Соперники года

Знаете что самое худшее в жизни? Нет, не попасть под жуткий ливень, забыв дома зонт, и не остаться ночевать в подъезде, так как дверь захлопнулась, а ключ благополучно лежит в квартире… Самое худшее в жизни, по крайней мере для Тэёна — это сидеть рядом с парнем, который тебя ужасно раздражает… — Господи, не улыбайся, дети могут испугаться этой ужасной гримасы, — говорит Джехён, кривя губы и смотря на парня напротив. Улыбка, что всего пару секунд назад светилась на лице Тэёна от смешной истории его, а точнее их общего, друга, мгновенно превращается в оскал, и парень раздражённо произносит: — Ты бы тоже не светился, иначе люди могут неправильно, а точнее правильно всё понять и позвонить в дом престарелых, сказав, что они нашли сбежавшего старичка. Джехён шипит и уже встаёт, намереваясь разукрасить эту довольную ухмылку напротив, но его, схватив за руку, усаживает обратно Лукас — также их общий друг. Вообще, единственное, что объединяет их — это общие друзья. А, нет, ещё взаимная ненависть к друг другу и безграничная любовь к кофе. Они ссорятся практически каждый день, но бодрящий напиток — это святое. И, кажется, если они не испробуют его хотя бы раз в день, то настанет конец света. А по-настоящему хороший кофе, как назло, варят только в этой кофейне. — Я бы показал тебе, в каком месте я «старый», — ухмыляется Чон. — Пусть ты и младше меня, но эти морщины… Эх, Джехён~а, я волнуюсь. За тебя может выйти лишь какая-нибудь пожилая дама. Будете по утрам с палкой гулять, — с наигранным сожалением произносит Ли. Замечая, как в глазах напротив загорается недобрый огонёк, Тэён довольно улыбается. Джехён поджимает губы, явно намереваясь сказать что-то колкое в ответ, но его перебивают: — Хватит, — несколько грубо и серьёзно произносит Лукас, — мы пришли сюда не для того, чтобы снова выслушивать ваши ссоры. — А мы бы могли гулять по парку, вместо того, чтобы чахнуть здесь с вами, — дуясь, недовольно произносит Чону, в который раз помешивая уже давно остывший чёрный чай. — Ну и валите, голубки! — шипит Дже, неторопливо попивая свой напиток. — Ой, себя-то знай! — вставляет Тэён, не удержавшись. Джехён в который раз вздыхает за вечер, а после, довольно и даже как-то по-дикому улыбнувшись чему-то своему, произносит: — Знаешь, ты такой урод, но я бы тебя трахнул! Кажется, что время застывает, но в следующую секунду Ли давится своим кофе, не имея возможности вдохнуть такой нужный, сейчас, кислород. Чону, вздохнув, хлопает того по спине, и Тэён благополучно вдыхает, но понимает, что расслабляться ещё рано… — Придурок, я мог умереть! — хлопнув ладонями по гладкой поверхности стола, вскрикивает Ли, сдерживая себя, чтобы не плеснуть кофе из чашки Лукаса в это смазливое и такое довольное личико. — Что, так понравилась идея? — Дже играет бровями и смеётся с покрасневших щёк своего недоврага. — Я бы не отдался тебе даже за один миллион вон! — протестующе и краснея теперь от злости, говорит Ли, фыркая и продолжая попивать свой кофе. — Неудачная шутка! — А кто сказал тебе, что это шутка? — ухмыляется снова Чон. — Я серьёзен. Твоя задница так и манит, — он мечтательно вздыхает, и Тэён серьёзно бросает в него картонный стаканчик. Но тот, на разочарование Тэ, не долетает до намеченной цели, ведь на пути его ловит Лукас. Баскетболист, что уж тут сказать… Лукаса достаёт эта «беседа», и он уже намеревается выпустить на них весь свой гнев, но его так не вовремя перебивает официант, вежливо кашляя и привлекая к себе внимание. — Извините, — он улыбается, и протягивает Тэёну чашку с горячим шоколадом, и, зачем-то, даёт салфетку. — Простите, но я не заказывал, — удивлённо и как-то виновато отвечает Ли, смотря на напиток перед собой. — Это за счёт заведения, — улыбнувшись так, что по спине Ли пробегают мурашки, говорит парень и подмигивает ему, прежде чем уйти. Удивлённо взглянув на салфетку, Тэён читает вслух: — Хансоль… Рядом оказывается написан номер. — Воу, — вдруг громко вскрикивает Чону, быстро отбирая салфетку, — похоже у нашего Тэённи появился ухажёр! — Пф, — фыркает Чон, раздражённо хватаясь за соломинку, лежащую рядом. — Вряд ли. Не удивлюсь, если это тебе, Чону. Не впервой. — Что значит не впервой? — резко спрашивает Лукас, нахмурившись смотря на Чону. — Ты бы получше за ним смотрел! — усмехается Чон. — Уведут, а ты даже не заметишь. — Нет! — протестующе вскрикивает Чону. — Это дали Тэёну, не мне! — В любом случае, мы уходим, — раздражённо говорит Лу, выходя из кафе и уводя с собой сопротивляющегося парня. — Ему сильно попадёт, — довольно усмехаясь, злорадствует Джехён, но его радость длится недолго, ведь в следующую секунду он видит Тэ, что довольно и слишком счастливо, по его мнению, улыбается, с трепетом держа в руках салфетку. — Фу, убери эту дрянь со своего лица! — спешит всё исправить Чон. — Дети могут испугаться этой ужасной гримасы. — Ты повторяешься, — не снимая улыбки с лица, говорит парень, вставая с места. — Но я даже не буду перечить, так как моё настроение сейчас слишком хорошее, чтобы терять его лишь из-за тебя. Я в туалет. Стоит Ли скрыться с поля зрения, как Джехён быстро хватает со стола салфетку, так некстати забытую Тэ и буравит её взглядом. Да так, что, кажется, если бы он мог испепелять предметы взглядом, то эта несчастная бумага давно уже превратилась бы в пепел. — Хансоль значит… — нахмурившись и сжимая зубы, произносит он, достав из кармана телефон и уже набирая номер. — Алло, Джонни? Ты можешь достать информацию по одному человеку?..

