Малина в шоколаде, кофе с карамелью

Братья зашли в кабинет Юнги. Они очень уставшие и всё ещё злые. Даже думать было страшно от том, что бы случилось если бы охрана вовремя не подоспела. Мин подошёл к мини-бару и взял бутылку дорогого коньяка. Альфа взял два стакана и подошёл к брату, который уже сидел на диване. Чон открыл бутылку и разлил по стаканам. — Хуёвый день выдался, — начал старший, испив янтарную жидкость. Она так приятно растеклась по телу, что альфа прикрыл глаза в удовольствии. Горло грело, янтарная жидкость горчила, но старшего альфу это успокаивало. — Точно, хуёвый, — хмыкнул брат и залпом выпил всё содержимое. — Я собираюсь набухаться, — сказал Чон и потянулся к бутылке, наливая себе побольше. Злость и волнение ушли на второй план, а их место заняла усталость. Чон заебался. И почему эта омега вечно находится там, где не надо?! — Я понял, — улыбнулся брат, но затем сразу нахмурился. — Где мои сигареты? — спросил он, трогая свои карманы. — Не знаю, я свои тоже где-то проебал, — грустно отозвался брат. Дым табака хоть немного, но помогал расслабиться. — Сука, где?! — Мин начал ходить по всему кабинету, ища пачку. Он судорожно шарил по полкам, в сотый раз матеря всё что видит. Нервы на пределе. Юнги не понимает что с ним происходит. Будучи холодным и ничего не чувствующим человеком с приходом Эмилии в его жизнь Мин испытал на себе все краски различных эмоций. В основном это злость. Злость на саму омегу, которая так легко проникла в его сердце и не хочет выходить. Но альфа считает, что все его чувства и эмоции связаны с истинностью. Он не хочет принимать тот факт, что девушка действительно по-настоящему зацепила его. — Нашёл! — крикнул альфа, поднимаясь на ноги. — Они упали, — злостно проговорил Мин. Он протянул Чонгуку одну сигарету и сам зажал одну между зубов. Приятный сигаретный дым окутал весь кабинет. С попаданием ядовитого табака и никотина в лёгкие пришло и расслабление. Чонгук откинул голову и прикрыл глаза. Устал. Боль в голове никак не пройдёт. Он преподнес сигарету к губам и вдохнул в себя никотин, а затем скинул пепел в пепельницу, что стояла на столе. Мысли окончательно запутались. Изабелла не выходит из головы. Точнее её измученное лицо. Сердце неприятно сжимается от этой картины. Девушка, с которой Гук должен был просто поиграться как со всеми остальными девушками, засела где-то глубоко. Альфа считает, что свихнулся, но он не хочет чтобы Джонс страдала. И его слова вырываются прежде, чем парень успел обдумать всё. — Они должны отдохнуть от нас, — говорит Чонгук, тяжело вздыхая. Альфа не уточняет, он знает, что Юнги его понял. Этакая ментальная связь, которая всю жизнь сопровождает их, помогая понимать друг друга с полуслова. — Ты прав, дадим им отпуск на несколько недель, пусть придут в себя, — Юнги согласно покивал, опустошая стакан. Это решение даётся альфам нелегко, но маленькие хрупкие омеги уже настрадались от братьев и их решений. — С тобой всё в порядке? — почему-то спросил Мин. Состояние брата пугает, хотя он сам также выглядит. Хуже выжатого лимона. Такое чувство, будто все их органы вытащили, перекрутили в фарш и засунули обратно, неаккуратным швом зашивая надрез на груди. И почему место, где должно находится его черствое сердце, сейчас так неприятно сжимается под натиском мыслей? — Нихуя, и с тобой ничего не в порядке, — усмехнулся Чон. Он уже давно не в порядке. Возможно с тех пор, как он впервые учуял сводящий с ума запах малины, исходящий от Изабеллы? Или раньше? Альфа не знал и разбираться в Этом совсем не хотел. — От одной мысли, блять, что до неё кто-то дотронулся, меня передергивает. Что это такое? — Чон вскинул брови, вопросительно смотря на брата. — Инстинкты, — огласил Мин. Правда он сам в это слабо верит. Альфа никогда прежде не испытывал такого, потому что раньше они омег своего поколения не встречали. Но у братьев есть пример. Их родители — идеальная пара. Они подходят друг другу, а что самое главное — любят друг друга. — И только? — усмехнулся альфа, посмотрев в глаза брата. Он видит в них сомнения и, улыбнувшись, вновь откидывает голову. Юнги же оставляет этот вопрос, потому что сам не знает ответа.

***

Изабелла и Эмилия вышли из дома, чтобы пойти на курсы. Нервы окончательно расшатаны. Эмилия ночью несколько раз просыпалась в мокром поте, что очень не понравилось Изабелле. Вчера они поочередно заходили в душ и плакали навзрыд, а затем выходили и улыбались, будто ничего и не было. Конечно же обе слышали, но ничего не сказали. Так было нужно. Вместе с ними идёт в аудиторию почти весь лагерь. Они оживленно о чём-то разговаривают. У каждого из них свои проблемы и, возможно, они даже больше проблем девушек, но что может быть хуже, чем быть омегой? Внезапно ребята стали шептаться всё сильнее. Девушки-альфы начали восторженно ахать и смеяться. Омеги сразу поняли причину такой реакции... Братья... Альфы последние в списке, кого хотели бы видеть девушки. Но сейчас они, расталкивая всех, прошли к живому коридору, которые создали для братьев ученики. Юнги и Чонгук — превосходны, как всегда. Идеально выглаженная одежда. На Юнги был чёрный костюм с такого же цвета рубашкой, расстёгнутой на три пуговицы. На Чонгуке тоже чёрный костюм только с белой рубашкой без воротника. Их лакированные туфли блестели так, что в них можно увидеть своё отражение. И дорогие часы, куда же без них. Они просто сияют. А запахи просто голову кружат. Кофе и шоколад, столь любимые омегами. Лица же их выражали злость. Братья молниями метали. «Значит что-то случилось», — подытожили омеги, но шли альфы красиво, с высоко поднятой головой и идеальной осанкой. Эмилия, как только учуяла своего альфу, резко схватилась на руку Изабеллы. Каждый раз как первый. Его запах очень плохо влияет на омегу. Она забывает абсолютно все: где находится, с кем находится и что нельзя делать. Голова кружится. Но альфа не смотрит на неё, точно также как и Чонгук на Изабеллу, которой тоже сейчас не очень хорошо. Но омеги уверены, что альфы их заметили, тогда почему не смотрят. Раньше они не упускали возможности с открытую поглазеть, а сейчас даже не замечают. Альфы прошли мимо девушек, не посмотрев на них, и сели в машину, каждый в свою, а омеги так и остались стоять на месте и удивленно глазеть друг на друга. — Что? — первая прервала тишину Иза, морща носик. От Чонгука веяло холодом, он был очень зол. Она почувствовала. Омега в один момент совсем поникла, утопая в своих мыслях. — У нас скоро занятие, пошли, — грустно отозвалась Эми, схватив подругу за руку и таща в аудиторию. «Может они просто спешили?», — думала она.

