Ноябрьский секрет (November's Secret)

Аннотация       Переполненный сомнениями и страхами провала, Юри задается вопросом - «стоит ли ему вообще продолжать кататься?» Его лучшая подруга Юко, предлагает решение – если никто не знает, что это ты, это не так смущает, так ведь?       Юри создает новую личность, скрывающую его настоящего. Вот только это работает слишком хорошо. И прежде чем он это осознает, Юри становится самой большой загадкой мира фигурного катания и всем хочется узнать, кто скрывается за маской. Особенно Виктору Никифорову, кумиру, человеку, чьи черты характера легли в основу поддельной личности Юри. Глава 1 – Спрятать       Все началось со случайного предложения. Просто небольшая полезная идея. Совет.       Юко озвучила её, когда пыталась утешить Юри. Тот сидел в углу тесной кладовки, сжавшись в клубочек. Мальчик пытался сдержать слезы, но они крупными каплями срывались с ресниц и катились по детским пухлым щечкам. Он действительно пытался, старался изо всех сил, потому что плачут только маленькие, а он уже взрослый. Но, каждый раз когда мальчик пытался остановить слезы, приходили воспоминания.       - Все в порядке, Юри, - тихо шептала Юко, сидя рядом и поглаживая его по руке. – Все будет хорошо.       Юри на мгновение поднял взгляд на подругу. Девушка мягко улыбнулась, но он почувствовал, что комок в груди стал еще больше и парень снова вжался лбом в локти лежащие на коленях. Он не мог это, не мог смириться со своей слабостью. Юри хотелось сказать Юко чтобы она оставила его тут, чтобы он дальше тонул в волнении, но в тоже время ему хотелось чтобы подруга была рядом, успокаивала его.       - Юри, я уверена, все прошло не так плохо как ты думаешь. Никто не смеялся над тобой, - говорила Юко продолжая успокаивать его.       Юри же хотелось сказать, что смеялись, он видел их лица, когда он упал на лед, в шестой раз. Те кто не морщились от жалости смеялись над ним.       - Ты еще маленький. И уже почти приземлил один из прыжков! У них нет права смеяться, когда сами слишком боятся даже попробовать. Ты такой смелый, Юри!       Он не чувствовал себя смелым. Хотел сказать ей остановиться. Слова подруги совершенно не успокаивали его. Но Юри знал, что это было грубо – Юко изо всех сил пыталась утешить его. И слова застревали в горле. Юри задыхался от своего собственного дыхания.       Кацуки помнил лица соучеников. Он был так уверен, что сможет выполнить простой прыжок, даже не вращение, просто прыжок и приземлить его. Юри практиковался раньше, в одиночестве, и хотя его посадки всегда были шаткими, он приземлялся. Всегда. И он был так взволнован, чтобы показать наставнику, всем и каждому в группе, что его тяжелая работа действительно окупилась.       Но стоя в середине катка, Юри почувствовал напряжение. Тяжесть опустившуюся на плечи. Он ощущал взгляды обращенные на него, ожидающие, оценивающие. Слышал шепот гуляющий в толпе. С каждой секундой ожидания мальчик все лучше осознавал, они смотрят на него и ещё больше нервничал. Он чувствовал, как энергия струится по его венам, тело мерзнет, а на коже выступает пот. Его дыхание стало быстрым и поверхностным. Мир вращался. Но у него было, что пора продемонстрировать свои способности. Юри гордился своими достижениями и хотел показать их всем остальным.       Но он упал.       Кто-то из зрителей крикнул ему встать и попробовать еще раз. Мальчик не запомнил кто, но послушался не смотря на боль в коленях. Встал, успокоился, стиснул зубы и попытался снова.       И упал. Снова. Снова. Снова. И снова.       В четвертый раз кровь шумела в ушах так, что он не мог слышать зрителей. Юри продолжал пытаться, потому что знал – он может сделать это, и из-за этого знания было бы глупо признать поражение сейчас, перед ними.       Но - ему было страшно.       Юри бы пробовал и больше шести раз, вот только наставник вытащил его со льда. Мужчина отвел мальчика в сторону чтобы осмотреть на предмет травм. Было всего лишь несколько синяков, да и то, боль уже проходила под действием адреналина. Самый большой урон был нанесен его гордости. Когда вернулся слух, Юри услышал смех. Они смеялись - все эти люди!       