I have kept my feelings to myself (I could find no language to describe them in)

- Что, опять не можешь нарисовать его? Стиву удается скрыть свое удивление - он и не заметил, как она села рядом с ним. Это едва ли возможно, учитывая его улучшенный слух, но такое бывает, когда он занят и ни на что не обращает внимания, или когда по старой привычке Наташа слишком тихо передвигается. Стив поворачивается к ней: - Тебе видно блокнот? - Художнику не нужен блокнот, чтобы изучать предмет, - говорит Наташа, ее губы изогнуты в ухмылке, - Казалось, будто ты его изучал. Справедливое суждение. Если Стив немного вытянет шею, то ему будет видно стоящего над кухонным столом Тони, который с кем-то разговаривает - с Брюсом, судя по жестикуляции, плюс то, как в целом двигается его тело - сосредоточенно и, можно сказать, резко, а это бывает лишь во время ссор или научных дискуссий. - Полагаю, да. Но не чтобы нарисовать, хотя это все еще трудно, - признается Стив. Он рассматривает сложенные на коленях руки, не желая встречаться взглядом с Наташей, - пытался понять его, наверное. - Что-то конкретное или- - Нет, - говорит Стив и, судя по её улыбке, она уже знала ответ, - просто- Тони. В целом. Наташа хмыкает. Она поворачивает голову и Стив представляет одетое в джинсу бедро Тони, прижатое к столу, и то, как растопырены его пальцы, когда он машет рукой. - Задача не из легких, - соглашается Наташа. Она отворачивается и располагается на диване, подпихнув под себя ноги, - когда я еще работала на него под прикрытием, поймала себя на мысли, что меняю свои первоначальные суждения о нем по некоторым вопросам. Он сохранял интригу дольше, чем удается большинству людей. - Теперь он тебя не удивляет? Она качает головой: - Его характер - нет. Его действия... Она затихает, поднимая брови и Стиву приходится сдержать смешок. Она смотрит на него и продолжает: - Рано или поздно у тебя получится. У вас просто... некоторые проблемы в коммуникации. Это не говоря о таких вещах, как характер, жизненный опыт... Она останавливается, когда Стив задерживает на ней пристальный взгляд: - Вы почти все в жизни делаете по-разному, - говорит Наташа, и по ее тону становится понятно, что она может написать целое эссе на эту тему, - начиная с вашей речи, способах выражения чувств - то, как вы поощряете, какие слова используете, язык тела - как вы взаимодействуете с окружающим миром на разных уровнях. Помнишь, как первые несколько недель были ситуации, когда ты говорил что-то, а Тони понимал это совершенно не так, или как ты злился из-за чего-то, что сказал он, и буквально секунду он выглядел озадаченным, а затем начиналось. - Прекрасно помню, Нат, - вздыхает Стив. - Ну, - она поджимает руку под стопы, - вы многого добились с тех пор. Просто нужно продолжать в том же духе. - Да? И как много времени это займет? Она снова хмыкает: - Год понадобился на то чтобы прийти к тому, что вы имеете сейчас...- Наташа делает вид, что подсчитывает, - так что, ещё, может, лет десять. - Эм, десять лет? - Угу-у. Приблизительно. - Всего десять лет, - бубнит Стив. Он опускает голову назад и кладет на спинку дивана, глядя в потолок. С кухни раздается смех Тони, и Стив поворачивается как раз вовремя для того, чтобы поймать взглядом его улыбающееся лицо. Слова Наташи проигрываются у него в голове: "Вы по-разному разговариваете, выражаете привязанность, поощряете окружающих". Со временем Стив осознал, каким запутанным клубком для него является общение с Тони Старком - его странные манеры, незакрывающийся рот и склонность к вещам, которые никто не понимает, но к которым нужно научиться относиться как к абсолютно обычным. И это не говоря об уже упомянутой привязанности, господи, что принимать, что отдавать - до Стива медленно дошло, что в случае с Тони это то ещё минное поле. Когда дело касалось любых проявлений чувств, Тони трудно было понять, но и сам он казался запутавшимся. - Некоторые люди - как другой язык. Стив даже не пытается скрыть свой испуг: - Что? Наташа кивает головой в сторону Тони: - Узнавать их ближе. Это как учить иностранный язык. Он облизывает губы. В соседней комнате Тони снова смеется, запрокинув голову, и Стив наблюдает за линиями его шеи. - Похоже на то. ***       Стив живет в одном доме с Тони уже год, работает чуть дольше. Они спокойно общаются примерно 8 месяцев и около 5 месяцев - как близкие друзья. Не то чтобы это только началось, но сейчас он наблюдает за Тони так, словно изучает его, как будто Тони - одна из картин, по которой ему нужно написать сочинение для художественной школы.       Переводить Тони Старка оказывается очень трудно. Точнее, трудно переводить его правильно и отвечать так, чтобы Тони интерпретировал эти ответы максимально близко к тому, что Стив имел в виду. Когда они только начали сближаться и Стив пытался выражать свою привязанность привычными для себя способами - случайные касания, похлопывания по плечу и тому подобное - Тони казался растерянным. Он старался быстро это скрыть, и у него хорошо получалось, но Стив все равно замечал.       Он довольно быстро вычислил, каким образом Тони предпочитает выражать свое отношения к людям: он создает для них броню и разные устройства, он покупает Стиву арт-студию и пытается заставить его любимую бейсбольную команду переехать обратно в Бруклин, пока Стив его не отговаривает. И когда люди отказываются от его предложений либо искренне его благодарят, то Тони начинает вести себя нервно и сконфуженно. Словно он хочет- или точнее, ожидает от окружающих, что они примут это как должное и забудут, но никогда в жизни Стив не станет так себя вести, даже если Тони от этого некомфортно.       Периодически Тони делает комплименты, но 90% из них весьма сомнительные. Как будто он боится просто взять и сказать что-то приятное, словно он хочет быть добрым, но чувствует себя должным и в итоге выходит не очень, хотя ничего такого он не имеет в виду.       Касания, неважно обычные или более близкие, в их уравнение вводятся нечасто. И Стив не знает, почему так.       Всю последующую неделю Стив наблюдает тщательнее, чем за все то время, что они дружат, и ему отчаянно хочется выяснить, что вообще из себя представляет этот парень. Когда он спускается в мастерскую, чтобы посидеть на диване и порисовать, то одним глазом присматривает за Тони, пока тот взаимодействует со своими роботами.       Так же, как и любые другие отношения Тони, его отношение к роботам сначала ставят Стива в тупик. Он разговаривает с ними как с надоедливыми детишками, но так же поощряет их, называет ласковыми прозвищами и мягко им улыбается, когда думает, что Стив не видит. Это было еще до того, как Стив окончательно понял, что то, что говорит Тони и то, что он имеет в виду - совершенно разные вещи.       Теперь же, наблюдая за тем, как Тони общается со своими ботами, Стиву приходится сдерживать улыбку. Когда Тони стало более комфортно в окружении Стива - пять месяцев потребовалось на то, чтобы тот впустил его в мастерскую, не говоря уже о том, чтобы оставаться там чуть больше пяти минут - он начал показывать другую свою сторону в общении с ботами. Должно быть, Тони любит их, но Стиву видно лишь, как тот небрежно бросает им "хороший мальчик" или просто болтает, несмотря на то что они могут только пиликнуть ему в ответ. Иногда Тони может погладить опорную конструкцию Дамми, но кроме этого он прикасается к ним только когда они что-то ему передают.       Настолько же часто Тони прикасается к Пеппер, а именно - едва ли. Несмотря на то, что они расстались почти год назад, они все еще близки и стараются поддерживать дружеские отношения, а когда оба находятся в одном месте, вдвоем их видят намного чаще, чем по отдельности. И все же, Пеппер инициирует большую часть их физического контакта: берет его за запястье, чтобы привлечь внимание, небрежно касается предплечий, иногда убирает за ухо прядь волос перед конференцией и, очень редко, целует в щеку. Стив точно не знает, сколько раз он видел, как Тони отвечал на ее прикосновения, но несколько случаев было. Он вспоминает лишь одну ситуацию: как за завтраком Тони проходил мимо нее и слегка ткнул в плечо, поддразнивая - о чем шла речь, Стив уже не помнит.

