Причины.

Я... не знаю для чего пишу сюда... просто думаю, мне необходимо успокоиться... я просто хочу поговорить, так что выслушай меня... бесполезный кусок бумаги... хах. именно так... Я не уверен с чего мне стоит начать, как и не имею понятия сколько слёз мне предстоит вылить на эти несчастные страницы потрёпанной временем тетради. Но я хочу рассказать... А начну я с того как мы познакомились... мне было, кажется, лет семь..? Чонгукки был совсем ещё малышом. Ему было пять лет. Мы познакомились так странно, и непонятно, почему мы вообще продолжили общение, потому что... я спас одну из девчонок со двора от него. От милого Чонгукки. Он смеялся, обсыпая лежащего под ним ребёнка песком. Выглядело жутко. Никому из мальчишек не пришло в голову заступиться, лишь несколько малолетних подружек жертвы выкрикивали что-то типа «отстань от неё» и «что ты делаешь?», но... ему было плевать. И тогда мне пришлось вмешаться. А после прибежали родители... крики, суматоха, плач и девчонки, и Чонгука. Тогда я впервые увидел его. Он был таким напуганным. С этими огромными распахнутыми глазами, дрожащими губами и пальцами. Он говорил что ничего не делал, и мне почему-то так хотелось поверить, хоть я и собственными глазами видел, собственными руками оттаскивал... Тогда я и подумать не мог, что этот мальчишка будет значить для меня так много... В следующий раз мы пересеклись, когда я чудом спас его от столкновения со стандартной такой легковушкой. Я впервые закричал на него. «У тебя, что родителей нет?! ты почему по дорогам таскаешься?!» Я навсегда отложил эти слова в своей памяти. Это то что я тогда у него спросил. А он... хмыкнул, да так непринуждённо «ну нет, и что?» Я не знал что сказать. На тот момент мне было не больше четырнадцати. Этот ребёнок был так самоуверен. Он вырвал своё запястье из хватки моих пальцев и, грубо махнув на меня рукой, зашагал в противоположную сторону. А когда же я понял... скорее всего в старшей школе... у нас с ним однажды завязался разговор. Мы вместе сидели в раздевалке в школе. До этого он зарядил мне кулаком в челюсть. Это был его день рождения. Ему исполнилось 16. В итоге из-за потасовки мы привлекли внимание физрука, и наш разумный преподаватель запер нас в раздевалке вдвоём. Очень умно, не так ли? Ох... наш диалог начался с его тихого «ты странный», а продолжился моим «это говорит мне человек, что беспричинно бросается на людей». Мы говорили там, кажется, вечность. Я узнал его имя... его возраст... его проблему. Пограничное расстройство личности. Этот ребёнок боролся со своим диагнозом в одиночку. У него была лишь бабушка, которую обременять он не хотел. Говоря что «всё нормально», он загонял самого себя в депрессию. Но Чонгук был слишком сильным. Да, он был импульсивен и несколько агрессивен к другим людям, но он никогда и не думал опускать руки и начинать жаловаться на жизнь. Он с улыбкой назвал свой диагноз. О его депрессии я тоже узнал только когда он не выдержал напора. Я давил, а он взорвался. Он был таким поникшим. Он был не тем Чонгуком которого я когда-то узнал. Мы начали дружить. Я был инициатором, но... тебе бы стоило видеть всё счастье на лице этого ребёнка. Сколько его вспоминаю... он постоянно задавал вопросы. Хотел знать обо всём. Его не учили. Ему никогда никто на вопросы не отвечал. А я так хотел помочь... хотел видеть его счастье. его улыбку. она была такой прекрасной... так. я не об этом говорил. Когда Чонгукки исполнилось 19, он перестал звать меня хёном. Хаха. Дурак. Сначала это даже злило. А потом мы пили вместе... сколько же мы тогда выпили? Его бабушка умерла, и мы пили. А потом произошло то, чего мы так боялись, но так желали. Мы так долго целовались... чёрт. Я почти не помню ту ночь... но мне было так хорошо. Чонгук так быстро рос. Так менялся на глазах. Он не только рос, но и взрослел. Становился всё более зрелым и разумным. Он начал лечиться. Нормально. У врача. Начал идти на поправку... я так гордился им... он умница... а я старался сделать всё что было в моих силах. К двадцати одному году он был таким счастливым. Ему было куда легче. Он даже улыбаться стал ярче. Мы... были счастливы. Я познакомил его с родителями... хаха. кстати, надо позвонить им после того как допишу. Они полюбили его... я был чертовски благодарен. Было так хорошо... Чонгукки исполнилось 22 года почти пять месяцев назад... моему малышу исполнилось всего двадцать два... кто же знал, что нашему счастью суждено продлиться так недолго? Я, возможно, рассказал всё слишком коротко... слишком быстро, но... три дня назад... в 22:03 моего Чонгукки не стало. Он всё-таки попал под машину... глупый мальчишка... спустя 10 лет он наконец осуществил когда-то задуманное. В тот момент мы говорили по телефону... Я... никому не пожелаю ощутить тот ужас, что я ощутил в тот момент. Я... наизусть запомнил... Он сказал мне, что уже на пути домой. В наш дом. В одной из его рук был пакет с покупками, а в другой был его телефон. Я сказал ему, что уже жду его... и ужин тоже ждёт. Его ответом было «я уже к дороге подхожу». Я был несколько занят, поэтому просто сказал, чтобы он не болтал по телефону около дороги и спокойно добирался до дома, дескать «мы с ужином уж дождёмся». Но... как же я ошибался... Я услышал крик. Женский крик где-то на заднем плане. Чонгук замолчал на пару секунд. Я слышал какой-то шум, а потом... «Хён, тут... авари..» он не успел договорить... я слышал громкий шум. а потом вызов просто сбросился. Я... я не хотел цепляться за те мысли, что отчаянно лезли в голову. Я несколько раз пытался позвонить... я пытался, но... но. В тот день Чон Чонгукки... попал под машину. Внедорожник. С пьяным мудилой за рулём. Он сбил насмерть ещё семерых, не считая малыша. Он... просто был пьян... ему было плевать... Он лишил жизни восьмерых людей и ещё нескольких приковал к больничной койке. Моего счастья не стало из-за кого-то бухого мудака, который решил, что жизни невинных людей ничего не стоят. Что он может так просто отнять их и ему ничего не будет. Но я... не собираюсь оставлять всё это просто так. Он уже откупился, заплатив компенсацию нескольким семьям погибших и даже избежал каких-либо судебных разбирательств, но... я собираюсь убить его. А после отправиться следом. Только не за ним, а за своим счастьем. Глупо писать это всё сюда, но... я хочу, чтобы хотя бы мои родители увидели это. чтобы они прочитали и поняли чего я хотел. чтобы они не винили себя. в моей смерти никто не виноват, кроме того, кого я и так заберу с собой. не хочу, чтобы кто-то ещё пострадал... простите меня. Прощай..?