Когда Юко поняла, что ни одно ее слово не доходило до парня, она со вздохом села рядом, у стены. Какое-то время девушка слушала его плач, решив подождать, когда слезы иссякнут.       Удивительно, сколько слез может поместиться в одном парне. Но когда он, наконец, начал успокаиваться, Юко крепко обняла друга.       - Они испугали тебя? – спросила девочка, поглаживая Юри по темным прядям.       Кацуки кивнул. Он никогда раньше не был так испуган. Парень еще никогда раньше не оказывался в центре внимания. Он не мог справиться с волнением. Запаниковал. Юри даже не представлял насколько, нечто подобное испугает его. Он не ожидал волнения такой силы.       - М-может быть я… я должен прекратить кататься, - вытолкнул из себя Юри.       Если будущее на льду значилось повторением только что пережитого, снова стоять перед толпой, снова потерпеть неудачу, он не хотел подобного.       - Нет, ты не можешь сделать этого! – потрясенно выдохнула Юко. Она отодвинулась, чтобы посмотреть в его заплаканное лицо. – Юри, ты слишком хорош, чтобы бросать все сейчас из-за кучки каких-то глупых детей. К тому же ты любишь кататься! Ты бы слишком сильно скучал по льду!       - Я знаю, но я не могу сделать это снова, - Юри пристыжено опустил голову.       Юко ненадолго задумалась, прижимая палец к губам. Парень наблюдал за ее лицом, как приподнимаются брови, глаза начинают сверкать, а рот приоткрывается в восторге от пришедшей в голову идеи. Она повернулась к нему с широкой улыбкой.       - Тебе и не придется сталкиваться с ними снова! В любом случае, ты слишком хорош, чтобы быть в этой группе, и если я скажу наставнику, что они сдерживают тебя, я уверена, он не будет против заниматься с тобой индивидуально.       - Но каток никогда не бывает свободен для индивидуальных занятий. Там всегда кто-то есть, всегда зрители.       - Их внимание пугает тебя? – и когда он нерешительно кивнул она спросила: – Как будто ты чувствуешь себя слишком… открытым? Слишком уязвимым?       - А?       - Как… как будто они всегда будут помнить. Будто всякий раз когда они будут видеть тебя, они будут вспоминать что случилось сегодня, - с каждым словом девочка говорила все громче, словно приближалась к чему-то важному.       - Эм, нуу? – Юри все еще не понимал, к чему она ведет.       - Тогда это очевидно, - Юко схватила его за плечи, широко улыбаясь, - просто не будь собой.       - Что?       - Если никто не узнает что это ты, тогда никто не будет знать, что ты падал. Они не будут смеяться над тобой и ты не будешь чувствовать, что они смотрят на тебя. – Когда девочка поняла, что друг не улавливает мысль, она пояснила. – Если замаскироваться, то ты сможешь стать кем угодно. Создать… персонажа, или что-то вроде того. Не будь просто Юри, будь кем-то еще, кем-то кому плевать на людей, которые смотрят. Будь уверенным Юри!       - Маскировка? – он наклонил голову, прищурив глаза в недоумении. Юри еще не понял, что его страх окончательно растаял, а слезы высохли. Вместо этого его тело снова начало согреваться, а в груди вспыхнула искорка. Предвкушение, ну или его зарождение.       - Точно! Как… эм… маска? Да! Маска! Ты будешь выглядеть так круто, Юри.       - А разве это не будет как-то …странно?       В глубине души мальчик знал – никакая маска не спрячет его. Его пухлое тело тут же выдаст его. Но в тоже время, было в этой идее что-то завораживающее. У него была возможность начать все с начала, сделать себя кем-то, кем он хотел быть. Кем-то, кто он бы стать перед аудиторией не позволяя волнению взять верх. Возможно, у него был шанс преодолеть свое беспокойство!       - Конечно, нет! Если это поможет тебе, как это может выглядеть странно. Этих слов было достаточно, чтобы крошечное сомнение в его груди растаяло без следа. Сглотнув, Юри кивнул головой, едва заметно улыбаясь.       - Ладно, - прошептал он.

