Одиночество, что пугает сильнее смерти

На улице уже вовсю царствовала ночь, а ее верной и неизменной помощницей была луна, на ночном небе она была как яркая жемчужина в короне тьмы. Чонгук раньше очень любил ночь, хотя нет, он и сейчас любит, просто из-за вечных проблем взрослой жизни у него не остается времени и сил наслаждаться ночью, как раньше. Чаще всего он возвращался домой поздно и настолько уставший, что еле ноги передвигал. Парень думает, что, скорее всего, когда он выйдет на заслуженный отдых, будет возможность снова наслаждаться ночью, встречать восход, а может даже и не одному, а в компании своего любимого хёна. А вообще не важно, ночь или день на дворе. Главное, чтобы он был рядом до самой смерти. Вместе до конца — вот о чем действительно молит всех богов Чон. Сегодня день ничем не отличался от прошлого, и от предыдущего, и вообще всех дней, ну разве что деталями, и то не самыми важными. На часах было уже двенадцать ночи. Парень не устал до потери пульса, и это было достижением. Поэтому Чонгук решил сегодня дать себе возможность побыть рядом с любимым. Нет, все хёны уже спали, Тэхен тоже спал. Но у Гука было секретное хобби: иногда, когда силы после тренировки оставались, он любил наблюдать за своим спящим парнем. Это жутковато, да, но это его не заботило, никто же не знает. Смотреть на любовь своей жизни в таком милом, домашнем и уязвимом виде, наблюдать умиротворенное лицо, то, как он хмурится, улыбается — вот это истинное удовольствие. Правда, это получается редко. Чонгук — макнэ, и не просто, а золотой макнэ, он не может ударить в грязь лицом. Чон должен быть идеалом не только для других, но и для своего парня тоже, поэтому Гуку приходиться пахать куда больше и куда усерднее старших, три тренировки из которых одна со всей группой, а две отдельные стали нормой, если надо, то можно и больше. В глубине души парень понимал, что так нельзя, что он губит и тело и душу, ведь из-за тренировок с ТэТэ они почти не видятся, точнее видятся, но почти не разговаривают, и это плохо сказывается на их отношениях. Но ведь проще закрыть на это глаза. Макнэ бесшумно пробрался в комнату старшего и тихо сел на кровать, давая своим глазам привыкнуть к темноте, благо фонари так освящали, что можно было рассматривать черты хёна уже сейчас. Такой красивый, как будто гламурный ангел попал на землю. Светлые волосы торчащие в разные стороны добавляли уют. Руки Тэ лежали над головой. Во сне он иногда морщил нос, хмурил брови, а потом наоборот расслаблял их. На лице иногда появлялась улыбка, такая нежная и чистая, как в те времена, когда они только начинали встречаться или вообще до отношений, такая улыбка была посвящена Чону, а теперь непонятно кому. Только сейчас, когда глаза привыкли к темноте полностью, Гук разглядел, что рядом с его хёном лежит телефон, а сам Тэхен спит в наушниках. Чонгуку сразу стало интересно, что слушает его парень, точнее, под что засыпает. Аккуратно достав из ушей парня наушники, макнэ вставил их в свои. Уже через десять секунд Чон сидел и улыбался как дурак, потому что там не играла музыка. Брюнет слышал свой голос — это была склейка из голосовых сообщений, которые он посылал своему парню. Некоторые предложения были склейкой из разных сообщений, а были там следующие фразы: — Тэхен, я люблю тебя. — Детка, ты любовь всей моей жизни. — Я не могу без тебя. — Я люблю тебя. — Я так скучаю по тебе. Это было мило и, в то же время, немного навевало грусть. Ведь вместо того, чтобы Чон сам говорил такие важные слова Тэхену, их говорил телефон, пусть и голосом макнэ. «Нужно что-то менять, — как током ударила эта мысль. Он не может потерять любимого.