***

      К тому времени, как Стив получает шанс понаблюдать за взаимодействием Тони с его лучшим другом, он уже более уверенно классифицирует его реакции на прикосновения: как он ими делится, почему он это делает или не делает и зависимость его поведения от человека и ситуации.       Роуди - один из очень немногих людей, по отношению к которым Тони инициирует физический контакт: он идет прямо к нему в руки, как только примечает друга у двери гостиной. Тот с легкостью обхватывает его и их крепкое объятие длится добрых несколько секунд. Стив следит за ними. Рука Тони лежит на плече Роуди, а рука Роуди все еще сжимает его выше локтя - так они держатся до тех пор, пока не доходят до дивана.       Ему нравятся прикосновения только если он доверяет человеку, думает Стив. Это просто и логично, поэтому Стив мысленно дает себе пинок за то, что так долго не мог сложить дважды два.       Он переводит взгляд на экран. По настоянию Клинта они смотрят "Волшебника страны Оз" второй раз за месяц. Стив смотрит на происходящее в черно-белом фильме и пытается выкинуть Тони из головы.       У него и получается, и нет. Он ловит себя на том, как начинает мысленно возвращаться в первые месяцы после разморозки, когда единственными, кто к нему прикасался, были агенты ЩИТа. Тогда он и не замечал, как сильно скучает по дружеским прикосновениям - по прикосновениям от людей, для которых он был бы важен как человек. Потом появились Мстители и между ними начала формироваться связь, близкая к семейной.       Не скучал ли Тони по таким прикосновениям? Ведь если он доверяет Мстителям, а Стив, имея при себе годовой опыт наблюдения за ним, почти в этом уверен, тогда почему он не инициирует физический контакт, которого, по идее, ему так не хватает? Даже если ему было некомфортно поначалу, он ведь в этом нуждается. Стив еще не встречал людей, с которыми было бы иначе.       Фильм продолжается теперь уже в цвете, но мысли Стива заняты проволочными "матерями" - тем ужасным экспериментам над детенышами обезьян, в котором у проволочной "матери" была пища, а вторая была покрыта тканью и в нее были встроены лампы для тепла, но пищи не было. В большинстве случаев детеныши льнули к "мягкой" матери.* Когда Тони встает, чтобы взять еще попкорна, Стив встает на автомате. - Не думаю, что мы нажарим столько, что придется нести двоим, - говорит Тони, когда Стив начинает идти с ним в ногу. - Все равно нужно побольше еды, - Стив пожимает плечами. - Как скажешь. Ты у нас растущий супер-организм. Стив издает гортанный звук, который с трудом можно назвать смехом. Когда они добираются до кухни, Стив начинает рыться в холодильнике, пока Тони достает попкорн и кладет его в микроволновку. - Достань Chunky Monkey, - говорит Тони нагнувшемуся к холодильнику Стиву, - пусть Наташа не говорит, что я никогда ей ничего не делаю. Стив пытается не думать о проволочных матерях: - Уверен, она будет бесконечно благодарна, - говорит Стив. Ему приходится скосить взгляд, чтобы найти мороженное, он вытаскивает лакомство из глубин морозилки и кладет поверх всего остального у себя в руках. Когда он разворачивается, Тони стоит со скрещенными на груди руками, прислонившись к кухонной стойке, туловище повернуто к микроволновке, но лицо - к Стиву. Он широко улыбается, брови подняты: - Тебе точно хватит? - Я растущий супер-организм, - говорит Стив своим бесстрастным голосом, который обычно сильно смешит Тони. Сейчас тот просто широко улыбается. - Оставь немного остальным, Кэп. - Конечно, - говорит Стив. Проходя мимо, он мягко ударяется плечом Тони. Он бросает быстрый взгляд на лицо Тони - небольшое удивление, больше тем, что Стив немного страннее своей обычной странности. Хотя бы замешательство у них взаимно. И вот снова у них трудности в переводе, думает Стив, возвращаясь в гостиную. Ему интересно, смогут ли они когда-нибудь просто поговорить, не извращая слова друг друга своим восприятием, затем он задумывается над тем, что значило его прикосновение к Тони на кухне. Хотя, это, наверное, все не так серьезно. Это больше обычное касание, как его обычные случайные столкновения с Баки, которые так же случается у него с Наташей или Сэмом: тактильное "я здесь, рядом", или, может, "ты мне не безразличен", или "я наслаждаюсь происходящим", либо все вместе, заключенное в один жест.

