"Прими меня"

      Марк понимал, что она снова хитрит и уходит от ответа. Понимал, что Мия снова так подло заставляет его отступить от своих решений. Он понимал… Понимал слишком многое, однако не мог воспротивиться и оттолкнуть от себя эту маленькую брюнетку, так тесно жмущуюся к нему.       Её пальцы зарывались в его волосы, а губы опускались на сильную шею, оставляя фиолетовые метки. Казалось, что Мия просто отбросила маску «холодной леди», наконец, позволяя своим эмоциям взять над ней верх и перестать слушать голос разума. Сейчас ей было слишком плевать… Просто и бесповоротно.       Она плавилась, когда его пальцы расчерчивали узоры на её спине и пытались поддеть края водолазки в попытке снять, настолько быстро, будто он боится, что она убежит… А разве она собиралась сопротивляться?       Нет. Не сейчас, когда только и поняла, насколько сильно соскучилась и как сердце с ускоренной силой бьётся от его жарких касаний… Ещё секунда — и злосчастная водолазка отлетает на пол, и его мягкие губы уже начинают ласкать шею, заставляя девушку запрокинуть головку назад, прикрывая глаза. Стало слишком хорошо и слишком вольно…       Слишком влажно. Слишком приятно, когда его язык скользил по коже, вызывая табун приятных мурашек по телу, когда он слегка прикусывал шею, оставляя свои следы, словно клеймя… Но она была точно не против. Ведь сама слишком этого хотела. Правда, боялась признаться в этом даже себе. Даже в самых своих сокровенных мечтах, а теперь, когда это стало реальностью, совсем потеряла над собой контроль. Всего просто было слишком…       Мия не вспомнила бы в какой момент стянула с него его майку и потянулась к змейке на чёртовых джинсах, желая ощутить ещё ближе и стать единым целым хотя бы на одну ночь… И пусть после этого уже ничего не будет — она хочет этого. Безумно. И это было волнительным и пугающим. Ведь ещё никогда брюнетка так не хотела мужчину. Не хотела никого настолько сильно, как сейчас. Просто не хотела отрываться от него… — Прости меня, — шептала Мия в перерыве между очередным поцелуем, чувствуя, как нахальные руки Марка стаскивают с неё джинсы. И к лучшему её всё равно лишь раздражала лишняя ткань на своём теле. Однако на миг внутри пробежалась искорка стыдливости. — Прости… за всё…       Но он, кажется, не услышал, останавливая свой взгляд на таком желанном теле. Ему уже было всё равно из-за чего он до этого злился на неё и в ярости хотел разломать собственную квартиру. Потому что держать её рядом настолько близко уже было слишком нужно. И сердце уже начинало устраивать ускоренную чехарду, как ни с кем до этого. И пусть его собственные слова звучат, как полнейший романтично-пафосный бред, но это, действительно, было так. Эти чувства, разом оглушающие, была полной правдой.Парень прерывисто выдохнул, притягивая её к себе сильнее, но вдруг заметил, как брюнетка опустила взгляд. В момент он напрягся, не понимая, что не так… — Мия, — позвал он, опуская ладонь на её щёку. Испуганный взгляд послужил ему ответом, тут же прошибая пот. Все доблестные страстные порывы вдруг стали неимоверно гаснуть, глядя на такое хрупкое обнажённое перепуганное создание перед ним. Захотелось врезать самому себе. Он снова всё испортил. — Я напугал… Прости…       Марк попытался отстраниться, однако её пальцы в одну секунду обхватили его запястье не отпуская от себя. И только внимательно всмотревшись в эти карие глаза парень понял, точнее нашёл, что не смог разглядеть сразу, приняв за совсем другой страх… она боялась его реакции. То, какой он увидит её.       Да. Она стеснялась своего тела, которое казалось ей сейчас совсем неидеальным из-за беременности. И просто тупо боялась, что не понравится ему, и брюнет просто уйдёт. Ведь, когда они познакомились, она была ещё совсем тростинкой, а теперь. Понравится ли она ему такая? Такой глупый и необдуманный страх. Мия просто не понимала, что была для него самой желанной сейчас женщиной, которую он бы не променял на тысячу красоток в своей постели. Ведь только она могла разжечь в нём такую бурю эмоции, а никто другой. — Ты прекрасна, — прошептал Марк на её ушко, заметив, как она потянулась к нему сильнее. Его девочка. — Всегда была и будешь слишком прекрасна для меня.       