Жизненные волки

Сандра

— Сейчас уже прыжок должен быть! Раз! Не вместе! Кирилл, слушай музыку! Где руки?! Напрягись, ты ведь не тряпка, а парень! Сандра, не торопись, он тебя успеет подхватить, — Илья Анатольевич несколько раз хлопнул в ладоши, заставляя нас остановиться и указывая на свои наручные часы. Его тёмные длинноватые волосы слегка растрепались, а лицо сохраняло прежнее спокойствие и воодушевление. — Ребятки, соберитесь! Нам скоро выезжать на соревнования, а вы словно в прострации. Вы не чувствуете друг друга, как будто каждый сам по себе. На льду — вы единое целое, запомните это. Ты не дотянула ручку где-то, он запнулся — вы оба стратили. Смотрите на партнёра, слушайте музыку, думайте о том, что вы делаете, а не витайте в облаках. В какой-то момент ты, Кирилл, не сможешь переключиться из своих фантазий в реальность, секунду упустишь — и всё… А ты, Сан, не загоняй темп, ты всё успеешь, больше чувствуй ритм, не бойся. На сегодня всё, сейчас хоккеисты забирают лёд, а вы готовьтесь. Я в вас верю, дружочки.       Тренер потрепал меня и Кирилла по голове, я знала, что Илья Анатольевич переживает не меньше нашего перед такими серьёзными событиями, но он по-прежнему старался внушать в нас силы и энергию. Его тёплая улыбка действительно приободряла, он прямо-таки излучал тепло, к сорока годам ему удалось стать настолько блестящим наставником и профессионалом своего дела.       Тренер словно заряжал нас своим оптимизмом каждый раз, когда уже опускались руки или терпение подходило к концу. Уходя со льда, я отметила, что он снова похудел, став настолько тонким, что мне начинало казаться, будто его не кормят дома. Хотя, возможно, даже здоровый аппетит в последнее время проигрывал накалённым нервам.       Мы с Кириллом вышли на трибуны, и издалека я разглядела Данила. Он первым спустился на лёд и, подмигнув, помахал мне. Я улыбнулась в ответ и ушла в раздевалку, на льду воцарился настоящий хаос, а через минуту до меня донёсся громкий и уверенный голос тренера хоккейной команды Петра Сергеевича Макова.