***

      Приобретение маски только усилило воодушевление. Они обошли весь город, рассматривая витрины магазинов в поисках лучшей. Юри был готов купить первую попавшуюся, его больше заботила полезность, а не внешний вид. Но Юко была непреклонна в поисках идеальной маски.       - Она будет частью твоей новой личности, - говорила она. – Мы сейчас подбираем ей новое лицо. Это тоже самое, что выбирать ей руки или ноги. Ты должен быть уверен в нем.       Мальчик все еще не совсем понимал, но следовал за лучшей подругой с улыбкой на лице. В конце концов они нашли то, что искала Юко. Это была обычная маска, большая маска ему нужна была, как раз чтобы подходить по размеру когда он вырастет – не, то чтобы Юри верил что она понадобится так долго – и очень простая. Обыкновенный овал с загнутыми внутрь краями и полностью закрывающий лицо, сделанный из твердого белого пластика. Темные глазницы были обведены черной каймой и затянуты пленкой, чтобы можно было смотреть, но никто не смог бы увидеть его глаза. А по краю маску обводил небольшой ажурный узор красного цвета. Юри даже забеспокоился, не слишком ли она простая.       - Она как чистый лист, - сказала подруга. – Как и ты. Ты сейчас начинаешь с чистого листа и, используя эту маску, создаешь себя таким, каким ты хочешь быть.       В дополнение к маске они купили обычную черную толстовку с капюшоном. Юко пояснила, что если он действительно хочет спрятать себя, то можно натянуть капюшон на голову, скрыв прическу, и таким образом уменьшится вероятность того, что кто-то его раскроет. Юри, преисполненный благодарности, с легкостью согласился с ее доводами       Эту ночь мальчик провел лежа в своей постели и рассматривая маску в своих руках, представляя, какую уверенность принесет она ему. Он может спрятать себя. Он может стать тем, кем хочет быть. Он больше не будет Кацуки Юри, если захочет этого, и он действительно не хотел. Он больше не будет бояться провала или никто не сможет понять, что это он, если все же упадет. Ему не придется сталкиваться со смехом, напоминаниями, жалостью! Тихо пискнув от радости, и не в силах согнать улыбку с губ, Юри прижал маску к груди.       Ничто не могло уничтожить предвкушение переполнявшее его. Даже следующее занятие.       Юри сидел в пустой раздевалке, зашнуровывая коньки, маска лежала рядом, а толстовка удобно обнимала тело. Он послушался совета Юко и отказался от групповых занятий, перейдя к индивидуальным урокам. И как он и опасался, выходные привели на каток семьи. Он будет не один на льду. Люди увидят его провал.       Глаза Юри то и дело возвращались к маске. Где-то внутри, даже в таком юном возрасте, он понимал – сейчас был переломный момент в его жизни. Надевая маску он что-то менял в себе. Мальчик как бы говорил миру, что он не был счастлив как Юри, и ему нужно спрятаться, чтобы быть счастливым, пусть и с другим лицом. Юри любил себя. Ему нравилось быть Кацуки Юри. Но также он ненавидел себя когда терпел неудачу. Он ненавидел стыд, который приходил с провалом и слезы, которые не останавливались. Юри понимал, что они не имеют такого уж и большого значения в долгосрочной перспективе, но в те моменты было трудно не зацикливаться на негативе. Было сложно любить себя когда одна маленькая ошибка напоминала тебе о слабостях которые ты ненавидишь. Маска поможет ему развить уверенность в себе, которой ему не хватало, ту, которую он так отчаянно желал.       И даже если не одеть ее сейчас, однажды он и сам обретет уверенность в себе. Может быть. Но, если сможет, то это займет много времени и все его провалы будут тут, на виду, чтобы все видели, видели только Юри и его ошибки. Мальчик не думал, что у него хватит сил столько ждать и он не хотел всей той боли, которую ему пришлось бы вынести чтобы обрести уверенность.       