Любовь — смертельная игра

Сошлись все звёзды в мире нашем, И заключили мы союз: Навечно. Навсегда. На многие года. Ты мой. Я твой. И мы всегда, останемся, как два огня, Гореть на небе ярче звёзд, И быть желанными до слез. Там в небе. В темноте. Во мгле, Слились наши миры, И истинные пару обрели. Любовь — смертельная игра. Она соединила две души, Что жить не в силах без любви.

      — Ты сведешь меня с ума, — прохрипел Киран, отстраняясь от Натаниэля.       — Нет, — цепляясь за альфу, рыкнул омега. — Не уходи. Перестань сбегать каждый раз, когда дело доходит до постели. Ты ведь хочешь меня?       Натаниэль услышал хриплый хохот.       — Вопрос? Посмотри на меня, — он встал, простыня соскользнула, обнажив бедра Кирана. — Думаешь, не хочу тебя? Просто боюсь, что ты не готов…       Натаниэль опустил голову, закусил губу и понял, что Киран боится напрасно. Встав на колени, омега, скинул с себя кофту. Протянул руку в ожидании. Слова? Кому они нужны, когда двое желают друг друга?       Страсть не нуждалась в объяснениях.       Киран вложил свою ладонь, решив, что время настало. И пусть омега все ещё не чувствует притяжения. Пусть не любит, но хочет его. Стоит начать с этого и постепенно он примет Кирана.       Альфа повалил Натаниэля на кровать, склонился к плечу омеги, втянул воздух, наслаждаясь лёгким ароматом костра.       — Хочу тебя…       — Да, — простонал Натаниэль, выгнувшись и оголив шею. Знак подчинения: омега позволял Кирану укусить его, чтобы оставить клеймо. Этот укус будет видеть каждый волк… Стук в дверь. Наплевать. Ещё сильнее. Нет! Громкий крик. Снова стук в дверь…       — Киран, ты нужен нам! — голос Ирка прорезался сквозь дурман страсти. Киран вскочил и рванул к двери. Распахнул и увидел своего заместителя: глаза горят гневом. На лице яростный оскал. Лицо чёрное, будто измазано в саже…       — Ты говорил перемирие?! Нет! — Ирк свирепо посмотрел в сторону Натаниэля. — Они подожгли наш дом. Вот к чему привело твое излишнее доверие. Трахаться с врагом, ты не мог пасть ниже…       Киран обернулся, заметив испуганный взгляд омеги. Он не знал, как быть. Что делать? Как найти виновных? Стремительно схватил одежду, одеваясь на ходу, направился к бете.       — Подожди, Киран…       Альфа даже не обернулся, вышел, громко хлопнув дверью, так, что Натаниэль подумал, будто та сейчас отвалится.       — Джером! — закричал Натаниэль, не заботясь о своей наготе.       Сокол тут же вошёл в комнату.       — Веришь ему?       — Что?       — Думаешь, правда, что кто-то из нашего клана устроил, поджёг? — спросил сокол.       Натаниэль секунду подумал, но потом отрицательно качнул головой.       — Нет, — он подошёл к Джерому, приказывая. — Лети туда и постарайся понять, что произошло. И не удивляйся тому, что я знаю твой секрет. Давно, Джером. Очень. Я хитрый и весьма любознательный, но всегда хранил свои знания в тайне.       Сокол склонил голову, проникаясь ещё большим уважением к Натаниэлю.       — Постараюсь все разузнать.       Натаниэль оделся и спустился вниз. Без раздумий омега направился в зал, где собирался совет, уверенный в том, что они непременно уже знали о случившемся.       — Нортон, готовь волков к нападению…       — Ничего подобного, — решительно отсек Натаниэль, услышав приказ Барра. Старик все никак не уймется. — У нас перемирие, помните?       — Да как ты смеешь? — закричал Барр. — Они нападут, это только вопрос времени.       — Может это ты поджег, устроил, а, Барр? — хитро прищурившись, спросил Натаниэль.       Все в совете повернулись к альфе, явно ожидая ответа. Барр насупился, раздраженный тем, что ему не верят и ждут оправдания.       — Я ничего не делал. Если нужны доказательства, спроси у Тайни, он весь вечер был со мной.       Горан с интересом посмотрел на омегу.       — Что ты предлагаешь?       — Ты позволишь ему принимать решения? — снова вскипел Барр. — Он никто!       — Я будущий вожак северной стаи волков, — Натаниэль не кричал, но голос его был сильным, словно хлыст, он выстрелил, осадив альфу. Омега гордо прошел вперёд, поняв, что сейчас все зависит от него. Война или мир? Любовь или ненависть? Он знал ответы на эти вопросы, но если оступится, беды не миновать.