***

      Льдистая поверхность сегодня казалась безумно гладкой. Идеально ровный лёд, ещё не покрытый снегом и никем не тронутый. Арена погрузилась в загадочный полумрак, будто бы готовилась ко сну. Сандра зашла на трибуны, чтобы забрать забытую после тренировки кофту и, заметив движение на льду, прищурилась.       Мужской силуэт медленно двигался вдоль площадки, и звук рассекающих лёд коньков повис в звенящей тишине.       Спустившись вниз, златовласка оперлась на бортик и окликнула друга: — Даня!       Юноша мгновенно развернулся и подъехал к даре. — Привет, а ты чего не дома? — искренне удивился он. Сандра, ничего не ответив, спустилась на лёд. — Я забыла кофту после тренировки, — объяснила девушка. — Но, насколько мне известно, тебя здесь тоже быть уже не должно, да ещё и в форме.       Данил пожал плечами: — Ты права, тренировка давно закончилась. Просто нет настроения, — Вимильянов медленно рассекал лёд, отбросив клюшку в сторону. Туманова направилась следом за ним, внимательно изучая друга взглядом. — Мне всегда казалось, обычно люди после тренировок спешат домой, — произнесла она. — Так и есть, но иногда хочется побыть наедине с собой, со своими мыслями. Некоторые вещи мы всегда будем хранить внутри себя, как собственную частичку. Это и воспоминания, и чувства, и недосказанные слова. — Ты хочешь всё обдумать и осознать, — верно разгадала его замысел лунэстрелия.— Может, мне следует прийти в другой раз? — Знаешь, — Данил резко остановился и схватил подругу за плечи. Ему хотелось сказать так много, но он не мог выдавить из слова. Некоторые вещи действительно останутся недосказанными, но ведь действия и поступки говорят сами за себя. Хоккеист покачал головой, точно боролся с самим собой, со своим подсознанием, и эта борьба была далеко не лёгкой. — Мы с тобой похожи на двух отшельников… на людей, скитающихся среди разных мыслей и опасностей. Мы говорим, а нас не слышат, не видят в нас своё будущее, возможность что-либо исправить. Там, где власть и магия, там всегда кружат деньги, предательства, подлость. —  Знаешь, в большинстве случаев миром правят те, кто вообще не понимают всю суть жизни так, как понимаем её мы. Люди вроде бы все одинаковые, у нас одинаковое строение, происхождение, но в то же время мы такие разные. Если подумать, совершенно чужой человек решает судьбы тысячи людей, просто отдавая приказ. А бумажки иногда бывают дороже жизни, разве это правильно? — Сандра покрепче закуталась в розовую жилетку и снова взглянула на Данила. — Мир вообще странно устроен. Кто-то старается для себя, а кто-то делает всё для других. И кто из них будет счастлив? Люди, получившие всё нечестным заработком и проживающие в дорогих домах с кучей слуг и сотрудников, не замечают истинного счастья. Смех, огоньки в глазах близких, радость других — всё это для них не играет роли. Большинство папиных партнёров по бизнесу ведут себя именно так, а для меня это всегда было дико. Честно, я не понимаю таких людей, — Сандра изогнула брови, заметив, как Данил расплывается в довольной улыбке. — Не знаю говорил ли я тебе, но мне нравится в тебе то, что ты не ведёшь себя, как наглая избалованная девушка. В вас с Ником нет ничего подобного. Вы, как и ваши родители, такие же обычные люди с далеко не обычными способностями. И именно за это я вас и люблю.       Сандра улыбнулась в ответ и в душе была рада, что Данил не видит в полумраке, как она покраснела. Бросив беглый взгляд на часы, девушка ужаснулась: — Боюсь, я уже давно должна быть дома. И тут мне придётся рассчитывать только на свои ножки.

***

      Капли сильного дождя продолжали прыгать по безмолвным крышам домов. В ночной тьме кучерявые темные тучи свободно плыли по небосводу, ставшего от подобных длительных ливней красным.       Алиса Витальевна, услышав звонок в дверь, отложила журнал и вышла в прихожую. Заглянула в глазок, а затем быстро открыла дверь, впуская успевшую промокнуть девушку в квартиру: — Настя, что же ты так?! Заходи скорее.       Робко улыбнувшись, девушка вошла в квартиру и поспешно огляделась по сторонам. — А Сан дома? — Да, она в своей комнате. Проходи, а я пока сделаю вам чай.       Настя кивнула головой и, разувшись, направилась в комнату подруги.

