Не солянка, а борщ

      Виен лежала, тяжело дыша, уставившись замутненным взглядом в потолок. Дыхание вырывалось со свистом, распаренное тело начинало слегка подрагивать от холода. Когда флёр прошедшего возбуждения спал, девушка перевернулась набок. Довольная улыбка сияла на лице Чонгука. Каждый раз, когда ему удавалось довести ее до оргазма, гордость хлестала из него фонтанами во все стороны.       Виен фыркнула. Так и захотелось погладить того по головке, приговаривая «кто тут хороший мальчик». Что она в принципе и сделала.       — Я тебе не собака, — беззлобно огрызнулся Чонгук, поймав чужую руку на подходе и сцепив их пальцы в замок, — кстати, а где Чимин?       Девушка неопределенно пожала плечами. Чимин — это их лабрадор, обожающий устраиваться в спальне, как в кинотеатре. Каждый раз, когда они занимались сексом. Где бы этот засранец не находился — ел на кухне, теребонькал свою игрушку в гостиной или еще что, стоило только Виен и Чонгуку начать, то Чимин уже тут как тут. Занимает свое место в углу и пялится оттуда черными блестящими глазами.       Сначала Чонгуку было непривычно. Словно он выступает на сцене под пристальными взглядами судей. Не хватало только табличек с оценками. Чон даже порывался сделать одну и повесить на шею собаки. «10 из 10» так и осталось лежать на его работе, подальше от глаз Виен.       Со временем они привыкли к странностям собаки и перестали обращать внимание.       — Да просто билет не купил, — хихикнул Чонгук, откидываясь на подушку.       — А он на корометражки просто не ходит, — без особой мысли в голове моментально ответила Виен.       Чонгук не разговаривал с ней неделю.