***

      Позже он поймет, что его поход к Баки на следующий день выражал запрос на комфорт от кого-то, кто разговаривает с ним на одном языке. Но в день встречи он думает лишь о том, что давно не видел Баки и что тот отказался смотреть с ними кино тем вечером. - Мы смотрели "Волшебника страны Оз", - говорит он, когда Баки пускает его к себе. Он ворчит, пока ведет Стива на кухню и Стив как раз собирается сменить тему, как Баки говорит: - А это не тот, на который мы в тот раз пробрались? Где еще такая зеленая- - Ведьма, ага, - Стив не может не улыбнуться. Он засовывает руки в карманы, - он самый. Баки кивает. Поворачивается и начинает рыться по шкафам: - Из-за тебя, бунтарь, нас выгнали за пять минут до конца сеанса. - Дааа. Каюсь. Баки поворачивается и смотрит на него немного раздраженно, но с нежностью. Он кидает на стол пакет сухофруктов и открывает его металлической рукой: - Будешь? Тут каких только нет. - Да, конечно, - говорит Стив и берет то, что он думает, было абрикосом, - развлекался как мог с сушилкой, которую Сэм достал тебе? Баки закидывает в рот сразу несколько фруктов. - Только ему не говори. - Жизнью клянусь, - говорит Стив и сам кусает фрукт. Точно абрикос. Они устраиваются в комфортной тишине, оба облокотившись на стойку. Баки тянется к пакету, лежащему между ними, чтобы взять последний фрукт, как Стив шлепает его по руке с широкой ухмылкой. - Ну-ка. - Это, блять, мои фрукты, - заявляет Баки. - Тогда ещё сделаешь, - говорит Стив, закидывая последний кусочек в рот. Опять абрикос. Баки усмехается. Он снова откидывается на спинку стула и говорит: - Ну так. Когда продолжения не следует, Стив отвечает: - Ну так? Баки жестом показывает на него: - Расскажешь, чем это так заняты твои мысли? Стив обдумывает. Жаль, фрукты закончились и ему нечем занять руки: - Наверное, пока нет. - Оке-ей, - говорит Баки, - ладно. Чем тогда займемся? Стив тяжело выдыхает через нос: - Можешь научить меня, как делать сушеные фрукты. - Погуглишь, - говорить Баки, - может, закончим "Форсажи"? - Мысли мои читаешь. До лифта они бегут наперегонки. Баки сильно пихает Стива в бок, так что может появиться синяк, а Стив задыхается от смеха, чувствуя себя глупым маленьким ребенком даже сильнее, чем когда ему было 15. Через пять часов они валяются на диване: нога Стива переплетена с ногой Баки и они соприкасаются плечами. На кофейном столике перед ними стоит наполовину съеденный шоколадный торт - первое, что они увидели, открыв холодильник после первого фильма. - Как же это тупо, - говорит Баки. Стив протягивает руку к его лицу, попадает мимо рта и говорит: - Чщ-щ, - и убирает ее, - смотри погони. Баки тянется за тортом и в этот момент заходит Тони. Пока он оценивает обстановку - торт, кино - на его лице сменяется несколько разных эмоций. - Ладно, - наконец находит, что сказать, Тони, - Это шоколадный торт Сэма? Он собирался ехать с ним к маме. - Неа, теперь не собирается, - бубнит Баки, обхватывая торт металлической рукой. Стив пинает его ногой, которая не лежит под ногой Баки, запутываясь в процессе. Капитан Америка, дамы и господа, думает он про себя, пока Баки целится в ответ. - Мы купим новый завтра перед его отъездом, - говорит Стив. - Надо было записку оставлять, - говорит Баки, жуя с открытым ртом, - он тут даже не живет. Кто оставляет торт там, где даже- Проигнорировав его, Стив поворачивается к Тони: - Присоединишься? Тони моргает. Баки, скорее всего, тоже. Но Стив сосредоточен на реакции Тони, чей взгляд мечется со Стива на Баки и на телевизор. - Эм, - говорит Тони. - Мы подвинемся, - говорит Стив и делает как раз это. Стараясь звучать как обычно, он продолжает, - мы уже посмотрели несколько фильмов, но тут несложно включиться. Ты можешь указывать на всякие антинаучные моменты. Там много. Рот Тони дергается. На секунду Стив думает, что тот попытается увернуться, но затем Тони стряхивает с себя пиджак и идет к дивану. Он старается оставить как можно больше места между собой и Стивом, но там и так тесно. Стив искренне надеется, что предоставит Тони больше пространства, но все равно прижимается своим бедром к его. Это их единственная линия контакта и когда он начинает устраиваться поудобнее, то надеется, что не доставляет Тони дискомфорта. Тони понадобилось добрых 20 минут, чтобы расслабиться. Это происходит постепенно, и когда он наконец откидывается на спинку, Стив воспринимает это как победу. Он не пытается продвинуться в этом деле дальше, но ему было бы удобнее, если бы он мог вытянуться. И, возможно, опереться на что-нибудь. Тони это вряд ли понравится, так что он поворачивается к Баки, на которого он может вот так просто прилечь лет с шести. Тот без возражений принимает на себя его вес, и Стив кладет голову ему на плечо, фильм тем временем уже идет. Тони наблюдает за этим. Стив не смотрит, но чувствует его взгляд. Он сгибает ноги в коленях так, чтобы не касаться Тони, но тот снова напрягается. Стив тратит ровно секунду на подумать и вытягивает ноги вперёд, упираясь ступнями в подлокотник по другую сторону от Тони. - Ты не против? - спрашивает Стив. Не глядя на него, Тони говорит: - Мм? Да нет. Что удивляет Стива, так это то, что Тони не умеет врать. Он может до бесконечности заговаривать зубы, но это максимум. По ходу просмотра Стив ловит его взгляды, не меньше четырёх раз точно, и каждый раз видит лишь лёгкую растерянность.

