Никаких сожалений

Люк прислал Хаксу ответ через неделю. «Слова Бена насчет официанта — правда». Хакс закрылся в своем кабинете и перезвонил Люку. — Почему вы утверждаете, что слова Кайло правдивы? — Никаких подробностей в прессе или в интернете не было. Собственно говоря, убийство прошло почти незамеченным. О шарфе знало крайне ограниченное число лиц. Разве что только Бен расспросил кого-то из них, чтобы узнать детали преступления. В ином случае он и есть убийца. Хакс не поверил собственным ушам. Он едва не выронил телефон, так сильно у него затряслись руки. — Забудьте об этом, мистер Хакс, — сказал Люк. — Я уверен, что Бен убил того человека ради эксперимента. — Что? Вы о чем? — Он проверял себя, вот и все. Ради вашего блага, забудьте об этом печальном факте. Парня не оживить, а расследование ни к чему не приведет. Если вздумаете пойти в полицию, то я скажу, что подробности убийства вы узнали от меня, а не от Бена. И подумайте, ведь вы тоже причастны к делу. Вы не сообщили в полицию. Так что живите спокойно. Люк положил трубку. Хакс растерялся. За ужином он угрюмо молчал, не зная, как смотреть Рену в глаза. — Что случилось? — Рен наблюдал за Снежком, который исследовал столовую. Коту понравилась его комната, хотя сначала он долго принюхивался. Рен принес из гаража картонные коробки, почти сразу одобренные Снежком. — Помнишь, мы договаривались не лгать друг другу? — Да. — Ты ведь действительно убил официанта. Все сходится: шарф, нападение сзади, труп на лестнице. Об этом мало кто знал, пресса проигнорировала убийство, в теленовостях тоже ничего не было. Рен вскинул голову, и от его злого взгляда Хакс непроизвольно поежился. — Не хочу об этом говорить, — холодно произнес Рен. — А я хочу. — Почему ты поднял эту тему? Тебе понадобилось десять с лишним лет, чтобы в это поверить? Или птичка напела рано поутру? Хакс, чувствуя себя окончательно разбитым, ответил: — Не имеет никакого значения, кто мне об этом сообщил. Я хочу знать, как мне теперь жить с такой новостью? — Ты пережил тот момент, когда я застрелил грабителя. — Рен помешал Снежку запустить лапу в тарелку. — И не страдал по этому поводу. — У тебя не было выбора, — задыхаясь от слез, сказал Хакс. — Но официант… Это ведь хладнокровное убийство ни в чем не повинного человека. — У меня был выбор. Я мог не убивать грабителя, а выстрелить ему в ногу, например. — Рен продолжил ужинать. — Или в руку, чтобы он выронил пистолет. Но я предпочел стереть его с лица земли. — С лица земли, — эхом отозвался Хакс. — Ты не представляешь, насколько это все ужасно. — Я рассказал об официанте потому, что доверял тебе. Ты не позвонил в полицию тогда, не позвонишь и сейчас. Ничего нельзя исправить. Если я попаду в тюрьму, тебе от этого легче не станет. Хакс вытер слезы. — Лучше бы ты ничего не говорил. Я был слепцом, самым настоящим слепцом. Ты одержим смертью. Сначала хотел убить себя, потом меня. Официант, грабитель и тот парень по вызову. Ты ведь довел его до изнеможения, а потом заставил сесть за руль. Ты виноват в его смерти. — В глазах пролайферов — я массовый убийца, — усмехнулся Рен. — Список моих преступлений растет день ото дня. Наверное, мне пора идти в церковь и каяться с утра до вечера. — Нельзя убивать людей. — Нельзя, согласен, — Рен снова убрал лапу, появившуюся на столе. — Ох ты, животное, проворное какое. Понимаешь, Арми, я должен был себя проверить. — Тебе нравится убивать? — Не очень, если честно. Кайф ощущается в процессе, а потом появляется страх перед разоблачением, судом и тюрьмой. Игра не стоит свеч. Поэтому я больше никого не убивал. — Попытка угробить меня не в счет? Рен насупился. — Я до сих пор не прощен? — Не знаю. — Хакс убрал за собой со стола. — Мне нужно все как следует обдумать. Рен закончил ужин и, пока ставил тарелки в посудомоечную машину, прикидывал, кто подтвердил его слова насчет убийства. «У Армитажа есть знакомый в полиции. Нет, слишком рискованно наводить полицейского на подозрения. Тогда кто? Журналист? Частный детектив? Неплохой вариант. Но возникает второй вопрос — почему Армитаж поднял эту тему именно сейчас? Столько лет молчал и вдруг вспомнил». Рен вышел покурить на веранду, продолжая строить разные предположения, но так ни до чего и не додумался.