***

Когда Тэён возвращается, то не замечает на столе ни пустой чашки с горячим шоколадом, ни салфетки с важной информацией. — Где она? — буравя взглядом пустой стол, спрашивает Ли, не спеша сесть на место. — Ты о чём? — прикидываясь дурачком, невинно спрашивает Чон, попивая уже давно несуществующий напиток. Чашка пустая, но он отчаянно делает вид, что пьёт. — Где салфетка? — раздражённо повторяет Тэ. — Не знаю, — как ни в чём не бывало отвечает парень. — Может убрала официантка, посчитав это мусором. Тэён тяжело вздыхает, понимая, что не выбьет из этого парня ни одного нормального слова или объяснения и намеревается уйти, но его останавливает странно добрый тон Дже: — Тебя подвести? — Не стоит, обойдусь! — отвечает он, думая, что за такую услугу ему по-любому придется чем-то отплатить. Да и не хотелось терпеть чужой лепет и портить себе настроение, хотя покататься на дорогой прокаченной тачке очень хотелось. Он уже видел, как Джехён доставал ключи и надевал своё стильное пальто, которое, не хочется врать, очень подходило ему. Смотря в зеркало, в надежде поправить светлую чёлку, Тэён замечает в отражении чужую довольную ухмылку и чувствует на своей заднице не хилый шлепок. Запоздало отреагировав на такую дерзость, Тэён, лишь в след слышит громкий, довольный, но такой приятный смех…