***

— Так вот как фигуристки готовятся к своим соревнованиям, — Настя заметно повеселела, увидев Сандру, одетую в белый медицинский халатик. Туманова держала в руке несколько пробирок и, стоило признать, это зрелище выглядело весьма забавно. — Говори тише и закрой дверь, пожалуйста, — прошептала та, не отвлекаясь от своего интереснейшего занятия. — Принесла?       Настя поспешно выполнила просьбу подруги и быстро кивнула головой. Она всегда была готова прийти на помощь, если это требовалось, и теперь ей оставалось только удивляться задумкам лунэстрелии. — Ты просто сумасшедшая, — рассмеялась шатенка.       Если бы Алиса Витальевна видела, что в комнате её дочери теперь обосновалась химическая лаборатория, то никогда не позволила бы Насте так просто пройти в квартиру. Но она ничего не знала, поэтому девочки не переживали.       Сандра ещё раз перелила приготовленное зелье в другой флакончик и знаком попросила подругу выключить свет. — Что ты собираешься делать? — не без интереса спросила Вишневская. — Сейчас увидишь, только для начала, будь любезна, подай мне то бальное светло-голубое платье, которое висит на шкафу. Специально приготовила его для такого случая. — Ты собираешься надеть бальное платье? Мы, кажется, на Земле, а не в Магириусе. Я бы такое красивое платье приберегла для него. — Настюш, ты сейчас всё увидишь, я тебе обещаю.  — Хорошо. — Настя пожала плечами и осторожно сняла платье с вешалки. Сшитое из атласа с кринолином, оно казалось настоящим нарядом принцессы.       Шатенка уселась в кресле напротив и с удовольствием стала наблюдать за действиями дары. Обе волшебницы были достаточно сильны в магии, и в большинстве случаев их эксперименты заканчивались довольно неплохо.       Год назад они впервые смогли применить новую магию, выученную на дополнительных занятиях, и соединили свои звезды, так что в искренности их дружественных связей не сомневался никто. Если одной было плохо, то это чувствовала и вторая. Так они вместе радовались, грустили, веселились и были счастливы от того, что их дружба настолько крепкая.       Сандра бросила беглый взгляд на Мэдисон, будто бы спрашивала разрешения, а затем щелкнула пальцами и принялась выполнять самую сложную часть. Взяв платье, девушка медленно вылила на него приготовленную жидкость, и через пару секунд платье стало светиться в темноте. — Что?! Но… Как ты это сделала? — Настя была не в силах сдержать своего удивления и подскочила на кресле. — Та эссенция, что ты мне принесла, может давать в сочетании с лунной марганцовкой подобный эффект. Конечно, там ещё много других ингредиентов, но принцип довольно простой, — ответила Сандра, не скрывая своей радости. — Думаю, что таким образом я скоро смогу провести лунный обряд.       При этих словах Настя напряглась. — Только не говори, что ты собралась проводить лунный обряд.       Сандрина отложила платье в сторону и присела рядом с подругой. — Мне кажется, когда-нибудь это случится. Я видела его во сне, может, мне, как бабушке, подают знак. — Тебе это снится, потому что ты об этом постоянно думаешь с тех пор, как нам вообще на паре рассказали о лунных обрядах. — Мне кажется, это не просто сон, — Туманова опустила голову. — Я думаю, это было предсказание, интуиция меня почти никогда не подводит. К тому же проводить лунный обряд в солнечное затмение вполне возможно. — С твоей принадлежностью ты можешь так убить себя или открыть портал, что будет ни чем не лучше. Проводить лунный обряд тебе я ещё бы помогла, но в солнечное затмение… Нет, я скорее расскажу всё Алисе Витальевне, чем позволю тебе так рисковать. — Насть, у меня всё под контролем, поверь мне. Но ни мама, ни папа не должны знать об этом сне и вообще об этих мыслях. Ника и Сашу я беру на себя. Просто я не хочу заставлять их волноваться, но и отступать тоже нет желания. Рано или поздно, но кому-либо придется провести этот обряд. Хотя меня сейчас куда больше волнует архив, надо достать ключик, чтобы попасть туда. Я знаю, что надо делать, и уверена, Ник меня поддержит.       При упоминании Ника Настя встрепенулась. Она вот уже полчаса только и делала, что думала, где он сейчас и с кем. — Где он? — не скрывая своих чувств, спросила девушка. — Он в клубе. С Сашей, — призналась Сандра. — Понятно, — Настя прикусила губу и отвернулась, чтобы подруга не заметила её огорчения. Он так и не вернулся в кафе, так и не нашёл в себе силы подойти к ней и признаться в своих чувствах, ну что же, она будет ждать.       