***

      Джером вернулся только вечером. Сокол выглядел весьма подавленно. Слишком много тайн и лжи окружало клан Макгрегор.       — Они хотят войны, — доложил Джером, когда остались только Натаниэль и Нортон. — Все кричат о возмездии…       — А Киран? Что он говорит? — осторожно поинтересовался Натаниэль.       — Он пока пытается выяснить, что произошло и кто виновен в поджоге. От того дома мало что осталось. И, похоже, твой муж верит, что это наши волки напали.       — А ты что думаешь?       Натаниэль подошёл к окну: уже стемнело, и там где-то за лесом, находился его муж.       Одиночество — вот что почувствовал омега. Впервые с тех пор как они встретились, Киран всегда находился рядом, а теперь Натаниэль остался один. Больно и холодно от осознания того, что его муж, похоже, верил больше своему клану, чем ему.       — Заговор, — выдал Джером. — Помнишь, что после того собрания, на реке Сиен, против были только Макгрегоры? Они даже хотели ввязаться в драку, лишь бы разорвать ваш брак. Предполагаю, Кирана хотят убить, чтобы помешать этому союзу.       Натаниэль думал об этом, но не так масштабно. Он надеялся, что все обойдется, но теперь понял, какие серьезные обороты, приняло дело.       — Дом почти весь сгорел…       — Но? — подтолкнул к продолжению Нортон.       — Злоумышленники выбрали самый крайний, в котором никто не жил. И даже если бы огонь разошелся, не смог перекинуться на другие дома, слишком далеко они расположены, — сокол пожал плечами. — Уверен, что это заговор. Они не хотят примирения, как Киран, потому и готовы свергнуть его.       — Но он очень сильный и один на один превзойдет противника, — грустно добавил Натаниэль. — Хорошо. Сейчас важно предупредить Кирана и показать, что мы не собираемся воевать.       Натаниэль внимательно посмотрел на Нортона, потом Джерома, и решительно добавил:       — Я попрошу о встрече. Пересеку границу и поговорю с мужем.       — Ты не можешь уйти и оставить клан. Ты единственный наследник.       — Но я должен, иначе войны не миновать.       Натаниэль не стал согласовывать свое решение с советом. Они, несомненно, будут против.       Нортон пообещал как можно дольше сдерживать Барра с его стремлением дать отпор противнику, пока Натаниэль не договорится с мужем.       Джером должен был следовать повсюду за Натаниэлем. Вдруг на омегу нападут или Киран решит, что омега предатель, тогда сокол сможет привести подмогу, но Натаниэль надеялся, что этого не потребуется.