На миг. Короткий миг их глаза встретились, а дальше для неё все его слова потеряли полнейший смысл, потому что его взгляд говорил больше тысячи пустых и ненужных сейчас слов. Он желал её. Именно её, а не какую-то другую девчонку. И слова сами по себе сорвались с губ. — Хочу тебя…       А потом снова бешенные поцелуи, избавление от остатков одежды с последующими жаркими прикосновениями, слова и тихими фразами, прошепченными на ушко. И этого Мия хватило бы, чтобы чувствовать себя счастливой, но так отчаянно хотелось больше. Безумно хотелось… Особенно, когда он навис над ней, опираясь на свои согнутые руки, заглядывая потемневшими от желания голубыми глазами в её карие, словно бы спрашивая разрешения, чтобы слиться с ней воедино. — Я буду осторожен, — пообещал Марк, поцеловав её в висок, чувствуя, что ещё немного и он просто кончит от того, что она такая распахнутая сейчас перед ним… Но желание не причинить ей боль брало верх над животными инстинктами. Он никогда не причинит ей боль… — Я знаю, — она хлопнула глазами, ощущая, как все эти секунды кажутся вечностью… — Прошу тебя… Марк…       И он вошёл в неё. До одури мягко, нежно, не позволяя себе сорваться в бешенный ритм, делая всё, чтобы она испытала ту же грань удовольствия, что и он. Ведь сейчас для них обоих это было слишком важным. Сплетённые вместе руки, прижатые друг к другу тела. Его плоть в её лоне… Словно не простой секс, а какое-то откровение душ, заставляющее все маски слететь к чёртовой матери. Наверное, так и занимаются любовью… И такое тихое на выдохе, сорванное с мужских губ: — Люблю тебя…

***

      Измождённая переживаниями, она фактически сразу уснула, тихонько устроившись на груди парня и накрыв своей маленькой ладошкой его грудь. И в этой позе она показалась ему безумно милой, такой трогательной и совсем ещё малышкой.       Эти капризно сжатые губы, эти пряди, так нахально падающие на лицо, этот милый носик, который она всегда забавно морщила во сне. Казалось, Марк видел это много-много раз, но всё равно никак не мог оторваться от неё. А всё сегодняшнее лишь подогрело его стремление не отрываться от неё. Теперь он узнал ещё одну её сторону… Сторону страсти…       И, чёрт возьми, ему всё равно было мало. Хотя отчасти парень думал, что, возможно, его интерес к девчонке после этой ночи пропадёт, однако он и не думал исчезать, наоборот это чувство, казалось, сменилось другим, ещё более сильным, чем прежде. И это заставляло его задуматься ещё больше.       Брюнет устало провёл рукой по её животу, останавливаясь ладонью на уже определённой округлости, которую уже, наверняка замечают прохожие. Но задумываться над этим не было желания, хотелось просто коснуться её. Хотя в этот момент ему так хотелось ощутить, что это его ребёнок и что они настоящая семья. И тогда всё было бы просто. Безумно просто…       А сейчас? Нет. Его не столь пугал сам этот малыш, это ведь всего лишь ребёнок. Пугало другое. Даже, если они будут вместе, то, что их ждёт? Что если ребёнок не примет его, что если оттолкнёт, не почувствовав в нём отца и захотев настоящего папу? Что будет, если её бывший будет добиваться с ним встреч, а Мию потянет к отцу своего ребёнка. Ведь она вполне может захотеть полноценную семью. А он просто… останется не у дел.       И каково ему будет тогда, если даже сейчас ему так паршиво без неё? Что, если он поверит в эту хрупкую иллюзию счастья и семьи, привыкнет, а она потом просто поймёт, что он не нужен ей… И всё снова расколется в чёртовы дребезги. Потому как он просто разучился жить без неё… Разучился без её тяжёлого характера и милой поддержки. Они были вместе не так много времени, но этого хватило, чтобы он почувствовал, что не может без неё. От всех этих мыслей захотелось заскулить.       