***
— Рихард, я дома! — крикнул Пауль из прихожей. — Ага… — не отвлекался я от ногтей, левая рука почти готова, остался мизинец… очень важная и завершающая часть, главное сосредоточиться и держать крепко щеточку. — Ты меня не встречаешь? — возмутился Ландерс, заходя в комнату. Я даже не смотрел на него, мизинец, еб твою! Тихонечко… спокойно… — Оу, ноготочки. А чего сам делаешь? — с упреком произнес Пауль, снимая кожаную куртку. Ну вот к чему эти вопросы? Видишь, что сижу, стараюсь, значит не получилось записаться. — Салон закрыт, — промычал я, проводя последнюю полоску. Есть! Да! получилось! Теперь мизинец был идеальным. Прям сверкал, переливаясь чёрным лаком. Ну, я молодец, конечно! Вот бы правую руку так сделать… — Там, на кухне, я приготовил мясо, можешь пойти поесть, — рассматривал я руку. Ну, красота! Вот сейчас подсушу и можно приступать к следующей. Кмхх, да лучше любого салона! — Угу, — кивнул Пауль и удалился.***
Вперёд, белый лак. Или не смешивают уже? Да, наверно пусть здесь будет тоже чёрный, а безымянный сделаю белым, интересно получится. Если бы не выступления завтра, никогда бы вот так просто хуйнёй не страдал. Хотя, в этот момент, мне хотелось даже продолжать и восхищаться своей работой. Правая рука, блять, самое сложное. Ничего, Рих, постарайся.***
Прошло, наверное, минут двадцать, Пауль даже вышел из душа, а я угнетенно пытался завершить этот гребаный маникюр. За это время я успел вспомнить все маты, которые знал. Не маникюр, а наказание! И главное не хочется же стирать левую руку, но, сука, правую хер накрасишь! И мне пришлось всё-таки её стирать, потому, что я смазал все ногти! Пришлось по новому делать! Моя голова просто разрывалась от этого ацетонового запаха, будто клея нанюхался! Я думал всё будет куда проще! Но нет, теперь я чувствовал лишь головные спазмы и то как сильно затекла шея и спина. — Рииххх… — позвал Ландерс. — Что? — Ты такой сексуальный, — закусил Пауль губу, опираясь плечом об стену. Эээээ, нет! Знаю я его эти намёки, подмигивания глазками. — Пауль, я занят. — Так давай помогу? — приближался он ко мне. — Я и сам справляюсь… — поможет он, конечно! Я покрывал прозрачным лаком все ногти. Меня лучше сейчас не трогать, слишком много нервов я потратил. Где он раньше был?! — А как же ножки? — обратил Пауль внимание на мои оголенные щиколотки. — Да кто на них смотрит?! Нахуй! — нет, педикюр я точно делать не буду, не в этой жизни! Я и после маникюра ещё не скоро успокоюсь. Ни за что не возьмусь за это дерьмовое дело! Пауль, блять, ещё специально что ли? Какого хера за ноги вспомнил?! — Ты что-то сердишься? — Да, блять! Представь себе! Крашу, крашу, думал хуйня, где там нахер? Голова уже разболелась, сижу как китаец, пытаюсь ебнуть этот лак по ногтям. — Слушай, я читал, что с помощью массажа ступней, можно избавиться от головной боли. — Ты, сука, видишь меня? Я на грани! — Ну, хоть попробуем… — Себе попробуй нахуярить ногти, а потом успокоиться! — С каких пор ты такой ахуевший стал? Угомонись! Завелся на пустом месте! Я сейчас пойду, возьму массажное масло, а ты — выпусти пар, а то слегка распустился, уважаемый! — Делай, что хочешь…