень взял меня на руки, и отнес в ванную. — Подождешь немного? — спросил Тема.       Я кивнул. Он, усадив меня на стиральную машинку, отошел настроить воду. Через пару минут вернулся ко мне, взял меня на руки и помог забраться в ванную. Убедившись, что я более менее нормально стою на своих двоих, Тема залез ко мне. Теплый приятный душ после секса, что может быть прекрасней?

***

      Утреннее солнце согревало своим теплом. Но через плотные шторы в спальне Тёмы его лучи пробиться не могли. Безмятежную тишину нарушил крик «Вставай, ебана в рот!» Я подскочил на кровати, сразу пытаясь понять, где я и что происходит. — Твою ж, опять, забыл мелодию поменять, — сонно бубнил Тёма, пытаясь найти телефон на полу рядом с кроватью, — Спокойствие, это будильник, — это уже было адресовано мне. — А сколько времени? — 7.18, до пары полтора часа. — Окей, подъем, — я взъерошил волосы Теме на затылке и встал с кровати. — Сука, какого хуя ты такой жизнерадостный, — тихо возмутился парень. — Что? — Встаю.       Тема догнал меня в душе, когда я только пытался настроить теплую воду. Он обнял меня сзади, обвив талию своими руками и положив голову мне на плечо. Парень медленно провел носом по моей шее, по тому месту, где он когда-то оставил метку. — У тебя течка когда? — немного настороженно спросил он. — Уже через пару дней должна начаться, а что? Уже не терпится? — Просто запах уже немного поменялся. Стал более… глубокий, что ли? — Только я от этого глубже не стану, — шутка моего авторства, но не всегда удачная. — Проверим? — игриво спросил Тема, уже разворачивая меня к себе и пытаясь поцеловать.       Но стоило ему приблизиться ко мне почти вплотную, я воткнул ему в рот зубную щётку. — Понял, принял, уже иду нахрен.       За завтраком Тёма просил меня убедиться в том, что взял с собой подавители. Но я был более чем уверен, что они всегда со мной. Эта уверенность меня и подвела…       Течка началась во время занятий.       На перерыве между второй и третьей парами я обнаружил, что таблеток едва хватит до конца третьей пары. Но они будут подавлять только запах. Состояние будет ухудшаться. Весело.       Только я хотел написать Теме, как прозвенел звонок, и в класс вошла учительница русского языка. Я даже на паре не смогу написать. Эта тетка расслабиться не даст. Но ее можно понять. До экзамена месяц, а занятия раз в две недели.       И пошли по стандартной схеме: словарный диктант, орфоэпическая разминка, текст на проверку наших пунктуационных и синтаксических способностей и несколько заданий из ЕГЭ. Но вся эта движуха сопровождалась ещё и тем, что мне с каждой минутой становилось все хуже.       Ужасно жарко. Все чувства обострились. Лишь бы действия таблеток хватило. Повезло ещё, что я ни с кем не сидел. Не было никого, кто мог бы заметить мое ужасное состояние и уже, наверное, полыхающие щеки. Последняя парта первого ряда, как никак.       Я считал каждую минуту до конца, попутно пытаясь вспомнить все, что задавала учительница. Ведь если кто-нибудь отвлечется и из-за этого не сможет ответить на ее «элеметарный» вопрос, будет лекция на полчаса о том, какие мы все бездари.       До конца занятия оставалось десять минут, а я уже буквально изнывал от желания. Штаны неприятно липли к коже так же, как и рубашка. Как же мне хреново, но нет, я сижу и выделяю вводные конструкции в тексте.       Вдруг самозабвенную речь учителя о типичных ошибках на экзамене прервал звонок. Все быстро начали собираться. Кто-то спешил на дополнительные занятия, кто-то на подготовительные курсы, кто-то домой. Некоторые просто хотели подольше погулять по пути до дома. А я… А что я? Я сохраняю мину спокойствия и невозмутимости. Ибо очень многие в моем классе считают меня бетой. Да, я два года сохраняю репутацию невозмутимого «нейтрального» пола.       