Хроники странной компании

И вот, на сцене снова вторник И я пред вами весь такой, Как будто милый беспризорник Стою с протянутой рукой. Эклеры есть? Ну, не поэт я, увы. Зато я рассказывать умею и люблю. Вот на днях… — Ешь! — потребовала Вредина у плюшевой собачки и ткнула её мордочкой в миску с воображаемой кашей. — Ты его неправильно воспитываешь, — прокомментировала Лапочка, рисуя на обоях синий подсолнух на оранжевом стебле. — Собак надо дрессировать, а не пичкать мясными обрезками. — Это пшённая каша, — обиделась Вредина. — И он дрессированный. Смотри! Она нажала кнопку на пульте, собачка начала неразборчиво декламировать: «Дождик, дождик, кап-кап-кап…» Потом захрипела и умолкла. — Аллилуйя! — воскликнули Ворчун и Бузила. — А я надеялся всё же разобрать слова, — расстроился Умник. — Он умер? — растерянно спросила Вредина. Губы её дрожали, глаза увлажнились. — Батарейка села, — Бузила утешающе похлопал её по плечу. — Я тебе подарю новую. Потом. Как-нибудь. — На день Валентина? — нежно заворковала Лапочка, очарованная романтичностью момента. — Эм… — Бузила замер, проникаясь двусмысленностью ситуации и медленно погружаясь в пучину паники. — Мы не отмечаем чуждые нашему народу праздники! — важно проворчал Ворчун. — Какому народу? — спросили хором админчики и уставились на него. Ворчун окинул взглядом разношёрстную компанию, стушевался и отвернулся, нервно теребя ворчалку. Ворчалка издавала противные звуки, пронзительные в тишине. Паузу нарушил Па, стремительно спустившийся по лестнице: — Нам нужен купидончик на 14 февраля. Есть добровольцы? Ворчалка Ворчуна издала совсем уж неприличный звук. Бузила машинально помахал рукой перед носом. Вредина всем заявила, что это не она, тоже на автомате. Лапочка почему-то покраснела и прошептала что-то невнятно матерное. — Бузила… — начал привычную подставу друга Ворчун. — …знает, кто хотел бы стать купидончиком! — продолжил за него Бузила и очень дружелюбно стукнул его по спине. Ворчун почти не покачнулся, придержанный Врединой за ворот. — И кто же? — поинтересовался Па, предчувствуя очередной виток дурдома во вверенном ему подразделении. Остальные посмотрели на Бузилу со сходным чувствами, но с оттенком «только попробуй». — Конечно, Лапочка! — озвучил свою гениальную мысль Бузила. — Я?! — Глаза Лапочки округлились и увеличились до анимешных параметров. — Стесняется, — снисходительно пояснил Бузила. — Её мечта, сняться для журнала в одном подгузнике. — Купальнике! — возмутилась Лапочка, но тут же смутилась. — Враньё! Кого вы слушаете? Когда это Бузила говорил правду? — Вчера, — припомнила Вредина. — Он сказал, что мои глаза прекраснее звёзд. Лапочка скептически поджала губы. Умник и Ворчун посмотрели на Бузилу с удивлением. — Она меня заставила! — попытался спасти свою репутацию Бузила, но его голос сорвался, и в нём проскользнули истеричные нотки. — Всё ясно, — вздохнул Па. — Купидоном будет… Админчики притихли. В дом сунул нос Бродяга, почуял неладное и снова смылся. — Ворчун, — решил Па. Ворчалка отозвалась очередным звуковым шедевром. — Я Ворчун, да. А что Ворчун? — прикинулся дурачком её владелец. — Ворчун будет играть роль Купидона, — терпеливо пояснил Па. — Возьми в кладовке лук, стрелы и белую тогу. — Ту, что на тебя надевали в том году? — спросила Вредина. — Вообще-то, тогой была скатерть, а её мы на Новый год нечаянно винегретом перекрасили. — Погодите! — взревел Ворчун. — Я же не подхожу! Я вообще не добрый! И не милый! — Значит, у нас будет необычный купидончик в тоге весёлой расцветки, — улыбнулся Па с видом победителя. — Только убедитесь, что все стрелы с простыми присосками, а то Бузила вчера в кладовке чем-то шуршал. (Бузила)