Жизненные волки

Жизнь не проходит в кандалах, Но скована цепями, Держусь всё время на руках, Иду за голубями. Пусть выведут случайно в лес, Скажу я им: «Спасибо». Пора бы снять ужасный стресс, Истосковалась сильно.       В комнате было невероятно тепло и уютно. Мягкий диван позволял мышцам расслабиться, и по всему телу прокатилось чувство обновления, очищения от негативной энергии и глупых мыслей. В небольшое окно просачивался мягкий лунный свет, и всё вокруг озарилось нежным голубоватым сиянием. Сандра с трудом поднялась на локтях и оглянулась по сторонам. Казалось, этот дом раньше был родным, а теперь его тепло и уют отталкивали и навевали тревогу. Лунэстрелия оглядывалась по сторонам и не узнавала эти стены, сейчас их словно подменили, хотя ничего не изменилось.       За окном стояла глубокая ночь, непривычно спокойная и тихая. Даже шелест деревьев не мог нарушить звенящую тишину, резко охватившую всё вокруг, и девушка испытала едва ли не облегчение. Она жива, она здорова и может дышать, может насладиться редкой минуткой одиночества в этой, казалось бы единственной комнате, где нет мрака, нет темных тонов и прежде всего дедушки с его негативной энергией.       Сандрина медленно опустила ноги на пол и с трудом поднялась с дивана. Персиковый плед упал на пол, и златовласка осторожно подняла его, закутавшись, как в детстве.       Каждый шаг давался нелегко, голова кружилась, и картинка происходящего становилось какой-то размытой, затем снова приобретала четкий вид и вновь размывалась. Туманова решила, что всё это из-за кандалов, но теперь уже их действие было не таким сильным.  — Ты не оставила мне другого выбора, внучка. До тех пор, пока ты не расскажешь правду о кольце, я не сниму кандалы. Впрочем, своё слово сдержу, и Ника трогать не буду. Надеюсь, у него хватит ума не соваться сюда, — пробурчал Венедикт, ставя свою печать на прозрачных браслетах, переливающихся на свете всеми цветами радуги. Хоть какой-то плюс в этих невероятно мощных магических приспособлениях. Хотелось ей знать, откуда в дедушке столько властности и гнева. Разве близкий и любящий человек способен причинить зло своей семье? И делают ли кровные узы их настоящей семьёй? Поведение родных настораживало: загадки, тайны, корыстные цели там, где должны быть любовь и поддержка.       Подойдя к окну, девушка выставила руки вперед, и лунный свет мгновенно позволил рассмотреть оковы. Внимательно рассмотрев дедушкину печать, дара пришла к выводу, что снять их будет не так-то просто. Венедикт был чересчур сильным магом, так что разрушить его чары не получалось ещё ни у кого.       Вздохнув, Сандра присела на подоконник. Жизненных сил оставалось совсем мало, скоро она совершенно потеряет над собой контроль.

