Дэйзи

      Давно наступила ночь, мерцали звёзды, и луна горела так ярко, что дом, в котором одиноко у окна сидел мужчина, казался темнее ночи. Всё в его облике и убранстве дома было мрачным, но на лице юноши уже около часа сохранялась лёгкая, так не сочетающаяся с его чертами, еле уловимая улыбка. Он сидел у окна, опираясь одной рукой о подоконник, другой держа бокал крепкого красного вина. Вино было нетронутым, юноша сидел неподвижно, смотря в одну точку на горизонте. Он не был красив, он был худощав и бледен, но что-то в его облике было притягательным. Притягательным как сухое, прогорклое вино, которое с первого раза полюбить почти невозможно, но познав в одиночестве дождливого вечера его наслаждение, уже невозможно забыть. Ничего в его образе и мыслях в ту ночь не выдавало того, что в этом мире есть волшебники, магия, что люди летают на мётлах, трансгрессируют... Всё казалось до боли простым и человеческим. Вино, звёзды, тишина, тепло где-то на поверхности холодной души, скрежет сверчков добавлял большей реальности этой картине.       Юношу звали Северус Снейп. Ему было всего 18 лет,месяц назад он закончил школу. По меркам волшебников он уже больше года был совершеннолетним, но одиночество в душе и неведение того, что ждёт его, не давали ему чувствовать себя взрослым. Он был потерян. Но в тот момент всё казалось ненужным и бессмысленным. Он впервые за много лет был счастлив и непривычность этого чувства заставляла его забыть о том, что длиться предстоит ему недолго. Она была здесь. В этом доме никогда не было так тепло. В этом доме никогда не было любви.       Впервые за последний час Северус сдвинулся с места перевёл взгляд, он лениво стянул с кровати одеяло, прижал его к голой груди и вдохнул его запах. Оно пахло сладким цветочным ароматом. Одеяло пахло Лили. Снейпу хотелось навсегда запомнить этот аромат и заключить в нём воспоминание сегодняшней ночи, лучшей ночи его жизни, лучше всех прожитых дней. Она была здесь. Она оставила здесь своё тепло. Она подарила ему своё тепло, которое, казалось, будет согревать его вечно. Северус снова и снова по кругу прокручивал в голове всё те же моменты: черты её плеч, изгибы талии, огненные рыжие локоны, глаза - всё, всё в ней было так нежно и идеально. "Значит... она могла любить меня... Значит она меня..." - мысли в его голове прервала реальность. Её нет. Она ушла. Улыбка спала с его лица, которое теперь не выражало никаких эмоций. Он в полной тишине взял палочку, трансфигурировал небольшой пузырёк и вытянул прямо из своего уха тонкую голубую струйку памяти. Воспоминание об этой ночи, лучшей и самой больной для его сердца ночи.       Лили больше не вернётся. Теперь только эти слова звучали в его сознании. Теперь тёплые воспоминания обратились в монстра разрывающего в клочья его сердце. И как люди могут говорить, что сердце разбито... Разве оно разбивается? Оно голыми руками разрывается на куски кровоточащего мяса без ножа, без анестезии. А ты остаёшься лежать на холодной земле, пока сердце нарывает и обливается кровью. Он отбросил палочку из чёрного дерева, после подобрал её и разломил на мелкие куски, выбросил их из окна. Никакая магия на свете не может решить проблем, которые присущи людям, и маглам и волшебникам. И какая разница, можешь ли ты летать, колдовать, превращать чайники в черепах. Какая разница, когда самые важные проблемы не может решить ни мировое господство, ни орден Мерлина, какая разница чистой ли кровью обливается твоё умирающее сердце? Эта душевная боль, ставшая уже физической, заставляла чувствовать Северуса себя таким же обычным человеком, как и все вокруг. Он хотел чтобы эта боль умножалась, чтобы от него не осталось ничего. Его убеждения, созревавшие годами, рассыпались на мелкие кусочки, но он не хотел этого признавать, от чего было больнее.       Если бы он не сломал палочку, он бы давно направил её на себя и прокричал: "Круцио!", но палочки не было. Тогда он с силой локтем толкнул стакан вина, он разбился, и красное вино потекло по белому одеялу. Потом Северус самым магловским способом стал избивать себя кулаками оставляя на голом теле синяки. И всё же, убеждения, в которых он сам уже усомнился, - единственное, что оставалось с ним. "Я присоединюсь к Пожирателям Смерти,– решил Снейп,– никчёмный я, сторонник тёмной магии, изгой, никому не нужный фрик, я отдамся им, жалкий и никчёмный. Зачем мне нужна её дружба, когда рядом с ней он. От этого будет ещё больнее." Его и так бледная кожа побелела. Северус взял бутылку вина и стал вливать её в себя с огромной скоростью. Он захотел её наполнить, но вспомнил, что палочки нет.       