Гарри Поттер Мальчик-Который-Выжил.

В Хогвартс спешно прибыли авроры. Массовые убийства, явно классовый подтекст, лучшая школа магии... Аврорат прибыл и всем ученикам приказали явиться в Большой зал Хогвартса. Немедленно. Авроров было немного - меньше десятка, и учеников, вставших у стен они игнорировали - дети же. Гостинная Гриффиндора была тщательно осмотрена - следов магии, более чем обычные заклинания - не найдено. А значит - надо опрашивать учеников и искать свидетелей... Или участников. В зал вошёл Поттер, и на нём сразу скрестились взгляды магов в алых мантиях. - Гарри Поттер?! - шагнул вперёд один из алоплащевых. - Да, это моё имя, - Поттер с интересом осматривал стоящего перед ним. - Пройдите с нами, вы задержаны, - алоплащёвый уже собрался повернуться и уходить... - Кто вы и по какому праву вы тут командуете? - Поттер не пошевелился. - Я сотрудник аврората, и... - Вот в аврорате и командуй, - перебил его Поттер, - а тут власть не ваша. Алоплащёвый молчал. Он просто не мог понять, что происходит... И на рефлексе, как он делал всегда, достал палочку... Множественный металлический лязг был ответом этому жесту. Автомат Калашникова довольно забавно смотрится в руках подростка, но это не отменяет его убойности, особенно если ствол приставлен к затылку. В лицо старшего алоплащника смотрел АПС. - Брось палочку, - сухо скомандовал Поттер, тоном, от которого у аврора пробежали мурашки, - Брось и уходи. Здесь вам делать нечего. Аврор поколебался секунду, и... Он был полукровкой, но мало знал магловский мир, и понадеялся, что это просто угроза. ЗАЛП. Авроры, брызгая кровью и мозгами из простреленных голов, рушились на пол... Кроме двоих. Двое подростков не смогли спустить курок. В их строну тут же нацелились остальные стволы. - Хотите жить - забирайте эту продажную падаль, и уходите. И скажите всем золочёной швали, у власти - Хогвартс не подчиняется никому! Авроры дёргались. Рефлексы говорили им поднять палочки и сопротивляться, а тон Поттера и пример остальной группы - промолчать и уйти. - Вас тут двое, - сухо проговорил Поттер, выцеливая ближайшего алоплащника, - А мне нужен только один. Авроры переглянулись, и опустили руки. Они оба хотели жить. - Хороший выбор, - одобрил Мальчик-Который-Выжил, и скомандовал, - Выдать им тела, пусть родня захоронит этих ублюдков. Остальные ученики в шоке наблюдали за происходящим... Впрочем, в сторону остатков Слизерина целились из двух ручных пулемётов. Иностранцы молчали. Французы в ужасе, болгары злорадно и с пониманием. -Предлагаю всем ученикам разойтись по классам, согласно расписания. Учение - свет, как говорил один малоизвестный здесь деятель, - с ухмылкой сказал Поттер, и когда ученики потянулись к выходу, вдруг выкрикнул, слитно, жестким, отлично поставленным голосом, - ДаЗдравствуетРеволюция! Откликнулись только Гриффиндор и часть "барсуков". Болгары молча подняли сжатые кулаки. Французы шарахнулись. Уроки прошли скомкано. Учителя были рассеяны - только Флитвик скалился так, что от него чуть шарахались - а ученики молча смотрели в пустоту. - Вы же понимаете, Дамблдор, - кричал в камин Фадж, - Что это конец Хогвартса?! Убийства учеников, бунт, убийство авроров! Что вы думаете делать с этим?! - Ничего, Корнелиус, - медленно и словно даже равнодушно, отвечал Дамблдор, отпивая из кубка, - Это вам придётся что-то с этим делать... А я всего лишь директор школы, где появилась почти сотня детей, которым отныне нечего терять... И они вооружены, попробовали крови, и ненавидят вас... - МЕНЯ?! - Не вас, лично, Корнелиус... Всю систему Магической Англии. Если вас это утешит - вы не виноваты в том, что происходит. Корнелиус Фадж выдохнул, взял себя в руки и спросил, спокойнее: - Дамблдор... Что нам делать? - Ничего, Корнелиус, абсолютно ничего. Если вы не готовы отдать приказ убить