***

В эту ночь заснуть Ли мешают навязчивые мысли о таком странном поведение его персонального врага. Все действия Дже сегодня только и делали то, что вгоняли его в краску, и Тэён ненавидел себя за это. Эти нападки скорее льстили ему, чем раздражали. И насколько бы Тэён не хотел признавать, но глубоко в своей безграничной душе, он симпатизировал Дже. Всё же этот юноша, пусть и был младше него, но выглядел старше. Тэён никогда не видел таких красивых людей. Красивых и нахальных! Уж чего-чего, а упрямства и нахальства у Джехёна было не отнять! Именно это и привлекало Ли. Пусть Чон и был богатым, но не избалованным. В нём были манеры, что присущи, к сожалению, не всем людям, пусть и пытался это скрывать. И… пусть они и воевали, но когда ему было по-настоящему плохо, Джехён был первым, кто приходил на помощь… Да, он мог позлорадствовать, стоило Тэ оплошать, но это было лишь показушничество. Таким же, как и «раздражение» Чона… За этими мыслями Тэён засыпает, совсем забывая о несчастном потерянном номере, из-за которого его настроение и упало…

***

— Алло, Чону? — говорит Тэён, надевая пальто и прижимая телефон плечом к левому уху. — Пойдёшь в кафе? — он наконец-таки надевает несчастную одежду и выходит из квартиры, не забыв закрыть за собой дверь на ключ. — Что значит ходить не можешь? Окей… Но знай, если я не перезвоню тебе через час, Дже меня убил… Ну, или я его… Время, за которое он доходит до кафе, проходит быстро. Оказавшись внутри, Ли снимает пальто и смотрит на столик, что находится в самом углу и замечает, что там уже сидит Чон. Мысль о том, что ему придётся провести это время лицом к лицу с человеком, с которым он то и дело ссорится, не приносит большого удовольствия. Но деваться некуда… — Ну ты и долго, — всё же произносит Джехён, стоит Тэ сесть за стол. — Ленивцы и то быстрее. — Заткнись! — сразу грубо отвечает Тэён, хватаясь за маленькое меню, лежащее на крае стола, но перед ним в эту же секунду ставят стакан с горячим шоколадом. В удивлении посмотрев наверх, он встречается с светло-карими глазами официанта, что вчера дал ему свой номер. — За счёт заведения, — горячо улыбнувшись, произносит он, не спеша уходить. — С-спасибо, — робко произносит Тэён, тлея под этим взглядом. Его голос становится выше. — Ты вчера так и не позвонил мне, я ждал, — честно произносит Хансоль, и Тэён задаётся вопросом, когда они смогли перейти на «ты», хотя официант и не выглядит старше его самого. Но внешность, порой, бывает обманчива. Тэён убедился в этом, узнав возраст Дже. — Л-листок… он потерялся, — робко произносит он. — Похоже, ваша официантка унесла его. — Странно… — хмурится Хансоль. — Нам запрещено такое трогать, да и вчера она даже не подходила к вашему столику. Тэён хмурится, всё ещё ничего не понимая и странно косится на, почему-то, также нахмуренного Джехёна и отвечает: — Не могли бы вы написать его ещё раз? — ему требуются большие усилия, чтобы произнести это, и он волнуется, но улыбка на чужом лице, что становится лишь ярче, успокаивает его. — С удовольствием, — произносит Хансоль и уходит, видимо, за бумажкой и ручкой. Тэён ещё долго провожает его взглядом, пока тот не исчезает из виду, и чувствует, как сильно горят его щёки.  — «Не могли бы вы написать его ещё раз?» — передразнивает Дже, и делает вид, что его тошнит. — Фу, ничего более слащавого в жизни не видел и не слышал! — Знаешь, — вдруг серьёзно говорит Ли, — если бы я не знал тебя, Дже, то мог бы подумать, что ты ревнуешь. — А что, если так? — вдруг тоже серьёзно отвечает Чон и намеревается произнести что-то ещё, но их прерывает всё тот же официант, которого парень, теперь, ненавидит ещё больше. — Вот, — Хансоль склоняется над их столом, почти в плотную к Тэ, и Джехёна это очень сильно задевает. Он взмахивает руками, резко разворачиваясь, и случайно ударяет Ли по носу локтем. Страх в эту же секунду одолевает его, и он с испугом в глазах смотрит на Тэ, что болезненно стонет и прижимает ладони к