***

      — Я всего лишь хочу поговорить с мужем, — закричал Натаниэль, вскинув руки в дружеском жесте. — Прошу, доложите ему, что я здесь…       — Он не желает видеться с врагом, — прорычал кто-то из-за дерева. Натаниэль знал, что землю охраняли. Пока Киран не решит, что делать волки будут патрулировать границу.       — Я хочу, чтобы он сам сказал мне об этом, — не сдавался омега. — Тогда отведите меня к нему.       Натаниэль продолжал идти пока его не схватили. Руки связали сзади, и омега позволил сковать его, лишь бы увидеть Кирана.       В полной тишине его повели через лес в стан врага. Натаниэль надеялся что, увидев его Киран смягчится, и они поговорят. Но омега и боялся, ведь столько всего натворил, что Киран может вовсе не удостоить его своим присутствием. Этого Натаниэль страшился больше всего.       Омега посмотрел на небо, зная, что где-то там, в облаках, парит его спасение. Запасной вариант на случай если все будет совсем плохо. Джером следил за своим будущим королем, но Натаниэль молился, чтобы его помощь не понадобилась.       — Зачем вы привели его? — накинулся Ирк, увидев, как Лиам ведёт Натаниэля к альфе. — Убейте его!       Сзади бета услышал грубое рычание. Киран не должен был видеть своего мужа, но Ирк не успел устранить омегу. Бета понимал, что Киран слеп. Он слишком сильно привязался к Натаниэлю, потому разделить супругов единственный шанс вразумить Кирана. Но этот дурак Лиам перечеркнул всё старания беты, приведя врага в их дом.       — Ты теперь раздаешь приказы? — хрипло выдохнул Киран. — Оставьте нас.       — Он твой враг. Не забывай об этом, — взвился Ирк. — Убей его и верни свою власть. Многие не доверяют тебе, Киран. Восстанови честь и свое доброе имя.       — Оставьте нас! — ударив кулаком по столу, взревел Киран.       Ирк развернулся и вышел, захватив с собой остальных волков.       Натаниэль смотрел на мужа, понимая, что не будет все просто. Его руки все ещё были связаны, потому омега хотел подойти к Кирану, но тот протестующе рыкнул.       — Зачем ты пришел?       Натаниэль жаждал прикоснуться к мужу, потереться головой о его грудь, но тот будто прочитал мысли омеги и отрицательно покачал головой.       — Говори, Натаниэль.       — Ты, правда, веришь, что это мои волки подожгли тот дом? — прищурившись, спросил омега. Его пробирал холод от безразличия, с каким говорил Киран. Натаниэль не узнавал мужа.       — А почему я не должен верить? — хмыкнул Киран. Его показное спокойствие не обмануло омегу. Натаниэль чувствовал ярость альфы каждой клеточкой своего тела. — Почему я не должен верить?       Натаниэль даже вздрогнул от гнева, который Киран больше не пытался сдержать.       — Это не мои волки…       — Ты обвиняешь меня? — взревел Киран. Кувшин, что стоял рядом, полетел в стену, разбившись на сотни осколков. Киран вскочил и подлетел к Натаниэлю. Схватил омегу за волосы, намеренно причиняя боль. — Ты ведь хотел избавиться от меня? Все те издевательства, которые я добровольно сносил. Те бессонные ночи. Смешки и неуважение твоей стаи. Думаешь, я не заметил, как ты старательно унижал меня в их глазах? Ты с самого начала был против, и я не удивлен, что ты пошел на подобное. Что ж, ты добился своего. Хотел войны?       — Киран, остановись, — прошептал Натаниэль, пытаясь достучаться до альфы, но тот будто не слышал его. — Прошу…       — Знаешь, я ведь думал, что ты поймёшь. Старался не замечать твоих издевательств. Терпел все оскорбления и насмешки твоих волков. Говорил себе, ещё немного, и он все поймет. Примет тебя, но ты сбегал. Каждый раз мстил мне. Притворялся, когда я целовал и ласкал тебя…       — Не лги себе. Ты знаешь, что это не так…       — Нет, — тон Кирана с каждым словом повышался. — Не знаю! И мне противно от мысли, что, каждый раз оставаясь со мной, ты думал, а не будет ли тебе лучше с кем-то другим? Не врагом?       — Не могу поверить, что ты всерьез…       — Хотел войны? — Киран уже кричал, не обращая внимания на слова омеги. — Хотел? Так получай! — альфа ещё секунду смотрел в глаза своего супруга, только сейчас осознавая, что все те испытания, через которые он прошел, вели не к миру. Война — единственное, что ему осталось. — Ирк!       Бета тут же прибежал, наверняка караулил под дверью. От Натаниэля не укрылось, с каким довольством тот смотрел ему в глаза.       — В темницу его, — оттолкнув Натаниэля, велел Киран. — Пусть остальные готовятся. Выступаем на рассвете.       — Что? — спросил Натаниэль, пытаясь вырваться из мертвой хватки Ирка. — Ты собрался напасть? Остановись…       — Довольно! — прервал его Ирк.       Последний взгляд на мужа сказал омеге, что Киран не отступит. Все уже решено. Альфа не станет искать виновных, ведь так легче, есть те, кому можно отомстить.