Как только дверь за последним выходящим закрылась и в классе не осталось никого, кроме меня, я бросился к телефону, дрожащими руками набрал сообщение Теме: «Забери меня пожалуйста, я в 322 аудитории. Сам выйти никуда не смогу.»       Дверь в кабинет резко распахнулась, громко стукнув о выступ со стороны коридора, едва я успел отправить смс. В аудиторию пафосной походкой зашел Ростислав. Дверь за собой он прикрыл. Я попытался изобразить состояние полного спокойствия, но не тут-то было. Он всегда ведет себя так, словно хакнул эту жизнь еще в три года. Какая бы ситуация не случилась, он всегда готов ко всему, а еще он слишком хорошо разбирается в людях и так же хорошо умеет читать их эмоции и чувства. Чтоб его!       Я понимал, что надо валить и как можно быстрее. Но куда? Остается только надеяться, что Тема скоро придет, или бежать в сторону аудитории его класса. Но это половина третьего этажа. Да я до конца крыла вряд ли добегу.       Ростик, тем временем, прошелся вдоль доски, подошел к моей парте и уселся рядом на подоконник. Я просто в ужасе ждал его действий, но их не было. Он молча сидел и с гадкой ухмылкой пялился на меня.       Вдруг я неожиданно для самого себя я сорвался с места, успев лишь закинуть на одну сторону портфель. Двигался я, на удивление, уверенно. Но только выбежав за пределы кабинета, ощутил, как меня что-то резко потянуло назад. От неожиданности я потерял равновесие и упал. Пытаясь быстро подняться и смотаться отсюда во второй раз, я обнаружил, что чем-то дернувшим меня назад оказалась лямка портфеля, которую я не стал закидывать на плечо, она зацепилась за дверную ручку. И почему я такой везучий? Вот всегда так, надо сделать что-то быстро и аккуратно, а я ложаю. Как там Натаха говорила? «Лох — это судьба». Все эти мысли пролетали в моей голове, пока я пытался встать на ноги. Но нижние конечности решили не слушать меня сегодня. Только у меня получилось нормально встать, как за локоть меня кто-то дёрнул. Конечно же это Ростислав. Он затащил меня назад в кабинет и сразу нагнул. И что теперь делать? Ну почему этот сученыш альфа? Нельзя его было наказать за его пафосную морду и сделать омегой? Тема, пожалуйста, приди и забери меня отсюда. Сейчас я был бы рад любому, кто зайдет в кабинет. Даже той Наташе. Даже ей я бы сейчас был рад. Хотя она могла поступить так же, как и Ростик, так как тоже альфа. Пусть она и слабая, как альфа, но очень сильная, как девушка. Но может быть Натаха смогла бы пересилить себя и природную сущность.       Пока я в панике вспоминал ту, что каждый день в шутку пыталась избить меня, Ростик меня уже не слабо облапал. Я пытался отвлечься как мог, но гребаные инстинкты делали своё дело. Я даже вырваться не мог. Сил почти не было. Парень стянул с меня школьные брюки и бельё. Я остался в одной рубашке. — Ммм, тут уже так влажно. Ну признайся, тебе же уже хочется что бы тебя отодрали? Трахнули как следует, — самодовольно произнёс он.       Мудак! И почему я не могу высказать ему все? — Тебя растянуть или любишь пожестче?       Я молча терпел все его издевательства. Не знаю почему, но я не могу ничего ему сделать. Даже если бы были силы, ударить человека вне моих возможностей.       Дверь резко распахнулась. На пороге весь запыхавшийся стоял Тема. — О, ты как раз вовремя, — поприветствовал его Ростислав, — Смотри, на твои феромоны альфы бегут с другого конца этажа, — это уже было адресовано мне.       Это все, что он успел сказать перед тем, как его резко развернул к себе Тема и не хило так врезал ему. Куда, я не видел. Мне было откровенно не до этого.       Парень, избавившись от Ростислава, сразу подошёл ко мне и крепко обнял. Я дрожащими руками вцепился в него. От его запаха по всему телу пробежала волна дрожи. — Тем… Пожалуйста… — пытался я выдавить из себя. — Нет. Не здесь, — прервал он меня.       Парень отошёл к куллеру и, вернувшись, протянул мне стакан с водой и какие-то таблетки. — Это мощные подавители. У Влада взял. Может подействовать как снотворное.       