***

      Женя ворвался в дом одного из самых сильных даров и замер. Темные коридоры, тусклое освещение, высокий каменный потолок и какая-то едва уловимая прохлада так сильно напоминали юноше ненавистный дом. Сердце забилось сильнее, руки начали дрожать, дыхание стало резким и медленным. Хоккеист шумно вдохнул и медленно пошел неведомо куда, интуитивно поворачивая в пустых и гулких переходах дома Венедикта Туманова. Спустя какое-то время, Королёв остановился напротив высокой и тяжелой на вид дубовой двери, ведущей, вероятно, в один из кабинетов Венедикта Сергеевича. Женя буквально почувствовал человека сзади, едва захотев дернуть ручку. Парень развернулся и чуть ехидно улыбнулся, увидев хозяина этого огромного особняка:  — Что вы здесь делаете, молодой человек и как вы оказались в моем доме? — дар, высокий и серьезный, с абсолютно каменным выражением лица стоял перед оборотнем.  — Пап, куда мы идем? — Женя семенил за отцом, стараясь не отставать. Темные стены навязчиво напоминали дом, а уверенность и сосредоточенность отца напрягала мальчишку и вводили в недоумение. Мальчик чувствовал нечто непонятное — смесь страха и любопытства.  — Перестань задавать вопросы и топай молча! — Юрий был раздражен, и у мальчика появилось ощущение, что от него пытаются избавится. Тогда Жене впервые пришло в голову, что отцу на него плевать, но эту мысль парнишка сразу попытался отбросить. Отец и сын долго шли, сворачивая раз за разом то вправо, то влево и наконец остановились у высокой и тяжелой дубовой двери. — Запомни, Евгений. Если ты будешь делать все то, что тебе скажет Венедикт Сергеевич и если, о, Небесный, нам повезет, и он возьмется за твое образование, проблем не будет ни у кого, а ты будешь счастлив! Посмеешь не подчиниться — не обижайся, — Юрий резко развернулся и отрывисто постучал. — И помалкивай ты, любитель говорить лишние вещи!       Тот день Женя запомнил на всю жизнь, с Венедиктом он все же препирался, после — крупно поссорился с отцом из-за «нежелания пойти навстречу важному человеку». И вот сейчас, спустя десять лет, он вновь стоял перед этим «важным человеком» и ехидничал, ощущая собственными костями, что играет с огнем.       Тем не менее парень-волк решился не только заговорить с Тумановым-старшим, но и высказывать свои просьбы:  — Вошел беспрепятственно, а нужно мне не совсем не много — свобода Сандрины и Николаса, — нагло и в то же время совершенно спокойно протянул Женя.  — Ты мне дерзишь? — Венедикт недовольно приподнял бровь, в глазах промелькнул гневный огонек, но мужчина сдержанно улыбнулся.  — Нет, что вы! Просто предлагаю сделку. Вам нужна кровь и энергия оборотня, а мне — гарантия безопасности Сандры и Ника. Выгодно ведь.  — Я не стану снимать с них кандалы — это не обсуждается! — голос Венедикта гулом раскатился по особняку.  — Я и не прошу, просто ослабьте их до уровня «отсутствие магии» без выкачивания энергии и все. Я весь в вашем распоряжении, делайте, что хотите!.. — волк с надеждой заглянул в глаза дару.  — Хм… Оборотень с его силой мне сейчас куда нужнее, кольца ведь и позже забрать можно, а за волком охотиться еще. Вы, твари, быстрые — попробуй поймай, а тут прямо в дом ко мне, да еще и добровольно! Что ж, идет, но учти, начнешь брыкаться, и я обещания не сдержу! — Туманов пригрозил хоккеисту пальцем.  — Я понимаю! Только одно «но» — заключим магическую сделку, для пущей уверенности в честности друг друга?  — Гаденыш! Ладно, но в первый и последний раз.       Венедикт Туманов испытывал очень странное ощущение, смешанное облегчение с недоумением. Ему не раз хотелось вернуться в комнату к внукам, чтобы отпустить их, но разум подсказывал, что надо действовать совсем иначе. Венедикт уже давным давно перестал действовать и идти по зову сердца, поэтому отношения с семьёй стали хуже, но мужчину это уже не волновало. Со временем ему удалось превратиться в бесчувственную каменную глыбу и справится с потерей Алисы, единственной женщины в его жизни.  — Всё это ради тебя, милая, — не раз повторял он, глядя на фотографию супруги, и если бы кто-то застал его в такой момент — тут же решил бы, что видит совершенно другого человека, к Венедикту не имеющего ровным счетом никакого отношения.       Раньше веселый и ухоженный дом, где часто слышался звонкий смех детей, превратился в настоящий замок, где была заточена не принцесса, а сам принц, вдруг оказавшийся на перепутье между добром и злом. Похоже, что другого выхода у него не было.

***

      Ночные огни с каждой секундой становились всё ярче, облака плыли с неимоверной скоростью, скрывая звезды и Луну. Она шла по дороге вдоль одного из самых оживленных шоссе, и машины мчались в бесконечном потоке по мокрым дорогам. Дождь закончился, но одинокие капли падали на ладошки, подставленные вверх, и на лице появилась улыбка, легкая и непринужденная. Глаза выискивали вокруг знакомую фигуру, прическу, но натыкались только на серые и унылые наряды проходящих мимо людей, и ни один из них даже не остановился. Она уже потеряла надежду, что найдет его, и только вздохнула, продолжая идти дальше. Оставалось совсем немного времени, но ей показалось, что секунды длятся бесконечно.  — Наверное, он не придёт, — произнесла она, снова устремляя взор на часы и понимая, что ждет его едва ли не час. Жизнь вокруг кипела, и звук неугомонных машин, смех радостных прохожих, веселый стук каблуков — всё смешалось, и на душе было так легко, от того, что мир живет, мир дышит, с каждой минутой стремясь достичь новых вершин.       Когда светофор поменял красный свет на зеленый, она вышла на трассу, но слишком поздно услышала кричащие голоса прохожих и свист колес. Мир для неё померк.       Сандра проснулась в холодном поту. Уже столько раз ей приходилось видеть ночные кошмары, но в последнее время они становились всё более и более странными, похожими на реальность. Девушка покрепче ухватилась за одеяло и беспокойно огляделась по сторонам, пытаясь найти хоть какой-то фонарик. Луна светила уже не так ярко, и в комнате было темно.       Встав с дивана, Сандрина неуверенно подошла к двери и дернула за дверную ручку. К её удивлению, та поддалась, и в следующую секунду Сандра вышла в освещенный яркими лампами светлый коридор — пожалуй, одно из тех редких мест, ещё не успевших сильно преобразиться и остающихся вечно уютными.       Туманова прислушалась, из соседней комнаты доносились чьи-то голоса. Златовласка вкрадчиво, точно кошка, подошла к двери и медленно заглянула в помещение. Но лучше бы этого не делала: на огромной массивной кровати лежали Женя и Ник, весело смеясь и устремив взгляд в потолок.  — Мне это не мерещится? — спросила Сандра, и парни мгновенно обернулись. Только теперь фигуристка заметила, что глаза у них горят, а в потолке ребята с помощью магической пластины пытались проделать дырку.  — Что это за ребячество? Вы действительно считаете, что таким вот детским методом сможете выбраться отсюда? Как минимум повредите барьер, и потолок на вас просто свалится, — заключила златовласка. По испуганным глазам брата она поняла, что самое время затаиться и вовремя спряталась за дверью.  — Евгений, нам с тобой надо поговорить, — донеслось из коридора, и Женя с большой неохотой покинул комнату.  — Хорошо, что пластинку не заметил, — прошептал Ник, хотя ни Сандру, ни его сейчас это вовсе не волновало.

