Возвращение Марии Роботник

Пятьдесят лет назад

      Где-то во вселенной челнок приближался к огромной космической колонии. Из радио раздался голос:       — В течение многих лет эта колония использовалась для всевозможных исследований на благо человечества под руководством великого профессора Джеральда Роботника. Однако в последнее время были проведены особые, и потому опасные эксперименты, которые могут поставить под угрозу весь мир. Поэтому приказываем уничтожить ковчег и всё, что на борту, прежде всего проект «Шэдоу».

Внутри ковчега

      Из бескрайней пустоты темных коридоров космической колонии ARK донёсся смех. В большом спортзале Шэдоу и Мария играли с маленьким мячом. Вокруг были разложены матрасы и разные приспособления, на которые они прыгали, не касаясь пола.       — Кинь его в корзину, Шэдоу! — позвала друга Мария и протянула мяч.       Шэдоу подпрыгнул на трамплине и сделал огромный прыжок до самой корзины, которую схватил свободной рукой, и забросил туда мяч.       — Вот так? — спросил он.       — Именно, — кивнула Мария и направилась к нему.       Шэдоу спрыгнул вниз и поднял мяч.       — Твоя очередь! — Он бросил его ей, но, когда Мария схватила мяч, у девочки закружилась голова: она потеряла равновесие и начала падать.       Шэдоу действовал быстро и пытался предотвратить падение, но тоже почувствовал, когда она приземлилась на него. Он и сам покраснел, коснувшись её носа.       — Ты такой милый, когда так делаешь, — тихо хихикнула Мария.       Шэдоу помог ей подняться, и она поцеловала его в щёку, от чего он покраснел ещё больше.       — Что это было? — Он дотронулся рукой до того места, где касались её губы.       Она хихикнула:       — Это называется поцелуй. Люди, которые очень любят друг друга, целуются.       Шэдоу выглядел озадаченным: «Любят?». Ёж не совсем понимал, что это значит, но некая его частичка знала это. Были ли его чувства к Марии любовью?       Внезапно прозвучал сигнал тревоги, и они услышали шаги снаружи.       — Что происходит? — спросил Шэдоу.       — Я не знаю, может, дедушке известно, — ответила Мария.       Шэдоу схватил ее за руку, и они побежали к выходу. В дверях, где их встретил целившийся в них солдат, Мария ахнула. Шэдоу встал перед ней, чтобы защитить. Со своей стороны он заметил матрас, и ему пришла в голову идея. Одним быстрым движением он схватил матрас и бросил его в солдата, от веса которого тот рухнул. Шэдоу снова схватил Марию за руку, и они побежали. Они направились в лабораторию, где когда-то был Джеральд, но зал был полон солдат:       — Это объект и девушка! — закричал один из них.       Шэдоу и Мария были вынуждены остановиться и обернуться, когда солдаты заметили их и погнались за ними.       Пока пули летали вокруг них, они направились в комнату спасательной капсулы. Шэдоу думал только о том, чтобы обезопасить Марию. Когда они вошли в комнату, Мария нажала на кнопку, и дверь закрылась. Но она не закрылась и не остановилась полностью: слева оставалось небольшое отверстие. И Шэдоу, и Мария это видели.       — Иди в капсулу, я разберусь с техникой, — проинструктировала Мария Шэдоу, потому что только она знала, как управлять ей.       Они обнялись, и Шэдоу нерешительно подошёл ко входу в капсулу. Вдруг вдалеке они услышали выстрел. Недолго думая, Мария бросилась к Шэдоу и толкнула его внутрь ближайшей к двери капсулы, и пуля попала в нее.       — Нет! — закричал изнутри Шэдоу и начал бить и пинать стекло, чтобы выбраться.       — Послушай, Шэдоу, мы как-то обещали друг другу когда-нибудь побывать на Земле, но, боюсь, тебе придется лететь без меня… — она прижала руки к груди, но продолжала стоять, несмотря на предупреждения солдатов и мольбы Шедоу, а потом сделала несколько шагов с раненой печенью.        — Помни, Шэдоу, что бы ни случилось, я всегда буду твоим другом… Sayonara, Шэдоу Ёж, — почти прошептала она.       — Нет, подожди! — закричал ёж в ответ.       Мария из последних сил одарила Шэдоу любящей улыбкой.       — Дай людям… шанс быть счастливыми.       Она схватилась за живот и упала. Шэдоу отправился в космос.       — Объект сбежал! Вызовите командира по рации, мы должны остановить существо до достижения Земли.       Несколько солдат убежали.       — А что насчет девушки? — спросил один из них.       — Не обращайте внимания на нее, солдат, она мертва и не представляет угрозы ни для кого, даже будучи живой. — отозвался лидер и продолжил.