лицу. Сквозь его пальцы просачивается кровь, и Джехён пугается ещё больше, затаивая дыхание. — Сыльги, аптечку, живо! — громко командует Хансоль, осторожно прикасаясь к чужим рукам и отдёргивая их. Кровь капает на стол. — Чёрт, похоже это перелом, нужно вызвать скорую! — говорит он, осторожно прижимая к лицу другого салфетки, что сразу пропитываются свежей кровью. — Вставай, я отвезу тебя в больницу! — Нет, я сам! — наконец сумев взять себя в руки, произносит Джехён, вскакивая с места. — Тэ, пр… — Нет! — резко произносит Ли, в следующую секунду вновь морщась и шипя от боли. — Не прикасайся ко мне! — он смотрит с такой злобой и ненавистью в глазах, какую Чон не видел, когда они даже ссорились. Хансоль уводит Тэёна и садит в машину, но Джехён не собирается сдаваться, беря в руки ключи и следуя за дешёвой машиной официанта, по пути, правда, захватив цветы, ведь, он думает, что так его простят быстрее. Он быстро находит больницу и спешит в кабинет травматолога, держа в руках небольшой, но дорогой букет из самых разных цветов, но они так и не доходят до своего адресата. Заметив в окошке двери Хансоля, что, по его мнению, стоит слишком близко к Тэ, Джехён психует. — Какого, спрашивается, хрена, я должен перед ним распинаться?! — он раздражённо произносит это вслух и кидает цветы в урну, раздосадовано чеканя шаг к своей спортивной машине, но, правда, приезжает обратно через пару минут, теперь держа в руках более большой букет, что стоит намного дороже предыдущего. Заметив, что Тэ один, он спокойно проходит в палату и на ходу произносит: — Прости, это правда было случайно! Тэён смотрит на него с нескрываемым удивлением в глазах. — Я тебе, что, девушка? Какого хрена ты притащил цветы? — говорит он, прижимая ладони к горящим щекам. Одна мысль о том, что Джехён правда волновался и купил их для него, не пожалев деньги, пусть это для него и не проблемы, заставляют Ёна странно, но приятно себя чувствовать. — Хочешь, я выброшу их? — серьёзно спрашивает Джехён, уже направляясь в сторону урны, но его останавливает Ли. — Не выкидывай. Всё-таки жаль, это же деньги, — говорит Тэён и встаёт с места, беря в руки шикарный букет и вдыхая запах свежих цветов. — Ничего не чувствую. — У тебя перелом? — поджимая губы, виновато спрашивает Чон. — Не знаю, доктор еще не заходил, но, вроде нет, уже не больно, да и кровь больше не течёт. — Тогда едем домой, — предлагает Джехён. — Не доверяю я этим дешёвым врачам. Если что найму тебе своего, хорошо? — Окей, — не спорит Тэён. Он слишком устал, — но стоит дождаться Хансоля. — Не стоит! — вдруг резко и громко говорит Дже, хватая Тэ за руку и выводя его из палаты. Домой они едут молча, но вокруг не чувствуется неловкости. Джехён благополучно довозит Ли до дома. — Знаешь, — начинает Тэён, уже выйдя из машины, — а ты милый, когда молчишь. — Постой! — вдруг громко произносит Дже, следом тоже выйдя из машины. — Насчёт сегодняшнего… Правда, мне очень жаль. Я не хотел, — он подходит ближе и смотрит на припухший, но не потерявший своей привлекательности нос, и сдерживает смех, пусть улыбка и прорывается на лицо. Тэёна это оскорбляет, и он собирается уйти, но в самый последний момент его останавливает Джехён, схвативший за талию и прижавший уж слишком близко к себе. Ли пытается вырваться, но, на его удивление, парень оказывается не слабым хиляком, коим выглядит. — Знаешь, — как-то по-хищному произносит Джехён, и Ли видит в его глазах блеск. — Я всегда мечтал сделать это… — парень наклоняется, и Тэён, поняв его намерения, быстро отворачивается, Джехён мажет губами лишь по чужой щеке. Не потерпев такого, Тэён собирает все свои силы и отталкивает нахала, раздражённо, впрочем, не скрывая дрожи в голосе, произнеся: — Я ошибался! Тебе больше подходит быть избалованным нахалом, нежели нормальным, воспитанным парнем! — и уходит после этих слов… Джехён на это ничего не отвечает, провожая чужую фигуру грустным взглядом. А после, вздохнув, садится в машину и уезжает…