***

      Женя шел за Венедиктом Сергеевичем, не задавая лишних вопросов. Парень понимал, что разговор будет серьезным и, возможно, не особо приятным, но почему-то находился скорее в состоянии предвкушения, а не страха или волнения. Туманов открыл какую-то низковатую, но весьма широкую и не менее тяжелую, чем остальные, дубовую дверь, покрытую замысловатыми позолоченными узорами.       Комната, куда они вошли, была просторной и очень светлой. Воздушные шторы насыщенного персикового цвета, падающие в пол, светлые подоконники, сплошь уставленные различными цветами, нежная светлая мягкая мебель: белые кресла и такой же диван, искусно выполненные в стиле барокко, пушистый белый ковер по среди комнаты, уютный журнальный столик, стоящий между креслами, и высокий книжный шкаф в углу комнаты, плотно заставленный книгами. Массивная люстра из хрусталя и золота и лепнина на потолке дополняли эту роскошную и строгую, но в то же время нежную и женственную комнату. Во всем интерьере и в каждой мелочи чувствовалась рука женщины — мудрой и томной, спокойной и рассудительной.       Венедикт вошел в комнату, которая некогда принадлежала его жене, и трепетно, одними только пальцами погладил ее фото, скромно стоявшее на холодном кирпичном камине, выкрашенном в чисто-белый цвет, в тон мебели и ковру.  — Проходи, чего замер? — дар чуть повысил голос на Женю и продолжил. — Это комната моей маленькой девочки, моей Лисоньки. Я очень люблю свою жену и по-прежнему жду ее, да и эта комната ждет. — В его голосе чувствовалось столько отчаяния и горя, что, казалось, весь дом невольно содрогается от жалости. Венедикт хотел добавить, что его жену убили, но промолчал. Не стоит посвящать посторонних людей в такие подробности. — Она так любила здесь читать! Бывало, после завтрака как засядет и выйдет после полуночи, я ей: «Лисочка, не порть глаза! Что ты там сидишь в одиночестве будто бы и мужа у тебя нет?!», а она в ответ: «Вень, в обществе книг не может быть одиноко!». А какие мы тут проводили вечера!.. Как дети родились, она всю себя им отдавала, днем и ночью возилась с ними, а как уснут выкраивала минутку, чтоб почитать, а после — снова к детям! Я, признаться, порою даже ревновал ее к книгам! Хе-хе… — Венедикт гортанно рассмеялся, но смех этот был натянутым и грустным. Женя почувствовал огромную любовь и в то же время горечь, и парню стало как-то не по себе. Сейчас Венедикт был невероятно мягким и даже каким-то приятным. Развернувшись к окну, он продолжил: — Знаю, Евгений, ты находишься в отношениях с моей внучкой, с Сашей. Как у вас? К свадьбе дело не движется, пора бы уже подумать и о семье, — дар хитро прищурился и вскинул взгляд на оборотня.  — Нет. Тут скорее расставанием пахнет, — Женя невесело улыбнулся и отвернулся к окну, как и Венедикт Туманов несколько минут назад.  — Расставанием? С чего это вдруг? — селест обеспокоенно нахмурился.  — Да так… Это наше, личное. Сами и разберемся, — Королев был безразличен и это ввело Туманова в еще большее беспокойство. — Тем более, что ей всего семнадцать, маленькая ещё для семейной жизни.  — Ну хорошо, а что с Сандриной?       Хоккеист заметно напрягся. Юноша крепко сжал зубы и скулы выделились еще сильнее. Женя резким движением запустил пятерню в свои длинные волосы и забросил пряди назад.  — А что с ней?  — Ну как? Она тебе нравится? Ты о ней беспокоишься, заботишься — это видно. Почему? С чего бы тебе рисковать собой ради нее? — парень-волк уловил нотки гнева в голосе собеседника, но на вопросы ответов не дал.  — Евгений, ты же в курсе, что тебе нельзя к ней приближаться и даже думать о ней не стоит для твоего же блага? — Венедикт продолжал настойчиво задавать вопросы.  — Знаю… Но вы, верно, понимаете, что следовать прихотям вашим и моего отца я не стану. Как-нибудь сам разберусь в своей личной жизни и, если захочу, добьюсь и Сандрины, — Королёв вскинул дерзкий взгляд на волшебника.  — Вот как? Что ж… — мужчина закипал от гнева, но пока держал себя в руках. — Ты знаешь, зачем она пришла сюда?  — Да, из-за брата, —Женя ответил лаконично и нагло, и это еще больше разгневало Венедикта Сергеевича.  — Неужто Сандрина доверяет тебе свои тайны и секреты? Что у вас с ней? Она тебе нравится??? — хозяин поместья перешел на крик, и у Жени зазвенело в ушах. Ответа не последовало, и Венедикт с силой ударил парня в челюсть, куда-то между скулой и впадиной в щеке. Юноша издал короткий стон, но даже не подумал закрыть ноющее место рукой. Вместо этого хоккеист поднял свои ярко-голубые глаза на Туманова и криво усмехнулся.  — Я еще раз спрашиваю: Что у тебя с Сандриной и какие у тебя на нее планы? — маг пристально посмотрел Жене в глаза, ожидая ответа, которого вновь не последовало. Молчание Королёва привело дара в бешенство. Он еще дважды ударил парня по той же щеке, не удержав себя в руках, и, превратившись в ястреба, улетел прочь из комнаты. Все планы идут коту под хвост, но всё ещё не поздно исправить.