***

Дни тянулись один за другим удивительно медленно и спокойно. Днём омеги наслаждались этим. Они учились, гуляли по лагерю, нередко сидели с Джином, смотрели фильмы и радовались спокойствию. Но каждый вечер это спокойствие сменялось чувством тревоги. Почему альфы вдруг пропали из их жизни? Это все было игрой? Чувство тревоги и пустоты сдавливало грудную клетку, давило, медленно, но верно разрушало их. — Кажется мы свободны? — как-то раз перед сном спросила Эми, не замечая, как подруга вздрагивает от этих слов. Не было радости. Не было грусти. Было только чувство чего-то незавершенного. Ведь всё не должно так заканчиваться? Эмилия кусала губы, сжимала ручки и мотала головой, лишь бы не вспоминать хитрые лисьи глаза Юнги. — Видимо, — тихо и задумчиво ответила ей тогда Изабелла, смотря в потолок. И вроде как омеги только и ждали этого, но легче не становилось. Джонс убеждала себя, что им так будет лучше, что это необходимо, но продолжала видеть во снах наглую ухмылку её альфы и хищные карие глаза.

***

Занятия давно закончились, обед и ужин, которые омеги пропустили, были позади, но сна не было ни в одном глазу. Чтобы как-то разбавить тишину Иза включила телевизор. На экране ведущий что-то вещал о ближайших новостях — А теперь к главной новости дня: нашему каналу удалось заполучить уникальное интервью с министром по контролю омег Чхве Джеджуном! Подробности о смене политического курса по отношению к омегам и о мыслях Господина Чхве вы узнаете прямо сейчас. Картинка с ведущим сменилась другой. Большой кабинет был выполнен в светлых тонах, будто созданный для светских приёмов. В креслах, напротив друг друга, сидели министр по контролю омег и интервьюер. — Добрый вечер, Господин Чхве! Для нашего канала является честью то, что вы согласились на данное интервью, — начал говорить альфа с явно выраженной лестью. Его глаза были хитро прищурены, а взгляд метался от камеры к министру и обратно. — Ну что вы, — отвечал ему мужчина лет 45-50. Он натянул на лицо улыбку дежурную и продолжил говорить. — Я с удовольствием отвечу на ваши вопросы. — Приятно слышать, — интервьюер смотрел на министра, а тот в свою очередь в камеру. Мужчина набрал воздух в лёгкие, будто набирая с ним смелость, и вновь подал голос. —Многие граждане интересуются тем, для чего нашей стране вообще нужна политика отлова омег. Могли бы вы, как профессионал, поведать об этом нашим зрителям? Эмилия и Изабелла напряглись в ожидании ответа от министра. В животе образовался неприятный ком от волнения. Тишина, длившаяся всего пару секунд, неприятно давила на уши. — Конечно, — охотно согласился Джеджун, вмиг становясь серьёзным, — Ни для кого не секрет, что численность омег стремительно упала еще в 40-60-хх годах из-за болезней и голода, —мрачно начал министр, — И так же все знают, что только омеги, в редком случае беты, производят на свет альф — более приспособленных к жизни людей с врожденными лидерскими качествами. Многие омеги боятся правительства и делают это зря. Мы ищем способ восстановить рождаемость омег, а следовательно и рождаемость альф, — размыто ответил тот, на что Браун громко фыркнула. Самое главное он скрывал. Омег забирали из семей и пользовались ими, как самым настоящим инкубатором! За два года проживания в Корее обе девушки и не такое слышали, впрочем, не удивляясь, если вдруг страшные слухи окажутся правдой. Ведь как иначе объяснить то, что Корея превосходила многие страны по числу рождаемости альф, с таким малым числом омег? Пойманные омеги только и делали, что рожали, даже не воспитывая своих чад. Нередко ими пользовались богатые и одинокие люди, с целью обрести наследника альфу. Этот мрачный секрет был обсуждаемым последние десятилетия, и с каждым годом всё больше и больше правды выходило наружу, несмотря на стремление правительства скрыть истинные цели отлова омег. — Это было очень познавательно, — ответил альфа, кивая головой. Не желая медлить, он задал следующий вопрос, — А как вы можете прокомментировать целые группы захвата? Неужели нет омег, добровольно рассказывающих о себе? Министр едва заметно напрягся, но все же уверенно продолжил. — Некоторые омеги приходят в наши центры добровольно, получая при этом жильё в медицинском корпусе. Там тщательно исследуют их ДНК, пытаясь разобраться с решением проблемы, — первый вопрос мужчина проигнорировал, надеясь, что в глаза зрителям это бросаться не будет. Группы захвата, по его мнению, были суровой необходимостью для блага страны.