Однако стоило ей снова придвинуть к нему ближе, как Марк ощутил, как где-то внутри становится теплее. Совсем непроизвольно, но как-то совсем правильно. Как и вся эта ночь. Ночь, которая показала, что он уже не сможет от неё отказаться, да и она что-то испытывает к нему, хоть и не признаётся в этом даже себе. — М-марк, — донёсся до него тихий бубнёж, заставляя обеспокоенно вглядеться в лицо той, которая звала его. — Марк…       Её глаза всё ещё были закрыты, а значит, всё, что она видела было лишь сном. Но от того, что он поселился в её снах стало как-то приятно что ли, однако то, как она с силой льнула к нему напугало. Создавалось ощущение того, что она кого-то отчаянно боится. Или просто хочет укрыться от всех. — Не уходи, — шептала Мия сквозь сон, и это на одно мгновение вселило какую-то надежду. — Марк, не уходи… — Не уйду, — серьёзно ответил брюнет, целуя её в лоб и обнимая сильнее, чтобы она ничего не боялась. Ведь сны — это подсознательное отражение наших страхов. Так, может, она, действительно, боится его потерять? Она не умеет так искусно играть людьми, а, значит, и правда нуждается в нём. Так может стоит перестать себе мозг самыми страшными картинками и прото жить дальше? — Никуда я от тебя не уйду… Больше точно…

***

      Когда девушка проснулась, то не сразу поняла, что это не сон. Рядом с ней лежал Марк, прижимающий её к себе, взъерошенный и полуобнажённый. И это заставило Мию покрыться стыдливым румянцем от осознания того, что вчера произошло между ними. Воспоминания о вчерашней ночи всполохами пробежались по коже, заставляя её внутренне сжаться от этого.       Она вчера, будто действовала под какой-то анестезией, но, на удивление, сейчас совсем об этом не жалела. Ей было слишком хорошо с Марком, чтобы думать, что этого могло не быть. Заслужила же она хоть немного счастья хотя бы на вчерашнюю ночь? Правда, что делать со всем этим сейчас представляла совсем смутно, и единственным выходом было просто уйти.       Может для него это просто был обычный секс. Без обязательств. Как она знала по своему опыту, мужчины любят так закрывать гештальт по тем, кого когда-то долго добивались. А после этого прогоняли, удовлетворённые своей целью. Однако его «люблю» всё ещё отдавалось в голове, а память услужливо подбрасывала выражение его глаз в этот момент. Чистое. . Ей отчаянно не хотелось верить в то, что он мог так врать, но это слишком сильное чувство, чтобы испытывать его по отношению к ней… И студентка только собралась встать, как… — Далеко собралась? — поинтересовался голос над ухом, и Мия тут же подскочила на месте от неожиданности, тут же понимая, что весь её план летит к чёрту. По крайней мере взгляд Марка обещал только это. — Опять решила сбежать? — Нет, — открестилась брюнетка, чувствуя, как от его взгляда в одежде становится мгновенно жарко, а слова даются с трудом. — Я просто… — Просто решила убежать, как маленькая трусишка, — продолжил за неё Марк, качая головой и потирая переносицу. Чего-то подобного он и ждал, потому и не смыкал глаз всё ночь, боясь пропустить её пробуждение. — Ты не меняешься. Всё так же избегаешь прямых решений.       Это не было упрёком, скорее просто фактом, который так сухо вырвался из его уст. Однако как она могла обижаться, если это было правдой? Глупо… И совсем непродуманно. Она ведь и правда собиралась сбежать от него, так и не поговорив. Просто как объяснить ему все те страхи, что были в её голове? Как сделать так, чтобы он понял то, что творится внутри неё? Всё это казалось слишком сложным даже для самой себя, а не только для кого-то. Но Марк всё так же ждал ответа. — Я просто не знаю, нужна ли тебе, — честно призналась брюнетка, опуская взгляд. Наверное, этот вопрос не отпускал её после самого первого их поцелуя, заставляя всё в душе переворачиваться с ног на голову. — Ты мог пожалеть об этой ночи, а я бы своим присутствием лишь надоедала бы. Я не хотела, чтобы… — Если бы я пожалел, то тебя бы здесь уже не было, — перебил Марк, и его лицо вновь приняло слишком серьёзное выражение. И только пальцы привычно мягко пробежали по девичьей щеке. — Я бы не позволил остаться тебе со мной, как бы и ты не позволила мне обнимать тебя, а уж тем более приблизиться, если бы ничего серьёзного не было. И как долго ты собираешься играть нашими чувствами, Мия? — А они есть? — спросила она, чувствуя, что ещё немного и её сердце остановится в ожиданий его слов. Наверное, только сейчас она напрямую спросила это. Потому что больше не было больше сил гадать и мучить себя неопределённостью. — Твои чувства ко мне?       