***

      Женя открыл глаза. Он лежал на полу в комнате, откуда ушел «поговорить» с Венедиктом, свернувшись клубочком. С чуть слышным стоном парень развернулся и лег на спину, глядя в потолок. Сандра и Ник лежали на кровати и взволновано наблюдали за хоккеистом, буквально ввалившимся в комнатушку из ниоткуда. Сандрина подошла к Жене и села рядом с ним на колени. Оборотень посмотрел на нее дружелюбно и нежно, впервые за все время их знакомства, и мягко улыбнулся, не обращая внимания на сильную боль.  — Ну как движется операция «вытащим себя отсюда сами, ибо никто нам не поможет»? — хоккеист попытался разрядить обстановку.  — Что с тобой, Жень? Это дедушка так?.. — девушка выглядела обеспокоенной. — Сильно болит? — она осторожно провела пальцами по окровавленной щеке Королева.  — Ерунда!  — Ага, вижу!.. Давай на кровать, а я пока достану какие-нибудь андаровские лекарства, ничего, связанного с магией в этой комнате нет, кроме безнадежной магической пластинки, которую Ник уже спрятал, так что будем обходиться подручными средствами. Что-нибудь разыщу и обработаю тебе скулу, — Сандрина встала и, подойдя к камину, начала выдвигать ящики над ним, беспорядочно там копошась.  — Ой, ну все же хорошо, просто ссадинка! —Женя умастился на мягкой кровати, пропитавшейся приятным ароматом духов фигуристки, и начал протестовать, но девушка оборвала его пререкания внезапным прикосновением проспиртованной ваты к разбитой скуле. Сандра старалась сохранять спокойное выражение лица, но её руки дрожали, глаза испуганно изучали лицо.

Сандра

Женя вернулся в ужасном состоянии, Ник подхватил его и помог перетащить на кровать, а я сидела в углу комнаты и пыталась понять, что делать дальше. В тот момент он казался мне отчаявшимся, но безумно храбрым. Я видела, как напрягается каждая мышца его тела. Женя всегда старался улыбаться, но в глубине его глаз отражался целый мир, пока что мне непонятный и незнакомый. Это странно — находиться рядом с человеком и совершенно не знать, что твориться в его голове, о чём он думает, чем живёт. Я села рядом с ним, сгорая от желания обнять его, успокоить, уменьшить его боль. Перед глазами пронеслась картинка, как дедушка прикладывается кулаком к его скулам, и я на миг зажмурилась. — Это дедушка так? — мой голос дрогнул, я сжала руки в кулаки, надеясь, что Женя этого не заметит. И он не заметил. Нет, надо было срочно что-то делать. Я вскочила с места в поисках лекарств, и не могла понять, почему меня так трясёт и колотит, словно сквозь меня пропускают двойной заряд электрического тока.

