i want you bad

Дженни смотрит на меня сквозь толпу людей, не отрываясь, прямо в глаза. Она сосредоточена на съемке, но ее взгляд на мне. Фотограф что-то говорит ей, она его будто не слышит, ее губы трогает маленькая довольная улыбка. Я улыбаюсь в ответ. Она любит, когда я выхожу из своей роли милашки макнэ. Она любит, когда я становлюсь жадной, ненасытной и оставляю следы на ней. Она любит, когда с ней обращаются грубо и впечатывают в стену, рвя на ней одежду и до боли сжимая ее бедра. А я люблю, когда она становится послушной и буквально тает на моих руках. Меня из мыслей вырывает Джису онни. Я поворачиваюсь и мило улыбаюсь ей, она предупреждает, что я следующая. Мы на фотосессии для какого-то косметического бренда, этих фотосессий так много, что я просто не запоминаю их. Сейчас в объективе камер Дженни - мой величайший грех и мое величайшее благословение - улыбается, приоткрывает губы, склоняет голову, и я медленно схожу с ума. Настолько прекрасной девушкой я обладаю по ночам, и этот факт сводит с ума не меньше. Я снова забываюсь в своих воспоминаниях и мыслях, Джису онни щелкает перед моим лицом пальцами и смотрит с тревогой и немым вопросом в глазах. Я одобрительно улыбаюсь, и хлопаю ее по плечу, чтобы не волновалась. Подошла моя очередь, направляюсь в центр студии, пытаясь выкинуть из головы приоткрытые губы Дженни. Фотограф просит мягко улыбаться и встать профилем, встаю. Просит поднести пальцы к губам для портретной фотки, подношу, приоткрываю губы и смотрю в объектив. На секунду замечаю взгляд со стороны, смотрю на нее и на губах непроизвольно появляется ухмылка. Фотограф в восторге от этого снимка и хвалит за импровизацию, а я лишь думаю о пустой гримерке и этих губах. Просто отлично, что в гримерке такой удобный диван. Она сидит на мне, на ней короткое платье, белье уже валяется у ног, а дверь заперта на ключ. Я целую жадно, размазываю ее помаду, кусаю за нижнюю губу, вырывая у нее стон. Мои руки блуждают под ее платьем, сжимая и поглаживая ее формы, она вжимается еще сильнее. Начинает целовать мою шею, напряжение внизу живота только растет и я чувствую жар в промежности. Я отталкиваю ее, у нее затуманенный и непонимающий взгляд, у нас слишком мало времени для обеих. Вместо ответа срываю с нее это лишнее платье, она подчиняется и теперь она полностью голая. На секунду замираю от вида ее прекрасного тела, она закатывает глаза и шепчет "ближе к делу, манобан". Даже полюбоваться нельзя. Я начинаю выцеловывать ее шею, влажной дорожкой спускаясь к ее груди. Она запрокидывает голову назад и издает сдавленный стон, я вбираю ее сосок в рот и немного посасываю его, а другой рукой сжимаю вторую грудь. "Лиса" Хорошо. Спускаюсь вниз, поглаживая ее по спине, потом переходя на внутреннюю сторону ее бедер. Она вздрагивает от холодности моих пальцев. Я поднимаюсь рукой вверх по ее бедру, поглаживая и чувствуя ее мурашки. Она в изнеможении поддается бедрами вперед, я лишь ухмыляюсь от ее беспомощности и мольбы. Дразню ее, проходясь пальцами у самого входа. Она рычит и кусает меня в шею. Матерится. Резко вхожу в нее двумя пальцами, она выгибается и гортанно стонет. Любит такое. Свободной рукой притягиваю ее и затыкаю поцелуем. Она стонет мне в губы. Знает, как это сводит с ума. И я сама матерюсь от нехватки времени. Она отстраняется и запрокидывает голову вверх в поисках кислорода, я вставляю в нее третий палец. Она держит меня за плечи и впивается ногтями, царапая разгоряченную кожу. В отместку я сгибаю пальцы внутри нее, задевая верхнюю стенку и расширяя ее изнутри. Она ахает от этого действия и до белизны закусывает губы дабы не застонать. Я чувствую как пальцы мои немеют от неудобства и быстрого темпа. Не выходя из нее, я переворачиваю нас и кладу ее спиной на диван. Секунду бездействия я отрабатываю еще быстрейшим ритмом. Дженни хватается за спинку дивана и царапает теперь его. Я наклоняюсь к ней и целую ее распухшие губы. И спустя несколько быстрых ритмичных движений она в сладком экстазе стонет мне в губы, а все ее нутро сокращается вокруг моих пальцев. Я вытаскиваю их из нее и вбираю каждый в свой рот, облизывая их с удовольствием. Дженни снова тянется ко мне, но я лишь оставляю легкий поцелуй на ее губах и встаю с дивана. Но минут через двадцать очень жалею об этом, когда чувствую ее застывший запах на своих пальцах. А мы едем на интервью.