Настоящее

      В тихих мрачных коридорах Ковчега в пустых комнатах гулял ветер; вдруг он остановился перед дверью, та открылась, и при включённом свете появился чёрный ёж. Он зашёл внутрь и присел на кровать, осматривая старую спальню. Ёжик слегка вздохнул, когда его взгляд встретил старую черно-белую фотографию на стене, где он и его подруга Мария празднуют его первый день рождения.       Прошёл почти год после нападения черных пришельцев, и за это время Шэдоу больше отдалился от остального мира. Несмотря на то, что он дважды помогал людям, они, казалось, не приняли его полностью, они боялись его и держались на большом расстоянии от него, когда он гулял по улицам. Часть его понимала, почему: он почти уничтожил планету и частично помог пришельцам захватить власть, однако они, кажется, забыли о том, что он также спас их, что должно сделать его героем или, по крайней мере, нейтралом.       Он был одинок, очень одинок. Летучая мышь Руж много раз пыталась помочь ему и подбодрить его, предлагая присоединиться к ней в качестве ее постоянного партнера в работе. Руж действительно была единственным живым существом, которого он мог назвать другом; и она доверяла ему, но его дружба с ней была далеко не такой сильной, теплой и любящей, как с Марией.       Ковчег был единственным местом, где он ощущал полный покой. Это было далеко от всех, здесь его никто не потревожит, это было его святилище, и из всех комнат на борту старая спальня Марии была его любимым местом; несмотря на то, что он почти жил там, он решил ничего не менять в комнате, так как это давало ему ощущение присутствия веселого и любящего духа Марии.       Он ложится на спину и переводит взгляд на потолок, где были нарисованы какие-то звезды и луна. Он тихо фыркает, вспоминая, как пятьдесят лет назад он помогал Марии рисовать их: она стояла на одной его руке, в то время как другую он использовал, чтобы держаться за спинку сиденья, на котором стоял. Он вспоминает, как она говорила, насколько он сильный, и он немного покраснел: ему всегда нравилось, когда она говорила ему что-то приятное; и был еще один случай с того дня, который он никогда не забудет.       Иногда случалось, что Ковчег сталкивался с мелкими метеоритами, вызывая сотрясение станции. В тот день это и произошло, в результате чего Мария упала. Шэдоу действовал быстро и схватил ее, но, потеряв равновесие, упал на девушку. Эта неловкая ситуация заставила его покраснеть, когда их носы соприкоснулись, Мария тоже растерялась и слегка порозовела; мгновение они просто смотрели друг другу в глаза, не говоря ни слова. Мария нарушила молчание, просто сказав: «Упс», и хихикнула, слегка распушив его мягкий белый мех, прежде чем встать.       Разрисованный потолок был их маленьким секретом, о котором они не рассказывали Джеральду.       Шэдоу коснулся рукой груди, где Мария когда-то погладила его; ему всегда было приятно, когда она так делала, от этого по телу всегда пробегали мурашки.       Он прикрывает глаза.       "Сейчас я снова думаю о прошлом… Может, мне не стоит этого делать… Нет, только потому, что я оставил свое прошлое позади, не означает, что вспоминать хорошие времена в моей жизни — неправильно," — подумал он про себя.       "До сих пор я не могу перестать думать, чем были её чувства ко мне... Может, она видела во мне только брата…" — грустно говорит Шэдоу и переворачивается на живот, утыкаясь носом в подушку.       — Возможно, моя жизнь была бы лучше, если бы я был человеком, — говорит он, прежде чем заснуть.

