Love doesn't die

«Истинность — единение душ альфы и омеги. Она предрешена свыше. Истинная пара чувствует, когда другому плохо. Между ними будто невидимая нить. Если избегать контакта с истинным после встречи, то наступает хандра, оба чахнут, становятся уязвимыми друг без друга. Как бы ты ни старался избегать своего предназначенного, рано или поздно природа возьмет верх над твоим желанием. Истинность, сыночек, это что-то очень волшебное и важное…» — Какая чепуха! — бубнит Тэхен сам себе под нос, вспоминая, как папа рассказывал ему в детстве о таком чудесном и красивом явлении, как истинность. Маленький ТэТэ с упоением слушал разного рода истории об этом. Верил и ждал, когда же с ним произойдет это самое волшебное и важное. И произошло же, несмотря на то, что многие встречают своих истинных только к концу жизни, а некоторые и вовсе не находят. Тэхен встретился с Чонгуком два года назад и при том абсолютно случайно. Он совершал жалкие попытки передвижения на велосипеде — ездой это назвать нельзя — и, клянется, абсолютно случайно врезался в спину мужчины. И кто же знал, что этот Чон Чонгук, хоть и пролил на себя горячий кофе, отнюдь не разозлится на Тэхена, а напротив, будет безгранично счастлив встретить его. Тэхен пахнет ванильным сиропом. А это так идеально подходит к аромату крепкого американо. Чонгук окружит заботой, любовью и научит наконец кататься на этом велосипеде. Чем не счастье? Ким даже рад был тому, что его предназначенный на целых 10 лет старше. Чонгуку уже 36. Он опытен, успешен, все стабильно. Тэхен любит стабильность, но не рутину. А последний год в их отношениях преобладает именно она — та самая, такая ненавистная рутина. Тэхен детей хочет, а Чонгук старательно обходит эту тему стороной. Тэхен свадьбу хочет, наконец сменить фамилию со своей на такую родную, полюбившуюся, а Чонгук никаких намеков даже и не делает. Он только целыми днями пропадает на работе и дай Бог в щечку чмокнет раз в день, а то бывает приходит и сразу спать. Метку не обновлял уже очень давно. На улице порой думают, что Тэхен свободен. Блондину нужна забота, уют, семья. Тэхен просит многого? Возможно. Но если альфа не может дать хотя бы минимума, то кому нужны эти отношения? Ким решает их прервать. Так больше не может продолжаться. Тэ не верит в байки, где омега с альфой чуть ли не умирают от разлуки друг с другом. Ну будет тянуть к Чону. И то только во время течек. Переживет. Кстати, о течках. Тэхен чувствует, как ему становится жарко, мокро и липко. Черт. Из-за всех этих переживаний цикл сбивается. Тэхену особенно тяжело пережить течку одному. Поэтому он решает провести последнюю с Чонгуком. Это гораздо лучше, чем мучаться неделю от болей и дикого желания или отдаться первому встречному. Постепенно квартира заполняется сладким запахом ванили. Тэхен, на всякий случай, запирается на два замка, окружает себя ворохом из одежды альфы и ложится в кровать, предварительно пристегнув свои руки к ее изголовью. Так он точно не будет касаться себя. Тэхен сам это придумал, а Чонгуку понравилась идея. Но он настаивал на том, чтобы Тэ предварительно писал смс, но сегодня он этого не сделал, а остался покорно ждать свой оставшийся час до возвращения Чона с работы. Чонгуку сегодня нехорошо. Его сердце как-то больно колет и он уверен почти на все 100, что-либо с Тэхеном что-то случилось, либо этот малыш опять удумал что-то нехорошее. Весь день хочется кофе с ванилью.Чон не сдерживается. Уходит с работы пораньше. Он на самом деле любит Тэхена. Не может не любить. И изо всех сил старается дать ему все, что нужно. Образование, хорошую одежду, дом, машину недавно вот купил. Только Чон не догадывается, что материальные блага его интересуют в последнюю очередь. Течка. Это Чонгук понимает как только выходит из лифта и подходит к входной двери. Он своего любимого издалека чувствует. Зрачки расширяются, сердцебиение учащается, звереет. А как не звереть, если за этой дверью его прекрасный омежка весь изводится, ждет своего альфу. Чон буквально залетает в квартиру, дверь даже на замок не запирает, просто захлопывает. Мчит в спальню, на ходу скидывая с себя одежду. Запах омеги уже под кожей. — Малыш. — хрипит брюнет, нависая над любимым телом и немедленно избавляя прекрасные ручки от холодных стальных оков. Теперь можно. Можно касаться. Но зачем трогать себя, если есть Чонгук. Тэхен плывет. Цепляется за широкие плечи альфы, носом утыкается в шею, вдыхая чудный кофейный аромат, пока Чон точно так же наслаждается сладкой ванилью. Чонгук долго не терпит. Член колом стоит, пульсирует. Выть хочется. Скинув одним рывком свои боксеры, альфа входит. Резко. До упора. Тэхену нравится. Секс с Чонгуком и без течки голову кружит, а с ней становится вообще чем-то нереальным. И как можно уйти от такого альфы? Но Тэ все еще тверд в своем решении, даже