***

Мы никогда не обсуждали то, что происходит между нами. И девочкам не рассказывали. Зачем? Нас все устраивало. Меня уж точно. Но Джен, кажется, нет, потому что одним утром по новостям плывут новости об отношениях Дженни из блэкпинк и Кая из эксо. Мы никогда не говорили о друг друге, о том, кто мы друг другу; о том, что чувствуем к друг другу. Нам просто нравилось проводить время вместе и мы обе получали от этих встреч то, что хотели. И потому не было смысла обижаться или злиться. Пусть я и узнала это из желтой прессы. Я просто не имею право злиться. Так ведь? Потом во второй половине дня узнается, что их отношениям больше двух месяцев. А нашим не обсудившимся более двух лет. И плевать, что у нас не было перерывов и пауз. Никогда. Даже когда ее официальные начались. Плевать. Теперь уж мы никто друг другу. Я благодарна расписанию, что во время этих новостей, он освободился и я была предоставлена самой себе. И еще за то, что Джен заперетили как-либо выделяться и она уехала в родительский дом. Я заставила себя не думать о ней и о наших необсуждавшихся отношениях, и я прекрасно справлялась. Конечно же до определенного момента, до ее приезда. Она, как обычно, войдя с чемоданами в квартиру, прокричала «девочки, я вернулась». Девочки выбежали ее встретить, я тоже с ними, чтобы вопросы не возникали. И правило «будто ничего не было» приняла не только я.