***

Ночью Рен заставил Хакса повернуться к нему лицом и спросил: — Хочешь меня? — Нет. — Да ладно. — Рен поцеловал его. — А теперь? — Прекрати. Я хочу спать, — ответил Хакс, тем не менее не отворачиваясь. — А я хочу, чтобы ты меня как следует трахнул, — заявил Рен, снимая с него пижаму. Хакс все еще был сердит на Рена, но как обычно, не мог отказаться от секса. — Только спусти мне в рот, — попросил Рен. Хакс так и сделал — почувствовав, что сейчас кончит, он снял презерватив и переместился выше. — Блядь, возьми поглубже, — пробормотал Хакс, хватая Рена за уши. — Вот так, хорошо. Кончив, он растянулся на кровати, довольно вздыхая. — От кого ты узнал, что я не солгал об официанте? — внезапно произнес Рен. — Твой дядя сказал, — лениво ответил расслабленный Хакс. — Черт! Он выпрямился, сердито глядя на растрепанного Рена. — Ты специально затеял секс, чтобы выманить у меня ответ? До чего же подло! — Подло было со стороны дяди применять свои штучки, чтобы заставить тебя отвечать на вопросы. — Какие штучки? Гипноз, что ли? Ну хватит, это уже ни в какие рамки не лезет! Хакс взял пижаму и ушел в ванную, ожидая, что Рен устроит скандал по телефону. Он прислушивался, но ничего, кроме шума воды, не услышал. Рен спокойно спал, завернувшись в одеяло. Утром Хакс спросил: — Ну что, тебе полегчало? — А тебе? — Рен подал ему завтрак. Снежок то шнырял под столом, то терся о ноги Рена. — Да, — признался Хакс. — Я постараюсь забыть обо всем. — Не стоит подавлять воспоминания. — Рен взял Снежка на руки. — Плохо закончится. Скажем так, мы больше не будем это обсуждать. Что было, то было. Ничего нельзя исправить, но если тебя утешат мои слова, то я сожалею о своих поступках. — Хотелось бы в это верить. — Хакс ревниво смотрел на кота, который разлегся на руках у Рена. — И почему он так к тебе липнет? Я спас его от голодной смерти, а он меня избегает. — Животные не знают, что такое благодарность, — усмехнулся Рен. — К тому же ты отвез его в клинику, где с ним делали разные неприятные штуки. Возможно, теперь ты ассоциируешься с ними. — Да-да, я плохой, — Хакс тоже улыбнулся, — а ты хороший. Ладно, пусть будет так. Ты принял таблетки? Или снова забыл? — Принял. И я не буду ссориться с дядей. Это бесполезная затея. Хакс протянул руку, и Рен слегка сжал его ладонь. — Я простил тебя, — сказал Хакс. — Поверь. И мне стыдно за то, что я бросил тебя в больнице. Рен наклонился, чтобы погладить Снежка, и Хакс не увидел на его лице торжествующей улыбки. — Никаких сожалений? — спросил Рен, выпрямившись. — Никаких сожалений, — согласился Хакс.