Несколько минут подруги сидели молча, и им этого было достаточно. Они не нуждались в словах, простые взгляды и жесты поддержки говорили сами за себя. — Девочки, что у вас там происходит? Всё нормально? Я слышала вы кричали, а теперь молчите. И почему у вас выключен свет? Я вам чай принесла, — донеслось из-за двери, и обе волшебницы разом впали в панику… — Что будем делать? — прошептала Настя, глядя на Сандру, не менее взволнованную неожиданным визитом матери. — Мы уже легли спать, — выпалила Туманова в то время, как Настя лишь закрыла лицо руками.       Меньше всего волшебница любила врать, но в некоторых ситуациях другого выхода, к великому сожалению, не было. — Спите? Зачем же вы легли так рано? Я так понимаю, что Настюша ночует у нас? Ну хорошо, тогда я ей постелю на диване в комнате Ника, он всё равно собирался переночевать у Никиты. — Алиса Витальевна медленно вошла в комнату с большим подносом в руках и замерла на месте. — Ну чай-то вы хотя бы выпьете? — С удовольствием, даже спустимся на кухню, — Настя натянула на лицо улыбочку и подошла поближе к столу, на котором стояли все приспособления. В последний момент Сандрине пришло в голову снять штору (точнее выдернуть её) и накинуть на предмет всеобщего обозрения, при этом пару флаконов опрокинулись, и зелье вытекало прямо девушкам на ноги.       Алиса Витальевна продолжала пристально осматривать комнату, поставила поднос на письменный стол и, еще раз обернувшись, отправилась в гостиную. — Кажется, пронесло, — Сандра облегченно выдохнула и присела на кровать, а Мэдисон, не делая ни шагу, сжала кулаки: — Я надеюсь, что мы не превратимся в русалок через пару секунд? — Через пару секунд не превратимся, а вот ночевать тебе придётся у нас, ведь только я могу приготовить противоядие. — Противоядие?! Я не ослышалась? — вскрикнула Настя. — С меня довольно тех случаев, когда ты покрасила волосы Ника в зеленый цвет, у меня вырос хвост, а твои родители вообще едва не превратились в живность посреди бела дня! Саша же летала с десятого этажа, но ей повезло, и она ничего не помнит. Что это за зелье?! — прошипела Вишневская. — Мы с Аной Росой разрабатывали особую систему, но пока что ничего не произошло… — прошептала Сандра, а затем нервно прикусила губу, и Настя поняла, что это ничего хорошего не сулит. Нет, определенно что-то уже успело произойти, только она об этом ещё ничего не знает.       Сандра на цыпочках подкралась к подруге и осторожно отодвинула её волосы в сторону. — Ничего, что у тебя на спине маленький ключ к порталу?! Он светится, так что лучше не показывайся никому на глаза… в ближайшие два дня. — Ты издеваешься?! — Даже не пыталась, прости, но тут я бессильна. Ана Роса приедет, как только сможет. Завтра.       Кремова Ана Роса, экстравагантная брюнетка, поражала своей прозорливостью и находчивостью, в области зелий и снадобий с нею никто не мог сравниться, да никто и не пытался. Сандра являлась правой рукой подруги, поэтому довольно неплохо разбиралась в зельеварении. — Эта эссенция не подойдёт, нужно что-то действительно оригинальное. Если мы добавим этот элемент сюда чересчур быстро, то реакции не будет, — брюнетка ещё раз взяла рисунок в руки и критическим взглядом окинула лабораторию. — Может, соединим её с эликсиром? — Сандра кивком указала на соседний стол, и по загадочной улыбке подруги поняла, что попала в яблочко. — Да, но могут быть соответствующие последствия…       Не прошло и пяти минут, как Алиса Витальевна снова появилась на пороге. — А почему вы всё ещё не переоделись? Собрались спать, а сами тут болтаете, свет выключили… — Мы ищем расческу, — ляпнула первую попавшуюся версию Насти. — В темноте?!       Теперь уже настала очередь Сандрины закрывать лицо руками. — Так она светится, — нашлась Настя. Но Алису Витальевну было не обмануть: эта женщина мигом пересекла комнату и сняла со стола слегка намокшую штору… — Что у вас тут происходит?! — Я готовлю приворотное зелье… для Ника, — уверенно сказала шатенка, чувствуя, что только это может спасти их ситуацию.       Алиса Витальевна, казалось, нисколько не удивилась, лишь на лице просияла улыбка. Женщина ещё раз бросила кроткий взгляд на дочь, а затем на светящееся голубое платье и вышла из комнаты: — Настюш, я тебе постелила. Насчёт Ника поговорим за завтраком, хорошо? — вопрос прозвучал скорее как утверждение, и шатенке ничего не оставалось, кроме как, послушно кивнуть головой.