***

Мне стоило хоть кому-то рассказать о ней. Потому что все это необсудившееся и неофициальное съедает меня буквально. Во мне будто грозовое тучи полные дождя и молний, в любую секунду готовые полить. И приносящее безумный дискомфорт и ...боль. Мне стоило поговорить с ней. Но может уже поздно? Расписание начало заполняться из-за подготовки к камбэку. Я рада этому, нет времени думать и чувствовать. Нет времени и поговорить с Дженни, но я и не тороплюсь, впрочем как и она. Все шло, как ни странно очень гладко, правило «ничего не было» работало как нельзя лучше, мы постепенно возвращались в дружеское прошлое. До того момента, как режиссер не решил поставить сцену с дуэтом в клипе, с участием меня и Дженни. Моя мечта в прошлом, месяца два назад, но не сейчас... Отказываться смысла нет. Как и права. И как выясняется мы обе прелестные актрисы, в объективе камер я будто весь ее мир, а она всего лишь любовь всей моей жизни. Но камера выключается через пару часов, мы выходим из ролей, кланяемся, благодарим всех за работу и едем домой. В тишине. Потом по комнатам, усталое «спокойной ночи», запертые двери, и так каждый день. Мне не хватает ни смелости, ни сил, чтобы поговорить с Дженни. А у нее желания. Но поговорить все же надо, потому что мое облако заполнилось до краев. Снова день съемок, уже шестой, второй для сцен с нашим дуэтом. Взгляд Дженни устремленный на меня очень нравится режиссеру, а меня будто разряды поражают, потому что это всего лишь роль, и как только камеры отвернутся она улыбнется нервно, пожмет плечами и начнет всех благодарить. Я злюсь на себя, на свою реакцию на нее, ведь прекрасно понимаю, что все кончено и ничего быть больше не может. Но почему то все еще продолжаю надеяться. Тяжелый день заканчивается в пятом часу. Сонная съемочная группа собирает аппаратуру, девочки устало и из под последних сил поклоняются всем и бредут к машинам. Джису вяло машет по приезду домой и скрывается в своей комнате, Чеен следует ее примеру. Дженни молча уходит в ванную. Неловко. Сейчас сил на разговор нет от слова совсем, но терпеть я тоже больше не могу. Я медленно двигаюсь в сторону ванной, слышен шум воды из под крана, я стучусь в дверь и сразу открываю ее. Дженни стоит, нагнувшись у раковины, увидев меня, удивленно оборачивается. - Не помешала? Да, глупый вопрос, но перейти к главному сразу не могу. Она отрицательно машет головой и смотрит с вопросом. - Я хотела бы с тобой поговорить. Дженни громко делает вдох. Я пытаюсь рассмотреть хоть какие-то эмоции на ее лице, но она отворачивается обратно к раковине. - Не лучшее время, Лиса. - А лучшего не будет никогда. - Тогда может и не надо говорить? Я знала, что она не горит желанием говорить. Но почему то от ее слов становится не по себе. - Как скажешь. Я разворачиваюсь и ухожу в свою комнату. Просто эти отношения волновали только меня. А поняла я это только сейчас. Я со вздохом падаю на кровать, наверное впервые за двое суток. Но спать не хочется совсем. В моей голове слишком много мыслей, от которых я не могу избавиться. Неужели за эти два года я совсем не замечала этого? Я была настолько слепа? Или Дженни настолько превосходная актриса? Но зачем ей столько притворяться? Лишь из-за секса? Я резко сажусь на кровати, снимаю через голову топ и швыряю в сторону. В комнате становится жарко. А телу становится все труднее. Я привыкла к регулярному сексу и теперь трудно не только моему облаку. А еще эта Дженни все еще так свежа в памяти. Настолько, что может... Я растягиваю застежку лифчика и отбрасываю его в след за топом. Руки сразу накрывают верхушки и слабо сжимают. Я ложусь обратно на кровать, слегка массируя свои груди и постепенно возбуждаясь. Может этого и не стоило начинать, но напряженность в теле последнее, чтобы я хотела сейчас. Пальцами я сжимаю соски, скручивая и вытягивая их, и они мгновенно затвердевают. Одной рукой я продолжаю играться с сосками, а другой спускаюсь ниже. Звенит застежка ремня и я приспускаю узкие джинсы на бедра. Пальцами пробираюсь под трусики, чувствуя легкую влагу. Холодность пальцев приятно ощущается на горячей плоти. Я поглаживаю нежные складки, распределяя влагу и волны легкого удовольствия проходятся по телу. Я чуть надавливаю на маленький чувствительный бугорок и из горла вырывается тихий стон. Я закусываю губы, нужно быть тихой. Я вхожу в себя на один палец, сразу надавливая за верхнюю стенку, мою самую чувствительную зону. Сразу же начинаю двигаться быстро и ритмично, хочу быстрее добраться до финала. Вставляю второй палец, потом сразу третий. Волны разряда все больше проносятся по телу, я чувствую, что уже близка. Свободной рукой продолжаю сильнее сжимать грудь. Бедра невольно поднимаются навстречу моим пальцам, я делаю еще несколько движений по стенкам и долгожданный оргазм накрывает меня. Я запрокидываю голову, до боли кусаю губы, чтобы не застонать. - Лиса, я еще...Черт Я бросаю взгляд в сторону двери. Дженни ошарашенно стоит у порога и смотрит на меня. Плевать. Пусть смотрит. Я снова закрываю глаза и вновь начинаю двигать пальцами, которые так и не вытащила. Через секунду слышу хлопок двери. Пошла ты. Я вытаскиваю пальцы и встаю с кровати, чувства от секундного оргазма быстро улетучиваются. Смотрю в сторону двери. Не во время она зашла. И зачем она вообще зашла? Я подхожу к своему шкафу и снимаю спущенные джинсы и мокрые трусики. Беру чистую одежду и полотенце. Сзади снова раздается хлопок двери. Я не успеваю повернутся, как меня припечатывают к стене. - Блять зачем ты это делаешь? Дженни. Она шипит эти слова мне в шею, каждое слово пропитано злобой и такой страстью, что мурашки снова покрывают мое тело. - Делаю что? Она резко поворачивает меня к себе, смотрит в лицо и на мгновение переводит глаза на мои губы и дальше вниз по телу, устоять не может, ведь я стою перед ней полностью голая. Провоцировать ее не хочется, но от ее взгляда все нутро сжимается, как когда-то прежде. И я невольно приближаюсь к ней и закусываю губы, смотря прямо ей в глаза. Ее сдержанность разбивается в секунду, и она притягивает меня к себе, затягивая в поцелуй. Она всем телом прижимается ко мне, ее руки блуждают по моему телу, а мне остается лишь задыхаться и тонуть в ней. Плевать на всех, я ждала и желала этого слишком долго. Ее рука быстро спускается к моей промежности и нащупывает клитор. Она надавливает на него и мягко массирует. От этого движения я запрокидываю голову и пытаюсь сохранить равновесие из-за слабости и дрожи в ногах. Дженни начинает целовать мою шею, как всегда оставляя многочисленные засосы и укусы. Одной рукой она продолжает играть с моим клитором, а второй обнимает меня за талию, помогая устоять на ногах. Что мне очень помогает, потому что когда она резко вставляет в меня три пальца, ноги в буквальном смысле подкашиваются. А от ее ритма подкашивается вся жизнь. Она затыкает меня длительным поцелуем, доводя со всех сторон. И разрядка не заставляет себя долго ждать. Я заставляю себя громко не стонать и вместо этого кусаю ее за плечо. Разряды блаженного удовольствия проходятся по всему телу, что в разы сильнее прошлого оргазма. Она поднимает мое лицо за подбородок и снова целует, глубоко и так сладко. Но вскоре поцелуй снова становится безумно страстным, возбуждая меня снова и еще сильнее. Я толкаю ее в строну кровати, она поддается и послушно падает на кровать. Я нависаю над ней, снова целую. Потом резко спускаюсь к ее джинсам, расстегиваю застежку и медленно стягиваю их с нее, на каждом оголенном участке оставляя поцелуй. И вот когда джинсы уже на полу, я принимаюсь за трусики, я устраиваюсь меж ее ног и отодвигаю тонкое кружево, открывая самое ее сокровенное. Она стекает на мои пальцы прозрачной и самой сладкой смазкой. Я провожу пальцами по половым губам, распределяя влагу и сразу облизываю свои пальцы. Дженни мелко дрожит от предвкушения и легко поддается бедрами вперед. Я раздвигаю пальцами ее складки и провожу языком по всей длине ее промежности. Дженни изгибается и ее руки мгновенно оказываются на моей макушке, сжимая мои волосы. Я активно двигаю языком, то надавливая на ее точки, то посасывая ее складки. - Лисаа...войди в меня Не переставая играть с ее клитором языком, я вхожу в нее двумя пальцами, сразу набирая быстрый темп. Хватка на моих волосах становится почти невыносимой. Дженни пытается заглушить свои стоны подушкой, но у нее плохо получается, а меня это еще больше заводит. Я вставляю в нее третий палец и сгибаю их внутри нее, увеличивая давление на ее стенки. Она кончает с громким стоном, мелко дрожит вокруг моих пальцев. И от этого вида я сама готова кончить еще раз. Я ложусь рядом с ней и целую ее легко. Она поворачивается в мою сторону и обнимает меня одной рукой. Я укрываю ее легкой простыней, думая что она уже устала, но она резко откидывает его и встает. Она выходит из комнаты и через минуту возвращается с моей любимой игрушкой - розовым дилдо. Она хитро ухмыляется и медленно идет ко мне, а я в предвкушении раздвигаю ноги, зная что она может с ним вытворить.

