Уродливый.

Папа поглаживал своего сына, которого уже во всю трясло от подступившего желания, по спине. Эзра успел отметить, что в этот раз боль была не такой сильной, но желание было намного больше. Ему очень хотелось ощутить в себе альфу. До безумия хотелось. Приехав домой, отец, предварительно впихнувший себе в нос ватные тампоны, взял на руки своего сына, что уже еле стоял на ногах и отнёс в его спальню, сразу же покидая комнату. В это время папа побежал в их с мужем спальню и, взяв парочку своих игрушек, притащил сыну, положив их рядом с ним на кровати и, поцеловав бедного течного омегу в лоб, удалился. Первое время, когда Эзра пытался впихнуть в себя вещь, принесённую папой, было больно и неприятно. Но это только сначала. После, его зад привык и парень стал получать удовольствие. Игрушки, конечно, не заменили собой альфу, но позволяли кончить, отчего становилось легче и желание на время спадало. Так и прошло три дня. Течка, наконец, закончилась и Эзра, после окончания течки проспавший ещё, как минимум часов 9, поднявшись со своей кровати, посмотрел на погром, устроенный в комнате. На полу валялось всё: постельное бельё, подушки, книги, упавшие с книжных полок, одна из игрушек папы (вторая лежала на постели омеги), листы бумаги, статуэтка кота, что стояла у Эзры на полке с самого его детства, да одежда. Этот хаос не понравится юноше и он стал собирать всё, расставляя и раскладывая по своим местам. Игрушки, что были вручены ему его любимым родителем, были тщательно отмыты и уложены в непрозрачный пакет. Надо будет вернуть—думал омега. Эзра одел на себя короткие шорты, короткий топ, в которых обычно ходил по дому и подошёл к зеркалу. Он с отвращением посмотрел на шрам на своём лице, прикрыв его рукой. Казалось бы, небольшой шрам, а альфы бежали от него, как от огня. Сейчас юноша просто хотел оказаться там и не выжить. Умереть. Ведь теперь ни о какой любви речь и идти не может. Его муж—редкостная сволочь. А разводы не предусмотрены. Женился—значит навечно. Всю жизнь ему придётся прожить с этим подлым альфой. Пересилив себя, омега умылся, а затем взял в руку расчёску, причёсывая свои волосы, что были до плеч, с одной стороны аккуратно накидывая чёлку поверх глаза, чтобы спрятать за ней шрам. И почему он не додумался так сделать, когда ехал на встречу с мужем? Может, так бы альфа хотя бы присмотрелся к нему, как к личности, а не как уроду со шрамом. Хотя, Эзра с трудом верил в то, что Аарон мог судить по внутреннему миру человека, а не по внешности. После того, как волосы идеально были распределены, скрывая под собой шрам, омега вышел из своей комнаты, направляясь на кухню, откуда пахло чем-то вкусненьким. Юноша чуть ли не вбежал на кухню, собираясь спросить об источнике этого запаха, но замер в дверном проёме. За столом, помимо родителей Эзры, сидели ещё два альфы. Как сразу понял омега, Аарон и его отец. После того, как парень оказался на пороге кухни, все устремили взгляды на него. —Сыночек, ты проснулся? Как ты себя чувствуешь? —Н-нормально.—проговорил омега, понимая, что сейчас одет совсем не в ту одежду. Кроткие шорты предательски задирались, открывая вид на его зад, а топик открывал вид на плоский животик Эзры. Парень покраснел, но всё же прошёл в комнату, усаживаясь на своё место за столом, усевшись в позе лотоса. Папа поставил перед сыном тарелку с едой и омега поблагодарил его за старания, но от еды отказался, отодвинув от себя тарелку. Есть не хотелось. Совсем. —Что-то не так?—взволнованно спросил любимый родитель. —Нет, просто аппетита нет. —Не пугай меня. Папа не стал заставлять сына есть через силу. Взрослые начали что-то обсуждать, а Эзра поднял взгляд на Аарона, что сидел напротив и замер. Взгляд альфы был устремлён на омегу, но презрения в нём было не так много, как раньше. И парень знал причину этого. Нет шрама—нет проблем. Но стоило юноше завести волосы, что свисали над глазом за ухо и он заметил, как Аарон отвёл взгляд. Зря подумал, что заинтересовал его. Ещё минут 15 послушав разговоры старших, и даже не спросив о причине визита, омега поднялся со своего места и оттянув шорты вниз, быстрым шагом прошёл в гостиную, где завалился на диван, включая телевизор, укутавшись в одеяло. Сейчас он понимал, что это, возможно, его последний шанс вот так вот посидеть. Ведь скоро Эзра снова отправится в дом своего мужа и будет жить уже там, где так полежать в гостиной на диванчике, скорее всего, не выйдет. А на кухне младшего альфу уже выталкивали идти следом за омегой и постараться подружиться. Но Аарону эта идея