***

Миссис Хакс приехала на церемонию бракосочетания. Она подарила Рену и Хаксу несколько видов смазки и коробку презервативов. — Круто! — восхитился Рен, разглядывая флаконы. — Мама! — возмутился Хакс, покраснев. — Это было совсем не обязательно! — Почему? — с невинным видом ответила миссис Хакс. — Дело нужное, ребята. Надеюсь, ты не думаешь, что я не в курсе, как сексом занимаются? Нет? Вот и отлично. Они поужинали в ресторане «Типпеканоэ Плэйс»*. Хаксу захотелось сказать Рену «Не стоит пускать пыль в глаза моей маме», но он промолчал. — Ну тут и цены, — не выдержала миссис Хакс после десерта. — Кайло, дорогой, ты решил меня удивить? — Нет. — Рен выглядел превосходно в белом костюме. — Здесь часто отмечают знаменательные события. Но если вам тут не нравится, то мы переберемся в другое место. Миссис Хакс пожала плечами. — Все в порядке. Медовый месяц планируете? — Даже не знаю, — поспешно ответил Хакс. — Вряд ли. — Ты можешь взять отпуск, — вмешался Рен. — Съездим, например, в Венецию. — О, нет, — запротестовал Хакс. — Там полным-полно туристов. И вообще, к чему это обсуждение? Мы никуда не поедем, как обычно. Рен лукаво улыбнулся и перевел разговор на тему кота. — Арми меня ревнует к этому животному, — заявил он. — Ты преувеличиваешь, — в тон ему ответила миссис Хакс.

***

Вечером Рен поставил Хакса перед фактом: — Париж, аэропорт Шарль-де-Голль, потом поездом в Ренн, оттуда на автобусе в аббатство Мон-Сен-Мишель**. Проживание в отеле «Дю Гесклен»***. — Обалдел ты, что ли? — Хакс смотрел на билеты, борясь с желанием выбросить их. — У тебя есть несколько пропущенных отпусков. Недели хватит, — продолжил Рен. — Сначала надо было спросить, — с кислой миной ответил Хакс. — А куда мы денем Снежка? — Твоя мама здесь немного поживет. Она согласилась. — Рен с такой надеждой смотрел на Хакса, что у того не хватило духу возразить.

***

Через два дня Хакс признал, что Рен не ошибся с выбором места для отдыха. Вид из окон номера был чудесный. Хакс без конца восторгался замком и пребывал в приподнятом настроении до самого отъезда. Ему понравилось все, начиная от номера в отеле и заканчивая экскурсиями. Рен, глядя на довольного Хакса, чувствовал себя на седьмом небе от счастья. В самолете на обратном пути Хакс сказал Рену: — Спасибо тебе за все. Это было великолепно, хорошо, что ты настоял на поездке. — Спасибо тебе за то, что дал мне второй шанс, — ответил Рен, поднося его руку к своим губам. — Кстати, мы можем заняться сексом. — Так это вроде запрещено. — У нас индивидуальная каюта. — Рен хищно улыбнулся. — Так что я могу спокойно тебе подрочить. Или ты мне. — Хотелось бы обойтись без приключений, — произнес Хакс. — Ну ладно, — отозвался Рен, — подожди, пока спать ляжем. Воспользовавшись приглушенным светом на время сна, Рен выполнил свое обещание. — Охренеть, — простонал Хакс, поспешно вытираясь салфетками. — Просто охренеть. А ты? — Я в туалете передерну. — Рен поцеловал его и ушел. Дома их встретили заметно отъевшийся Снежок и миссис Хакс. — Устала я от зимы, — она по очереди поцеловала Рена и Хакса. — Так что прямо сейчас отправляюсь на вокзал. Кайло, не надо предлагать билет на самолет, доберусь на автобусе. Рен, который в самом деле хотел это предложить, только рассмеялся. — Итак, — провозгласил он, проводив миссис Хакс к такси, — кое-кого ждет строгая диета. И это не касается меня или Арми. Снежок, развалившийся на полу в прихожей, только хвостом дернул.