***

— Тебе не кажется, что ты скоро лопнешь от такого количества кофе? Это вредно, — в беспокойстве косясь на Ли, спрашивает Джехён, попивая свой собственный. — Знаешь, твоя забота обо мне даже льстит, — отвечает Тэён, довольно улыбаясь и переводит взгляд на официанта, что направляется прямо к ним. — Почему ты сбежал вчера? — с обидой сходу спрашивает Хансоль. — Я волновался. — Были дела, — вмешивается Джехён, но официант даже не смотрит в его сторону, будто там пустое место. Дже это очень сильно злит, и он даже сжимает руки в кулаки. — Я торопился, прости, — так же робко, как и в прошлый раз, произносит Тэён — Спасибо за помощь, я правда очень благодарен. — Что ж… — начинает Хансоль, — Можно пригласить тебя на свидание? — он внимательно смотрит на Ли, с трепетом ожидая ответа. — Нет! — вдруг громко произносит Джехён, кидая на стол чайную ложку, что со звоном падает на жёсткую поверхность. — Я спрашивал не тебя! — отвечает спокойно Хансоль. — Всё равно — нет! — не сдаётся Чон, даже встав с места и уронив стул. — И почему же? — ухмыляется парень, будучи уверенный в своей победе. Ухмыляясь подобно ему, Джехён гордо и уверенно произносит: — Потому что он - мой парень! Тэён, до этого спокойно попивающий кофе, чтобы отвлечься от этой резко накалившейся обстановки, снова давится, но не так сильно, как в прошлый раз. — И почему я в это не верю? — скрестив руки, спрашивает официант, усмехаясь. Ничего не отвечая, Джехён садится на место и тянет к себе опешившего и совершенно неготового Тэ, открыто целуя в самые губы. Кажется, что кровь перестает течь по жилам и застывает. Ли понимает, что сейчас происходит, но не может сопротивляться, да и как-то не хочется. Желания переходят в реальность. Дже целует его нежно, но страстно, не позволяя себе и капли грубости. Уж слишком долго он грезил о этих губах. Тэён отвечает, и это лишь подливает масла в огонь. Наконец нехотя оторвавшись от таких сладких и желанных губ, Джехён шальным взглядом смотрит на место, где всего минуту назад стоял официант, но его там, на его радость, не оказывается. — Что. Это. Только. Что. Было? — произносит Тэён, судорожно ловя красными зацелованными губами ускользающий воздух. — Это был поцелуй, идиот, — отвечает Чон, вдруг получая кулаком по плечу и шипя от боли. — Какого хрена?! — возмущается Ли, глубоко дыша. — Ты мне нравишься! — так же отвечает Джехён. — Причём очень! Тэён вдруг затихает, и Дже внимательно смотрит на то, как быстро краснеют чужие щёки. — Тэён? — он хмурится, боясь услышать ответ. — Т-ты… мне тоже… — робко и совсем тихо отвечает Ли. — О-очень… и давно… Некоторое время Джехён ничего не отвечает, а после, положив свою ладонь поверх чужой, произносит: — Тэён… — Да? — стесняясь смотреть в его глаза, отвечает парень. — Отдашься мне за один миллион вон?