Сандра

      Настя в очередной раз перечитала страницу и, ничего так и не найдя, отложила книгу в сторону. Перед нами уже собралась целая стопка литературы, и я разложила всё на диване, тщательно обдумывая каждую деталь.       Вторая неделя поисков пока не приводила нас к ожидаемому результату, мы только больше путались в загадках и тайнах. Должно быть, половина людей никак не задумывалась над такими вопросами, но в наших юных сердцах и умах горело желание узнать всё в подробностях. — Какие ещё будут идеи? Пока всё, что нам известно, это — твоя сестра станет следующей Небесной, совет Хранителей временно исполняет их обязанности, так как предыдущие Небесные и Шлейф-Небесные навсегда покинули свой пост после смерти императора. Правит Миранда, оставшаяся довольно-таки юной вдовой… — Настя достала из альбома фотографии всего правительства Магириуса и положила их рядом с книгами. — Да, негусто… Понимаешь, если бы я не думала, что моя семья может иметь ко всему этому какое-то отношение, я, наверное, и не искала бы путей подобраться к правде. В конце концов, кому какое дело, что происходит в Обсерватории, так сказать Белом Доме Магириуса, если все остаются довольны? Но бабушка всё чаще меня настораживает своими замечаниями и недосказанными фразами, мама уходит от разговора, Франческа тоже упорно молчит и как будто знает что-то. Они все ведут себя странно, когда речь заходит о Небесных и Четырнадцати Порталах. Меня это больше пугает…       Настя убрала каштановые пряди за уши и уныло кивнула головой. Мы обменялись красноречивыми взглядами, прекрасно понимая друг друга без слов. Она взяла меня за руку, и от одного этого прикосновения мне стало лучше. Настя всегда знала, как меня приободрить, мы с ней были родственными душами, и нас связывали особые нити, безумно прочные.       Нсастя всегда оставалась для меня не просто подругой, а сестрой. Я не могла описать словами всё, что она значила в моей жизни и какое место занимала в сердце, но я действительно любила её особой любовью. Персик, заметив, что мы, наконец, сделали перерыв в своей расследовательской деятельности, запрыгнул на кровать и присоединился к нам, мурлыча и будто бы обнимая нас своими пушистыми белыми лапками.

***

      Но на этом приключения не закончились. Посреди ночи дверь, ведущая в комнату, где спала Настя, решительно распахнулась, и Ник, не желая включать свет и раздеться, упал на диван. — А-а-аа!

***

      Саша и Женя продолжали идти по набережной, держась за руку. Она нередко делала вид, что вот-вот упадёт, чтобы он поддерживал её. Женя делал вид, что его всё устраивает, но на самом деле у парня было огромное желание развернуться и уйти куда-нибудь в другую сторону. За этот час он уже успел убедиться в том, что Александра— абсолютно несерьёзная девушка. Да, она милая, симпатичная, но нет в ней чего-то глубокого, что завораживает. — Я люблю плавать, но мне нечасто представляется такая возможность. На прогулочных катерах обычно такие вкусные пончики дают. К тому же там довольно неплохие ребята, я познакомилась с одним из них в прошлом году, но ничего путного из этого не вышло… А жаль, — говорила она, но Женя её не слушал. Он увяз в своих мыслях, не обращая внимания ни на кого и ни на что.       Внезапно Саша остановилась посреди дороги: — Жень?!       Парень насупился, предчувствуя беду: — А? Что? Ты что-то хотела спросить?       Саша едва заметно улыбнулась: — А ведь я тебе давно нравлюсь, ну, признайся!       На более удачный случай Женя и не рассчитывал. Всё оказалось настолько просто. Недолго думая, юноша выпалил: — Да, ты мне давно нравишься!