Форма Черепа

«Твоя красота- всего лишь форма твоего черепа». В последнее время эта мысль плотно засела в голове Гэвина. Он бросил работу в департаменте и большую часть своего времени проводил в захудалых барах или ночных клубах. По правде говоря, с работы пришлось уйти из-за странностей. Странностей, которые он стал подмечать в себе. От страшных убийств с развороченными кишками, отрубленными руками или ногами больше не воротило- это цепляло. Заставляло задержать взгляд на жертве, заглянуть в налитые ужасом стеклянные глаза.А главное- это нестерпимое желание дотронуться до головы. К психиатру Гэвин, конечно, не сходил. Потому что в одну ночь окончательно сошёл с ума. Это была волшебная девушка. Острые ключицы, большие глаза, нежные слова. Она была так красива и полна жизни, как никто не был. По крайней мере, в ту ночь. Рид был так пьян, что вряд-ли вспомнит, как затащил её в постель. Кажется, он сказал что-то вроде «Малыш, я хочу подарить этот вечер тебе» или «Позволь мне продемонстрировать тебе свою змею». Зная себя, сейчас он бы мог с уверенностью сказать, что это точно было второе. Видимо, красавица тоже была пьяна в хлам- иначе объяснить её согласие он не мог. А ведь он даже не узнал её имени. Но об этом он задумается гораздо позже. Гэвин целовал шею девушки до тёмно-фиолетовых засосов, зарывался в её волосы дрожащими пальцами, спускался к изгибу бедер. Она стонала от удовольствия и только крепче обхватывала его плечи. В какой-то момент всё пошло не так. Все его мысли крутились только вокруг её головы. Идеальная форма черепа. Такую нужно оставить себе. Надо забрать себе. Под предлогом удалиться за наручниками, мужчина заглянул на кухню, захватив первый попавшийся нож. Рид приковал её прямо к постели. Она поняла всё слишком поздно. Девушка кричала, но, кажется, Гэвин не слышал. Он лишь сжал рукоятку ножа и резко перерезал ей глотку. Тишина. Ручейки крови стекают на чистую простынь. Сейчас кровь заполнит горло. Нужно успеть до этого момента. Рид быстро уносит бездыханное тело в ванную, оставляя капельки крови по пути. Осторожно,но резко отрывает голову от позвонка и срывает скальп. Тем же ножом выковыривает глаза, очищает глазницы и терпеливо удаляет каждый кусочек кожи. А дальше он не помнит. Но даже от этого короткого воспоминания появляются смутные, противоречивые и страшные мысли. Куда он дел труп? Что теперь будет? Он не знает. Любуется на округлый череп на пустой книжной полке и хочет ещё. Хочет убить человека. И поставить его череп на полочку. Да, в ту ночь он точно сошёл с ума окончательно. Тело находится много позже. После, кажется, уже пятнадцатого убийства, детектив Ричард во время преследования грабителя натыкается на изуродованный труп без головы. Гэвин знает об этом. Уже два месяца, как он положил глаз на полицейского. Волшебные острые скулы, поджатые губы, идеальный подбородок. Это был бы венец коллекции. Это тело могло бы сблизить их. Рид уверенной походкой направляется к детективу, прокручивая фразы в голове. - Здравствуйте, вы из полиции? - дежурный вопрос, так, для затравки. - Да, у вас что-то случилось? К сожалению, вам придётся подождать и отойти на несколько метров, это место преступления. - Её убили не здесь. - Откуда вы знаете ? - Я как раз по этому делу. Вчера видел какого-то мужчину, который ошивался рядом с трупом. Было довольно поздно и я побоялся выйти на улицу, к сожалению, я не очень хорошо разглядел его лицо. Отлично, начало положено. Теперь его сделают свидетелем. И он вполне может попросить встречи в неформальной обстановке. А потом положить ещё один череп на полку. Идеально. Вот только Рид не учел, что дело станет висяком - он же и есть убийца. Неформальных встреч было гораздо больше. Чашечка кофе с утра, совместный ужин. Кажется, встречи стали свиданиями. И Гэвин влюбился в того, кто должен был стать его жертвой. Теперь он не думал о Ричарде, как о новом черепе на полке. От мыслей, как он вырежет ему глаза, снимет кожу, сострижет волосы и расчленит на запчасти теперь становилось тошно. Молодой детектив был так красив, необычен и скрытен, что хотелось большего. Хотелось просто держать его за руку, плавно водить рукой по щеке, встречать поцелуем и приносить завтрак в постель. Хотелось любить его, зная, что чувства взаимны. Хотелось быть нежным и обходительным до глубины костей, называть его солнышком, зайкой, котенком, малышом и всеми вот этими милыми словечками, лишь бы донести привязанность. Ричард был очень холоден в их отношениях. Никогда не приносил цветы или конфеты, не говорил, что любит, не целовал первым. Но Гэвин был спокоен на этот счёт. Главное,что никогда не отталкивал, был не против секса и занимался бытовыми вещами, давая Риду отдохнуть. Хотя да, это немного донимало. Однажды, слегка подвыпив, Гэвин взбесился и решил навестить партнёра с вопросами, да и вообще рассказать, что он его очень любит, а этот болван ведёт себя как стирательная машина и секс-игрушка в одном лице. «Где чувства, еб твою мать?» Конечно, сначала нужно было драматично бросить в него букетом цветов. Зачем? Ну, так вроде-бы романтичнее... Рид заглянул в круглосуточный цветочный, а после на трамвае дотелепался к дому своего избранника. Алкоголь слегка выветрился из головы, мысли стали более четкими, появилось осознание происходящего. «Так оно даже лучше» - пронеслось в голове. Глухой стук в дверь, кажется, отозвался эхом во всей квартире. В этот момент мужчина вспомнил, что они никогда до этого не бывали у друг друга дома. Мда, не самая лучшая причина для первого визита. Спустя три минуты дверь осторожно, медленно отворилась наполовину. Ричард не казался заспанным, хотя время уже шло к четырем часам утра. Он только мягко улыбнулся Риду. И открыл дверь полностью. За его спиной виднелся металлический стол, горизонтальный холодильник, какие-то ящички с инструментами и шкаф...с черепами на полках. Гэвин хотел что-то сказать. Но он уже не помнил что. Букет выпал из рук, ноги не слушались. Кажется, он попытался закричать, но получилось не особо. Всё, что он любил, единственный, кому он доверял. Кажется, он плакал, но получилось не особо. Время близилось к рассвету. На полке Ричарда стоял новый, ещё тёплый череп. «Но именно так всё это выглядит без любви».