И в эту минуту студентка замерла, ища подсказки в его глазах. Да, она много раз вела себя слишком глупо, откровенно смеясь над его чувствами, но в глубине души всё ещё так по-детски хотела поверить, что она не испортила всё своими выходками. А потому так многое зависело от его ответа сейчас. Тут только два варианта, которые решат всё в её голове, и третьего не будет… — Я влюбился в тебя с первой встречи, — заговорил Марк, устало выдохнув. Её удивлённые глаза требовали объяснений, но он лишь прижал девчонку к себе ближе, обнимая двумя руками, чтобы не сбежала. — Во мне никогда не было жажды благородного спасителя, я всегда хотел быть для тебя большим, чем просто друг. А потом слишком отчаянно привязался к тебе, но ты видела во мне лишь «друга». — Не видела, — перебила его брюнетка, покачав головой. Ей было сложно признаться во всём, но сейчас он раскрывал перед ней душу, искренне. Так разве смела она ответить другим, копя в душе груз из собственных чувств? — Я просто не смела претендовать на большее. Ты был для меня — героем из сказки, а я была испортившей всё принцессой тем, что выбрала не своего принца. И от этого было слишком паршиво, Марк. Сначала ты казался мне высокомерным и самовлюблённым, но в тот момент, когда ты забрал меня из кафе после обморока и купил те булочки с вишней, заботясь… Я поняла, что ошиблась. Впрочем, я всегда ошибалась в людях. — Скорее не верила им больше, — отметил Марк, мгновенно беря ладонь Мии в свою и переплетая пальцы. — А я просто ждал, когда ты позволишь быть к тебе ближе, но ты только отталкивала… — Ты тоже оттолкнул меня тогда в больнице, — обиженно ответила девушка, хотя сама понимала, что отчасти была не права. Но то, что он не приходил к ней тогда обидой въелось под кожу. — Ты просто не приходил ко мне больше. — Я дал тебе возможность побыть в моей роли, — пожал плечами Марк, решая умолчать о том, насколько ему самому было тяжело не сорваться и не поехать к ней в больницу. Но он понимал, что если он сделает это, то ничего не изменится, а она должна была всё же понять. — Тебе понравилось в ней, Мия? — Нет. Ты знаешь это, — честно сказала студентка, опуская голову и понимая, что чуть сама не разрушила всё ещё раньше из-за собственной глупости. Но был ещё один немаловажный фактор, который всё также не давал закончить все эти обсуждения. — Прости меня. Я вела себя, как дура, но ситуация от этого легче не становится, Марк. Я всё ещё беременна и не от тебя. И этого не изменить, как бы ты ни хотел. - Но не изменить и того, что я люблю тебя, а ты меня, — произнёс брюнет, запуская руку в её волосы, чтобы ощутить их мягкость и просто прижаться ближе. — Так зачем снова запускать всё по новому кругу? Если мы не можем друг без друга… Если нам так паршиво по одиночке…       И эти его слова стали тем, что она так боялась услышать и до конца понять. Он… выбрал её, в то время, как она отчаянно продолжала прятаться за своими страхами и комплексами обиженной девчонки. И от всего этого хотелось заплакать в голос. У неё было ещё тысячи вопросов, однако все они померкли перед той нежностью и одновременной серьёзностью взгляда его голубых глаз. Самых красивых и… любимых… — Ты примешь меня? — вместо всех ненужных слов Мия спросила именно это, уже заранее зная ответ, мгновенно ощущая, как руки начинают трястись нервной дрожью в волнении, а дыхание едва ли останавливается.       Марк тихо кивнул, замечая, как одинокая слезинка скатывается с щеки его Мии. А сама она дрожит от собственных эмоций. И, наверное, самым правильным и нужным было просто стереть маленькую слезинку с щеки своей любимой и нежно прижаться поцелуем к её губам, которых ему всегда будет чудовищно мало. Как и её самой. Но это, кажется, самое правильное, что с ним происходило за всю эту жизнь. Быть рядом с ней, несмотря ни на что. — Я просто не смогу иначе…