***

      Сидя в сырой темнице, Натаниэль надеялся только на то, что Джером смог разгадать планы Кирана. Сокол должен предупредить Нортона, и они подготовят волков к обороне. Омега не хотел думать о том, что кто-то снова может пострадать. И это только его вина. Он тот самый, кто принял решение взять в мужья незнакомца. Он скрепил союз кровной клятвой и теперь вот что из этого получилось.       Ненависть. Война. Смерть.       Натаниэль прислонился лбом к холодной стене не в силах сдержать слез. Злость от бессилия. Ярость на самого себя — вот что чувствовал волк. Натаниэль готов был повернуть время вспять, чтобы вернуть все на свои места…       Нет. Он лжет себе. Омега уже давно подозревал, что будь у него выбор, он все равно предложил Кирану ту сделку. Вот только свою гордость Натаниэль должен был обуздать и тогда Киран не усомнился бы в его словах.       Натаниэль просто понял, что он любит Кирана. Любит за безграничное терпение, ведь он вытворял такие вещи, что другой на месте альфы уже наказал бы омегу публично, но тот терпел. Был ласковым и заботливым, а Натаниэль все сомневался в правильности своего выбора. И теперь, когда стало поздно, омега осознал, что отдаст все, чтобы вернуть расположение Кирана. Вот только выбраться из темницы не в его силах.       Стальная решетка, твердый камень и тишина. Он похоже один в заточении…       Услышав шум Натаниэль подбежал к маленькому окну. Вдали едва забрезжил рассвет, значит, время пришло — Киран не отступит. Альфа всё-таки решил, что война единственный выход.       — Прошу остановись… — пробормотал Натаниэль.       Он знал, никто его не услышит. Знал, что прошлое уже не вернуть. Прошлое, в котором они с Кираном одни, в их комнате, целуются и горят от страсти. Альфа крепко обнимает омегу, будто желая слиться в одно целое. Но теперь все это недосягаемо…       Темное пятно мелькнуло впереди. Натаниэль вытер слезы, увидев сокола. Джером смог подлететь достаточно близко к тюрьме Натаниэля.       — Решение принято, — быстро начал он говорить. — Война. Джером, лети в северный клан, и вели Нортону приготовиться. Я пытался остановить Кирана, но не смог. Он даже не стал слушать меня.       Натаниэль вцепился руками в прутья решетки, желая вырваться на свободу, но не для побега. Он хотел найти Кирана, запереть в комнате и не отпускать, пока они не решат все вопросы.       — Думаю, ты прав по поводу заговора. Помнишь, все в стае Макгрегор были против нашего союза? Если сможешь, держись рядом с Кираном. Я боюсь за него.       Сокол кивнул, по крайней мере, так подумал Натаниэль и улетел, снова оставив омегу в одиночестве.       Натаниэль даже не представлял, сколько прошло времени, когда за окном стемнело. Омега томился в клетке, будто зверь: он готов был перекинуться, но понимал, это не выход. Даже волку не по силам выбить стальную решетку и сбежать.       И вот он уже сбился со счета, сколько кругов сделал по маленькой камере.       Натаниэль верил, что сокол успел предупредить Нортона. И очень надеялся, что Джером находился рядом с Кираном. Альфа в опасности, Натаниэль чувствовал, что-то не так.       Но никто не спускался в темницу. Может про него и вовсе забыли? Сгниет тут за то, что хотел мира. И никто так и не узнает, что он хотел признать власть альфы. Сказать, как любит. Прижать к себе, чтобы почувствовать силу Кирана и его заботу.       Устав от бездействия омега сполз по стене, наплевав на холодный пол. Опустил голову между колен и заснул. Лучше бы он не делал этого. Натаниэлю снилось жуткое кровавое побоище: он видел, как Киран со своей стаей напал на северный клан, и что это была за битва… Ужас. Кровь. Горе…       — Прости, — тихо прошептал Киран. — Прости, что усомнился. Можешь делать со мной все, что хочешь.       Натаниэль понял, что это уже не сон, так тоскливо и безнадежно звучал голос мужа. Прорвавшись сквозь дымку сна, вскочил на ноги, оказавшись перед Кираном лицом к лицу. Омега смотрел на мужа, чувствуя, как сердце бешено стучит в груди.       — Кровь…       Слеза сорвалась вниз. Натаниэль схватил Кирана и прижался к нему, вдыхая пьянящий аромат хвои и сырой земли.       Киран застонал, и отшатнулся, и только тогда Натаниэль заметил раны на груди альфы.       — Я люблю тебя, — услышал Киран, теряя сознание.       Это признание, хоть оно и было только в его воображении, заставило улыбнуться. Наверное, он уже сошел с ума, но это было сладкое безумие — знать, что тебя любят. От чувства лёгкости и свободы, которое дарило это слово, хотелось кричать.       — Ирк, предатель, — выдохнул альфа или ему только показалось.       Бета пошел против своего вожака. Ирк заставил Кирана усомниться в Натаниэле, и если бы не Джером, Киран был бы мертв.       Ирк напал, желая убить альфу и занять его место, чтобы война осталась не просто словом. Ведь на рассвете, когда пришло время выступать, Киран получил доказательства невиновности северного клана. Джером привел к нему предателей. Ирк не в одиночку все провернул. Пригрозив изгнанием, Киран добился правды. Он знал каждого, кто решил объявить войну своему вожаку.       Но Ирк был хитрее. Поняв, что его разоблачили, напал на Кирана, когда тот был один.