-Так же многие омеги получают свободу после того, как исполнят свой долг перед страной,-уверенно добавил министр, пытаясь выставить себя и государство в хорошем свете. Но альфа умалчивал о том, через что проходят омеги, прежде чем оказаться на свободе. Их выбрасывают как ненужный мусор, как израсходованный материал, которым больше нельзя пользоваться. — Как можно найти омегу? — задал следующий вопрос молодой человек. Он держался уверенно в кадре, несмотря на сильное желание поскорее закончить с этим. — Наши ученые создают и разрабатывают устройства по обнаружению омег. Это крайне чувствительные приборы, реагирующие на естественный запах человека. Новые модели не смогут обмануть даже блокаторы и духи, — министр кажется гордился этим фактом, будто сам разрабатывал прибор. Новая разработка помогла отловить множество несчастных омег. — Как интересно, — с наигранным восторгом ответил интервьюер. — В что вы можете рассказать о блокаторах? — Это препараты, блокирующие запахи омег. С помощью них они удачно скрывают свою сущность, покупая такие средства незаконно. Борьба с блокаторами ведется так же активно, как с наркотиками. — Это безумно интересно, господин Чхве, — заверил говорившего альфа, — Но что вы можете сказать о политике других стран по отношению к омегам? Южная Корея советуется с кем-либо в этом вопросе? Сотрудничает? — продолжил он, и глаза репортера заблестели. Кажется он собирался сделать настоящую сенсацию из этого интервью. Прежняя скука пропала из глаз. Джонс и Браун по себе знали, что глаза так блестят только при ожидании настоящего скандала. Омеги ерзали на кровати, странное чувство тревоги угнетало обеих. — На самом деле, принимать решение в таком сложном и важном вопросе самостоятельно очень сложно. От этого буквально зависит не то, что будущее нашего государства, но и целого мира. Именно поэтому Южная Корея сотрудничает с Китаем, Вьетнамом и Сингапуром в этом вопросе. Мы разрабатываем общую политику по отношению к омегам, вскоре надеясь создать союз контроля омег. Некоторые государства, такие как Тайвань, Северная Корея, Австрия, Англия и Норвегия имеют схожую с нашей политику, с рядом некоторых отличий, — пояснил министр. Казалось, он хотел продолжить, но паренек его перебил новый вопросом. — А что вы можете сказать о политике США, Канады, Бразилии, России и Аргентины? Как нам известно, они обходят наше государство по количеству альф и омег, имея схожую между собой политику по контролю. Более щадящий режим. Вот, кажется и скандал. Изабелла подумала, что парень должно быть смельчак, спрашивать у большой шишки такой вопрос. Браун удивлялась, как это вообще не вырезали из эфира. — Это временно, уверяю вас, — резко ответил Чхве, а его маленькие глазки будто горели изнутри. Несмотря на натянутую улыбку, он выглядел напряженным и сейчас казался не таким уверенным, как в самом начале, — Я считаю, что напрасно данные страны позволяют жить омегам такой же повседневной жизнью, как альфам и бетам, лишь изредка посещая больницы и научные центры. По-моему мнению, омеги буквально должны жить в лабораториях, проходя тесты и исследования, чтобы спасти наш мир. Вот увидите, совсем скоро в странах с такой политикой, как в этих, вскоре останутся только беты, а рост населения альф и омег лишь короткий миг счастья для них, — мужчина говорил твёрдо, нахмурив брови, как будто имея личные счеты с теми странами. — Тогда как вы, господин Чхве, прокомментируете желание США и Канады выдавать гражданство омегам-беженцам? — интервьюер не был удивлен, он казалось только и ждал, что министр разозлится. — Абсурдная идея, выдвинутая с целью накалить обстановку на политической арене, — сказал Джеджун, и не желая вновь поднимать эту тему, продолжил, — Так что думаю, стоит отметить прирост омег на 1,3% и альф на 0,6% за последний год. Чтобы закрепить успех и сделать эти цифры еще больше, мы планируем ввести систему поощрения. Тем гражданам, кто сообщит о нахождении омег, после их отлова будет выдана награда. Омеги, самостоятельно пришедшие к нам, будут жить в более комфортабельных условиях и иметь такую привилегию, как право видеться с близкими, — торжественно закончил он. Послышалась слова благодарности и прощания, и на телевизоре вновь сменилась картинка. Джонс выключила технику, пытаясь осознать услышанное. На омег едва ли не официально объявили охоту. Данный факт шокировал и пугал. Браун в упор смотрела на подругу, хмурясь. Новости совсем не радовали, живот скручивало от страха. — Думаешь, мы сможем спокойно доучиться в Корее и не стать подопытными кроликами? — спросила брюнетка, не надеясь услышать положительный ответ. — Или инкубаторами, — нервно усмехнулась Иза, переводя взгляд с выключенного телевизора на подругу. Эми выглядела бледнее обычного, её волнение казалось осязаемым. Иза знала, что выглядит не лучше. Красивые глаза журналистки были наполнены ужасом, руки и ноги дрожали. Она встала со своей кровати, и села к Браун, обняв ту за плечи. Эми грустно улыбнулась, прижимаясь еще ближе к боку Изы, — Справимся, да? — Справимся, — ответила брюнетка. — И не с таким справлялись.