***

      Через несколько дней, сидя за столом в студии, Стив рисует и отстранённо думает о проволочных матерях, как вдруг Тони прочищает горло. Стив поднимает на него взгляд. Тони расположился на красно-золотом кресле-мешке, которое он однажды принес без предупреждения. Стив думает, что оно изготовлено на заказ. Оно ему не мешает и он его не трогает, а Тони иногда приходит посидеть на нем, что доказывает его пользу. - Что, - говорит Стив. У Тони сейчас такое своеобразное выражение лица. Он встает и начинает ходить по студии, что не такая уж редкость, но все же это отвлекает. Он останавливается и, продолжая смотреть в планшет, поворачивается к ближайшей от Стива стене. - Ты себя странно ведешь. Со мной. Черт. Стив пытается сделать невинное выражение лица. - Хочешь обсудить? Тони пожимает плечами. Немного резко. Не отрываясь от планшета, он говорит: - Ты постоянно- так напряженно смотришь на меня, и это не какие-то похабные взгляды или ненависть, а как будто- как я смотрю на уравнение, которое вот-вот решу. - Это, - чертовски точно, думает Стив. Вслух же, он продолжает, - Я- ну. Пытаюсь... разгадать тебя, скажем так. Тони переводит взгляд с планшета на Стива и обратно. Затем он опускает руку с планшетом и полностью смещает свое внимание на Стива. - Этому есть какая-то причина? Ну, то есть, мы уже год знакомы, что за внезапное- - Я тебя не понимаю. Тони сглатывает. - Ну, ладно? Как и большинство людей. - Тони, мы друзья, - Стив полностью поворачивается на стуле в его сторону. - Хорошо, - медленно повторяет он, - и? Сомневаюсь, что Роуди понимает меня хотя бы половину времени, а мы с ним дружим уже полжизни. Даже дольше. - Я... - Стив облизывает губы, - я задумался о том, как мы с трудом ладили в начале, как мы бесились каждый раз, когда кто-то из нас что-то говорил, а второй понимал совершенно неправильно. Это до сих пор иногда случается, но уже не в таких масштабах, поэтому я подумал, что можно было бы- можно как-то улучшить ситуацию. - В плане... общения. - Да, - говорит Стив, когда Тони смотрит на него с сомнением, - Мы- принципиально по-разному выражаем себя, но, в основном, находим способы понять друг друга. Мы исправляемся. Тони смотрит на него и его глаза по-особенному темные в освещении студии. - То есть, ты считаешь, что нам настолько тяжело общаться друг с другом, что это требует какого-то особого внимания? - Нет! Я, - Стив вздыхает, - я хочу узнать тебя поближе. Чтобы лучше тебя понимать. Неожиданное молчание повисает в воздухе. Тони снова сглатывает. - Мне говорили, что это трудно, - говорит он и Стив смеется. - Ага, ну, я и сам не раскрытая книга. Особенно для тебя. - Ммм, - Тони скрещивает руки на груди, а затем снова опускает. Его пальцы туго водят по планшету, - так ты- все то, что ты делал - это чтобы- что, разгадать меня? - А что я делал? - Стив думал, что речь только о его взглядах. Что действительно выглядело странно. - Эти, ну, - его челюсть двигается в разные стороны. На секунду он выглядит едва ли не застенчиво, но затем приходит в себя - ээ, ты трогал меня? Демонстративно даже. Как бы демонстрируя... так, нет, забудь, просто вырвалось, удали- - Я перестал, когда мы подружились, потому что думал, что тебе от этого некомфортно, но я снова пытаюсь начать, потому что я- так общаюсь? - Стив удержался от гримасы. Он пытается вспомнить свои встречи с психотерапевтом, которые, кстати говоря, ему стоило бы продолжать, - потому что я так...показываю тебе свои - "чувства" - способы общения. Чтобы наше общение было более эффективным. Хватит говорить "общение". Тони пристально смотрит на него. Он открывает рот и снова закрывает. - Тебе не приходило в голову сказать мне об этом? Стив молчит. Затем отвечает: -...Нет? Еще нет. - Великолепно, - тихо говорит Тони, словно самому себе. Затем, громче, - так твой способ понять м- заставить нас лучше общаться, заключается в том, чтобы попробовать какие-то методы, не говоря мне об этом? Стив недавно узнал, что в 21 веке побиться головой об стену считается способом решения проблем. Сейчас ему приходиться удержаться от его применения. - Видимо. - Так. - Лидерские замашки, - пытается отшутиться Стив. Нужной реакции это не вызывает. Максимум - тень улыбки. Он смотрит на Стива как на кусочки паззла. - Твои методы могли быть получше, - в конце концов говорит Тони, - но- хорошая идея, Стив. Нам это не повредит. Он прочищает горло, и его взгляд падает на экран планшета у него в руках: - Я тоже тебя не понимаю, вот что я хочу сказать, - признается Тони, - насколько я знаю, для многих людей я все равно что пришелец, так что- но ты же просто, блять, аномалия для меня, если честно. Так что вот. Кое-что общее между нами. И после этого он уходит. Стив пялится на дверь, а когда приходит в себя, обнаруживает, что давно переключился на красно-золотое кресло.

***

- Он сказал, что я аномалия, - Стив говорит Наташе во время занятия йогой, которая так и не смогла его отвлечь. Не выходя из своей впечатляющей позы, которая включает в себя стойку на руках, Наташа спрашивает: - Контекст? И Стив рассказывает ей. Она мягко приземляется на пол и начинает растяжку. Пока Стив повторяет её движения, она говорит: - Тебя не должно было существовать. Первое, что приходит ему в голову - сыворотка суперсолдата. До нее врачи говорили ему, что для него будет удачей дожить до тридцати. - Как это? Наташа заводит руку вверх за голову, идеально ровняя с вытянутой ногой. - В этом мире у людей полно скрытых мотивов и его всегда использовали как козырь в рукаве. Он никогда не встречал таких людей как ты. И он не знает, что делать с твоей искренностью. В течение следующих нескольких движений Стив позволяет себе положиться на мышечную память. В таком ключе он и не думал, даже на торжественных мероприятиях, когда Тони порхал всюду словно колибри, смеясь над несмешными шутками, пока Стив наблюдал, как все те люди в масках и дорогих нарядах занимаются тем же самым. Пока они делают завершающую разминку, Наташа мягко прочищает горло: - Люди обычно выражают свои чувства теми способами, с которыми имели дело в детстве, - говорит она, - чему-то другому научиться довольно трудно.       Стив закрывает глаза и пытается представить, каким было детство Тони, вспоминая фотографии и редкие примечания самого Тони и остальных. Обычно он старался не думать об этом, ему это казалось слишком личным - за исключением Тора, каждый в команде имел прошлое, о котором им не хотелось бы, чтобы люди глубоко задумывались.       И все же, слова Наташи заставили его представить Тони в детстве - Тони с тех выцветших фотографий 70-х: глаза на пол-лица, ум слишком большой для его тела - Тони, который вырастет в человека, желающего близости и любви, но смущенный проявлениями и того и другого, который привык выражать свою привязанность подарками и затем отмахиваться от благодарностей, отмахиваться от своих же чувств, словно боясь быть отвергнутым или высмеянным, который никогда не инициирует физический контакт, потому что- почему? В его детстве этого не было? Возможно, он, как и любой другой ребенок, пытался получить немного внимания, но так часто получал отказ, что это создало сильный барьер? Наташа сосредотачивается на разминке, не поддерживая зрительный контакт со Стивом, чтобы он мог все переварить. Он смотрит на нее и ему интересно, как у них с Клинтом все началось: они оба так хорошо видят людей и притворяются до тех пор, пока все наблюдения не начнут приносить пользу. - Спасибо, - говорит Стив. Она молча кивает, губы сжаты. "Используй это с умом", - слышит Стив, хотя вслух она этого не говорит. Он подходит к ней и сжимает за плечико, заставляя ее улыбнуться. В ответ она повторяет его жест. Наташа, как человек, всю жизнь изучающий и перенимающий чужие привычки, с профессиональной деликатностью и ловкостью выучила его язык взаимодействия.

