Свадьба по-русски

Бартон со всех ног мчался по коридору управления в сторону медицинского блока. Он только что вернулся с задания, и ему сообщили, что у Наташи недавно начались схватки, только она ни в какую не соглашается рожать без его ведома. - Где она? – выдохнул Сокол, хватая за плечи первого попавшегося врача. – Где моя жена? Молодой человек как-то напряжённо сглотнул и, кивнув Бартону куда-то вглубь коридора, смылся. Так что Клинту пришлось разыскать жену самостоятельно. Но на его пути возникло ещё одно препятствие, на этот раз в форме пожилой, но ухоженной и ещё вполне крепкой женщины, в которой лучник признал матушку Марии Хилл. Эта достойная, во всех отношениях, дама большую половину жизни проработала акушеркой и теперь отдыхала на честно заслуженной пенсии. Но, видимо, поняв ситуацию, предусмотрительная Мария попросила мать приехать в управление. Боевая старушка уже успела выстроить по струнке весь персонал, предварительно выгнав особо впечатлительных. - А это ещё что такое? Ну-ка вон отсюда! Здесь всё стерильно, и не фиг таскать заразу! И Глория (так звали женщину) опасно двинулась на Бартона. - Да у меня жена рожает! Она хочет меня видеть! – обычно спокойный, теперь лучник едва не впал в истерику. Проскочив аккурат между ног этой командирши, парень помчался дальше. Его словно вело какое-то шестое чувство, поэтому Клинт безошибочно вломился именно в ту палату, где разместили Наташу. - Нат, я здесь! Я обещал, что буду рядом! – Бартон рухнул на колени рядом с кушеткой и сжал в ладонях вспотевшую ладонь жены. – Ты как? Давно началось? Почему обезболивающее не дают? – от волнения стрелок трещал, как пулемёт. - Клинт, сбавь децибелы, я тебя умоляю... – Наташа забавно сморщила нос, когда её супруг от волнения перешёл на крик, и слегка сжала его руку. – Со мной всё нормально, не считая того, что какая-то сволочь за стенкой пьёт кофе с бутербродами, а вонь стоит такая, что меня уже давно бы стошнило, если бы было чем. - А, так это твой муж, милая? А я-то думала, псих какой. – Глория усмехнулась и отвесила Бартону лёгкий пинок. – Всё равно давай на выход. Она умница и как-нибудь справится сама, а тебе надо срочно привести себя в порядок. Давай. Я позову, когда всё закончится. - Что? Уйти сейчас? – возмутился Соколиный Глаз. – Да ни за что! Мы никогда не бросали друг друга в самых фиговых ситуациях, а сейчас я и подавно не оставлю Наташу в таком состоянии! Я должен быть с ней! А попробуете выкинуть меня отсюда - я наручниками себя пристегну к кушетке! Нат, я знаю, они у тебя всегда с собой, так что самое время ими воспользоваться! - Клинт... Со мной всё будет хорошо. Обещаю. Только не кричи. И в этот раз я наручники не брала... Прости уж. – Наташа снова улыбнулась и поцеловала супруга в щёку. – Глория знает, что делает. Ты же знаешь, я в надёжных руках. - Хорошо... – Бартон состроил такое по-детски обиженное лицо, что это заставило девушку хихикнуть. – Я уйду, если ты этого хочешь... – парень прерывисто вздохнул, поцеловал ладонь шпионки и коснулся рукой её живота. – Так, народ, не хулиганить! Скоро увидимся! Больше не сказав ни слова, лучник вылетел из палаты со скоростью стрелы. В следующий момент за стеной послышался испуганный вопль. - Это мой бутерброд! Ай, горячо! - Не фиг тут жрать, когда люди рожают! Пошёл вон! – этот голос явно принадлежал самому Соколиному Глазу. Следующие два часа Бартон, успев принять душ и переодеться, прослонялся в больничном коридоре, недалеко от палаты, где была Наташа. Конечно, она была права насчёт Глории, но лучник всё равно весь извёлся, ожидая новостей. Кто-то из агентов даже звал его пойти перекусить, но Клинт отказался и упрямо уселся под дверью, сторожить. Наверное, он даже слегка задремал... Потому что испуганно вздрогнул, когда на его плечо легла чья-то тёплая ладонь. - Эй, папаша, просыпайся. Иди знакомиться с детишками. - Что? – Бартон тут же вскочил на ноги, увидев Глорию. – Уже? Как Наташа? С ней всё хорошо? А дети? - Да-да-да. Она прекрасно справилась. И очень хочет тебя видеть, – старушка по-доброму улыбнулась Клинту и сама подтолкнула его к двери. Лучнику казалось, что его сердце сейчас выпрыгнет из груди, когда он снова появился в палате. Наташа улыбнулась ему, когда их взгляды встретились, и кивнула. Улыбка была усталой, но глаза шпионки сияли, как два изумруда. - Привет... – Сокол