- В начале слова любви хён слышит от телефона, а потом что, от другого человека? Ну уж нет!» Внимание макнэ привлекло лицо парня, на этот раз оно не было расслабленно. Брови сильно сводились к переносице, а потом резко поднимались. Губы кривились уже не в улыбке, а в ужасе, да все его лицо выражало страх. А потом Тэ начал бормотать во сне. — Прошу, не уходи, не бросай меня. — Я ведь люблю тебя. Остановить, Гукки прошу, — слёзы полились из глаз спящего. Сам Гук в этот момент не знал что делать. Потом блондин и вовсе начал шевелиться, будто отстраняясь от чего-то, но от чего? — Нет, Гукки, нет, ты не должен это делать, это же не ты! — Уйди! Он бы никогда! — на последней фразе бедный спящий рывком подскочил, принимая сидячие положение, быстро моргая и пытаясь прийти в себя. — Тише, тише. Все хорошо, я рядом, — все-таки решил вмешаться Чонгук, обнимая. — Гукки? Это ты? Настоящий! — прижимаясь ближе, прошептал блондин. — Да, это я. Все хорошо, это был всего лишь кошмар, — младший аккуратно стирал слезы с щёк старшего. — Что тебе приснилось? Я слышал, ты называл мое имя. — Да, мне снился ты. В начале все было хорошо, но ты начал говорить мне неприятные слова, а потом и вовсе сказал, что мы расстаёмся, что я надоел тебе и ты меня не любишь, все это время постоянно изменял. Ты начал уходить, а я хотел тебя остановить. Ты отвернулся от меня, а я пытался повернуть тебя. Но, когда ты повернулся, это уже был как будто не ты. Да, лицо было идентичное, но что-то было не то. Я сразу все понял, но то существо начало подходить ко мне, звать меня и протягивать руки. — Оно схватило меня и начало притягивать к себе, целовать, лапать, говорить, что я все равно никуда не убегу, а наказать меня нужно, оно раздевало меня и начало насиловать, а потом я проснулся. Слезы с новой силой хлынули из глаз. — Все хорошо, это был сон, я бы никогда не позволил себе такого. — Я знаю, — Тэхен еще больше прижимается к своему парню, — Просто это было так реалистично, и твой уход, — Чон прервал своего парня поцелуем. — Я не покину тебя, не уйду до конца, пока ты сам не прогонишь меня, я буду рядом. — А я никогда не смогу тебя прогнать. Но от твоих слов еще более противно, — новая волна слез покатилась из глаз старшего. — Ну, не плачь, почему тебе противно от моих слов? — Мне противно от себя, от всех мыслей, которые не покидают меня в последнее время, в противоположность тебе. — Я… Прости, просто… — Нет, не надо оправдываться, тебе не за что, я слишком привык ко вниманию, к твоему в частности, а теперь когда его минимум, я чувствую себя ненужным. Тебе нужно делать то, что ты делаешь сейчас, я знаю, и поэтому все время молчу, просто не имею права закатывать истерики, ставить ультиматумы, это твоя жизнь, но понимаешь, во мне как-будто поселилась крыса, которая постоянно скребёт и кусает меня, выедает изнутри. Мысли о том, что ты не занимаешься тренировками, а изменяешь, посещают часто, хоть разум кричит мне о том, что это не так, эта крыса тихо шепчет, что ты точно сейчас в чужих уж точно не дружеских объятиях, и каждый раз спорить с ней тяжелее, это чувство занимает все больше места. Она говорит, что я не нужен тебе, что это все игра с моими чувствами, и что вот-вот всему придет конец, каждый раз тяжелее отказывать ей. И нет тебя, потому что когда ты рядом, она молчит. Я плохо сплю уже две недели, кошмары все более реалистичные, а я устал бороться один, не могу сам. Я устал быть один, — после такой исповеди Чонгуку было нелегко, он не знал всего этого, он даже не догадывался, что его любимому человеку настолько плохо. — Почему ты не говорил об этом мне? — еще сильнее обнимая проговорил брюнет. — Ты бы видел себя, когда уставший приходишь домой, а в другое время, не буду же я посреди концерта тебе все это рассказывать. — Черт, я довел тебя до такого состояния, прости меня, я даже предположить не мог. — Не нужно извинятся, тебе не за что, — тихо прошептал старший. — Нет ТэТэ, мне есть за что, я завтра же возьму выходной от тренировок, и проведу его с тобой, целый день только мы. — Пожалуйста, не отменяй ничего. — Я уже сказал, это всего лишь один день, от него хуже танцевать не буду, а вот по нашим отношениям этот день еще как может ударить, — макнэ был настроен решительно, это идеальная возможность наладить ставшие такими хрупкими отношения. — Ты уверен? — Конечно, так что перестань плакать, я люблю тебя, — макнэ положил ладонь на щеку старшего и заглянул так глубоко в глаза. — И я тебя тоже, спасибо, — ответил хён и положил свою ладонь на чужую. — Ложись спать, завтра у нас будет насыщенный день. — Только не уходи. — Я не уйду, буду рядом, всегда, — последнее слово Чонгук проговорил одними губами, но Чон уверен, Тэхен его понял. Он не позволит своему любимому бороться с этой «крысой» одному, больше не позволит, однажды они вместе победят, совершат много работы, но победят, вот увидите!