***

      Так проходит неделя, и Стив начинает замечать, что Тони стал более внимательным. И это справедливо, учитывая усилия Стива последние две недели.       Когда Тони начинает перенимать его язык взаимодействия, например, легко похлопывает его по плечу в знак благодарности за приготовленный кофе, Стив не может сдержать улыбки. Он прижимается к плечу Тони своим, и Тони реагирует так, как обычно реагирует человек, непонимающий какой-то особенности чужой культуры - он добродушно мнется.       Он поднимает эту тему одним из вечеров, в которые Стив уже готов бросить свой давний проект, но Тони предлагает побыть натурщиком и садится на стул перед Стивом и в течение часа что-то делает в планшете ("Не двигаться необязательно", - сказал Стив через десять минут, и Тони ответил: "Фух, бля, слава богу", - и достал планшет до того, как Стив успел сказать ещё что-то).       У Стива как обычно не получалось лицо Тони. Прямо как в юношестве, когда у него был лишь потенциал, и всё, что он делал, не шло ни в какое сравнение с тем, как это выглядело в его голове.       Сделай лицо попроще, черт возьми, думал Стив. Он делает штрих, обозначая скулу, но это и вполовину не так живо, как человек, сидящий перед ним. - Можешь отдохнуть, - наконец говорит Стив. Он откидывается на спинку стула и вздыхает, - встань, разомнись. Яблоко съешь. Тони послушно встает и идет к столу Стива, на котором стоит ваза с фруктами, предназначенными как раз для еды, а не для рисования. Он берет яблоко и кусает его, пока заходит за стол посмотреть в блокнот. - Неплохо, - говорит он. Стив фыркает в ответ. Он проводит большим пальцем по руке Тони на рисунке - даже поза кажется безжизненной в сравнении с реальностью. - Эта твоя - говорит Тони, прислоняясь к столу, - вся эта тема про научится лучше коммуницировать. Неплохо придумано. Лучше, чем абсолютно необоснованная злоба друг на друга. Стив смотрит на бумагу и непослушный рисунок: - Ну, она закончилась после первых...эм, шести месяцев. Тони гортанно смеется. - Действительно, - говорит он и кусает яблоко. Раздается аппетитный хрустящий звук, и Стив думает о том, чтобы и самому одно съесть, - Сколько еще можно отдыхать? Стив поворачивается и встречается с ним взглядом: - Честно говоря, не мог бы ты сесть обратно? Кажется, я кое-что придумал. - Как шкажешь, - говорит Тони с набитым ртом. Он кладет наполовину съеденный фрукт Стиву на стол, чем вызывает у того желание поморщиться. Проходя мимо него к своему месту, Тони сжимает его плечо. Это твердый и осознанный жест, заимствованный у самого Стива. Он заметил, что Тони склонен перенимать привычки, связанные с тактильными проявлениями чувств, у своих близких: когда Роуди обнимает его, Тони отвечает ему тем же, когда Пеппер приобнимает его, он тоже обхватывает ее одной рукой и кладет подбородок ей на плечо. И теперь очередь дошла до Стива. По пути к своему креслу Тони прочищает горло и говорит: - Не буду врать, это было неловко. Словно по принуждению, думает Стив. Но у него часто возникает впечатление, что Тони даже не успевает осознать это. - Тебе необязательно делать что-то, что вызывает у тебя дискомфорт. - Да нет, это скорее, - Тони садится на кресло и наклоняется взять планшет, который он поставил напротив кресла, - я просто не привык. - Я заметил. Это должно было прозвучать тактично, но Тони немного прищурился. Стив пытается оправдаться: - Я не- имею в виду, я все понимаю - трудно вдруг начать взаимодействовать с людьми по-другому. Тони сжимает и разжимает свободную руку. - Ты все это затеял потому что- потому что должен? Как лидер команды? - Нет, мне хочется. - Хорошо, - Тони кладет свободную руку в карман, его пальцы шевелятся под тканью, - Окей, я так и подумал. Ты так себя со всеми ведешь. Было интересно, почему не со мной. - Я думал, тебе это не нравится. Тони пожимает плечами. Он продолжает двигаться так, словно хочет поерзать, но постоянно одергивает себя. Он снова прищуривается, но уже не с тем подозрением. - Мы постоянно возвращаемся к теме прикосновений, хах. Да, думает Стив. Вслух отвечает: - Мы и в других вещах стали лучше. Я заметил, что во время собраний ты стал чаще учитывать мою точку зрения, и был впечатлен. Рот Тони дергается. Стив проматывает сказанное в голове и понимает, как снисходительно это прозвучало. - Я имел в виду, что ценю- - Я понял, что ты имел в виду, - говорит Тони. Он откидывается в кресло с планшетом на коленях, - Ты же все ещё ходишь на терапию? - Эм, нет, уже пару месяцев. Взгляд Тони как бы говорит, мол, а стоило бы и это Я тебе говорю, но в реальности же он молчит. - Мой терапевт говорит это хорошая идея. Что я должен пересмотреть то, какими должны быть мои отношения. Моя дружба, - торопливо исправляется он. - Я тебя понял, - Стив скрещивает руки на груди, - пока я не перестал ходить, мой врач говорил примерно то же. - Перестал ходить? Я слышал, ты угрожал выкинуть его из окна. - Я ему этим не угрожал. Я сказал, что от этого пользы было бы больше, чем от сеансов. - А, ну да, это совсем другое. - Абсолютно, - кивает Стив, - Так ты продолжаешь читать мои файлы? - Эм, - у него хотя бы хватает совести выглядеть смущенным, - да. Прости. Больше не буду. - Спасибо, - Стив пытается вспомнить обрывки терапевтических сессий, - Я, эм, очень ценю то, что ты уважаешь мои личные границы. Судя по выражению лица Тони, прозвучало это настолько же тупо, насколько Стив себя чувствовал, когда говорил это. И, судя по всему, по Стиву это тоже видно, потому что Тони говорит: - Да нет, все нормально. Мы же взрослые люди и все такое. - Драться проще, - говорит Стив. Он имеет в виду тренировки, уничтожение Гидры или морских чудищ, что это помогает ему почувствовать себя живым человеком, но только когда Тони отвечает ему, он понимает, что это касается еще и тех случаев, когда они вгрызаются друг другу в глотки за каждое неверное слово. - Проще, - соглашается Тони.