***

      Парень-волк со всей силы скомкал в кулаке покрывало, которым была застелена кровать, и закрыл глаза. Ник дружески похлопал товарища по плечу и весело расхохотался.  — Видел бы ты, что тут было, когда ты ушел. Нас, оказывается, закрыли, мы обшарили всю комнату, но так ничего и не нашли. Эх, ребята, чтобы вы без меня делали?       Ник заметно повеселел и запустил руку в русые пушистые волосы. Прическа Туманова оставалась безупречной, не смотря ни на что, и это, казалось, придавало ему всё больше и больше уверенности в себе.       Эстрелий перевел взгляд с Сандрины на Женю, а затем осторожно нащупал в кармане джинсов какой-то небольшой предмет.  — Это, что, какой-то камень из бус? — Королев всё ещё не понимал, к чему клонит друг. По широкой улыбке Сандры он понял, что попал далеко не в яблочко.  — Она меня понимает, — Ник громко рассмеялся. — Эту вещицу мы с ней изобрели буквально год назад, записывает всю самую важную информацию, способна улавливать мысли людей, незначительные детали, так что это не просто прозрачная бусина с голубыми узорами. Здесь пароль, — Ник медленно выставил руку вперед, и Сандра поняла, что именно он хочет сделать.  — С дополнительной силой уже рождаются, — только и сказала златовласка, и в следующую секунду комната заполнилась темной дымкой, перерастающей в туман, поначалу он был серого цвета, затем резко стал фиолетовым, а в конце и вовсе достиг ярко-красного оттенка. У Жени по коже пробежали мурашки, когда среди густой мглы стали появляться огромные, поначалу размытые, буквы и цифры.  — Ник, вводи, скорее. Меня надолго может не хватить, я уже теряю сознание. — Ник последовал совету сестры и быстро ввел код на кандалах, с трудом различимых в тумане.       Сандра подтолкнула Женю, и тот, всё ещё ничего не понимая, подставил руки другу. Туманов опять безошибочно ввел код, но когда дело дошло до сестры, цифры исчезли, и та ничком упала на кровать.  — Тише, тише, милая, потерпи, — Ник пододвинул Сандру поближе и в последний раз ввел злополучный код.  — Объяснишь, что всё это значит? Откуда туман, что это за код?  — Всё потом, сейчас главное — выбраться, — Ник подхватил сестру на руки и осторожно передал её Жене, — сейчас будет работать мастер, я тут все ходы выучил наизусть, а ты последи за Сан, она потратила слишком много энергии. Может, через пару дней придет в себя. Знаешь же, насколько плохо сказывается потеря жизненных сил на дарах.       Хоккеист медленно провел пальцами по румяной тоненькой щеке Сандры, и ему показалось, что он хочет защитить эту маленькую хрупенькую девочку ото всех бед. Она проявляет необычайную решимость, при этом оставаясь женственной и поистине милой. Женя до сих пор не понимал, как ей так удаётся враз меняться? Сначала уверенная в себе и неприступная, а затем заботливая и решительная, снова хрупкая и нежная, а после — самоотверженная и упрямая. Казалось бы, все эти качества просто неуместны в одном человеке, но Женя уже убедился, что в мире всё возможно.       Тем временем Ник с помощью силы узорного шрифта изобразил на двери тот же самый код, какой использовал Венедикт Туманов и для кандалов, и выход из этого темного помещения уже не казался таким невероятным и удручающим.

***

      На улице было как-то прохладно, и шатенка ещё больше закуталась в серый шарф с дырочками. Лунные отблески, отбрасываемый на асфальт, придавали ночи особое очарование, чистоту и искренность, а ночные огни сияли ярче обычного. Мэдисон уверенно шагала по тротуару вдоль шоссе и с удивлением обнаружила, что даже в такое позднее время людей на улице довольно-таки много, а про машины уж не стоит и говорить.       И впрямь, ночью Москва только просыпается. Очередной порыв ветра снова ворвался в лицо эстрелии, и та застыла на месте, чтобы подправить прическу и убедиться, что её подозрения всё же будут оправданы. Нахмурившись, Мэдисон продолжила шагать дальше, но внезапно обернулась, окончательно сбив преследователя с толку и раскрыв его личность.       Вишневская ожидала чего угодно, но это уже переходило все допустимые границы. — Мама?!