сотню детей, то - абсолютно ничего. Фадж не нашёлся, что ответить. Тем временем, Поттер тесно общался с легендой мирового квидича. - А есть ещё правильные ребята у вас?.. - У нас маленькая страна... Мало... Как это... Революцион... Тех, кто хочет всё изменить... Извини. - Не извиняйся, Крам. Ты молодец. Твои ребята - молодцы. Вы - понимаете. И готовы поддержать. А это очень много для нас. - Так, готовы держать, - Крам волновался и оттого сильно путал слова, - Сказать, твои родные воевать Гриндевальд? Погибать та война? - Не знаю, Крам, правда не знаю... Может быть. Но если бы выбирал я... - Ты настоящий воин! Богатур! - Крам захлебнулся словами, он почти обожал этого щуплого мальчишку, такого спокойного, такого... Несокрушимого. Он так многое хотел сказать ему, и... просто не мог. Не знал слов. Это почти душило бессмысленной обидой на себя - хотеть сказать так много, и не мочь! - Не переживай, - похлопав Крама по плечу, для чего ему пришлось встать на цыпочки, проговорил Гарри, - Выучим русский. Мне говорили, что это лучший язык для тех, кто хочет стать родным душой. Крам кивнул. Он знал русских. Странные. Отвязные. Всегда готовы встать и умереть за правду. - А пока... Мне нужен твой болгарский - по русски я говорю совсем плохо, а надо, очень надо, чтобы меня поняли! Нужно объяснить! Донести мысль! - Я всё сделаю, Гарри, - и два подростка обменялись крепким рукопожатием. Наутро из школы пропала часть учеников, все - чистокровные. За столами на завтраке было уныло, только Гриффиндор ел, как в последний раз: сегодня Поттер устроил всем "зарядку". До замка доползли все, но ели как не в себя - молодые тела требовали топлива. - Ученики! - провозгласил Дамблдор, за ночь он словно вернул свою силу, смотрел безмятежно, улыбался, и в его глазах больше не было тоски, - Ученики! Сегодня в школу прибудет комиссия по организации Тремудрого Турнира! И с момента возжигания Кубка у всех, кто... У всех... - Дамблдор словно задумался, и помолчав, продолжил, жестче, отрывисто, - У всех, кто хочет, готов и не боится испачкать руки, будет возможность участвовать в Тремудром Турнире! Для этого нужно бросить своё имя в Кубок, и через сутки, Кубок выберет достойнейших, из трёх школ магии! Ответом были аплодисменты. Ночью, Дамблдор нашёл Гарри, сидящего на пронизывающем шотландском ветру, на башне. - Гарри, мальчик мой... - Надеюсь, ваше обращение ко мне, директор, происходит только из-за вашего возраста и статуса? - саркастически спросил Гарри, не оборачиваясь. - Гарри... Я не могу тебя судить... Я... Я был слаб... Я не осмелился... Бросить в огонь всех, кто шёл за мной... Я... Я просто не смог... - Голос директора был... Больным, слабым... Умоляющим. - Я понимаю вас, директор. Если бы я просто провёл это лето у Дурслей, я бы тоже не смог. - Гарри... Пойми меня... Я не смогу убивать... Я учил их всех... Эти дети... Сколько бы лет им ни было и чтобы они не делали... Я просто не могу... Они... Они мои дети, Гарри... Не заставляй меня! Не заставляй!..- директор кричал, без крика, и рыдал, без слёз. Долгие секунды Гарри пытался понять, что происходит... Что за звуки он слышит за спиной... Гарри с удивлением понял, что директор, великий маг, победитель и прочее-и-прочее - плачет. Стоит на коленях и рыдает... Он правда не хотел убивать тех, кого считал своими учениками. - Директор! - Гари словно переместился к изломанному старческому, трясущемуся в рыданиях телу, и обнял его, - Директор! Я и подумать не мог, что вы! Что вы будете!... Это только наше! Это только мы! Мы!.. Это только наше время и наша ноша! Директор!.. Два сильных человека рыдали, обнявшись на пронизывающем ветру гор Шотландии, и каждый плакал о своём - директор о том, что не смог, а Гарри... Гарри было до крика жалко такого сильного, но ничего не способного изменить человека...