проглотил вставший в горле ком, шагнув к кровати. – А где… малыши? Как раз в этот момент в палату зашла Глория в сопровождении молоденькой медсестры. Обе держали на руках по белоснежному свёртку... - Вот, смотри, любуйся. Мама тоже с ними ещё толком не успела познакомиться. - Это ваш сын! – восторженно прошептала сопровождающая Глории, передав Клинту младенца, которого держала на руках. Глория же в свою очередь передала Наташе дочку. - Конечно, я за свою работу видела много младенцев, но таких красивых близняшек вижу впервые! – умилённо вздохнула старушка. - Ой, мамочки… – пискнул Бартон, держа свёрток так, будто это хрустальная ваза. – Я никогда не имел дел с детьми… Боже… – он заглянул в сопящее личико малыша. – Они совсем одинаковые, да? - Не совсем, но... очень похожие. Глория слегка подтолкнула парня к супруге. Наташа уже успела укачать захныкавшую, было, малышку. Ранее сдержанная, всегда уверенная в себе, спокойная и рассудительная, сейчас шпионка просто тихо плакала от счастья. Много лет она думала, что никогда не сможет иметь детей, и вот... её малыши... от любимого мужчины... не один, сразу двое. Крошечные ангелы. - Давай подержу, – предложила Глория, забирая уснувшую малютку, чтобы Наташа могла уделить немного внимания и сыну. Тот начал плакать, проснувшись, чем невероятно испугал Клинта. - Я ничего ему не сделал… Честно… – сейчас Сокол выглядел так, словно сам вот-вот расплачется. Новое, доселе неведомое чувство защемило грудь настолько, что стало не хватать воздуха. Хорошо, что акушерка вовремя забрала из его рук ребёнка, потому что стрелок попросту шмякнулся на пятую точку, используя кровать, как опору. - Я принесу нашатырь! – испуганно пролепетала молоденькая медсестра, выскакивая из палаты. - Лучше рюмку коньяка! – крикнула ей вслед Глория, передавая ребёнка матери. – А ты привыкай, папаша. Это ведь он ещё очень вежливо есть попросил. Малыш затих лишь тогда, когда Наташа приложила его к груди. - А у него хороший аппетит, – поделилась наблюдениями старушка. – Настоящий мужик вырастет. Медсестра вернулась, действительно, с рюмкой коньяка. - Вы уверены, что это можно? – робко произнесла девушка. Акушерка весело подмигнула ей, забрала рюмку и, похлопав Клинта по щекам, заставила проглотить содержимое. Подействовало. Лучник даже осознанно захлопал ресницами. - Живой? Чтобы убедиться в присутствии реакции, Глория звонко щёлкнула пальцами перед носом Клинта. При этом ловко умудряясь держать на сгибе руки спящую крошку. - Ну что, с дочерью знакомиться будешь, или на сегодня с тебя хватит впечатлений? - Б-буду... – запинаясь, ответил Сокол, силясь разглядеть женщину сквозь пелену внезапно навернувшихся на глаза слёз. Он не помнил, когда плакал в последнее время. Это было очень и очень редко, и чаще всего от боли, неважно, физической или душевной. И обычно, кроме Наташи, этих слёз не видел никто. Стрелок протянул руки и осторожно прижал к себе крошечный тёплый комочек. – Ну, здравствуй… Аня… – тихо произнёс Бартон, улыбнувшись малышке. Кроха забавно дёрнула ручонкой во сне... Она была немного меньше братишки, и всё же невероятно на него похожа. Маленькая, хрупкая куколка... Настоящая красавица. Так похожая на мать... - Хочешь дать ей это имя? – шепотом спросила Наташа, убаюкивая сына, который, поев, уже осоловело хлопал глазками. - Да… если ты не против… – кивнул Сокол, подняв блестящие серые глаза на жену. Любимую, подарившую ему то, о чём он давно втайне от всех мечтал. - Не против совсем, – отозвалась шпионка, наблюдая, как засыпает второй её ангелочек. - А как Бартона-младшего назовём? Кажется, Клинт уже вполне пришёл в себя и довольно быстро освоился в новой роли - роли отца двоих детей. Он осторожно присел рядом с Наташей, продолжая прижимать к себе дочку. - Фрэнсис, – не раздумывая, ответила та. – Фрэнсис Джон Бартон. По-моему красиво звучит... - Мне нравится, – согласился с женой лучник. – Тогда у малышки тоже пусть будет двойное имя - Анна Натали. Поделимся с ними частью наших имён. Да, им предстояло ещё многому научиться и много нового узнать... Было множество трудностей, особенно в самом начале, ведь двойное счастье принесло с собой двойную ответственность и двойные хлопоты. И всё же Клинт и Наташа были безмерно счастливы, ведь ничто так не важно для каждого человека в жизни, как крепкая любящая семья.