Я выпил их. И снова обнял Тему. По щекам потекли слезы. — Чшш, — Тема погладил меня по голове. — Я так испугался, — всхлипнув, произнёс я. — Все закончилось.       Сознание медленно застилала пелена. Я не стал сопротивляться. У меня не было сил. Сидя на парте и облокотившись на Тему, я уснул. А проснулся уже дома у Темы.       Парня рядом не было. Я хотел пойти искать его, но стоило мне встать на ноги, как я упал. На грохот прибежал Тема, но увидев меня, сидящего на коленях на полу, он улыбнулся. — Ноги не держат? — немного посмеиваясь, спросил он.       Я кивнул. Парень подошёл ко мне, взял на руки и, сев на кровать, усадил меня к себе на колени. — Сколько я спал? — решил поитересоваться я. — Часа три, может чуть больше. — А подавители до сих пор действуют? — Как видишь. Кушать хочешь? — Очень.       Съев вкусный ужин, приготовленный Темой, я попросил его узнать у Влада, что это за таблетки такие. Они до сих пор действовали! Но не долго. К вечеру их действие начало заканчиваться. — Хей, омежка, — позвал меня Тема, когда мы уже собирались спать.       Я не ответил, так как не любил это прозвище. Вдруг его руки обвили мою талию и начали быстро пробираться под футболку. Парень прижался ко мне сзади, и в меня уперлось что-то твердое. — Тем? — слегка испуганно произнёс я. — Что, феромоны проснулись, а все остальное ещё нет? — решил поиздеваться он. — Не понял. — Ноги сам раздвинешь или помочь? — Тема, да что ты?.. — вдруг стало жарко и по телу бробежала дрожь, и естественно Тема это заметил. — Мне повторить вопрос?       Парень, развернув меня, резко опрокинул на кровать и навалился сверху. — Тем… Тяжело… — Чшш. Можешь помолчать?       Тема грубо перевернул меня на живот. Пальцами он подцепил резинку домашних шорт. Вдруг ткань жалобно затрещала. Парню в порыве эмоций оказалось проще не быстро стянуть с меня одежду, а разорвать её. Такая же участь постигла и бельё. — Тем… Стой!       Он не отреагировал. Да что с ним? Феромоны в голову ударили? Тема словно озверел. И я не могу ему сопротивляться. Из-за страха и течки, я чувствовал, как у меня дрожали ноги, внутри все горело, а сзади ощущался неприятный зуд. Вот только сознание было ясным. Я понимал, что мне надо остановить Тему, сделать так, чтоб он успокоился, но тело меня не слушалось. — Пожалуйста… Остановись!       Теме, похоже, надоели мои попытки вразумить его, он сильно надавил на шею, вжав меня в кровать. — Молчи и просто дай мне тебя трахнуть, — сказал он, введя внутрь сразу три пальца.       Чёрт, больно. Но парень и не думал меня подготавливать. Он сразу заменил пальцы своим членом. У меня на глазах выступили слёзы. Тема сразу, даже не дав мне привыкнуть, начал двигаться. Я не знаю, что вырывалось, стоны или крики. Знаю только, что единственное, чего я хотел, это чтоб все быстрее закончилось. Но хуже всего было то, что я от этого возбуждался.       Я бы ещё долго продержался, но мой организм не выдержал, сознание помутилось, и я вырубился. Что дальше делал Тема, я не знаю. Не хотел я приходить в себя. Но кто меня спрашивал, чего я хочу? Мне пришлось очнуться, спина болела. Попытавшись хоть как-то пошевелиться, я обнаружил на руках наручники, что надёжно скрепляли конечности за спиной. Но больше так лежать я не мог.       Очень странно, что во сне я так неестественно прогнулся в спине. Но стоило мне чуть-чуть выпрямиться, как на шее обнаружился ошейник, а в заднице что-то инородное. И все это было чем-то скреплено, судя по лёгкому звону, цепью. Но самый главный подвох оказался в том, что цепь была слишком короткой. Опустив руки пониже, я начинал задыхаться, но поднимая их выше и обеспечивая себе достаточное количество кислорода, я приводил в движение то штуковину в заднице.       