Ношение маски было короткой дорогой на этом пути. А короткая дорога этой не так уж и плохо, не так ли?       Юри надел маску, вздыхая, когда почувствовал ее вес на своей коже. Ему потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть, оценить удобство. Первое, что он заметил, смотреть и видеть было на самом деле очень просто; пленка перед глазами была прозрачной прямо напротив глаз, а сами отверстия были достаточно большими, чтобы он даже мог пользоваться боковым зрением, пусть и немного затемненным. Вторым было дыхание, оно было совершенно свободным, не смотря на прижимавшийся к носу и рту пластик. Выдыхаемый воздух скользил по коже шеи, чуть щекоча. Мальчик провел кончиками пальцев по маске удивляясь гладкой поверхности. Ему действительно очень нравилось это.       Юри сразу почувствовал как его волнение начало таять. Но не полностью, не до конца. Он накинул капюшон на голову, натягивая его глубже, скрывая край маски и внезапно, он перестал ощущать себя Юри. Он стал кем-то новым. Нет, не новым.       Он был кем-то, кого еще только предстояло создать.       В груди вспыхнуло тепло и юный фигурист ощутил как его тело наполнилось энергией. Все чего он сейчас хотел – выйти на лед и доказать себе – создать новую личность и показать всем, что он на самом деле может делать это, даже если люди и не поймут, что на самом деле это был Юри. Мальчик встал и пошел к двери, и с каждым шагом его голова поднималась все выше.       Выйдя на каток Юри заметил семьи, людей, шум и яркие огни. Там было на самом деле всего несколько человек, можно было даже сказать – мало, но и этого количества было достаточно, чтобы проснулся страх. Теперь же, оглянувшись вокруг, он понял, что не испытывает знакомого эмоционального беспорядка. Эмоции были, там, внутри него, но легко поддавались контролю. Даже когда заметив его посетители замерли и их разговоры прекратились, Юри не замер испуганным олененком от направленного на него внимания.       Когда он шел ко льду на катке царила гробовая тишина. Каждая пара глаз следила за его движениями. Его шаги отдавались гулким эхом в огромном здании. Юри сосчитал их всех. Три семьи: две из четырех и одна из трех человек. Парочка на другом конце катка и двое друзей, только готовящихся выйти на лед. Его наставник. И все они следили за ним.       Как ни странно, но его уверенность не пропала, и когда Юри наклонился, снимая защиту с лезвий, и выходил на лед. Да, поколебалась, но лишь чуть-чуть, когда он приблизился к наставнику и увидел замешательство на его лице.       Конечно, мужчина знал кто он. Его наставник знал с кем будет работать и поэтому видел Юри за маской. Как знали и Юко, его семья, после того как он посвятил их в свой план накануне вечером. Они всегда поддерживали его, пусть и не совсем понимали. Родители не думали, что это нужно ему, что это будет работать. Но его наставник всегда поддерживал и был оптимистично настроен в отношении своего ученика, не смотря на все его недостатки, и Юри подумал, что не против, чтобы мужчина знал, его уверенность вернулась.       - Маска не мешает зрению? – спросил наставник, отойдя от шока его появления.       Юри кивнул.       - А что на счет дыхания?       - Так же как и раньше.       - Думаешь, она не затруднит катание?       - Не затруднит, - Юри слегка колебался, прежде чем ответить.       На самом деле он был практически полностью уверен, что получив новую личность, он будет кататься лучше чем когда либо раньше. Она. Личность, могла преодолеть свои страхи и делать то, чего не мог Юри. У нее не было рамок.       - Тогда давай начнем, - удовлетворенный его уверенностью наставник широко улыбнулся.