***

      Киран простонал от боли: грудь раздирало на сотни осколков. Он чувствовал, как кровь пульсирует под кожей. Его лихорадило.       Киран пытался перекинуться в волка, тогда процесс исцеления был бы намного быстрее, но что-то не позволяло ему. А волк бушевал внутри, желая вырваться на волю. Человек слишком слаб для подобных ран…       — Очень много крови, — срывающийся шёпот. Тихий плач. И снова темнота. Мгла. Одиночество и боль.       Тот самый океан надежды, в который Киран вошел, рука об руку с Натаниэлем, теперь превратился в бушующего монстра желающего поглотить альфу.       Как сбросить оковы? Как вымолить прощение? Как жить дальше, если он не вернёт Натаниэля…       — Слишком глубокие раны… — снова обрывки фраз, за которые Киран отчаянно цеплялся, но сознание ускользало.       — Он не может перекинуться…       — Яд в крови…       Кажется, то голос Натаниэля?       Что это? Новый аромат ударил в нос: сладкий, будто патока, но в тоже время острый, как крапива. Киран потянулся к этому противоречивому сгустку запахов, и почувствовал на своих плечах теплые руки. Альфа хотел зарыться носом в шею Натаниэля и укусить. Кажется, он смог даже зарычать?       — Остановись, — прошептал Натаниэль, пытаясь вырваться из объятий Кирана. — Ты ещё слишком слаб. Прошу…       Но то с каким голодом муж обнимал его и вдыхал аромат кожи, заставляло Натаниэля постанывать от желания. И только теперь, омега понял, что время пришло. Тело будто жаждало всех тех прикосновений, которыми Киран одаривал его.       Натаниэль почувствовал себя цельным, будто только теперь смог ощутить связь, что была сильнее всего на свете. Нет, это не любовь. Это намного больше. Как тот самый океан — глубокая, бездонная связь.       — Я чувствую тебя, — выдохнул Натаниэль, когда Киран очнулся и посмотрел ему в глаза. — Я просто… невероятно. Изнутри меня разрывает на части мелкие атомы, я забыл, как дышать…       — Она чистая вода и ею не напиться никогда, — хрипло прошептал Киран.       — Что это?       — Любовь. Истинная. Та, что никогда не предаст, не пропадет, и не сломается. — Киран мягко улыбнулся. — Мне с самого начала хотелось увидеть твой взгляд, когда ты поймёшь, что наша связь куда глубже и сильнее, чем простые обязательства.       — Мы…       — Пара, — закончил Киран, притягивая к себе Натаниэля. — Истинная. Да, мой милый хам.       Омега не мог поверить, что Киран с самой их первой встречи понял это. Тогда как он был лишён подобной возможности. Но теперь Натаниэль осознал, что та встреча, не случайность. Сама судьба свела их вместе, и теперь они смогут отстоять свой брак. Смогут заключить перемирие и больше никогда не расставаться.       Любовь — смертельная игра, они сыграли и получили намного больше, чем думали. Они смогли обрести то, без чего жить было в тягость — половинку своей души.