***

      Переосмысление их дружбы происходит эпизодически, а процесс понимания Тони приходит и того медленнее. Однажды Тони даже спросил: - Ну как там продвигается твоя затея с пониманием меня? - и Стив вынужден был признать, что все еще очень озадачен, но прогресс есть. Тони быстро моргает на его ответ: - Достаточно неплохо. Стив на этом не зацикливается. Он разгадывает Тони постепенно, но, что более важно, они начинают создавать их собственный язык, ну или, по меньшей мере, работают над старым. И это требует времени. Стив удостаивается проблесков прошлого Тони и сам рассказывает ему о своих школьных годах: о том, как его мать иммигрировала из Ирландии, когда была беременна им, про показы фильмов, на которые они с Баки прокрадывались, о конфетах, которые он обожал в детстве, но больше нигде не может найти. Когда днем позже Стив поднимается к себе в студию, то обнаруживает на столе упаковку тех самых конфет и не может сдержать улыбки. - Джарвис, где Тони? - В данный момент сэр на встрече. Он должен вернуться через три часа. - Спасибо, Джарвис, - Стив потирает лицо рукой и садится на кресло за столом. Помимо тех конфет, о которых он рассказывал, там оказались еще много таких, которые он даже не пробовал. Все его мысли отходят на второй план, когда он сосредотачивает свое внимание на упаковке Valomilk. Нужно будет выяснить, как Тони их достал. Он заканчивает облизывать пальцы после конфет - даже через 70 лет начинка от них оказывается повсюду - и решает написать Тони. Затем он дважды переписывает текст и в итоге отправляет: "Спасибо за конфеты. Приятно ощутить атмосферу прошлого. Тебе тоже стоит их попробовать". Он отправляет текст, но ответ не приходит. Он разворачивается к столу и берет лист бумаги. Когда Джарвис информирует его о том, что Тони вернулся, Стив тратит еще полчаса на то, чтобы закончить рисунок и идет искать Тони. Тот оказывается на кухне, занятый приготовлением смузи. - Хей, - рассеянно говорит он, отрезая зеленые части от клубники. - Привет, - отвечает Стив, - Ты не занят? - Неа, - говорит Тони, берет горсть ягод, бросает в блендер, где уже лежит банан и- вроде киви, и идет к холодильнику, - что такое, Кэп? Стив, - он исправляет себя - Стив как-то упоминал, что он предпочитает своё имя вне миссий, и Тони в большинстве случаев не забывает об этом. Стив наблюдает за тем, как Тони заливает фрукты молоком. - Хотел поблагодарить за конфеты. - Что? Аа, - говорит Тони, но Стив сомневается, что он правда забыл, - точно- да не за что, ты ведь уже писал. Просто подумал, они тебе понравятся. Эм, секунду. Он закрывает блендер крышкой и включает. Стив стоит несколько секунд, пока работает блендер, затем Тони выключает его и откручивает крышку. - Ага, продолжай. - Это было очень чутко с твоей стороны. Я подумал, что тоже могу кое-что для тебя сделать. - Что-? - Тони поворачивается к нему с крышкой в руках. Его брови поднимаются, когда он видит лист бумаги, который Стив протягивает ему. - Это, конечно, мелочь, - спешит добавить Стив, - Просто у меня было немного времени, и я подумал, что тебе может понравится что-то не- купленное. Хотя я, конечно, ценю вещи, которые ты покупаешь. Стив замолкает, когда Тони делает шаг вперед и немного развернувшись кладет крышку блендера на стол. Он подходит с некой осторожностью, глядя на Стива, и наконец забирает лист. Стив заводит руки за спину и пытается побороть желание встать по стойке "вольно"**. Он постарался выложиться максимально за то короткое время, что у него было, и ему кажется, что много чего можно было сделать лучше: мягче прорисовать Дамми и остальных ботов, не говоря уже о фигуре самого Тони. - Эм, - говорит Тони. Он небрежно проводит пальцами по бумаге, затем поднимает взгляд на Стива, а затем снова возвращается к рисунку, - Это- спасибо. Правда очень- - Понимаю, это- - Нет, мне нравится- , - Тони прочищает горло, - мне нравится, - говорит он, и на его лице мелькает улыбка, достаточно добрая, чтобы убедить Стива, - обычно люди не, - продолжает он и снова останавливается. Стив кивает. - Ты постоянно что-то создаешь для нас, - старается он, - и я подумал, что тебе может понравится нечто- созданное мной. - Так и есть, - очень тихо говорит Тони. Он снова прочищает горло, - эм, спасибо! Дамми с ума сойдет, заставит меня повесить его рядом с зарядкой. - Ну, раз Дамми понравится.. А то я так боялся. Тони широко улыбается. А Стив вспоминает о скетчбуках, изрисованных попытками правильно нарисовать эту улыбку.