не нравилась. Он не хотел общаться с ним. Но через несколько минут уговоров альфа всё пошёл следом за омегой. Юноша лежал на диване, всё так же укутаный чуть ли не с головой в одеяло, смотрел телевизор и... плакал. Заметив вошедшего Аарона, Эзра вытер слёзы со своего лица. —Чего припёрся? Ещё поиздеваться захотелось? Давай, валяй. —Меня твои родственники сюда отправили. Альфа уселся на диван, так же, как и тогда на балконе, развалившись на нём. Омега поднялся, не понимая, почему он решил занять место именно на диване, ведь помимо него есть ещё два кресла. Эзра тут же поднялся с дивана, потянув за собой одеяло, но оно было придавлено тяжёлым Аароном. —Поднимись. —А то что?—он ухмыльнулся. Юноша лишь прикусил губу. И вправду, а то что? Бросив свою попытку отобрать одеяло, он развернулся и собрался пойти к себе в комнату, как его схватили за руку и резко повалили на диван. —Какого чёрта ты делаешь? —Ты ведь пытаешься сооблазнить меня своими короткими шортами, м? Заставить трахать тебя и день и ночь. Не так ли, муженёк?—альфа даже тихо засмелся. А вот омеге было не смешно. Не хотелось быть изнасилованным в собственном доме. Да вообще быть. Существовать не хотелось. —Я же урод, как меня можно трахать? И Эзра посмотрел в глаза Аарона, что уже навис над ним. —Если спрятать уродливую часть твоего лица, то вполне можно. Тело-то у тебя хорошее. Альфа улыбался ровно до тех пор, пока не почувствовал на груди удары кулаками. Омега плакал, ударяя по груди альфы своими кулачками. Он вкладывал в них всю обиду и боль, что накопилась за всё то время, прошедшее со дня аварии. Эзра бил не щадя, сильно, но казалось, что Аарон ничего совершенно не чувствовал. Было у него такое лицо, словно камень. Бесчувственное. Но на самом деле альфа почувствовал, как внутри что-то сжалось, когда увидел омегу в таком состоянии. Он просто не понимал от чего начало так болеть в груди. Юноша уже начал кричать и Аарон всё тем же взглядом смотрел на Эзру, пытаясь понять, от чего такая реакция. Через время альфа услышал шаги по коридору и слез с дивана, становясь возле него. В комнату вбежали взрослые и, увидев эту картину, уставились на Аарона. —Это ты его обидел?—серьёзным тоном проговорил глава семьи Кауфман. —Нет. Он сам рыдать начал. Я ничего не делал, да и обидного ничего не сказал, вроде. —Ты сказал что-то по поводу его лица?—тихо спросил папа омеги, проходя к своему сыну. —Да. Больше вопросов к альфе не было. Теперь была ясна причина истерики юноши. Папа сел рядом со своим сыном, начиная поглаживать того по голове. —Убирайся.—сказал Исаак, вложивший в это слово всю злость, которая медленно накапливалась внутри него, даже не посмотрев на альфу. Ярон недовольно посмотрел на Аарона, что всё так же стоял на своём месте и с недоумением смотрел на плачущего мужа и омегу, пытавшегося успокоить его. —Я неясно сказал?—в этот раз мужчина обернулся и зло посмотрел на мужа своего сына. Такого он точно терпеть не намерен. Как вообще можно было довести его сына до такого? Альфа всё же двинулся в сторону выхода из гостиной. Ярон, всё это время стоявший молча, заговорил: —Простите нашего тупоголового сына.—и уже переведя взгляд на Эзру, который потихоньку стал успокаиваться.—Не слушай его, он постоянно говорит подобное. Альфа попрощался, развернулся и последовал за сыном, в машине долго читая нотации своему дитю. Омега, всё так же лежащий на диване и укутанный в одеяло, уже почти не плакал. Возле него сидел его папа, а отец присел на полу возле дивана и потрепал сына за волосы. —Ты как?—спросил альфа. —Н-нормально.—сказал омега и прикусил губу, понимая, что всё вовсе не нормально. —Плакса ты наш.—улыбнулся папа. Так они и сидели вместе, пока Эзра не успокоился окончательно и не вернулся к себе в комнату. Там он прилёг на кровати и уснул, тихонько посапывая. Проснувшись уже под вечер, омега спустился вниз, где сидели его родители и смотрели какой-то документальный фильм по телевизору. Юноша подошёл к ним и, стоя возле дивана, тихонько спросил: —Можно.. я не поеду туда? Парень перебирал пальцы на руках, смотря куда-то в сторону. —Ты туда не вернёшься.-сказал папа, поднимаясь со своего места. —А? —Сегодня я видел достаточно и такому альфе точно тебя не отдам. Старший омега усадил сына на диван и сел рядом. Эзра оказался сидящим между родителями. —Но я ведь.. Теперь мы женаты.. —Ничего, мы что-нибудь обязательно придумаем. Тёплая улыбка папы заставляла омегу тоже улыбнуться. И он, прижавшись к родителю, тоже стал смотреть со старшими фильм, на время забыв о своих проблемах.