***

      Юри никогда не думал, что маска будет работать так хорошо. На занятии он превзошел сам себя. Он прыгал только одиночные прыжки, и приземлял их. Сначала немного шатко, но когда его уверенность возросла мальчик начал правильно приземлять их. Не идеально, но лучше чем у него когда либо получалось ранее.       Даже со всеми взглядами, что лежали на нем все время.       Юри больше не нервничал. Он действительно мог сосредоточиться на своем катании, игнорируя чужое внимание. Даже людского шепота было недостаточно, чтобы поколебать его уверенность и мальчик чувствовал гордость раздувающую грудь. Может быть, у него это получится. Может, он действительно сможет наслаждаться катанием и люди не будут обсуждать его в случае неудачи.       Чуть более часа спустя Юри стоял перед наставником, пот тек с него ручьем, но на лице была самая широкая улыбка чем когда либо ранее. Не смотря на то, что его лицо было скрыто за маской, мальчик знал – наставник прекрасно видит счастье в языке его тела. Он хотел продолжать. Юри чувствовал, сейчас он мог показать это миру. Он хотел стать лучше, еще лучше. Чтобы стереть каждую ошибку, которую когда либо совершал Кацуки Юри и заменить их достижениями своей новой личности. Никто не будет смеяться, не тогда когда он будет лучшим.       - Это было замечательно, - похвалил наставник, прикусывая язык чтобы не произнести имя Юри. Он потрепал мальчика по макушке, - продолжай в том же духе и ты сможешь делать восхитительные вещи.       Когда он сошел со льда, Юко крепко-крепко обняла его, а он даже не заметил, что она наблюдала за ним.       - Боги, ты был великолепным, - выдохнула она, - так прекрасен, лучше, чем я когда-либо видела.       - Это работает, - прошептал Юри, смотря на подругу как на божество. Он понял, что должен был начать прислушиваться к ней намного раньше. Если Юко способна придумать нечто подобное, то кто знает, что они смогут сделать дальше.       - Действительно, - она крепче обняла друга отрывая его от пола,- ты будешь силой с которой придется считаться. Только представь, на что ты будешь способен со своей новой уверенностью и соответствующими тренировками? Ты можешь стать лучшим в мире.       Юри улыбнулся, ощущая радость, пузырящуюся в его венах. Она затягивала, эта эйфория. Она покалывала на кончиках пальцев и в нижней части ног, его колени подгибались от эмоционального напряжения, а сердце взлетало ввысь. Мальчик не мог остановить улыбку, растягивающую губы, даже если бы и попытался. Юри не мог припомнить себя более счастливым.

***

      И поэтому он продолжил заниматься, ни разу не забыв о маске или толстовке. И довольно скоро просто уроки превратились в полноценные тренировки. Они занимали все его свободное время. Часы шли за часами, время текло незаметно.       У него появилась определенная репутация в городе. Юри часто замечал, что его тренировки начали набирать аудиторию. Люди ждали на катке и наблюдали за ним, мальчиком, одетым в толстовку и маску. Конечно, кое-кто знал, кто это, и они помалкивали. Но большинство приходили за тайной, узнать, что скрывается за ними. Начали распространяться слухи. Некоторые дети заявляли, что это они.       А Юри понял, что ему все равно. Все его мысли были сосредоточены на катании.       Хотя иногда, когда он был одни в раздевалке, а маска лежала рядом, Юри думал о том как далеко он зашел. Прошел всего год с тех пор как он купил маску. Всего ничего. А ощущение такое, будто вся жизнь, пролетела одним мгновением. Катание на коньках быстро стало тем, ради чего он жил, и Юри понимал, что не стал бы таким, если бы не идея Юко. Она дала ему уверенность какой не было у него никогда раньше. Кацуки Юри, просто маленький, нервный, беспокойный, слабый мальчик, сдался бы раньше. Но его новая личность дала ему все, что он хотел. Он понял это когда сделал то, чего у Кацуки Юри никогда не получилось бы.       Он принял участие в соревновании.