***

Общее занятие проходило медленно и монотонно. Девушки не слушали речь Намджуна, всё же английский был их родным языком. Вся остальная аудитория была буквально зачарована иностранной речью альфы, а Ким в свою очередь косо смотрел на омег. Последнее время братья Мин ходили злые, чуть что срываясь на каждого, кто на них не так посмотрит. А омеги были осунувшимися. Джун не узнавал в них тех ярких и упрямых журналисток, которыми они были, как только прибыли в лагерь. «Поссорились что-ли?», — думал Ким. Дверь в кабинет распахнулась. «Уж слишком часто это происходит», — мимолётно думала Браун. Она ожидала увидеть Бонхи с каким-нибудь объявлением или даже Хосока, но вместо них на пороге стояли братья Мин. Студенты так привыкли к тому, что их занятия прерывают, что поначалу даже не обратили на это внимания. Но стоило альфам подать голос, как все встрепенулись, словно завороженные наблюдая за Юнги и Чонгуком. — Мы ненадолго прервём занятие, — обратился Юнги к Намджуну, вставая возле преподавательского стола. — Конечно, — ответил Ким, впрочем зная, что ни старшему, ни младшему из братьев, его разрешения не нужны. Изабелла под столом крепче вцепилась в сидушку стула. Эми впилась ноготками себе в ладошки. Казалось, что в аудитории были только они вчетвером: две истинные пары, избегающие друга и страдающие из-за этого. Воздух стал тяжелее, девушки дышали через раз, боясь сойти с ума от опьяняющих запахов кофе и шоколада. Альфы, словно нарочно, смотрели куда угодно, но только не на журналисток. Сдерживаться было сложно, но Мин и Чон убеждали себя в том, что все это только ради омег. С каких пор они стали жертвовать своими желаниями ради покоя других альфы не знали, да и думать об этом не хотели. Просто их жизнь неожиданно стала состоять не только из дел фирмы, знатных попоек, случайных девушек в постели и убийств. Теперь, спустя какое-то время после знакомства с Джонс и Браун, жизнь братьев Мин состояла из опеки, безопасности омег и дикого, животного желания. Желания, чтобы девушки принадлежали только им. Видимо тут судьба решила сыграть злую шутку, подкинув своенравных и непокорных дам. — Дорогие студенты, мы хотим сделать объявление, — уже чуть громче, чтобы слышала вся аудитория, сказал Юнги. Убедившись, что все внимание принадлежит ему и брату, альфа продолжил, — Через два дня вы сможете отдохнуть от занятий, посетив обязательную обзорную экскурсию по острову Чеджу. Но при этом просим всех быть осторожней, ни для кого не секрет, что пятеро наших студентов покинули пределы лагеря без разрешения и к сожалению попали в автокатастрофу, — он говорил холодно, но Браун чувствовала некое ликование в его голосе, отчего по телу пробегали мурашки. Осознание того, что именно могло произойти с той компанией пятерых парней, сдавливало грудную клетку и мешало дышать. Автокатастрофа? Смешно. Перед глазами всплывали картинки того, что альфы могли сделать с провинившимися студентами. Скорее всего, те погибали мучительно, что подтверждала окровавленная одежда братьев Мин. «Дьяволы», — пожалуй именно так в этот момент Эмилия могла описать двух альф. — Мы очень сожалеем о случившемся и уже передали материальную компенсацию семьям погибших, — продолжил Гук. Изабелла смотрела в упор на альфу, но он словно глядел сквозь нее. Впрочем, это не помешало девушке разглядеть хищный блеск в глубине карих глаз. «Псих», — думала Джонс, а Чон продолжал говорить, — но вернёмся к хорошим новостям. На экскурсии вы посетите национальный парк Халласан, лавовую пещеру Манджангуль, прокатитесь на яхте и посетите несколько музеев. — Более подробную информацию вам вышлет Бонхи, спасибо за внимание, — подхватил старший из братьев, и закончив речь, поспешил уйти, прежде чем у любопытных студентов возникнут вопросы. Чон следовал за ним. — Придурки, — на английском шептала Эми, как только Юнги и Чонгук покинули кабинет, — Явились как ни в чем не бывало, сделали вид, будто нас не существует, и смылись! —возмущалась омега. — Мягко сказано, — соглашалась Иза, готовая подписаться под каждым словом подруги, — зла на них не хватает. Господи, то перед глазами маячат, как ненормальные, то исчезают, как будто так и надо. Притягивают и отталкивают, как каких-то тряпичных куколок. — Мы на это не подписывались, — хмурилась Браун, даже не зная, что же лучше. Когда братья рядом, преследуют и сводят с ума, или когда они исчезают, словно забыв о существовании омег. —Скорее бы всё это закончилось.

***

Холодное темное помещение, окутанное мраком. Свет горел не ярко и отдавал противной желтизной, отчего глаза побаливали. Комната пахнет сыростью и плесенью. Правильно, ведь её давно никто не использовал. Раньше здесь проводились пытки, но потом Намджун обустроил новую комнату, а эту приказал закрыть. Пятеро охранников стояли в ней. Двое из них охраняли дверь, чтобы никто их здесь не увидел и не услышал, а остальные трое бурно обсуждали план похищения девушек. Ещё трое проводили осмотр территории, но вскоре должны были присоединиться к своим сообщникам. — Ты связался с Пак Ирэн? — спросил один из них. Он был главным в этой шайке, и это в его «гениальную» голову пришла идея украсть омег. — Да, она согласна нам помочь, — ответил второй. Мужчина изначально был против всей этой идеи, ведь если они просчитаются — братья Мин заставят их умирать долго и мучительно. Но главарь сумел его переубедить, говоря, что он продумал всё до мелочи. Конечно же Намджун не знал про то, что замышляют его люди, как не знал и Тэхён. Шайка из «Саблезубых тигров» решила своевольничать. Идея украсть девушек, вечно крутившихся возле братьев Мин, казалась им идеальной. Они могли получить выкуп или одобрение со стороны банды. Помимо того, Ынги - организатор будущего преступления, свято верил, что «Тигры» не нуждаются в помощи «Мамбы», а это дело поможет им разорвать все связи с братьями Мин и получить одобрения Намджуна. Он долго вынашивал план, обдумывая мельчайшие детали и наконец решился. Скоро это должно было произойти. — Превосходно, тогда завтра, во время экскурсии, Ирэн сделает доброе дело, и мы сможем их похитить, — злобно усмехнулся Ынги. Сейчас мужчина больше был похож на мультяшного злодея-неудачника, но это совсем не волновало людей, собравшихся в комнате. Жажда крови, власти и денег в них была сильнее голоса разума. — А что будет дальше? — спросил тот, что стоял возле двери. План действительно был безупречен, но никто не хотел попадать под гнев самых сильных альф и могущественных альф Кореи. Мин Юнги и Чон Чонгук были прославлены как среди мирных граждан, так и в преступном мире. Все дилеры, сутенеры и бандиты Кореи знали, что перейти дорогу братьям Мин означало собственноручно вырыть себе могилу. Но несмотря на все, глав «Черной Мамбы» действительно уважали. — Эти девушки только мешают. Когда мы их уберём, всё будет как раньше, а ещё мы сможем заработать кучу денег.