не смотря на то, что ему от этих толчков аккурат по простате крышу сносит. Чон буквально вдалбливается в хрупкое омежье тело, оставляет засосы и легкие укусы — до метки недотягивает. Тэхену вдруг взбредает в голову мысль о том, что Чон может ему изменять. Поэтому не метит снова. Сердце больно сдавливает. Тэ жмурится и шипит сквозь стон. Чонгук собственным сердцем чувствует эту боль, замедляет темп. — Тэхенни, сладкий, тебе больно? — шепчет на ушко, толкаясь размеренно, глубоко. Переживает. Чон заметил, что с его малышом давно что-то не так, да все спросить не мог. Чертова работа. — Я в порядке. — отвечает сухо. Вдруг наворачиваются слезы. Чон и вовсе готов прекратить даже медленные толчки, но Тэ крепко вцепился в мужчину и не дает возможности отодвинуться хоть на миллиметр. -Ты любишь меня? — Конечно. Милый, почему ты спрашиваешь меня о таком? — хотя Гук догадывается. Не так давно Тэхен обмолвился о том, что чувствует себя очень одиноко и хочет чего-нибудь новенького. Дышать становится тяжело. Чон не позволит найти «что-то новенькое» в другом альфе. Тэхен только его, это доказывает метка с крепким кофейным ароматом. Чонгук водит носом по бледной шее любимого и понимает, что Тэхен альфой то почти и не пахнет. Вот дубина, сколько же он не обновлял метку на своем мальчике? — Я… — Тэ не может более ничего сказать, потому что Чонгук подхватывает его под спину и тянет на себя, сию же секунду впиваясь зубами в шею. Перед глазами Тэхена начинают летать какие-то звездочки. Голова кружится, а все это еще подкрепяется резкими толчками в податливое тело. Чонгук зализывает укус, двигается в странном темпе: то резко, то до жути медленно, тягуче. Тэхен тянется рукой к члену, Чонгук не позволяет. Знает, что его малыш и так может. И правда же может. Несколько резких движений и Тэ изливается на собственный живот, а Чонгук понимает, что теперь его очередь. Дышать тяжело обоим. Кровать, кажется, скрипит. Тэхен царапает широкую спину альфы, потому что тот ускорился на максимум, не толкается, а вдалбливается, заставляет покрываться мурашками и содрогаться. Дьявол в человеческом обличье, ну точно. Чонгук чувствует скорую разрядку и решает, что пора. Он ощущает набухающий узел на члене и Тэхен тоже. Последний старается отодвинуться, пока сцепка не началась, но Чон не позволяет. Он опускается на омежье тело, жмется как можно ближе, тихо хрипит, кайфуя от глухих стонов любимого. И Тэхен идет навстречу. Прижимается, целует альфу то в щеку, то за ухом, то в плечо. Сцепка дарует какие-то нереальные ощущения. Кажется, будто они — одно целое. На самом деле так и есть. — Чонгук, почему ты не использовал презерватив? — уже после тихо произносит Тэхен, лежа напротив альфы и смотря тому прямо в глаза. Искренне не понимает. — Ты не хочешь от меня детей? — Чон обводит большим пальцем контур тэхеновских губ, слегка припухших после поцелуев. Они такие соблазнительные, что хочется целовать их снова. Но Гуку страшно. Если и правда не хочет? Тэхену ведь всего 26. Погулять, для себя пожить, учебу закончить. А тут дети. — Очень хочу. — тихий шепот, больше похожий на мяуканье. А затем слезы. Чонгук не перестает удивляться: его ТэТэ такой чувствительный. Особенно во время течек. Блондин ласкается, жмется ближе, телом к телу. Куда он денется от этого альфы? От своего альфы. — Ээй, чего ты плачешь? — Чон крепко обнимает омегу, устраивая его голову на собственном плече. — Я думал.ты не любишь меня. Я же детей хочу, семью, а ты все о карьере. Я понимаю, — всхлипывает, — это важно для тебя. Ну, а я разве не важен? Мы с тобой полгода никуда не выбирались вместе. ты не метил долго, я уж думал нашел.лучше. я уйти хотел- вот чудик. Ревет, цепляясь за бока альфы, крепко жмется, всхлипывает и заикается. А Чонгуку плохо стало. Уйти хотел? Злость так и бурлит. Но не на Тэхена. На себя. Чонгуку не нужна никакая карьера, ему весь белый свет не мил, если его омега так себя чувствует. — Тэхен-а. — серьезен. Поднимает голову омежки за подбородок и тут же целует, в перерывах произнося. — Не смей больше такого думать. Я тебя хочу обеспечить. Мне не нужна карьера и статус, мне ничего не нужно, если тебя не окажется рядом. — кажется, будто Чон и сам вот-вот расплачется. — Я отпуск возьму. Сразу же, как твоя течка кончится! Поедем на море, ты же так давно хотел на море. — Правда? — снова мяукает, словно котенок, всматривается в глаза Чона, надеясь удостовериться в правдоподобности слов. — Абсолютная. Я так люблю тебя, Тэхенни. Они целуются долго, до онемения губ. Но Чонгук все равно не прекращает переодически чмокать омежку то в макушку, то в губы, то еще куда, а Тэхен понимает насколько он глуп, раз хотел вот так вот расстаться со своим счастьем. Чон Чонгук — настоящий подарок судьбы, он как вода, без которой Тэхен — хрупкий и нежный цветок — просто погибнет.