***

 — Как это нет билетов на Москву? — Алисия стояла возле кассы в одном из аэропортов Толедо и уже пятнадцать минут раздражала кассира одним и тем же вопросом.  — Ну, вот так, нет и все! Есть в Сидней, в Мадрид, в Канны, в Марсель, в Берлин, а в Москву билетов нет!  — Хорошо, в другие города России, ну, я там не знаю, в Ростов-на-Дону, в Казань, в Петербург?       Симпатичная молодая женщина, что сидела за кассой начала нервно стучать ручкой по столу, закатывая глаза:  — Девушка, я же вам уже трижды сказала, что в Восточную и центральную Россию билетов нет. Вообще.  — Хорошо, куда есть? — гимнастка медленно выдохнула, пытаясь успокоиться.  — Во Владивосток, — с облегчением ответила кассир, радуясь, что дело сдвинулось с мертвой точки.  — Отлично, давайте! — Алисия быстро расплатилась и, получив билет, наконец отошла от кассы.       Покопавшись в сумке, девушка достала телефон и набрала недавно внесенный в него номер.  — Данил? Это Алисия. Дань, у меня будет к тебе небольшая просьба. Не мог бы ты отвезти меня в аэропорт через четыре часа? Что? А, да, я взяла билет, только не в Москву, а во Владивосток. Что? Ой, да откуда я знаю, почему в Москву нет билетов, а во Владивосток есть? Ну, вот так вот. Что? — девушка в третий раз прокляла связь в аэропорту Толедо и, наконец, покинула здание. — Да. Как со мной? Зачем? — Романова опешила и остановилась как вкопанная. — Да я и сама справлюсь! Хм… — девушка задумчиво подняла зеленые глаза в небо и осторожно провела тонкой рукой по каштановым слегка вьющимся волосам, поправляя и без того идеально уложенные кудри. — Ладно, хорошо. Тогда через четыре часа на площади. Угу, давай, — Алисия сунула телефон в карман и, устало вздохнув, быстро пошла по узеньким переулкам города.

***

      Сильная волна голубоватого цвета откинула Ника в дальний угол комнаты. Сандрина в это время громко взвизгнула от острой жгущей боли, которая резко пронзила ее запястья.       Женя невесело ухмыльнулся. Под потолком, разворачиваясь как магический папирусный сверток, медленно появилась голограмма. Искаженное от гнева лицо Венедикта Сергеевича с искрящимися, но все же довольными глазами плавно растянулось по периметру всего потолка.  — Да уж, я, конечно, знал, что вы умные и сообразительные ребята, но и подумать не мог, что вы зайдете так далеко. Придется сменить пароль на печать, хоть я и не делал этого уже лет десять, как минимум. Я удивлен, — Венедикт задумчиво провел рукой по подбородку. — Но мой вам совет: не дергайтесь, я ведь могу и на Евгения надавить, а мне бы этого о-очень не хотелось. Удачи, внучата.       Сандра вздохнула и легла на кровать рядом с рычащим от злости Женей:  — Мы придумаем как отсюда сбежать, дедушка! Нам просто нужно немного больше времени.  — Я знаю, кто нам поможет! — резко подскочил Женя, хватая свой телефон.