***

Экскурсия шла уже долго. Автобус с проголодавшимися студентами остановился возле забронированного кафе, где экскурсовод с радостью оповестил молодых людей о начале обеда. Все с удовольствием сели за выделенные им столики, дожидаясь официантов с блюдами. Эми и Изе не повезло делить столик с Ирэн и парой её прихвостней бет. — Ну что, — язвительно начала Пак, с лукавым прищуром глядя на журналисток. — Господин Мин и Господин Чон выбросили на помойку своих подстилок? — Слышу от той, которая при первой возможности раздвигает ноги перед Чонгуком и чье лицо и имя он даже не запомнил, — прошипела Изабелла. Альфа никак не давала покоя девушкам, всё чаще и чаще пытаясь задеть омег. Сейчас Изе казалось, что это последняя капля. Так удачно лежавший рядом нож хотелось всадить в грудь напыщенной зазнайке, но Джонс прогоняла эти мысли прочь, мимолётно думая, что успела перенять от Чона худшие качества. Только этого ей не хватало. Становиться кровожадной садисткой в ближайшее время Иза была не намерена. — Эта стерва всего лишь завидует, Иза, — успокаивала подругу Эмилия. Говорила она на английском, из-за чего компания во главе с Ирэн косо смотрели на омег. — Я знаю, — глубоко вздыхая, ответила Джонс. Но успокоиться, видя перед собой лицо Пак Ирэн, было сложно. — Прячетесь за свои языком? — нахмурилась Пак, недовольная тем, что большинство слов из уст соперниц она разобрать не может. — Как низко. — Приятно подавиться, — ответила ей Эми и как раз в этот момент тарелки с горячей едой принесли к столику. Удивление, смешанное со злостью, на лице Ирэн стояли этих слов. Изабелла улыбнулась, под столом дав пять лучшей подруге. Остаток обеда проходил в давящей тишине. Подруги Ирэн уже встали из-за стола и ждали Пак у выхода. Но альфа не торопилась. Она встала нарочно медленно переводя взгляд от одной омеги к другой. — Надеюсь мы с вами больше не увидимся, — тихо, так чтобы её услышали только журналистки, сказала Ирэн. Голос альфы был пропитан ядом сильнее, чем обычно, что немного насторожило журналисток. «Ей в лечебницу надо», - недовольно думала Иза, косо смотря на Пак. Чтобы пройти к двери Ирэн надо было пройти либо мимо Изы, либо мимо Эми. Пак пошла рядом с Джонс, быстрым движением руки опрокидывая на нее стакан с водой и жалея, что там не находится что-то более горячее. Не извинившись и не обернувшись на журналисток, Ирэн ушла, мысленно хваля себя. — Вот сучка, — желая вырвать все волосы Ирэн, злилась Джонс. А ведь они когда-то подружиться хотели с этой стервой. «Хорошо, что не получилось. Не хватало мне еще как хвостик за ней бегать», — думала омега. — Пошли в туалет, высушим там, — уже поднимаясь с места, говорила брюнетка. Хотелось устроить Пак персональный ад, но это скорее в духе Мина, чем Браун. Пытаясь меньше думать об альфе, Эми повела подругу в женский туалет. Уже в комнате Иза сняла футболку подставляя её под порывы теплого воздуха. Когда мокрое пятно окончательно было высушено, Изабелла снова надела футболку, недовольно складывая руки на груди. — Что ей надо от нас? Общаемся с этими братьями она нас гнобит. Не общаемся так еще хуже! — громко возмущалась Джонс, активно жестикулируя руками. Она была на грани, терпение было на исходе. Желание разукрасить альфе личико становилось сильнее с каждой секундой. — Зависть, — сказала Эми, впрочем тоже недовольная таким раскладом. Им не давали покоя будь они рядом с альфами или нет. Хотелось уже скорее вернуться в Сеул, закончить университет и улететь из этой страны туда, где омеги не вынуждены прятаться. А весь этот лагерь забыть как плохой сон. — Наверное, — согласилась Джонс. Они стояли пару минут молча, думая о своем. — Нам пора идти, не стоит заставлять экскурсионную группу ждать. — Да, — сказала Эми и хотела продолжить, но ей не дали. Дверь в дамскую комнату распахнулась, впуская внутрь двух мужчин-бет, — Вы не туда зашли, — хмуря бровки, сказала Эми. Почему-то вдруг обеим омегам стало страшно. Наверняка из-за недавно пережитых потрясений. — Ошибаешься, милая. Мы как раз там, где нужно, — проговорил один из мужчин, надвигаясь на омег. На плече у беты красовалась татуировка разъярённого тигра. Его пасть была широко открыта, глаза сверкали, а с длинных клыков стекали капельки крови. — Какого черта, — отступая назад, возмущалась Иза. — Уйдите, иначе я буду кричать, — журналистка уже собиралась воплотить угрозы в жизнь, как вдруг говоривший мужчина оказался позади нее, закрывая большой ладонью рот. Второй делал такие же манипуляции с Эмилией. Вместо криков девушкам удавалось всего лишь мычать. Вдруг обе журналистки почувствовали странное чувство в шее, будто от укола. В отражении зеркала Браун заметила, как обеим омегам воткнули шприцы, вводя какую-то жидкость. Неожиданно захотелось спать. Омеги обмякли в руках мужчин. — Что теперь? — Звони Хесуку, пусть подгоняет машину к черному входу и отправляет сюда ребят в медицинской форме. Грузим их и быстро уезжаем, — подал голос молчавший до этого бета. — Их не станут искать раньше времени? — мужчина был не уверен в своих действиях. Хотелось конечно, чтобы Господа Ким поощрили их, но произойдет ли это? Не вызовут ли они гнев братьев Мин? — Нет. Экскурсия должна продлиться еще как минимум 4 часа. О том, чтобы их не искали, позаботится наша новая подруга. В этот момент в комнату вошли мужчины с носилками, погружая на них омег. Машина скорой помощи отъехала от кафе и направилась в неизвестном направлении.