***

Я просыпаюсь в первом часу дня. Выходной. Наконец-то. Как только я встаю, в голове проносятся события прошлой ночи. Я бы подумала, что мне все это приснилось, учитывая то, что снилось мне такое часто и то, что Дженни с утра рядом не оказалось. Но все следы на моем теле и ноющая боль доказывали обратное. Я улыбаюсь своему отражению в зеркале и забирая подготовленные еще вчера вещи, иду в душ. Дженни не оказалось дома. Девочки говорят, что она рано утром ушла куда-то и не сказала куда. Становится неприятно. Будто снова бросили. Я одеваюсь быстро и выхожу из дома, сказав девочкам, что на прогулку. Но я не вру. Я вставляю наушники в уши и включаю первую попавшую песню в телефоне и просто иду по тротуару. Песни сменяются одна за другой, улицы все продолжаются, а время будто остановилось. Я сажусь в дальном углу почти пустого парка и достаю телефон. Отвечаю на сообщения девочек, проверяю соцсети. И.. «Дженни из блэкпинк и Кай из эксо расстались. Причиной стало плотные графики обоих артистов. Официальные объявления агенств.» И сразу приходит сообщение от Дженни. «Нам нужно кое-что обсудить. Ты где?» «В парке» Глупая улыбка не уходит с моего лица. Обсудим.