***

      Саманта застыла посреди тротуара, мечтая, чтобы всё это оказалось страшным сном. Дочь подошла к ней вплотную, всё ещё не веря глазам, и её реакция была вполне ясна: Саманта бы тоже скорее поверила в то, что за ней шпионит стайка незнакомцев, чем родная мать.  — Я проходила мимо, — попыталась оправдаться та, понимая, как глупо звучат её слова. Мэдисон уперла руки в боки, и всё её лицо выражало гнев.  — То есть ты никогда не ходила в районах, где бываю я, а теперь вдруг, совершенно случайно, в час ночи решила прогуляться? Мам, это глупо. Я терпеть не могу ложь, но это уже переходит все границы, ты точно такая же, как и отец, ничем не лучше. Стараешься установить свой контроль, а сама я тебе и подавно не нужна. Даже Тесса за меня беспокоится больше, чем ты. Ты хоть раз зашла ко мне в комнату просто так? Спросила, как прошли соревнования, как тренировки, как моя жизнь, учеба в школе? Мы всегда были порознь, не вижу причин менять что-то и теперь. Оставь меня в покое! — шатенка впервые высказала матери в лицо всё, что накопилось в душе. Маска радости и оптимизма вконец слетела, уступив место реальным чувствам, и абитуриентке было действительно больно от того, что всё сложилось так неудачно.       Саманта закрыла лицо руками, понимая, что все её страхи вдруг стали реальностью, а ведь самым большим кошмаром для женщины являлся именно этот разговор. Она понимала, что когда-нибудь он настанет, но всё-таки надежда умирает последней, и женщина до последнего момента верила в чудо.       Только сейчас она заметила, как выросла Мэдисон, из маленькой девочки превратилась во взрослую самостоятельную девушку, а ведь всё это время Саманта была вдалеке. Стремилась помочь мужу и потакала во всех его прихотях, заботилась о сестре и племянниках, всё больше и больше отдаляясь от самого дорого человека в жизни. От человека, который нуждался в ней и ждал каждый день перед сном, чтобы пожелать доброй ночи, от человека, который бежал вприпрыжку, когда она возвращалась из магазина или с работы, от маленькой девочки с каштановыми волосами, чей звонкий смех был слышен на весь дом.       А дом — какой-то неправильный, слишком большой и напыщенный, слишком величественный и гнетущий, нуждающийся в уходе. Только сейчас Саманта осознала, насколько вся эта жизнь была неестественной и удручающей, точно клетка из чистого золота. Действительно, красиво и дорого, роскошно, смело, но после долгих лет такой жизни хочется глотнуть свежего воздуха, без драгоценных камней, без вычурности и напыщенности.  — Мэдисон, подожди. Я, правда, следила за тобой, но это не значит, что я… такая же, как и твой отец. Я живу с ним из-за тебя и Ровены. Ей некуда пока что пойти, она зависит от Тимура, я и сама завишу от него, ведь другого выхода не было.  — Мама, выход всегда есть! Каждый видит то, что хочет видеть. Ты внушила себе, что без папы не сможешь прожить и двух дней, да, ты его любишь, но по-своему. Ты просто привыкла быть девочкой на побегушках, он тебе скажет сжечь семейные фото — ты сожжешь семейные фото, скажет, чтобы ты уехала на неделю к родителям, и ты уедешь. Если бы он приказал отправить меня заграницу, ты бы, не раздумывая, подчинилась, просто потому, что он знает, что лучше. Но ты спросила меня, хочу ли я так жить? — Мэдисон с трудом сдерживала слезы. Комок, вставший в горле, мешал говорить, но шатенка всё же продолжала, уже окончательно потеряв терпение. — Мне не нужен был дворец, не нужны были дорогие вещи, ужины в ресторанах, модные прически, собственные стилисты. Всё это для меня не играет никакого значения, я нуждалась лишь в родительском внимании. Каждый ребенок хочет знать, что его любят и он нужен, знать, что его ждут дома и беспокоятся за него. Я же этого никогда не знала. Деньги — это ещё не всё. Если бы ты захотела, ты бы нашла выход из ситуации. С отцом можно и нужно бороться, с его диктатурой, которую он установил. Я ушла из дома, не хочу туда возвращаться. А тебе я искренне желаю удачи. И да, передай папе, что я знаю о его махинациях, а часть тех денег, что он выиграл, принадлежит на самом деле мне.  — Каких денег? Ты о чем? — изумленная, Саманта раскрыла рот от удивления.  — А ты не в курсе? Надо же… Тогда послушай: папа ставил на меня, когда я участвовала в соревнованиях по фигурному катанию. У меня есть копии всех документов, а также копии чеков и личных счетов. Он водит всех за нос, включая и тебя. А ещё Ян ежемесячно выплачивает папе кругленькую сумму за проживание в нашем доме. Более того, Ровена ничего не знает. Советую тебе как можно скорее поговорить с ней на этот счет. А теперь прости, мне пора. Меня ждут, хоть где-то меня действительно ждут, — Мэдисон в последний раз взглянула на мать и стремительным шагом направилась в противоположную сторону. Слёзы струились градом по раскрасневшимся щекам, но шатенка упорно шла дальше, стараясь взять себя в руки.