***

Экскурсовод пересчитывал студентов и сверялся со списком, но его прервала Ирэн. — Господин Пак, двух студенток забрали. Их имена Изабелла Джонс и Эмилия Браун, — с вежливой улыбкой говорила альфа. — Кто забрал? — удивился мужчина. — Ох, вы же не знаете, — строя из себя святую невинность и опуская глаза в пол, говорила Ирэн, — у них роман с господином Мином и господином Чоном. — Вот как, — задумчиво ответил мужчина. — Хорошо, садись. Ну, раз все на месте, то мы продолжим. И автобус со студентами вновь отправился по назначенному маршруту.

***

Изабелла со стоном открыла глаза. Вокруг было темно и девушка не сразу поняла, где находится. Виски пульсировали, а в горле пересохло. — Иза? — услышала омега голос лучшей подруги. Эмилия, в отличие от Джонс, очнулась минут 15 назад. Её глаза уже привыкли к темноте и девушка могла осмотреться. Они обе были привязаны к стульям крепкими верёвками, от чего руки и ноги затекли. Стены были высокими, бетонными. Такой же холодный бетонный пол был заляпан чем-то вязким и Браун искренне надеялась, что это не кровь. Единственным источником света были окна, узкие и длинные, расположенные высоко под потолком. В помещении также находился лифт и круглая лестница, ведущая куда-то вверх. Некрасивые квадратные колонны, местами обшарпанные, упирались прямо в потолок. Так же омега видела очертания мебели, кажется это были диван, стол и пара стульев, но они стояли слишком далеко, чтобы точно понять, что это. Помимо всего под самым потолком мигали красные огоньки. «Камеры», — поняла Эмилия. Пахло сыростью и плесенью. — Эмилия? — подала жалобный хриплый голос Джонс. Она осмотрелась, немного привыкнув к темноте помещения, и увидела лучшую подругу справа от себя. — Эми, ты цела? Где мы? — Я в порядке, — начала омега успокаивать подругу. На самом деле в порядке было громко сказано. Страх и тошнота накатывали неприятными волнами, но от осознания того, что подруга находится рядом, становилось легче. — Думаю, мы сейчас узнаем, где и зачем мы находимся, — сказала Браун, услышав тяжелые шаги со стороны лестницы. Они эхом раздавались по полу-пустому помещению и принадлежали не одному человеку. В нос сразу ударили несколько резких запахов альф, отчего журналистки поморщились. Щелкнул выключатель и их место заточения озарилось тусклым жёлтым светом. Четверо мужчин остановились совсем рядом с омегами, заинтересованно оглядывая девушек с ног до головы и обратно. Трое из них были альфами и один бетой. Все были высокими и крупными, с хмурыми взглядами и спортивными телами. Один из них был в майке и омеги отчетливо видели татуировку разъяренного тигра с длинными клыками на его плече. Но это был не тот же человек с татуировкой, который похитил омег из кафе, да и рисунки на их плечах незначительно отличались друг от друга. Но они несли один и тот же посыл. «Саблезубый тигр» - группировка бандитов, торговцев оружием, правящих на улицах Чеджу. Люди, стоящие перед журналистками как раз принадлежали этой банде. От их голодных взглядов спина покрывалась мурашками, но Эми и Иза упрямо смотрели прямо на них, хмуря свои бровки. После всех ситуаций с братьями Мин, журналистки кажется окончательно потеряли чувство самосохранения. Эти гляделки продолжались бесконечно долго и Изабелла рискнула первой подать голос. — Кто вы такие и что вам от нас надо?— голосок предательски дрогнул, но Джонс делала вид, будто этого не произошло. Сейчас безумно хотелось оказаться как можно дальше от этого места в крепких объятиях альфы, со сводящим с ума запахом горького шоколада. Мужчины нагло усмехались и продолжали молча буравить Эмилию и Изабеллу взглядами. — Кем бы вы не были, — заговорила Браун. Её руки немного дрожали, от нервов она вечно закусывала губы и делала паузы между предложениями. — Вам лучше нас отпустить, если не хотите испытать на себе гнев братьев Мин, — она блефовала, ведь была уверена, что теперь Юнги и Чонгуку нет до них дела. От этого на душе скреблись кошки, но омега упорно пыталась внушить себе, что все хорошо, и что она совсем не скучает по этому наглому бесцеремонному альфе. Получалось плохо. В том, что эти люди знают о братьях Мин и их преступной деятельности, никто из омег не сомневался. Более того, и Джонс и Браун были уверены в том, что именно конфликт с братьями вынудил этих людей похитить их. Только вот с какой целью? Убить бедных омег? Кто знает, заденет ли это хоть как-то альф. Последние дни те вовсе не замечали журналисток. Или может похитители хотят получить выкуп? Да уж, омеги думали, что братья скорее дадут этим мужчинам отмашку, мол делайте что хотите, эти девушки ничего не стоят. От таких мыслей ком стоял в горле, но англичанки не собирались показывать свои слабости. Как бы странно это не звучало, они были готовы к этому. Еще в Англии случалось подобное, ведь отец Эмилии был полицейским, насолившим многим бандам, а родители Изабеллы имели свои связи в правительстве. Правда похищения тогда не удались, но после этого девушек учили, что необходимо сохранять спокойствие. А еще держать язык за зубами, но у обеих омег с этим было крайне плохо. Мужчины