***

      Проходит неделя и наступает период, когда они видятся нечасто и если верить Пеппер, Тони нужно посетить множество мероприятий, так что вся команда видит его буквально по несколько секунд в те моменты, когда он идет мимо них в мастерскую, чтобы вырубиться там на своей койке. На шестой день, когда Стив готовится ко сну, к нему в дверь стучат. Он поднимается с кровати, в которую только что залез и идет открывать: - Кто там? - Это я. Стив хмурится. - Тони? что сл- Он открывает дверь и замирает - в коридоре стоит Тони, на нем его костюм, солнцезащитные очки и запонки. Выглядит он безупречно, не считая непривычной сгорбленности. - Хей, - говорит Тони без особого удовольствия и переминается с ноги на ногу до тех пор, пока не заставляет себя перестать, - Я- привет. - Привет, - говорит Стив, - Ты- что-то случилось? Тони мотает головой. - Нет, все хорошо. Просто я... - он вздыхает и его силуэт угрожающе напрягается, - блять. - Что такое? - Ничего. Забудь, - Тони разворачивается, чтобы уйти, но Стив хватает его за предплечье. Если бы он сделал так несколько месяцев назад, Тони бы выдернул руку, чего Стив опасается и сейчас, но все же продолжает мягко и уговаривающе удерживать его. Тони замирает вполоборота. Стив поглаживает его локоть большим пальцем, совсем легонько, почти незаметно. - Ты можешь мне рассказать, - пытается Стив. Тони фыркает, но все же обращает свой взгляд на Стива. - Ладно, - говорит он, и все же это занимает у него несколько секунд, чтобы урывками признаться: - В общем. Был дерьмовый день и я подумал, что- можно попросить об объятии. Последняя часть звучит так болезненно, словно ему стыдно даже говорить такое, и Стив уверен, что Тони снова попытался бы уйти, если бы он его не держал. - Блять, это так убого, я просто услышал, как говорю это и- Голос Тони затихает и Стив притягивает его к себе, обхватывает руками и кладет подбородок ему на плечо. Тони молчит и через мгновение поднимает руки к телу Стива, повторяя его действие. Стив чувствует, как подбородок осторожно касается его плеча. Буквально через пять секунд напряженности Тони начинает расслабляться. Его руки крепче сжимают Стива и ему приходится сдержаться о того, чтобы закрыть глаза. Это для Тони, не для него. - Все в порядке? - спрашивает Стив, когда они наконец отпускают друг друга. - Ага, - это могло бы прозвучать убедительно, если бы в голосе Тони не была так заметна усталость. - Не обижайся, - говорит Стив, - но выглядишь ты не очень. - Воу, - бурчит Тони, пытаясь посмеяться. Стив улыбается. - Слушай, если- если не хочешь оставаться один, можешь зайти. Тони дважды моргает. Внезапно он выглядит очень бодрым, оглядывая Стива, одетого в то, в чем он обычно спит. - Ты собирался спать. - Да- Стив вдыхает, - Мы с Баки- иногда он спал на диване, а я на больших подушках на полу. Либо мы валялись в кровати зимой. Иногда было холодно, а иногда был просто плохой день и мы таким образом- Он замолкает. - И...в этом нет ничего такого, - заканчивает он, вспоминая, каким костлявым подростком он был и как все время расправлял плечи, когда кто-то считал его слабым. Первая мысль Стива после сказанного - Тони смотрит на него как на неизвестную инопланетную технологию, которую ему никогда не удастся воссоздать. Но Стив и раньше видел этот взгляд и в этот раз там намного меньше страха. - Мы просто спали, - уверяет его Стив. Тони продолжает смотреть на него еще некоторое время. Затем, усталость, судя по всему, берет верх, потому что он говорит: - Ладно, - и проходит за Стивом. Он скован вплоть до момента, когда ложиться в постель и Стива посещает мысль о том, что Тони, должно быть, живет с этим напряжением в теле.

***

      Проснувшись, он понимает, что поторопился с выводами. Тони лежит расслабленно, немного свернувшись, утреннее солнце едва касается его подбородка. Стив смотрит на него сверху вниз - каким-то образом ночью Тони переместился с края кровати к нему в объятие. Он позволяет себе задержать взгляд, чтобы запечатлеть эту картину у себя в памяти, пока его тихая радость не сменяется тоской, и он осторожно выпутывается из рук Тони и выходит из комнаты, оставляя его ещё немного насладиться сном. Стив останавливается в коридоре и закрывает глаза. В голове сразу возникает образ взъерошенного, расслабленного и прижавшегося к его груди Тони. Он бодро вдыхает и пытается выкинуть все из головы. Затем он решает сходить на пробежку. Он сходит на пробежку и затем... будет жить дальше.

***

      Он возвращается с пробежки и принимает душ в одной из гостевых ванн. Но волнение никак не отпускает его внутренности, так что он решает направить эту нездоровую энергию на приготовление завтрака для всей команды - вряд ли кто-то будет против. По итогу, Тор продолжает выпрашивать больше блинчиков, а Клинт, кажется, намерен есть до тех пор, пока его не стошнит или пока он не сдастся. И Стив надеется, что он все-таки сдастся, но это вряд ли, поэтому он просит Брюса принести ведро, когда Клинт начинает 13 порцию вафель.       Ближе к полудню Тони вваливается на кухню, одетый в то, в чем лег спать: боксеры и майку, через которую светит реактор. Не глядя на Стива, он проходит и садится за стол, бормоча всем ответы на "доброе утро". - Брюс опять снимает стресс готовкой? - спрашивает он и поворачивается к Брюсу, - ты-? Брюс мотает головой: - В этот раз это Стив. - Ст-? - Тони поворачивается к Стиву, который моет посуду. Это казалось ему таким странным, пока Стив не сказал, что ему просто нравится эта простая рутина и что он не может смотреть на горы грязной посуды. Стив улыбается ему и пытается вести себя как обычно. Судя по тому, как Тони смотрит на него, ничего не вышло. - Да, мне сегодня как-то тревожно, так что я решил извлечь из этого пользу. Эм, ээ- Он останавливает Тони, пока тот не добрался до последнего блинчика: - Я приготовил тебе кое-что другое, секунду. Затем он подходит к холодильнику и достает тарелку, которую он убрал час назад, и стакан зеленого смузи. На тарелке заварной крем из сахарной пудры, йогурт и горсть ягод, которые Тони чаще всего ест. Стив ставит тарелку и стакан на стол перед Тони, затем направляется к духовке и при помощи полотенца достает оттуда противень со все еще теплым беконом и булочками. - Бекон уже немного резиновый, - извиняется Стив, когда ставит его рядом. Он прочищает горло и кладет руки на бедра. Тони внимательно смотрит на него, и Стив не понимает одобрение это или нет. - А, да, - говорит Стив, с каждой секунду чувствую себя все глупее, - Я сейчас, надо закончить с посудой- - Хей, - Тони берет его за запястье и резко отпускает, как будто обжегся, - спасибо, - говорит он, встречаясь со Стивом таким взглядом, как будто не знает, позволено ли ему это, - прекрасно, что ты приготовил завтрак для- всех. Стив сглатывает: - Не за что- то есть, мне не трудно. Он отворачивается к раковине и пытается понять, не покраснели ли у него уши. Догадывается, что ответ "да", поэтому очень надеется, что Тони не заметил. Когда тот кладет свои тарелки на панель рядом с раковиной, Стив не поднимает на него взгляд. Когда Тони проходит мимо, то дотягивается и сжимает его плечо. У Стива мокрые руки, поэтому в ответ он просто кивает и надеется, что этот новый язык, который они создали, скажет все за него. Возможно, Тони может перевести и его взгляд.

