День и ночь.

работа переписываеться, её прочитать можно тут: https://ficbook.net/readfic/12483578 — Здравствуйте, Шинохара-сан! — начала девушка со светлыми волосами чуть выше плеч и зелёными глазами. Она была в блузке цвета неба без рукавов, что было плохой идеей, ведь на руках виднелись многочисленные шрамы, а где-то даже следы от швов и в юбке черного цвета. На её лице были заметны небольшие синяки под глазами, а дать ей можно не больше семнадцати. Акина (значение: рождённая весной) Нарима. Эта юная девушка только что из академии, и присоединилась в отряд Шинохары. В академии она чуть-ли не прыгала от радости, и только потом вспомнила, почему ей желали удачи. Она стояла на пороге в палату, улыбаясь и заламывая руки за спину. После недавней операции Шинохара попал в больницу. Девушка, как преданная ученица, пришла его навестить. — Как вы себя чувствуете? — Лучше. Спасибо. — Шинохара кивает. Им оказался мужчина с причёской «под ноль», смугловатой кожей и небольшой бородкой на подбородке. Девушка спокойно выдыхает. — Ну, слава богу! А то я уже и беспокоилась! — Ты не обязана быть здесь. — Но я хочу! — говорит девушка, кладя на тумбочку печенье и идя за стулом. — Я закончила академию намного раньше чем нужно, начала раньше работать, да такие как я это редкость! И это благодаря вам, вы настояли! — Ну, что ты. Лучше расскажи, какие у тебя отношения с коллективом.  — О чем вы? — не понимая, спрашивает девушка поднимая стул.  — Какие у тебя отношения с Джузо? Мне говорили, что ты опять на на него накричала. Девушка злобно поставила стул около кровати наставника. — Да он по-другому не понимает. — Акина, — зло начинает наставник. — Что? — разводя руками и садясь на стул, спрашивает Акина. — Ты же понимаешь, что большая часть рабочих по делам гулей работают в CCG из-за историй в прошлом, так почему это не может относится к нему? — Но он ненормальный! — Акина. — Что? — Постарайся подружиться с Джузо. — Зачем? Что принципиально мне это даст? — Союзника и связи. — глубоко вздохнув, продолжает Шинохара. — Но… — Акина, хотя бы постарайся. Хорошо? — Обещаю! — Вот и хорошо! — Шинохара улыбнулся. Девушка глубоко вздохнула.

***

— И? — Что «и»? — Как ощущения? — произносит парень с коротко стриженными рыжими волосами, ведущий машину. — Такое чувство, что прописала приговор своей психике и нервным клеткам. — Вау! А что так? Ругали? — Акина помотала головой. — А что случилось? Выкладывай! — Помнишь, когда я пришла туда устраивается, там был парень, Джузо Сузуя? — Это тот, что со швами? — Акина кивнула. — Ну? — Мне надо с ним подружиться. — Это же хорошо! — Он ненормальный! По офису без шума пройти нельзя! Везде фантики и конфеты! Он постоянно носится по офису на стуле и чуть-ли не хрюкает от смеха! Ещё и рисовать любит! — А что в искусстве плохого? — Своё последнее произведение искусства он нарисовал на моем глобальном, несохранённом, не сданном отчёте, над которым я работала три недели без отдыха! — девушка скрестила руки на груди, а парень выдал смешок. — Смешно?! — Нет. — Мне тоже! Нацу, ну пойми меня! Я просто уже устала вздрагивать, когда он пронзает себя иглой или ножницами! — Так не смотри. — Не могу. Его стол напротив, а перегородку он снял. И стоит мне опустить голову как там это улыбающееся, прошитое-перешитое, беловолосое, издевающееся, красноглазое и наглое существо-о! — растянула последнее слово Акина. — Ого! Ты так его описываешь, как будто это первый красавец! Сейчас заревную! — Издеваешься? — спрашивает девушка, вновь раздирая нижнюю губу. — Ага! — Мне сейчас не до шуток! — Что делать-то будешь? — Сперва я куплю конфет и пирожных ему, в качестве извинения. Он это дело любит. Ещё альбом с карандашами. Чтобы его творчество не касалось ни меня, ни моей работы, ни моего стола, ни моих ручек! Которыми он очень любит рисовать. Потом… — Акина задумалась. — Потом, если простит, то на протяжении дня буду подкармливать вкусняшками. И он будет доволен и тих, и нам будет спокойнее работать. — А дальше? Заполучишь дружбу пирожками? — Акина кивнула. — Ты же хреново готовишь? — А может у меня талант к кулинарии? Просто из-за ваших насмешек и плотного расписания работы он не может раскрыться! — Твоя мама рассказывала, что впервые ты начала готовить в четыре года. — Вот видишь! — Ты пыталась сделать шоколадное мороженое из кетчупа. — Я была ребенком! — А вчера пыталась сварить рис без воды. — С кем не бывает? — Действительно. — Ну, в крайнем случае, дам ему перешить раны. Он же хотел мне показать на «моём» теле как правильно шить крестиком. — Решила руки окончательно искромсать? — У него на себе не плохо получается! — Охотно верю. — безразлично говорит парень, останавливая машину. — Всё, приехали. — Давай, до завтра. — Акина целует парня, выходит из машины и направляется в сторону ближайшего дома.

