Under the quirk

Однажды, в одной стычке со злодеями, Каминари, не без помощи своей тупости и рукожопости, конечно, но опустим этот момент, попал под действие причуды, заставляющей делать и говорить только правду, а если быть точнее - только то, о чем думает пострадавший. В нашем случае, если у Каминари спросить, сколько будет два на два–все мы знаем, что ответ-четыре, так ведь?– но он будет думать, что ответ-пять, он скажет пять. Или же, если у него спросить, кого он ненавидит, то он скажет, и скажет правду, потому что врать он не в силах. Самое интересное началось после того, как класс 2-А оказался в общежитии. Первым делом Каминари успел получить увесистых таких тумаков от Джиро за то, что без спроса потрогал её штекеры. Но он ничего не мог с собой поделать, пока действие причуды не пройдет! Он не виноват! Но для Джиро это было предлогом лишний раз побить Денки, говоря, какой он придурок. –Денки, мать твою! Ты не просто придурок, ты и-ди-от в бесконечной степени! Далее же наша глупая молния дала знать Бакуго, что ему нужно быть веселей, –Эй, Баку, ты что раскис? Совсем улыбаться не умеешь? Ну же!-при этом подойдя к Катсуки и потрепав того за щеки. После же он бегом спрятался за Киришиму от греха подальше, а именно-от Бакуго, который хотел подорвать его к чертям. –Иди сюда, Пикачу недотраханный! Жить надоело?! Сэро же, чувствуя некоторую ответственность за случивщееся, хоть он и просто беспокоился за своего друга, взял некий контроль над ситуацией и предложил Каминари посидеть с ним, пока действие причуды не пройдет. Мало ли, он же три раза помереть успеет, если будет находится в диапозоне Бакуго, да и не только, ближайшее время. Денки, конечно же, был не против лишний раз побыть с Сэро, тем более что они начали меньше общаться в последнее время. Это не выглядело так, что они просто резко перестали говорить друг с другом, они болтали на переменах, но на самом деле они просто перекидывались парой фраз. На этом все и заканчивалось. "Эй, я же могу спросить у него... А если он откажет? То, логично будет, что я окажусь в жесткой френдзоне. Но, он же не перестанет общаться со мной? Ааа, черт!.. Ладно. Так, Ханта, успокойся, это всего лишь парень. Правда, парень твоей мечты, в которого ты окончательно и бесповоротно втюрился, и из-за которого по ночам спать не можешь... Стоп, спокойно! Всего лишь. Парень. Человек. Черт, слушай, если у тебя будет дрожать голос и руки - это будет только твоя вина. Но как можно быть таким... Таким... Таким солнцем?"-думает Сэро и садится на кровать. "Хочу его поцеловать."-думает Денки и ложится на колени Ханты. –Каминари? –Да, Сэро? –Что ты, черт возьми, забыл у меня на коленях? –А мне нельзя полежать? Тут мягко- парень прижимается к животу Ханты, -и тепло. Делай, что хочешь, а я буду лежать тут. И как на это реагировать? Лично Сэро решил густо покраснеть и поднять голову, чтобы его краш не видел этого. А бабочки, каким-то неведомым образом поселившиеся в животе черноволосого, которые при виде Каминари танцевали танго, опять начали какую-то репетицию. Скорее бы все это закончилось. –Эй, Серо? Интересный потолок? Посмотрел бы на меня, что ли... От звука его голоса Сэро обычно в дрожь бросало, сейчас же он ещё сильнее покраснел, и подумал, что, будь тут Киришима, щеки Сэро были бы, как минимум, одного цвета с его волосами. –Ханта! Ну посмотри на меня! Ну, или... Просто дай мне себя поцеловать! –Что ты... - Это сработало. Сэро посмотрел на Каминари, и тот, обхватив руками шею первого, правда поцеловал его. От такого нахальства со стороны Денки и от абсолютного отрицания ситуации, бедному Ханте ничего не оставалось, как хватать ртом воздух, которого вдруг стало совсем мало, и тупо смотреть на улыбающегося во всю друга, который уже успел поудобнее устроится на многострадальных коленях. –Что это?.. Что ты?.. Да как?.. -Все, что смог сказать Сэро. На большее не хватило воздуха и сил. –Ха-ха, Серо, ты сейчас такой милашка! Но, знаешь, если ты скажешь, что тебе не понравилось, то я обижусь. Я, значит, целую своего любимого, а ему не нравится! Как так можно, а? –Эй, я не говорил, что мне не понравилось! Наоборот... Стоп. Ты сказал:"любимого"? - Никогда ещё Ханта не краснел от собственного вопроса. Настало время это исправить. –Ну да, я ведь люблю тебя. Логично, что я буду называть тебя "любимый", разве нет? Я же вкрашился в тебя еще с начала первого года! Знаешь, если ты мне откажешь, то даже не знаю, что я с собой сделаю. Может, приму ванну с феном в обнимку... –Денки! Боже... - От переизбытка чувств у Сэро закончилась вся его почти нескончаемая энергия, поэтому все, что он сделал - это положил голову на грудь Денки и просто слушал его сердцебиение. Оно такое успокаивающее, немного быстрее, чем нужно, но это можно было объяснить. Тем временем Денки взял руку Ханты и то прижимал ее к себе, то клал на свои волосы, то целовал... Короче, делал все, что душе угодно. –Так... Ты мне не откажешь, правда, Ханта? –Правда.

***

Когда действие причуды, наконец, прошло, Вы даже не представляете, какой стыд испытывал Денки. Сначала он хотел соврать, что забыл всё, что было, и прикинуться невинной овечкой, но потом понял, что театр - не его. –Ты мог меня остановить! Мог ведь, Сэро! –Да!? Каким это образом? Я только наклонился, как ты меня поцеловал, что я мог, скажи на милость, сделать?! Да и тем более, какая теперь разница? –Да вообще никакой! Тебе вот - никакой, а мне стыдно! –Какие мы белые и пушистые, умереть можно. Стыдно ему, тоже мне, отмазка! –Но... Но... Ханта! Черт, как я мог влюбиться в тебя?! –Ха-ха, вот чего не знаю, того не знаю. А теперь дай мне поцеловать тебя, любимый. - Сэро одарил Денки его фирменной улыбкой, от которой, Сэро знал, Каминари был без ума, и разрешал делать все, что угодно. Вот и в этот раз он ничего не сказал, а лишь приблизился, кладя руки на плечи его парня. Ханта никогда не любил злодеев. Это понятно, он ведь будущий герой, но, черт возьми, храни Бог, в которого Ханта не сильно-то и верил, того злодея, что по судьбоносной случайности попал своей причудой в Каминари. Ведь благодаря этому злодею у Серо есть Денки, а у Денки - Сэро. И будут они друг у друга очень долго, Ханта знал.