Обуза

Почти неделю Николь не приходила в себя, а если и приходила - бредила. Несколько раз я заводил разговор о том, что Николь не место в одиночной камере, но.. Как бы плохо ей не было, Зак стоял на своем. После посиделок у Николь до 8 утра, я просыпался не раньше часа дня. И вот в очередной раз я выхожу на кухню, но сегодня за барной стойкой сидит девушка. Я потер глаза, может кажется? – Привет, это сиделка Николь, Карина. Девушка глухонемая. Так что...Все будет так, как я хотел, – Зак взял лист и написал что-то, она кивнула улыбаясь. А я был в ступоре. Хотелось эмоционально выразиться, да тут дети. – Какая седелка? Зак, ты совсем? – но он покачал головой. – Не будешь же ты вечно около нее? Я понимаю, что ей нужен присмотр, но как я и говорил, с ней не будут говорить. Как только Николь очнется сразу начнет умолять, и ты сделаешь все для того, чтобы я простил ее. А у меня другие планы… – его прервал телефон, а девушка показывала что-то жестами. Я взял со стола лист бумаги, «Я тебя не понимаю, прости». Девушка что-то писала, но это меня не интересовало. Мне нужно избавиться от нее, я не смогу сидеть с Николь, и водить малыша Зака тоже. Его эта новость опечалит. Пока я пытался достучаться до Зака, Карина уже начала свою работу. – Ты бы лучше занялся своим сыном! Меня парит, что они так часто вместе! – Если ты не забыл, то это ты устроил сцену, после которой дети тебя боятся, ты сам виноват в том, что они сблизились. И Мэри еще больше тебя возненавидит, если ты их разлучишь, – Зак плевался ядом, конечно, он не хотел это слышать, но я не мог промолчать. Pov Николь Я вспоминала свою прошлую беременность. Аккуратно поднявшись на локтях, я увидела неизвестную мне девушку, она улыбалась, но я не разделяла ее радости. – Доброе утро, Николь… – голос Зака был слишком громким. Утро было далеко не добрым, он представил мне девушку, и покинул спальню. Перевернувшись на другой бок, я заснула. Проснулась от того, что девушка пыталась меня поднять и заставить поесть. Я нехотя поковыряла вилкой в тарелке и легла спать. – Если ты не будешь есть, мне придется тебя заставить, – сухо говорил Зак. – Я правда не могу.. . Можно завтра? – тихо попросила я. Зак ушел, оставляя меня одну. Нехотя я сходила в душ, и вернулась в постель. В комнате уже никого не было, и это не могло не радовать. Веки слипались, я постоянно зевала, но так и не могла заснуть. Дверь заскрипела, в комнату вошел Егор с подносом еды. – Я правда не могу... – тихо скулила я. Егор сел рядом, притянув меня к себе. – Но нужно, – целуя меня в лоб, говорил Егор. – Зак младший очень переживает. Я обещаю, что сделаю все возможное для того, чтобы Зак выпустил тебя от сюда. Черт.. . Мне пора, – я не успела и слова сказать, как он оставил меня. Егор на моей стороне… От этой мысли на душе стало так тепло… Улыбка поплыла по лицу, значит это не на долго. Не знаю какие силы мне помогли, но вскоре поднос был пуст. Если Егор и дальше будет на меня так действовать, то я стану огромной. К сожалению, из-за Карины Егор больше не приходил. Мы иногда ездили в больницу на обследование, со мной не говорили, врачи молчали, как и парни. Глаза Егора продолжали быть холодными, словно я его обидела, снова… Уже много месяцев я живу в тишине, лишь иногда слыша угрюмый голос Зака. Егор почти не появлялся, но передает маленькие записки, с едой. Часто мне приносили конфеты с разными стихами. Он пытался меня подбодрить. В тяжелые моменты одиночества, я разворачивала небольшой лист, перечитывая уже заученные строчки. «Прочти, когда тебе станет одиноко… Мы всегда рядом, даже когда ты думаешь, что одна. Пусть мы за далекой дверью, но это не значит, что нас нет.. Ты не одна на просторах пути. Ты не одна в глубине своих мыслей. Не уходи в мир забвения, живи! Миром ещё не разрушенных истин…» По стихам я узнавала сына. И это согревало меня одинокими ночами с молчаливой соседкой. Чем больше я была в заточении, тем больше становилось все возможных обследований и приемов. И если раньше меня это бесило, то сейчас я с удовольствием выбиралась в люди. Этот ребенок был очень спокойным. Парни скрывают от меня, кто родиться, но может и сами не знают, кто это будет. 27 недель беременности. За окном дождь, гром и молнии. ТВ каналы просят всех оставаться дома, даже детей оставили дома, а нам нужно поехать в больницу. Карина помогла мне выйти из комнаты, и на меня сразу же набросились дети. – Мальчики! – я жадно прижимала их к себе. Как давно я их не видела! Они так выросли. Мои родные, мои хорошие. Готель, так я назвала Рози, в честь Мачехи Рапунцель, которая держала ее в башне, тихо пряталась от меня. Просто Карина смотрела Рапунцель с субтитрами, ну а мне было нечего делать, и я присоединилась к ней. – Николь, мы так опоздаем, – сухо сказал Зак. Я поцеловала мальчиков и пошла за Заком. Сегодня я была ну в очень приподнятом настроение. Егор как обычно за рулем. – А что по плану сегодня? – немного дрожа от холода, спрашивала я. – Как всегда замерзла? – включая печку, говорил Егор. – Немного. Просто на улице ужасная погода, а вы меня везете, я думала что-то серьёзное.. – я пожала плечами, пристёгиваясь. – С ребенком все хорошо? – Слишком много вопросов, Николь, – оборвал наш диалог Зак. Ну, как всегда. Егор готов со мной говорить, а Зак его обрывает. Мы ехали очень медленно, дождь с неистовой силой колотил в лобовое. Бедный Егор, как он ведет, ничего же не видно. – К черту! Это нужно переждать, – паркуясь говорил Егор. – Я скажу, что мы задержимся, – доставая телефон, говорил Зак. – Как закончится, поедем домой! Такую погоду обещают всю неделю. Мы только зря ее таскаем, – уверенно сказал Егор. – Как мальчики, девочки? – отстегиваясь, спрашивала я. – Зак и Рози что-то не поделили. Не знаешь что? Вообще не разговаривают. Он пытался рассказать нам причину, но Зак его слушать не хочет. Он упал с лестницы, сам утверждает, что его столкнула Рози. Зак в это не верит, а я не знаю на чью сторону стать, звучит очень правдоподобно. Что ты можешь сказать по этому поводу? – я прикрыла рот рукой. – О боже! – я надеюсь, что Зак младший, не рассказал то, что виной моего заточения стала Рози? Мои глаза забегали, я даже не могу поговорить с ним! Мое заточение, конечно, ужасно, но Зак старший просто убьет Рози! – Ты что-то знаешь? – удивился Зак. – Как он?! – испуганно спросила я. – Небольшое сотрясение, а так он в порядке. Так что думаешь? Он бы стал врать? Или нам лжет Рози? – спокойно говорил Егор. – Не смей обвинять мою дочь! – сухо сказал Зак. – Давай не будем? Мэри и Зак твои дети, а Рози племянница Ни, и если ты ее воспитываешь, не значит, что она твой ребенок! – завелся Егор. – Зак бы не стал врать.. Может вы дадите мне с ним поговорить? Он бы сказал мне в чем проблема.. – Нет. Никто не освобождал тебя, Николь, ты все ещё наказана, – угрюмо сказал Зак, затыкая нас.