Этот лагерь мы никогда не забудем.

Я ушёл из домика на дереве где-то в два часа ночи, в это время Ларри все ещё принимал своих «клиентов», а пьяные люди отжигали под музыку. Я пришёл в комнату, снял с себя эту гребанную футболку и чертовы джинсы, лёг на кровать, мгновенно вырубившись.

***

Я медленно открывал глаза, пробуждаясь. Быстро осмотрев комнату, я не заметил того, кого я ценю. Я не увидел Ларри, спящего у себя в кровати. А если он не у себя в кровати, то значит он в чужой… Я не могу сказать, что я считаю свои чувства правильными. Нет, это неправильно, чтобы мальчик любил мальчика, но и я с собой ничего поделать не могу. Я начал надевать штаны, натягивать чёрную толстовку и обувать кроссовки. Сегодня утром было солнечно и тепло, солнце приятно слепило глаза, дул тепленький ветерок. Птицы пели свои песни, цветы цвели и расцветали. Обычный день. Несмотря на столь хорошую погоду, настроение было у меня мрачное. Голова буквально раскалывалась после вчерашней тусовки Джонсона. Кстати о нем. Когда я зашел в столовую, я не увидел свою любимую рожу. Ну или пока не свою. В столовой много кого не было. Но на то были свои причины. Я подошёл к поварихам и забрал свой завтрак. Им оказалась невкусная каша. Она была соленая и густая. Съев буквально ложку, я почувствовал чужую руку на своём плече. Блять. Это был Трэвис. Он наклонился к моему уху и сказал:  — Чего один сидишь, крошка? — прошептал Трэвис и укусил меня за мочку ушка. У меня пошли мурашки по коже.  — Ты чего-то хотел?  — Ну да. — Трэвис обвил мою шея руками, как бы обнимая. — Можешь угадать чего?  — Я не хочу с тобой общаться, Трэвис. Ты извращенец. — я вырвался из «объятий» Трэвиса и вышел из столовой.

***

Я сидел на кровати и слушал музыку, смотрев в окно. Я наблюдал за резким изменением погоды. Стало пасмурно, где-то вдали слышался гром, наверное скоро гроза. Дул сильный ветер, зеленая листва на деревьях колыхалась. Дождя не было где-то неделю, но похоже он скоро начнется. Спустя время я услышал, как кто-то зашёл в комнату. Это был Ларри. Довольный, красивый и в засосах.  — Привет, — дружелюбно поздоровался он, заходя в комнату.  — Привет, классно выглядишь. — поздоровался я в ответ, не смотря в глаза Джонсона.  — Ты про засосы что-ли? — с улыбкой Ларри. — Красивые?  — Да. Где получил? Я тоже хочу.  — Я вижу же, ты ревнуешь, да? — с улыбкой во все тридцать два спросил патлатый. — Мне просто нужны деньги. Не парься. Говоришь, тоже хочешь? — уже с похотью говорил Ларри.  — Только если от тебя, — засмущался я.  — От меня так от меня, — начал приближаться Джонсон все ближе ко мне. Далее присев ко мне спиной, он обвил мою талию руками и прильнул к моей шее. Первый засос. Второй. Третий. Он начал кусать мою шею и зализывать место укуса языком. Он расстегнул протез. Джонсон пересел ко мне лицом, приложил свои руки к моим щеками и посмотрел мне глубоко в глаза. Посмотрев мне в глаза секунд тридцать, он нежно прильнул к моим влажным губам. Его язык умело переплетался с моим. Этот поцелуй немедленно превращался из нежного в страстный. Вскоре Ларри уже во всю «гулял» под моей толстовкой. Почти не прерывая поцелуя, Ларри уже снял её с меня, оставляя красоваться мой голый торс. Он начал переходить с моих губ на мою шею, целуя ее и кусая. Целуя мою шею, патлатый своими ручонками начал лезть мне в штаны и уже водить своим бесстыдным пальчиком по головке моего члена.  — Ларри, не стоит, — сквозь возбужденные вздохи прошептал я.  — Ещё как стоит, — Ларри снова прильнул к моим губам.  — Ларри, нет, Ларри не надо. Я не готов, я не хочу, — пытаясь безуспешно оттолкнуть, сказал я.  — Ты уверен? — оторвался от меня Ларри и посмотрел в глаза.  — Да, — неуверенно проговорил я.  — Ладно, — он поцеловал меня в носик и ушёл. «Черт, о чем я только думал, это могло зайти слишком далеко... Я мог лишиться девственности, как я бы тогда ему в глаза смотрел! БОЖЕ, как же сильно это смущает! Ладно, я должен успокоиться, но как? Надо пройтись. Куда бы сходить? К Меллисе! Точно пойду к ней.», — думал я. Когда я надел свою толстовку, то вышел из комнаты и направился в номер Меллисы. Когда я стоял перед входом в ее комнату и дернул дверную ручку, то она оказалась закрытой. Ещё несколько раз подёргав дверную ручку, то я заметил, что в прощелине между полом и дверью лежит записка. Еле, как достав ее из прощелины, я начал ее читать: Дорогой Салли, если ты это читаешь, то значит ты заметил, что дверь закрыта и меня нет в номере. Дело в том, что одни из наркоторговцев в лагере предложили мне очень хорошо оплачиваемую работу. Ты, наверное, спросишь зачем же мне деньги, ведь у меня их и так достаточно. Но я тебе позже скажу зачем они мне. Меня не будет около недели. Главное, не переживай. Меллиса  — Что, блять? — подумал я про себя и пошел обратно в комнату. Зайдя к себе, я плюхнулся на кровать и ушёл в глубокие раздумья. И я даже не заметил как в комнату зашёл Ларри.  — О чем думаешь? — спросил Ларри смотря на меня. — Земля, земля, мы вызываем Салли Фишера, — щёлкал руками Ларри, как бы выгоняя меня из раздумий.  — А, что? — встрепенулся я.  — О чем думаешь?  — Меллиса уехала на пару дней куда-то. Ты знаешь ее?  — Конечно, блять, знаю. Она конченная. Не общайся с ней.