***

Акина приходит в офис с пакетом и папками документов. И тут же замечает некий субъект за столом. Это парень, очень похожий на девушку, с белыми волосами чуть выше плеч, среднего телосложения и очень бледный. Одет он был белую рубашку на разноцветных пуговицах и с подвернутыми рукавами, в черных подвернутых штанах на подтяжках, в тапочках, волосы заколоты заколками и смахивают они на римскую цифру «13», одна рука прошита, а под глазом и губой швы. Сузуя Джузо. Парень лет семнадцати. Он сидит и что-то тщательно вырисовывает на папке для бумаг, грызя колпачок от ручки. — Опять это чудо казённое имущество портит! — недовольно пробурчала девушка, двигаясь к своему столу. Только она ставит пакет и документы на стол, как «сосед по парте» лезет посмотреть что внутри странного мешка. Но все тщетно. Тогда немного по-обижавшись, он соизволил поднять глаза на девушку и спросить. — Это что? — задаёт вопрос Сузуя Джузо. — Это? — девушка открывает пакет. — Это я извиниться хотела. — девушка кладёт на стол Джузо пачку конфет, а потом ещё одну, уже с кексами. Джузо косится на девушку, медленно отъезжая на стуле. Такой порыв нежности странен со стороны коллеги, которая постоянно орёт что он бестолковый балбес, лентяй, смех для гулей и позор всего CCG. «Что тут творится? Она что, головой ударилась?» — мысленно начал задавать себе вопросы мужчина в строгом костюме, с черными коротко-стриженными волосами и нахмуренным выражением лица. Амон Котаро. И тут до Джузо доходит то, что сладости он не взял. «Рей, как же так? Ты что? — мысленно ругает себя Джузо» Только он пытается их взять, как руки девушки устремились в пакет. Джузо напрягся. — Да бери уже, дарю. —  Серьезно? — все ещё не понимая, спрашивает Сузуя, по-тихому берёт и прячет под рубашку сладости, высунув язык. — Да. Это я прошу прощения. — Чего просишь? — не понял ошарашенный Джузо, как и все кто был в данном офисе. Никто никогда не просил у Джузо прощение, а тут вот как. Такизава, парень с короткими волосами, близкими к светло-рыжему цвету, присвистнул и показал знак «сумасшедшая». А это не сон? — Прощения. Простишь? — Ага! — начал улыбаться Джузо, когда на стол ему выложили в два раза больше вкусностей. У обычного человека зубы от такого количества выпадут, но это ведь Джузо, ему все нипочём. — И это. Это тебе, для твоих шедевров. — Акина достала из пакета альбом, карандаши и всё отдала Джузо. — Они, конечно, красивые и на документах, но проступающие буквы все портят. — Думаешь? — Знаю. Джузо принимает подарок и спрятав всё «добро» в стол куда-то убежал. «Пол-дела сделано, — начинает мысленно диалог сама с собой Акина, — Теперь нужно подружиться.» Через несколько часов… — А! Акина, я удивляюсь твоей стойкости! Я уже засыпаю, а ты… — начинает Такизава, тут же понимая что ошибся, и начинает трясти девушку за плечо. — Акина. Акина! Ты что, спишь?! — Да, сплю! А что такого… — начинает девушка, выпрямившись, и тут же отвечает на свой вопрос. — Я же на работе! — Вот! Вот! Тихо как-то. У нас тихо не бывает. — Следователь второго класса Джузо Сузуя не на рабочем месте, вот и тихо. Никто не визжит, никто не бегает, никто не хрюкает. — Это да. О! — что там? — с удивлением спрашивает Акина. — Помяни черта. — Что? О нет. Нет. Нет. Нет! — а всему виной то, что на пороге в офис объявился довольно улыбающийся Джузо. — А чего он так ехидно улыбается? — шепотом начинает Акина. — Не знаю. Но ничего хорошего. — таким же шепотом признаётся Такизава. — Я его боюсь. — Я нет. — Тогда иди и узнай, почему он такой довольный. — Н-нет. — Так ты у нас не только трус, а ещё и врун. — Акина, обидно.