продолжали молчать, тишина неприятно давила на уши, выводила из себя, сводила с ума. Вдруг раздался грохот и все обернулись в сторону лифта. Тот поднимался мучительно медленно, но мужчины были расслаблены, словно только этого и ждали. Браун и Джонс наоборот стали напряжены еще сильнее. Неизвестность пугала. Журналистки хотели узнать все немедленно, прямо здесь и сейчас. Хотели узнать, кем являются эти люди и зачем им сдались омеги. Хотели узнать, на сколько они здесь застряли и что собираются с ними делать. Двери лифта открылись после мучительного ожидания и из них вышел ещё один альфа. Внешне он не сильно отличался от четверых мужчин, стоящих перед омегами, но было что-то такое в его глазах, что сразу выдавало в нем человека более умного, хитрого и коварного. — Ынги, — поприветствовал его альфа со странным запахом специй, — Они недавно пришли в себя и уже болтают. Мужчина, названный Ынги, остановился на расстоянии вытянутой руки от омег и ухмыльнулся. Кажется такой расклад его вполне устраивал. — И что же хотят узнать наши гостьи? — он говорил с вызовом смотря на журналисток сверху вниз, явно чувствуя свое превосходство. — Эми, кажется я знаю, кто все это устроил, — хмыкнула Джонс, смотря то на подругу, то на альфу. Говорила она на английском и мужчины недовольно переглядывались между собой, очевидно не понимая слов журналистки. — Ага, — согласилась Браун. — Сразу видно, хитрый гад. Только осталось узнать зачем, — так же на английском отвечала Эмилия, что кажется начинало выводить собравшихся в помещении мужчин. Они уже собирались возмутиться, но Изабелла перебила, вновь заговорив, только уже на корейском. — Гостьи? — её брови удивленно взметнулись вверх, а сама Иза смотрела в темные глаза Ынги. Они были похожи на глаза рыбы, такие же безжизненные и стеклянные. Это пугало, но девушка вошла во вкус и не собиралась останавливаться. — Что-то не вижу, чтобы нас тут угощали печеньем и чаем. Так ведь поступают с гостями? — она перевела вопросительный взгляд на Эми, и лучшая подруга решила поддержать Джонс. — Мне вот интересно, вы всех своих гостей связываете? — сидящая рядом Иза добавляла уверенности, так что Браун не собиралась молчать. Где-то в голове появилась странная и абсолютно точно плохая идея заболтать похитителей на столько, чтобы вывести их окончательно. Ну а вдруг болтовня омег им так сильно надоест, что мужчины отпустят тех? Но Эмилия понимала, что это невозможно. Впрочем, омегам не мешало это разговаривать просто из вредности, чтобы похитители знали, с кем связались. Джонс уже было собиралась дополнить слова подруги чем-то похожим, что могло бы раздражать похитителей, но её перебил Ынги. — Вы не в том положении, чтобы язвить, — в голосе альфы были рычащие нотки. Ынги пах корицей, но от злости его запах стал резче и неприятно ударил в нос омегам. — Я понятно выразился? — Нет, — моментально ответила Браун и альфа на несколько секунд растерялся от такой наглости. Его глаза помутнели, и мужчина, опираясь на ручки стула Эмилии, наклонился совсем близко к омеге. Его аура подавляла, все же альфы всегда были сильнее омег. Эми стало по настоящему страшно, но она продолжала сверлить мужчину взглядом. — Ну? Что ты мне сделаешь? В следующую секунду журналистка пожалела о своих словах. Ынги дал ей звонкую пощечину, в ушах после этого звенело, а щека горела от боли. В уголках глаз выступили слезы, но омега из последних сил их сдерживала. Даже сейчас ей в голову лезли мысли о Юнги и о том, что было бы гораздо лучше, если бы её альфа сейчас нежно гладил эту самую щёку, а не бил какой то чужой. «Дура», — ругала себя Браун — «Нашла время о нём думать. Он не твой альфа, Эмилия, возьми себя уже в руки». — Зверь! — кричала Изабелла, злобно смотря на Ынги. Тот довольно ухмылялся, что раздражало омегу еще больше. — Я доберусь до тебя и откушу эту самую руку по локоть, или еще лучше, засуну её тебе в глотку, — Ынги смотрел заинтересованно, угрозы Изабеллы кажется только забавляли его. — И тебе повезёт, если я доберусь до тебя раньше Юнги и Чонгука, потому что одной только рукой ты от них не отделаешься, — Джонс едва ли не шипела, а в глазах заискрилась гордость, ведь после слов о братьях Мин альфа заметно напрягся. — Попридержи язык, иначе повторишь участь подружки, — выплюнул слова мужчина, разворачивая и уходя к лестнице. — Смотрите за этими истеричками, через четыре часа вас сменят, — дал он указания другим мужчинам и поднялся на второй этаж. — Пошёл нахер! — крикнула ему Изабелла вслед. Шёл первый час заключения. — Как ты? — поинтересовалась Джонс у подруги, когда альфа окончательно исчез с поля зрения. Четверо мужчин устроились на диване и стульях, изредка смотря в сторону омег. — Лучше, чем когда мы летели из Лондона в Сеул, — отшутилась Эмилия и Иза мягко улыбнулась подруге. Сейчас они были опорой и поддержкой друг друга как никогда до этого. И сдаваться просто так омеги не собирались. Даже если их пропажу не заметили или совсем не собирались спасать, журналистки были серьёзно намерены потрепать нервы всем, кто приложил руку к их похищению. Игра только набирала обороты.