Ранее в тот день Лили пришла к нему, чтобы проститься. Она приехала домой после последнего года в Хогвартсе, но долго оставаться там не собиралась. Она получила предложение о замужестве от Джеймса Поттера, который презирал Снейпа. Она пришла к Северусу, чтобы простить ему все обиды, сказать спасибо за добрые моменты и проститься. Они были со Снейпом очень близки с самого детства, и их дружба вполне могла развиться в нечто большее, но нежелание Снейпа отказаться от увлечения тёмной магией навсегда оторвало от него Лили. В этом была его главная ошибка, за которую потом он расплачивался всю жизнь, но и винить Снейпа за это тяжело. Скорее стечение обстоятельств, издёвки сверстников, нелёгкая судьба не дали юноше уйти с тёмной дороги.       Лили и сама не знала, зачем она пришла. Их дружбе уже был положен конец. Но всё же, где-то глубоко в душе она надеялась, что Сев откажется от своих планов. Нет, она любила Джеймса и ни на секунду не сомневалась в своей любви, но Снейп был ей бесконечно дорог, и она не могла уйти просто так, не сказав ему ни слова. Однако эта встреча не была обычной.       Лили пришла к Северусу поздним вечером, постучала в дверь. Снейп сразу же открыл. Сложилось впечатление, будто он ждал её там с самого момента расставания. – Привет Сев... - тихо пробормотала Лили. – Здравствуй Лили, проходи, - недоумевающе ответил Снейп. – Я... Я на пару минут, хотела попрощаться, - Лили заметила как на лице юноши проступают слёзы. - Хорошо, я зайду. Лили села на черную софу, смахнув с неё пыль. – Сев...Северус, я знаю, что наши дороги расходятся, и я всё ещё не хочу иметь ничего общего с пожирателем смерти, но знай, если ты когда-нибудь перейдёшь на светлую сторону, сколько бы лет не прошло, просто позови меня, я появлюсь, я всегда буду с тобой, рассчитывай на мою помощь.       Северус молчал. У него пересохло в горле. Он хотел сказать, что самое светлое, что есть и было в его жизни - это она, и если бы она была рядом, если бы он мог никогда её не отпускать, если бы она никогда не встретила этого самовлюблённого мальчишку, он бы забыл навек о тёмных искусствах, о пожирателях смерти, Волан де морт был бы для него пустым звуком. Но всё было иначе. Он не мог сказать ни слова. Снейп робко подошёл к Лили, обнял её очень тепло. Она не сопротивлялась, казалось, она тоже вот-вот заплачет. Он долго смотрел в её зелёные глаза, а потом неожиданно для себя коснулся своими сухими губами её полных жизни губ. Всё произошло молниеносно. Никто из них не понимал, что делает. Вся любовь, всё тепло, вся нежность, что копилась в них многие годы, торжествовали в этот момент. И вот уже через мгновение, они такие светлые и юные лежали на мрачной кровати Снейпа, это была любовь, настоящая и искренняя. Будто многие годы они молчали, а тут смогли сказать всё, что копилось в их душе, и не нужно было слов.        Они и не заметили, как наступила глубокая ночь. – Всегда, слышишь, всегда ты будешь со мной, будешь моим светом во тьме, -прошептал Снейп. – Прости, Сев... Это было последнее, что Северус услышал от неё. Она виновато на него посмотрела и растворилась также быстро, как и появилась.       Вспоминая это, Снейп,уже избитый и мокрый от слёз, лежал на полу свернувшись в клубок как ребёнок. Казалось наступила тьма, которую не смогут осветить даже самые яркие звёзды. Он захотел убить себя своей же палочкой, но вспомнил, что её нет. Вдруг дверь скрипнула. Прокралась надежда, что Лили вернулась.       "Сссеверус,– послышался голос у двери, – я знаю, ты ищешь это..." У двери стоял довольно молодой и красивый человек, но с отпечатком самой смерти на лице. Он был бледен, но бледен не так естественно, как Снейп. Его глаза излучали еле заметную красноту. Это был сам Волан Де Морт. Он протянул Северусу палочку, которая выглядела также, как и предыдущая, одним отличием была рукоятка, она будто бы состояла из двух частей. Северус молча взял дар, покорно, будто идя в последний бой. Через секунду на его руке появилась чёрная метка.