Глава 13
12 февраля 2019 г., 17:32
Я сидел на диване и читал дневник Анны. На часах было только пять утра, но спать совсем не хотелось. Я тихо встал с кровати, дабы не разбудить Джеймса и вышел в гостиную.
Не то чтобы мне сильно хотелось читать ее дневник, но другого занятия я просто не мог придумать. Хотя, когда прошло тридцать минут я закинул это дело, погружаясь в свои мысли.
Мне нужно было все обдумать, рано или поздно и сейчас я мог спокойно сделать это.
На самом деле, не нужно было не о чем думать, но едва ли такое могло прийти мне в голову.
Все было хорошо и плохо одновременно. Почему? Потому что тогда я был полным придурком, вот почему.
Я задумался, в который раз, над тем, что происходит между мной и Джеймсом. Все было хорошо, но было одно «но». Я ведь не любил его. Не знаю почему, просто у меня не было к нему каких-то чувств, хоть отдаленно напоминающих любовь. Я прекрасно понимал, что он мне нужен, я привязан к нему. Это было что угодно, только не любовь.
Логично было задаться вопросом, что такое любовь, но я им не задался.
До вчерашнего вечера меня все устраивало, но, когда Джеймс рассказал о том, что ему пришлось пережить, я засомневался в правильности наших отношений. Мне было жаль его и в какой-то момент начало казаться, что он заслуживает большего. Он заслуживает человека, который будет любить его всем сердцем. И не важно даже парень это или девушка, просто этот человек должен любить Джеймса, а не как я.
И от осознания этого становилось грустно. Мне было хорошо с ним. Мы понимали друг друга в какой-то мере, у нас было много общего. Но, черт возьми, он заслуживал большего.
И ирония была в том, что Джеймс думал точно также по отношению ко мне. Только узнал я об этом несколько позже.
Наверное, было бы неплохо приготовить завтрак, конечно, если было из чего готовить, в чем я сильно сомневался. Можно было сходить в кафе напротив, у них всегда очень вкусные черничные маффины, но оно открывалось только в восемь утра, а еще не было даже шести.
В какой-то момент мне стало холодно. Несмотря на то, что стояло начало мая, погода на Восточном побережье не радовала теплом. А отопление в домах давно не работало.
Я решил вернуться в постель и попытаться уснуть, было бы неплохо поспать еще хотя бы час. Пускай сегодня у нас и не было рейса, но все же.
Я тихо вошел в спальню, стараясь не разбудить Джеймса и осторожно лег в кровать. Я повернулся к нему лицом.
И вместо того, чтобы пытаться уснуть, я смотрел на него. Кажется, я уже говорил, что Джеймс был красивым. Трудно сказать, что ему было тридцать шесть. О возрасте говорили разве что едва заметные морщинки в уголках глаз.
Возможно, он был идеальным, а может и нет. На самом деле Джеймс был не так однозначен, как могло показаться. И если бы мы не вышли за рамки отношений коллег, я бы никогда не подумал, что он такой. Джеймс скрывал то, что он на самом деле из себя представляет и я, наверное, понимал почему. У него были на то причины.
А ведь в самый первый день моей работы в Американ Эйрлайнс, двадцать седьмого марта, он мне совсем не понравился. Я представлял человека, с которым мне придется летать первое время несколько иначе. Совсем иначе.
И, возможно, было бы неплохо, если бы мы с ним никогда не встретились. Наверное, думать так было очень глупо, ведь если бы не он, я бы прыгнул с балкона. Хотя, если бы мы не встретились Джессика Канингем не умерла бы, и авиакатастрофы бы не было. Вроде это называется «эффект бабочки».
Но глупо было отрицать, что он не только спас мою задницу от встречи с асфальтом. Он дал мне намного больше. Казалось бы, прошел всего один месяц, ничтожно малый срок, но этот месяц изменил мою жизнь. Уже ничто не будет, как раньше.
И я рад этому. Моя жизнь была таким дерьмом до встречи с Джеймсом и после этой встречи она стала лучше. И я хотел, чтобы так продолжалось и в тоже время мне было жаль Джеймса.
Это замкнутый круг. Все хорошо и плохо одновременно.
Потом я кажется уснул. И проснулся в девять утра, может даже позже, я не смотрел на часы.
Джеймса не было.
Я встал с постели и, поспешно натянув домашние штаны, вышел из спальни. Джеймс сидел на диване с чашкой кофе и что-то читал в телефоне.
— Доброе утро. Ты как? — спросил Джеймс, заметив меня.
Я немного удивился такому вопросу, но ответил, что все хорошо.
— Хочешь я заварю тебе кофе или чай?
— Нет, спасибо, я сам справлюсь, — улыбнулся я и ушел на кухню, закрыв за собой дверь.
Что-то изменилось со вчерашнего вечера. Почему-то мне хотелось обнять Джеймса, сказать, что все будет хорошо. В общем, мне хотелось его пожалеть. Благо, я понимал, как это будет глупо выглядеть. Серьезно, прошло двадцать лет, ему это не нужно.
Я сделал зеленый чай без сахара, взял кружку и вернулся обратно в гостиную.