***

Автобус въезжает на территорию лагеря. У входа его уже ждёт охрана с важным поручением от братьев Мин. Двери открылись и из него начали выходить студенты. Их были много. Кто-то выходил недовольный, кто-то улыбался во все тридцать два, но Бомгю не мог уловить взглядом лица двух девушек. Людей в автобусе становилось все меньше и охранники начали хмуриться. Учитель Пак, вышедший последним, закрыл двери автобуса и тот сразу уехал. Бомгю и Ёнджун подошли к учителю с кислыми минами. Учитель Пак напрягся и судорожно поправил свои очки. — Молодые люди, вы что-то хотели? — спросил мужчина, морщась от солнца. Его ладошки вспотели, а лоб покрылся испариной. Братья Мин были непредсказуемы, поэтому сердце учителя участилось и он начал мысленно молится всем богам. — Изабелла Мелисса Джонс и Эмилия Кристалл Браун? — сказал Бомгю, вопросительно изогнув бровь. — Так ведь... Господины Мин и Чон забрали их, — начал Пак, медленно понимая, что никто не забирал омег. Ёнджун и Бомгю перевели друг на друга удивлённые взгляды. Вряд ли у братьев случился склероз и они приказали проследить за целостностью омег, забыв о том, что сами их забрали. На смену удивлению пришло осознание того, что «любимиц» самых опасных мафиози похитили. Ох, чувствовали молодые охранники, что за этим последуют очень большие проблемы. Проблемы могли появиться у тех, кто попадёт под горячую руку братьям и определённо появятся у тех, кто причастен к пропаже журналисток. Альфы поблагодарили учителя Пака и направились в главный корпус, где сейчас находились братья. Ёнджун постучал в дверь и после короткого «входите» открыл её. Следом за ним вошёл Бомгю. — Они приехали? — спросил Мин, сидя за своим рабочим столом и перебирая документы. Цифры никак не сходятся, и альфа не может найти причину этому. Он пришёл к выводу, что людей в бухгалтерии надо срочно заменить. Тем временем Чонгук копался в ноуте, изучая состав нового наркотика, который недавно создали их химики. Эти наркотики в скорейшем времени должны переправить через границу на пароме. Так как у братьев везде есть свои люди и связи — это не составит труда. — Господин Мин, господин Чон, девушек нет... — проговорил Ёнджун и опустил голову. Братья хмуро перевели на охрану взгляд. Юнги встал из-за стола и начал подходить к альфам, а Чонгук закрыл крышку ноутбука и встал. — Как это нет? — сохраняя спокойствие, спросил Мин. Вены на его шее взбухли, а брови сошлись на переносице. В его голову лезли самые плохие мысли, но он их отмахивал. С его омегой ничего не могло случиться. Мин не мог так облажаться. — Учитель Пак сказал, что вы их забирали, — затаив дыхание, сказал Бомгю. На братьев сейчас страшно было смотреть. Их глаза были залиты кровью, а мышцы напряжены до предела. Чонгук быстро преодолел расстояние до Бомгю и схватил его за воротник. — Что ты несёшь?! Как мы могли их забрать?! — кричал Чон, сильнее сжимая в руках воротник охранника. Мысль о том, что c Изабеллой что-то случилось разъедала его изнутри. Он сделает всё, но найдёт свою омегу. Если Джонс пострадает, альфа себе никогда этого не простит. — Чонгук, — брат взял руку младшего, но тот скинул её и вышел из кабинета. Он найдёт её. Обязательно найдёт. — Что прикажете, господин Мин? — спросил Ёнджун. Юнги был очень зол, но старался сохранять хладнокровие. Он набрал Хосока и приказал ему начать поиски омег. — Учитель Пак. Где он?! — кричал альфа. Чаша терпения медленно заполняется до самых краёв. Его малышка сейчас неизвестно где. Неизвестно что с ней, как она и это сводит с ума. Юнги вдруг понял, что не хочет жить жизнью, в которой не будет Эмилии. Жаль, что для осознания этого, омеге пришлось столько пережить... Мин схватил свой пиджак и, узнав местоположение Пака, вылетел из кабинета. Учитель сейчас был в своём кабинете. Войдя в кабинет, он увидел Чонгука, грозно возвышающего над бедным мужчиной. Чон даже не обернулся, он почуял Юнги, как только тот вошёл в здание. Альфа не хотел сейчас отдаляться от брата, но Мин единственный человек, который может контролировать его гнев, что в данной ситуации очень некстати. Он готов распотрошить этого учителя и вообще весь лагерь. Изабелле он сейчас нужен как никогда. Чон продаст душу дьяволу, но найдёт своё сокровище. — Пак Ирэн, — злостно проговорил альфа, сжимая кулаки, и вылетел из кабинета, не посмотрев на брата. — Пак Ирэн сказала, что вы их забрали, господин, — выпалил мужчина. Он поклонился Мину и не смел поднимать головы. Юнги услышав это, закрыл глаза, восстанавливая дыхание. Альфа выбежал из кабинета за братом. Но Чонгук уже пропал из поля зрения. — Проклятие! — крикнул альфа. Он взял телефон и позвонил Намджуну. — Поднимай всех своих и ищите девочек, — прорычал альфа, направляясь к жилым корпусам. — Что случилось? Каких девочек? — не понимал Ким. Таким испуганным Джун кажется никогда не слышал Юнги, и это определенно пугало, выбивало из колеи. — Браун Эмилию и Джонс Изабеллу. Их похитили! — крикнул альфа и, не дожидаясь ответа, скинул трубку. Войдя в корпус Мин увидел напуганные взгляды студентов. «Он тут», — подытожил альфа. — Где? — спросил он, сворачивая в сторону комнат омег. Какой-то мальчик указал ему на дверь Ирэн, и Юнги быстро влетел туда. — О, хён, мы как раз тебя ждали, — бесчеловечно улыбнулся Гук. Он держал Пак за шею, прижав к стене. Та рыпалась, кричала, но Чонгук её не слышал. Эта девушка согрешила и теперь поплатится за всё. — Господин, я честно не виновата, — давясь слезами, говорила Пак. Чон сильно сжимал её шею, но дышать она могла. Пока могла... Юнги не стал останавливать брата, потому что у самого руки чесались разрезать маленькую альфу на кусочки. Он прошёл в глубь комнаты и облокотился на стол. — Рассказывай, — прошипел Мин. Чонгук отступил назад к брату. Они оба выглядели измученно. Их взгляд мечет молнии. Пак затряслась. — Они связались со мной. Я не знаю кто они такие, имена тоже не знаю. Они позвонили мне с неизвестного номера и сказали, чтобы я им помогла, — говорила та, периодически всхлипывая и изучаю рисунок на полу. Ирэн была уверена, что так всё произойдёт, но на тот момент она лишь хотела избавиться от Джонс и Браун раз и навсегда. — Где они? — задал вопрос Мин. С Пак они разберутся потом, главное сейчас найти омег. — Я не знаю, честное слово, — альфа опять разревелась. Юнги и Чонгук убивают её мысленно, и она это чувствует. — Дай сюда свой телефон, — Гук протянул руку, в которой через секунду оказался смартфон. Братья вышли из корпуса и направились к своим машинам. Их зубы и кулаки сжимались от злости, медлить было нельзя. Только не тогда, когда жизни их омег находились в чужих руках. — Надо отдать телефон Хосоку, пусть отследит номер, — сказал Юнги, открывая свою машину. — Я сам... — прохрипел Гук и сел в машину.