***

      В темноте было тяжело ориентироваться, и под ногами постоянно оказывались то стулья, то столы, и Тесса всё время беспокойно оглядывалась по сторонам. Пробраться в гардеробную оказалось куда сложнее, чем она думала, ведь та располагалась в противоположном крыле дома, где как раз-таки и обосновались кузены и кузины Мэдисон. Тесса молила Бога, чтобы всё получилось, и её не заметили.       В темном коридоре улавливались смутные очертания картин и шкафчиков, но Тесса всё ещё продолжала натыкаться на них и прикусывала язык, когда нога в очередной раз ударялась обо что-то тяжелое и массивное. Оставалось совершенно немного: всего лишь пять метров до цели, и Тесса с облегчением вдохнула.       Комната Генри, старшего сына Сюзан, находилась рядом с гардеробной, бок о бок. Когда Тесса проходила мимо двери в комнату кузена, из-за нее внезапно донеслись громкие голоса, и бедная девушка с застывшим от ужаса сердцем юркнула под первый попавшийся стол. Слава Богу, Саманте так и не удалось уговорить мужа убрать его на чердак. Довольно громоздкий, из темного дерева, он был неуместен в коридоре, но тем не менее Тимуру казалось, что он добавляет особого шика помещению, потому-то его и оставили нетронутым. Женщине пришлось смириться с решением мужа, что ни для кого не стало открытием.       Тесса видела, как дверь медленно отворилась, а затем парень в современных коричневых ботинках вышел в коридор. За ним последовала девушка в фиолетовых босоножках на высоком каблуке. Не было и никаких сомнений, что это Ванесса, ведь только у неё была привычка постоянно ходить на высокой обуви.  — Прости, кузина, но мне кажется, что такой наряд не очень-то уместен для наших ночных приключений, — Генри усмехнулся, оглядывая девушку с ног до головы. Платье в тон к туфлям, перетянутое золотым поясом-цепочкой, позволяло разглядеть стройные ножки. Кукольная внешность Ванессы заставляла многих парней затаить дыхание, когда та проходила мимо, но было что-то отталкивающее и холодное во взгляде хитрых ярко-зеленых глаз с голубоватым отливом. Светло-каштановые янтарные волосы были уложены в мальвинку, и мягкими волнами струились по плечам.  — Я знаю, что в этом будет неудобно сражаться, но ты совсем забыл о конспирации. Окажись здесь кто-нибудь в неподходящее время, он бы сразу понял, что мы что-то затеяли. Я думала, у Сюзан будут более сообразительные сыновья, — Ванесса расплылась в ехидной улыбке, тонкие губы, накрашенные неярким малиновым блеском, засияли, едва на них упал лунный свет, проникающий в окна. Тесса навострила уши: о каком сражении идет речь?       Генри пригрозил кузине пальцем и осторожно прокрался в гардеробную, а пару секунд спустя вернулся с массивным пакетом в руках.  — Переоденешься на улице, — прошептал он, и Тесса буквально почувствовала напряжение, резко повисшее в воздухе. Не было и сомнений, что Ванесса презрительно смотрит на кузена, всё ещё пытаясь переварить мысль о том, что переодеваться придется на улице, да ещё и в обществе этого выскочки Генри. С её необычайно высоким ростом на фоне Генри она казалась Эйфелевой башней. Впрочем, его это нисколько не смущало.  — Я выше тебя на двадцать сантиметров, так что даже каблуки не помогут догнать меня, да и не нужно. Иначе будешь выглядеть, как жираф, — Генри словно прочитал мысли девушки и вальяжно вручил ей пакет с одеждой.  — Очень смешно, — огрызнулась та. — Я надеюсь, ты не забыл, куда надо идти. Тимур просил не задерживаться, иначе пропустим всё веселье. Хотя я, честно, не понимаю, к чему он позвал твоего младшего братца, Стива. Он ведь даже не знает, как правильно применять заклинания, всё время допускает промахи.  — С чего-то же ему надо начинать, — буркнул Генри. Он и Ванесса удалялись все дальше и дальше от гардеробной, продолжая рассуждать.  — Когда мы с Лусианной украли пыльцу, он чуть не завалил всё миссию. Пришлось действовать вдвоем, да и справились мы прекрасно. Вряд ли кто-нибудь догадается, что пыльца у Юрия, мы постарались на славу, — Ванесса слегка рассмеялась, и тогда Генри наступил ей на ногу, буквально заставив замолчать.  — Мисс Бдительность, ты не могла бы вести себя потише? Я знаю, что ты довольна собой, такая умничка, украла пыльцу с Лусирией из Обсерватории и доставила Юрочке, даже видела, как тот запрятал её в свой потайной сейф, но давай сосредоточимся на реальности. У нас новые противники, а значит, надо начинать всё с самого начала. Забудь о прошлых победах, они будут тебя только сбивать.       Ванесса тут же стала необычайно серьёзной, вся веселость словно растворилась в темноте ночи.  — Хорошо, но думаю, что нам не придется тратить много усилий. Насколько я знаю, там два парня и одна девчонка: Николас, Евгений и, кажется, Сандрина. Мы с ними справимся, можешь не сомневаться.       Тесса всё больше и больше впадала в замешательство. Она уже не боялась, что её заметят кузены, все мысли были заняты лишь одним: найти Мэдисон и помочь ребятам.       С тех пор, как шатенка сообщила Вишневской, что Тимур делал на неё ставки и даже вынуждал Яна оплачивать проживание в доме, прошло немало времени, и Тессе показалось, что она уже ничему не удивится, но эта сцена потрясла её куда больше. Лунная пыльца у Юрия. Её украли Ванесса и Лусианна. Лусианна — сестра Жени. Им грозит серьёзная опасность.       Всё в голове перемешалось, и Тесса вжалась в стену, считая секунды до того, как Ванесса и Стив окончательно покинут дом.       Шаги удалялись.

***

      Прошло пару часов. Машины беспрестанно мчались по шоссе, а Мэдисон шла по тропинке, рассматривая ночное небо, теперь уже усеянное звездами. Где-то вдалеке показались первые лучи солнца, и небо постепенно становилось светлее.       Тесса так и не появилась. Абитуриентка в сотый раз достала телефон, чтобы проверить, не пришло ли сообщение, но всё по-прежнему оставалось неизменным.  — Мэдисон, я тебя нашла! Нам надо поговорить, Ник, Сандра и Женя сейчас в эпицентре событий, — запыхавшаяся, Тесса бежала к кузине со всех ног.  — Что? О чем ты говоришь?  — Некогда говорить. Надо действовать прямо сейчас, иначе потом уже будет поздно. Ты ведь знала, что Генри — та ещё сволочь?