***

      Остаток дня он чередует рисование и спортзал, но Тони не ищет с ним встречи. Стив уговаривает себя пойти и проверить, как тот себя поведет после вчерашнего, но потратив слишком много времени на раздумья, наконец решает просто спросить Джарвиса. - Сэр лег спать. Стив вздыхает. Сам виноват, что так долго был в зале. Он принимает душ и затем, задумавшись о том, как еще можно спасти картину, над которой он работает, заходит в свою комнату. Благодаря своим военным привычкам он понимает, что в его кровати кто-то есть. - Тони, - говорит Стив, когда волна адреналина уступает удивлению. Тони лежит, натянув одеяло до пояса, на нем майка и, к счастью - или к несчастью? Стив не может решить - что-то ниже пояса. - Это ничего? Стив отдаленно ощущает, как кивает в ответ. - Точно? Стив снова кивает. На этот раз ему даже удается ответить словами: - Да. Да, все отлично. Он разминает руки и тянется к своей ночной футболке, которая лежит на полке прикроватного столика. Он переодевает верх, не пытаясь увидеть, смотрит ли Тони, а затем быстрым движением снимает спортивные штаны и залезает в постель. Стив лежит, глядя в потолок. Он не может так спать, но вряд ли у него получится заснуть в ближайшее время. - Что-то не так? Тони издает низкий звук. - И да, и нет, - отвечает он, но не продолжает. - Ладно, - говорит Стив, стараясь не давить. Месяц назад они сошлись на том, что бывают ситуации, в которых требуется знать наверняка, стоит ли проявить больше внимания, но распознать такой момент у них получалось только в половине случаев, и Стив надеется, что сейчас тот момент, когда развивать тему не надо. Он четко слышит, когда сдвигаются простыни. Тони без слов двигается до тех пор, пока его спина не упирается Стиву в бок. Его спина твердая, словно доска. Стив дышит так, словно воздух поступает ему через игольное ушко. Он ждет, но Тони не расслабляется и не отодвигается, так что Стив поворачивается к нему и придвигается так, что его грудь прижата к спине Тони. Он нерешительно перекидывает через него руку и перехватывает торс чуть выше талии. Этого ему сейчас хочется? Помнит ли он то утро, спал ли он в тот момент или проснулся раньше Стива и затем снова уснул? Тони себя не выдает. Он лежит неподвижно, но буквально на секунду слегка двигается напротив него, чтобы, думает Стив, устроиться поудобнее. - Хей, - наконец говорит он. Стив сглатывает пересохшим горлом: - Ага? - Ты делал так же с Баки? - Нам двоим трудно поместиться в кровати, - медленно отвечает Стив. - Значит, да, - говорит Тони и замолкает. Это не было едко, скорее, просто осторожно. Стив закрывает глаза. Если он немного опустит голову, то сможет прижаться ртом к волосам Тони. - Но... не так. Тони такой притихший, что Стив мог бы подумать, что он заснул - или вообще умер - если бы только он не был так напряжен. - Как - не так? Стив радуется, что они не видят лиц друг друга. Было бы в сотню раз хуже, если бы в этот момент они смотрели друг другу в глаза. Он кладет руку Тони на грудь. Через некоторое время ладонь Тони накрывает его. Затем он двигается, и Стив ослабляет хватку, чтобы дать ему лечь на спину. Они встречаются взглядом. Стив жалеет, что не сказал этого раньше: - Так - никогда, - говорит он и дотрагивается до щеки Тони, не зная, как еще описать свои чувства. С неким отчаянием Тони подается на встречу прикосновению, из-за чего в животе Стива становится горячо: он поднимает вторую руку и приподнимается на локте, чтобы дотронуться до лица Тони, провести кончиками пальцев по линии роста волос. - Ни с кем больше, - продолжает Стив, и это звучит правдивее всего, учитывая, что они лежат в темноте в его спальне. Тони одобрительно кивает, его брови нахмурены, словно ему больно. Стив думает, испытывал ли тот на себе такие прикосновения: решительные, нежные, от кого-то, кто знает Тони, как человека, создающего вещи, в которых, как он думает, нуждаются его друзья, а не того Тони, которого знает остальной мир. Конечно, Пеппер так к нему прикасалась, конечно, Роуди делал и продолжает это делать. Я так рад знакомству с тобой, хочет сказать Стив. Это такая честь - держать тебя в своих объятиях, настоящая привилегия. Будь у меня шанс сделать это снова, я бы ничего не поменял, лишь бы снова оказаться здесь с тобой. Но у него никогда не получалось так красиво говорить, у него глупый и ватный язык, если только ему не надо произносить речь перед миссией, поэтому все, что ему удается сказать, это: - Тони, - и его глаза снова открываются. Стив снова это произносит, поглаживая скулы и подбородок Тони в надежде, что тот понимает. Сначала Тони просто смотрит на него, но затем приподнимается над Стивом и кладет локти на матрас по обе стороны от его головы. Большим пальцем правой руки он проводит по нижней челюсти Стива. - Стив, - говорит он мягко и перевести это можно совершенно по-разному, и каждый вариант будет подкреплен испуганной близостью в глазах Тони. "Все хорошо", - как бы говорит Стив, протягивая руку к Тони, и проводит кончиками пальцев по линии роста волос. Он мягко притягивает его к себе, и их рты встречаются - это "я тоже" или "о боже" или все вместе. Они медленно и тихо целуются, и Стив произносит имя Тони ему в губы и в ответ слышит свое собственное. Он думает, что все продолжиться, что их руки будут блуждать по телам друг друга, что они разденутся, но он продолжает целовать Тони, пока его рот не начинает покалывать, а голова кружиться.

***

Когда Стив открывает глаза, солнце мягко просачивается через занавески. Он не помнит, как уснул - лишь то, как в попытке отдышаться спустился поцелуями к подбородку Тони и положил голову ему на грудь. Сейчас грудь Тони поднимается и опускается под его головой. Стив приподнимается на локти, чтобы посмотреть на него и моргает, когда видит, что Тони уже открыл глаза. - Привет, - говорит Стив. Тони широко улыбается. - Привет, - отвечает он, и это и есть их разговор - улыбка и приветствие.