Цикл рассказов "Угроза"

27 ноября 2128 года

      Мы были в полёте уже две недели. Земля, как и Солнце, давно уже скрылись в чёрной мгле, и увидеть их без специальных приборов было уже невозможно. Вместе с их исчезновением пропала и тоска, и энтузиазм — всё заменилось обычной рутиной космического перелёта через пустоту.       Таперкайт был весьма небольшим кораблём, поэтому его скачки не превышали пары световых лет. Корабль успел совершить уже пятнадцать скачков, и впереди оставалось ещё максимум два до конечной цели — колонии Ундецим, одной из очень немногих планет, оказавшихся почти сразу пригодными для жизни человека.       Я сидел в кабине управления и наблюдал за действиями штурмана. Лео Лампрехт умело и привычно выводил корабль на траекторию очередного скачка. В прошлом он был военным наёмником, но уже давно ушёл со службы, так и не заработав ожидаемого богатства. Вместо этого, он приобрёл потрясающий и опасный опыт сражений и шрам на лбу вместе с хромотой на левую ногу. Он никому не говорил своего возраста, впрочем, мы и не спрашивали, но по седым волосам и обилию морщин можно предположить, что ему было уже точно больше пятидесяти. Вот он включил микрофон и слегка хриплым, властным голосом приказал всех сесть на свои места. Несмотря на вечную хмурость на лице, он всегда казался мне добрым и надёжным человеком, авторитетом. Когда каждый из экипажа подал сигнал о том, что занял позицию для прыжка, Лео медленно нажал на рычажок пульта. Ничего не произошло.       — А ну сидеть! — рявкнул он на меня, когда я попытался вскочить с кресла, не понимая причины задержки. Тоже самое он незамедлительно повторил и в микрофон, при этом встав, вопреки собственным инструкциям. Осторожно развернувшись, он зашагал в бортовой отсек, попутно пытаясь связаться по рации с Рупертом, механиком. По-видимому, ему это не удавалось, поскольку он начал тихо ругаться себе в усы. Так он и вышел из каюты, оставив меня сидеть на своём месте и нервно думать о причине поломки.       Через несколько минут раздалась особенно громкая ругань и я, не в силах больше терпеть томительное ожидание, выскочил за дверь. В проходе я столкнулся с таким же возбуждённым Гансом, и мы поспешили в машинный отдел, откуда доносился какой-то шум.       Перед нами возникла такая картина: на полу лежал то ли мёртвый, то ли без сознания Руперт, а прямо в центре комнаты Эндрю, наш платный пассажир, пытался освободиться от захвата старика Лео и вернуть себе ионный бластер. Лео явно слабел, по полу разлилась лужа крови, а на его боку виднелось небольшое, но быстро растущее алое пятно. Ганс, не задумываясь, рванул на помощь штурману, а я достал свой бластер и нацелился на предателя.       Когда я уже хотел выстрелить, меня с отчаянным криком кто-то толкнул, и заряд моего пистолета угодил прямо в двигатель. То, что произошло дальше, я понял много позже. Корабль с громким треском рванул куда-то в сторону, по-видимому, всё-таки сделав тот злосчастный скачок, и все мы упали на пол, на короткий срок потеряв сознание.