Я сел на диван, рядом с Джеймсом, нечаянно пролив горячий чай на футболку.
— Эван, обещай, что не будешь жалеть меня, — сказал Джеймс, в упор посмотрев на меня.
— С чего ты взял, что я…
— Это заметно, — перебил меня Джеймс. — Не надо, просто не думай об этом, ладно? Я хотел тебе рассказать, но ты мог отказаться, я же спрашивал, хочешь ли ты услышать это. Я прекрасно понимаю, почему ты не отказался, но даже если так, ты знаешь правду, но это ни на что не должно влиять.
— Обещаю, — сказал я. Это была ложь.
Больше мы не разговаривали. Прошло где-то пять минут прежде, чем Джеймс сказал:
— Здесь душно, может открыть окно?
— Хорошо, — сказал я, встав с дивана.
Открыть можно было только дверь на балкон, окна не открывались. Я хотел повернуть ключ, который всегда торчал в замочной скважине, но дверь оказалась открыта. Если учесть, что последний раз я был на балконе несколько недель назад, то, неужели дверь была открыта все это время. Странно, что меня до сих пор не ограбили. Хотя, едва ли кто-то додумается лезть на одиннадцатый этаж. И все равно, оставить дверь открытой было слишком беспечно.
Я распахнул ее, но вместо того, чтобы вернуться к Джеймсу, вышел на балкон. Когда я посмотрел вниз у меня почему-то закружилась голова, пускай высота была не слишком большой. К тому же я не боялся высоты. Смешно, да, работать пилотом и боятся высоты?
Дело было скорее в воспоминаниях, связанных с этим местом. Да, я опять вспоминал тот день, когда хотел покончить с собой.
Я прикоснулся к холодному ограждению, вспоминая, как стоял по ту его сторону. Мне вдруг начало все это казаться ужасно глупым. Я хотел прыгнуть с балкона из-за того, что в авиакатастрофе погибли люди и я чувствовал себя виноватым, ну и еще по нескольким причинам. Не то чтобы это было глупо, глупо скорее было то, что, если бы я прыгнул, ничего бы не изменилось.
Я бы просто перестал существовать, ну и что? Моя смерть ни на что бы не повлияла, от нее не стало бы легче, тем, кто погиб в тот день, даже если бы они погибли по моей вине. А если учесть, что они погибли по вине технической неисправности, то это глупо вдвойне.
Но я не умер и это все равно ни на что не повлияло. На самом деле человеческая жизнь ничего не значила в масштабах вселенной и это, черт возьми, было глупо.
Какой вообще был во всем этом смысл? Я мог бы умереть в тот вечер и это ни на что бы не повлияло, может было бы даже лучше. Я все равно когда-нибудь умру, все когда-нибудь умрут.
— Что ты там делаешь? — спросил Джеймс, выходя на балкон и отвлекая меня от размышлений на «вечные» темы.
— Ничего, — пожал плечами я.
Он подошел к краю балкона и стал напротив меня. Я не ожидал, что он тоже вдруг решит поговорить о моей неудавшейся попытке суицида, но тем не менее он начал это разговор:
— Ты придурок, — сказал Джеймс, глядя вниз. — А я ведь реально подумал, что ты шутишь, когда ты сказал, что пытался убить себя. Это ведь точно была не шутка?
— Нет, — вздохнул я. — У меня почти получилось и, если бы не твоя визитка, я бы сделал это.
— Зачем? Неужели у тебя не было причин, чтобы жить дальше?
— Извини, я понятия не имел, что тебе есть до меня дело, — усмехнулся я.
Джеймс опустил глаза в пол. Конечно, он был польщен тем, что моя единственная причина, чтобы жить — это он. Хотя все было не так, у меня вообще не было причин, чтобы жить, разве что небо. Ведь именно с ним мне не хотелось расставаться.
— Обещай, что больше никогда и ни за что, не будешь пытаться убить себя, — сказал Джеймс.
Он в упор посмотрел на меня.
— Ладно, — пожал плечами я. Кажется, я не относился к этому с той же серьезностью, что и он.
Джеймс глубоко вздохнул, посмотрев вниз, а потом вновь на меня.
— Эван, — обратился он ко мне.
— Что? — спросил я, положив одну руку на холодное ограждение балкона, а другой откинув волосы со лба.
— Я люблю тебя.
От этих слов у меня перехватило дыхание. Я знал, что он скажет мне это когда-нибудь, но не был готов к тому, что это произойдет сейчас.
Мои пальцы крепче сжали ограждение балкона. Я вообще не знал, что сказать в ответ. И я мог бы соврать, сказать, что тоже люблю его, но врать не хотелось. Джеймс не заслуживал, чтобы его обманывали. Поэтому я просто сказал правду, сказал так, как оно было на самом деле.
— Ты мне нужен.
Я ожидал, что Джеймс что-то ответит, но он так ничего и не сказал. Теперь я понимаю, он не требовал, чтобы я любил его, но тогда мне было страшно. Хотелось, чтобы все осталось, как раньше.
А потом Джеймс обнял меня. Я закрыл глаза. С одной стороны, все было в порядке, но почему-то мне казалось, что ничем хорошим это не закончится.