Чёрт, этот ублюдок надо мной издевается. Найти удобную позу в данной ситуации было невозможно. Ещё и руки онемели. Класс, я их не чувствую. Я пытался ими пошевелить, но они двигались не так, как мне надо, словно были сами по себе. Попытавшись ощупать наручники и пристегнутую к ним цепь, руки отвелись как можно дальше за спину. Вырвался протяжный и жалобный стон. — Очнулся? — с издевкой спросил внезапно появившийся Тема.       Вовремя он. — Ты совсем ебнулся? Убери все это быстро! — как можно громче и уверенней произнёс я. — Извини, но ты не в том положении, чтобы что-то требовать. Лучше просто заткнись и выполняй все, что я тебе скажу. — Ублюдок. — Аяяй, ругаться не хорошо. — Да пошёл ты!       Вдруг та штука внутри меня начала вибрировать. — Ахх… Блять… Тварь ты ебанутая… Прекрати! Живо! — выкрикивал я, пытаясь отдышаться, но воздуха все равно было мало. Чёрт! — Зачем все это?.. Ммх… Почему ты?.. Что я тебе сделал?!       Но, конечно же, он мне не ответил. Никогда бы не подумал, что буду жалеть о том, что на моей шее что-то затянули недостаточно сильно. Был бы я рад сейчас просто задохнуться. Но эта мразь только прибавила вибрации. У меня на глазах выступили слёзы. И снова стоны смешались с криками, но на этот раз к ним добавились ещё и всхлипы. Чувствую себя таким жалким, ведь снова весь этот кошмар приносит мне удовольствие. Но за мгновение до разрядки Артем выключил игрушку. Он медленно подошёл ко мне. — Что ты мне сделал? Ничего. Просто позволил другому альфе прикасаться к себе. Зачем все это? Мне так нравится. Почему? Потому что я так решил. Ты моя личная шлюха. И только мне ты можешь подставлять свою задницу, — парень говорил максимально вкрадчиво, чтобы до меня дошёл смысл каждого слова, — И если ты меня ослушаешься, то сильно пожалеешь об этом. На сколько сильно? Сейчас покажу.       С этими словами он развернул меня, отстегнул игрушку от наручников, вынул её, но сильно затянул ошейник. Я думал, что тогда задыхался, но нет. Все острые ощущения только начинались. Воздуха было достаточно лишь только для того, чтобы не умереть.       Я хотел высказать ему все, что думаю, но получились бессвязные хрипы. И за всем этим последовал мощный удар в живот. Не под дых, но все равно очень больно. В глазах не надолго потемнело. Меня скрутило на кровати. Следующий удар пришелся на лицо. Не достаточно мощный, чтобы что-нибудь сломать, но достаточно сильный, чтобы разбить нос и верхнюю губу. По лицу стекали слёзы, перемешивались с кровью и капали на когда-то белую простынь. Убейте меня кто-нибудь, пожалуйста. Или просто дайте мне спокойно умереть.       Артем развернул меня на спину. Кажется, я снова почувствовал руки. Запястья неприятно саднило из-за наручников. Парень сел мне на живот, одной рукой он провёл по уже немного опавшему члену, в другой руке откуда-то появился нож. — Чшш… — протянул он, увидев, как я задергался, — Очень больно не будет.       Он поднес лезвие к ключице, свободной от татуировки, и начал что-то выцарапывать. Очень больно не будет, да? До чего эта фраза сейчас казалась смешной. Если бы не ошейник, звуки в комнате разнообразились бы чем-то большим, чем хрипы. Остановившись, парень полюбовался новыми ранами на моем теле и заявил: — Не, так не пойдёт. Я хочу снова услышать твои крики.       Артем расстегнул ошейник. Я наконец-то смог нормально вдохнуть, но тут же меня пронзила острая боль. И вот они, крики, разлетаются по всей комнате, слабым эхом отражаются от стен. И как только я не сорвал голос?       Закончив с этим, Артём убрал нож и ввёл в меня два пальца. Вот так сразу и насухую. Да о каком возбуждении тут вообще можно говорить? И после всего эта тварь ещё кончить меня заставила и ушла. А я так и остался лежать весь в собственной крови, сперме, синяках, ссадинах и с вырезанной надписью «шлюха» около ключицы.       Как он там сказал? Я буду жалеть о том, что подставил свою задницу не ему? Хах! Сейчас я жалею лишь о том, что появился на свет. И я даже разрыдаться не могу. Внутри как будто что-то надломилось. Запястья болят, живот болит, раны болят, да все болит!       