Flashback Пятьдесят лет назад

      — Вы хотели видеть меня, доктор?       Доктор Джеральд садится в кресло и предлагает юному Шэдоу сесть; тот принимает предложение и неуклюже садится.       — Есть что-то, что беспокоит тебя, сын мой? Ты был таким тихим в последнее время, — спрашивает Джеральд ежа и закуривает свою трубку, Шедоу смотрит вниз.       — Ничего особенного… — Джеральд поднимает бровь и затягивается трубкой.       — Я слишком хорошо тебя знаю, дитя мое. Ты был очень задумчив, вел себя так, как будто хотел спросить меня о чем-то, но у тебя не хватило смелости.       Ёжик сидит мгновение, не говоря ни слова.       — Да ладно, в чем дело? — мягко спрашивает Джеральд.       Шедоу делает глубокий вдох.       — Профессор… мне интересно… возможно ли с помощью науки изменить вид существа?       Удивленный вопросом молодого ежика, Джеральд опускает трубку.        — Кого ты хочешь изменить, мой мальчик? И как?       Собеседник на мгновение замолкает, но отвечает:       — Себя.       — Тебя? — удалённо спрашивает Джеральд.       — Да, — отвечает Шедоу.       — Тогда кем ты хочешь стать? — обеспокоенно спрашивает Доктор.       — Человеком… Мое самое большое желание — стать человеком… — Ёж садится поудобнее, опасаясь ответа Джеральда.       — Почему, Шедоу?! Почему?! Ты самое уникальное существо во всем мире; многие будут завидовать тебе за то, какой ты. Почему что-то настолько простое, как человек? — восклицает Джеральд и вскакивает со стула.       Ёж не может заставить себя произнести это слово, и вместо этого он краснеет от одной только мысли об этом; Джеральд это замечает и успокаивается: теперь он понимает, что все это значит.       — Ах, Мария… — говорит он и садится в кресло. — Ты хочешь быть человеком из-за Марии?       Шедоу слегка кивает и краснеет еще больше, ведь ему очень стыдно. Он не хотел, чтобы кто-нибудь узнал, даже Джеральд.       Учёный вздыхает и делает еще одну затяжку.       — Здесь нечего стыдиться, Шедоу, любовь — вещь естественная, как бы редко это ни происходило между видами… — он затягивается трубкой.       — Боюсь, я не смогу помочь тебе, сын мой, даже если бы мог… Мне очень жаль. — он встает со стула и кладет руку на плечо молчавшего ежа. — Жизнь не всегда справедлива, но, ежик ты или нет, вы с Марией разделяете что-то особенное, и это самое главное.       Глаза ёжика наполняются слезами, и он выбегает из комнаты.        — Шэдоу! — кричит ученый ему вслед.

Конец Flashback

      Посреди ночи Шэдоу просыпается от звука слабого удара, выпрыгивает из постели и встаёт в боевую позицию.       — Кто бы ты ни был, покажись! — выкрикивает он, но ничего не происходит. — Я даю тебе второй шанс, выходи, или я найду тебя сам!       Все равно ничего не произошло.       — Прекрасно! — словно ветер, ёж проносится по залам и коридорам, но, никого не найдя, в конце концов возвращается в спальню. — Странно, могу поклясться, я что-то слышал…       Около кровати он на что-то наступает. Он глядит вниз и замечает лежащую на полу широко раскрытую маленькую синюю книжку; Шедоу поднимает её и видит на странице рисунок жёлтой ежихи, похожей на девушку со светлыми волосами и белыми крыльями. Он отбросил книгу, когда понял, что это старый дневник Марии.       — Дневник Марии? Что он здесь делает? Я лучше положу его обратно… еще… Нет, я не могу этого сделать, — он подходит к книжному шкафу рядом с кроватью, немного колеблясь: рисунок в книге разжигает в нём любопытство. При жизни Мария придумывала много фантастических персонажей, а нарисовав, она обычно показывала их ему, но этот рисунок он никогда не видел.       — Ну… Она же мертва, я думаю, что ничего не случится, если взглянуть, — он возвращается к кровати и открывает дневник там же, где и фотография. Ёж переворачивает страницу и начинает читать.       «Дорогой дневник, как ты уже знаешь, с тех пор, как дедушка подарил мне этот странный кулон и начал работать над этим клонирующим устройством, у меня появились эти странные сны в последнее время, а первый я увидела около двух месяцев назад. Мое первое впечатление об этой девушке было таково, словно она является своего рода ангелом-ежом, ангелом-хранителем, который должен был присматривать за Шедоу на случай, если я умру от своей болезни, его новым другом. Однако последние пару ночей я появлялась в ее облике, что заставило меня поверить, что, возможно, она — это я, возможно, это та форма, которую я приму, если умру?.. Нет, нет, это звучит глупо, и все же… что ж, я задумывалась, каково это — быть ежихой.»       Шедоу приподнял брови и поднёс книгу ближе.       «Шедоу силён и быстр, он никогда не устает и не болеет; должно быть, возможность делать то, что ты хочешь, облегчает. Я всегда наслаждалась поездками с ним, ощущение скорости дает мне чувство свободы и счастья. В этом году я начала больше привязываться к Шэдоу и… упс, пора, дедушка зовет, увидимся позже! Пока, Мария Роботник.»       Шедоу перелистывает страницу, но она оказывается пустой… Он переворачивает ещё одну, и ещё, и ещё, пока не доходит до конца книжки, но оставшиеся страницы такие же пустые. Он возвращается назад, смотрит на дату и понимает, что заметка была написана утром перед нападением.       «Наверное, я никогда не узнаю…»       Он пролистывает несколько страниц и замечает ещё один рисунок ежихи: на этот раз Мария держит его за руку, она стоит в своем повседневном наряде, но не синем, а розовом, а над ними надпись: «Ты никогда не будешь одинок…»