Надо отсюда сваливать. Но я пальцем едва могу пошевелить. Нужно дождаться конца течки. Сейчас даже выходить из дома опасно. Какой сегодня день? На улице светло, значит где-то второй-третий. Зависит от того, сколько я спал. Заберите меня кто-нибудь отсюда. Состояние никудышное, как физическое, так и моральное. Больше всего раздражает то, что я ему доверился. Поверил ему, этой его смазливалй мордашке.       Вдруг послышался какой-то грохот. Хотя, даже если бы у меня были силы, я бы вряд ли вышел посмотреть, что произошло. Дверь в комнату медленно открылась. Как же сейчас хочется просто исчезнуть. Но все же одно меня поразило. На пороге стоял Ростислав. Даже не знаю, что меня сейчас больше беспокоило, то, что именно он пришёл, что я сейчас совершенно голый лежу или что он тоже альфа, а у меня все ещё течка? — Боже мой, что он с тобой сделал? Ты в порядке? — тихо спросил он, словно боясь меня спугнуть. — С чего вдруг ты интересуешься моим состоянием? Когда оно тебя волновало? — Тем, — парень подошёл ко мне, — встать сможешь? — С большим трудом, хотя, вряд ли. Да и зачем мне это? Что ты здесь забыл? — Я за тобой пришёл. — Смешно, — я слегка осип, голос был словно безжизненный, но все мои слова пропитались иронией и сарказмом. — Я не шучу. Ты знал, что этот придурок тебя обманывал? — Нет, но зачем мне тебя слушать? Ты сам-то меня чуть не изнасиловал. Или память отшибло? — Нет, я все прекрасно помню и могу все объяснить. Только выслушаешь ли ты меня? — парень явно хотел извиниться за все, хотел утешить меня, только я сейчас не был настроен от слова совсем. — Объяснить то, что ты маньяк насильник? Очень интересно. Хорошую историю сочинил? — Да что с тобой?! — Хороший вопрос, меня два раза изнасиловал человек, предначертанный судьбой. По-моему все логично. — Значит ты до сих пор не знаешь.       С этими словами Ростик вышел и, немного пошумев где-то за пределами комнаты, вернулся с Темой на руках. — Скажи, что ты его убил. — Нет, только вырубил. Тем, посмотри сюда. Я нехотя перевёл взгляд на Ростика. Он показывал на татуировку у Темы. — И? — без энтузиазма спросил я. — Эту татуировку ты видел всегда? — Ну допустим.       Ростислав облизал собственный палец и, тщательно потерпев один из лепестков сакуры на татуировке, вновь показал мне. Лепесток из золотистого стал насыщенно синим. — Но… — Он тебя использовал. Вы с ним не «истинные»…- Ростислав осекся.       Он достал из-за пазухи какие-то таблетки и бутылку с водой. — Сесть хотя бы можешь? — спросил парень. — Наверное, а что это? — Подавители. Те, которые Тема тогда взял у Влада, — именно их он протянул мне. — Я с них сейчас отрублюсь. — Тебе надо поспать, отдохнуть. Выпей.       Да гори оно все огнём. Все равно похуй. Я принял таблетки и уже буквально через пять минут отрубился. И вроде ничего не снилось, но проснулся я резко, в холодном поту. — На, выпей, — рядом сидел Ростик, он протягивал мне стакан с водой.       Быстро опустошив емкость, я все же решил осмотреться. Меня все ещё сильно била дрожь, но я заметил, что нахожусь в неизвестном мне месте. Чёрт, из-за того, что так резко вскочил, голова закружилась. Реакция слишком замедленная. Все раны и ссадины были залеплены пластырем или перебинтованы. — Как себя чувствуешь? — выдернул меня из раздумий Ростислав. — Хреново. Очень. Последние события не напомнишь? — Я не знаю всего. Будет лучше, если ты сам все вспомнишь.       Я напряг память и начал воспроизводить в голове последние несколько дней. И чем больше я углублялся в подробности, тем противнее мне становилось. В реальность меня вернула ладонь Ростислава, вытирающая слёзы с моего лица. Сам не заметил, как разрыдался тут. — Чшшш, — протянул он. — Зачем ты пришёл? И как ты узнал, где я? — тихо всхлипнув спросил я.       Парень на против меня вдруг принялся растегивать рубашку, что была на нем надета, но не полностью. Только несколько верхних пуговиц. Он оттянул воротник немного в сторону. На плече и ключице Ростика оказалась ветка золотой сакуры в точности как у меня. Только она словно светилась. Что за хрень здесь происходит? — Я не знал, куда идти. Просто почувствовал, что нужен тебе. Я заметил это свечение пару недель назад. И оно усиливалось каждый раз, когда я приближался к тебе. Вот только, твои мысли были полностью заняты тем придурком. И я не знал, как к тебе подойти и с чего начать. Я быстро втерся в доверие тому чуваку, от него же и узнал о поддельной татуировке. А когда у тебя началась течка, у меня просто сорвало крышу. Я в тот день сам не свой был. Прости меня пожалуйста за то, что тогда произошло. — Ты же понимаешь, что я сейчас туго соображаю? — Да, но… — Ростик снова осекся, — Феромоны. — Гребаная течка, — выругался я, — Сегодня что? — Суббота. — Четвёртый день?.. Нельзя. — В смысле? — В последние два дня течки я не могу пить подавители. Мне потом будет очень плохо, — пришлось пояснить мне. — И что теперь делать? — муравью хрен приделать. — Я могу уйти. — Нет, не можешь, — резко возразил парень, — И я уже не смогу.       Ростислав медленно приблизился ко мне, нежно коснувшись своими губами моих, отстранился и заглянул в мои напуганные глаза. А вдруг ему сейчас опять сорвет крышу? Ну… Он же мой истинный. Ля, что происходит? Тем временем парень легко, почти невесомо, одними подушечками пальцев дотронулся до моей щеки. — Пожалуйста, не держи зла на то, что было. И не бойся того, что будет. Позволишь ли ты мне сделать это с тобой?       Возможно потом я буду сожалеть о том, что сейчас произойдёт, но мне снова стало откровенно похер на все вокруг происходящее. Резко приблизившись к Ростику и поцеловав парня, я его не надолго дезориентировал. — Нет, — он отстранился, — я не хочу, чтобы сейчас это было необдуманно и вот так спонтанно. Возможно, ты не слышал об этом, но переспав с истинным, омега рискует залететь. То есть сейчас очень велика вероятность забеременеть. Сможешь ли ты это принять? Сможешь ли принять меня? — А ты когда на меня после уроков набросился об этом не подумал? — На тот момент я и сам об этом не знал. — Шикарно. Но если ты и правда мой истинный, есть ли у меня выбор? — Он есть всегда. Ты можешь не принять то, что решили за нас обыкновенные татуировки. И я буду тебе очень признателен, если ты сделаешь выбор побыстрее. Иначе может повториться то, что случилось тогда после занятий.       Если истинный, могу залететь. Если не истинный, ничего страшного не случится. Если это и правда человек, предназначенный мне судьбой, я не смогу отвергнуть его. — И ни дай бог это все потом окажется ложью, — сказал я прежде чем притянуть к себе Ростислава за рубашку.       Парень сразу повалил меня на кровать. Но не так как Тема в последний раз, не грубо и резко, а очень аккуратно, словно боясь разбить драгоценную и очень хрупкую вещь. Он нежно касался меня губами. Казалось, что каждое его движение было насквозь пропитано заботой. И все это было так медленно, осторожно и интимно, словно в первый раз. По-моему, мне не было так хорошо даже с Темой. Это было действительно прекрасно. Я так и уснул в его объятиях.

***

      В наконец-то нормальное относительно нескольких прошлых дней утро меня разбудило что-то, щекотящее шею. Это оказался Ростик, который тихо и мирно сопел мне прямо в сонную артерию. Его руки до сих пор обвивали мою талию. А я уже начал забывать, каково это, чувствовать себя спокойно. И я только сейчас понял, что именно Ростик спас меня, вернул назад в нормальный мир. Правда, сначала он меня чуть не изнасиловал, но именно сейчас я ему очень благодарен. Вдруг парень резко распахнул глаза, сильно прижался носом к моей шее и шумно втянул воздух. — Ты чего? — немного испугался я. — Признаки течки ощущаешь? — быстро спросил он. — Пока нет, но что происходит? — Тем, ты беременный! — Ч-что?..