Встать и жить дальше

      А мы, кажется, остановились на том, что Перейра направлялась в медсанчасть. В излюбленную, такую привычную медсанчасть. Каждый раз по пути к Катебу Таина вспоминала все то, что случилось: их первую встречу, их собеседования и все, что она сама переживала на протяжении этих почти трёх лет. Вот, перед ней белая высокая дверь. Слишком родная, чтобы быть просто проходом в палаты. Бразильянка, недолго думая, толкает дверь от себя и оказывается в помещении, прохладном из-за проходящего в нем проветривания. В нос ударил резкий медикаментозный запах, ставший уже почти неразличимым для девушки. Вокруг та же обстановка, что и три года назад: справа диван, впереди, стол, офисное кресло, стул, окно. Но при этом тут… Пусто. Ни души. Одна Таина стоит у входа и лицезреет печальную картину. Да, конечно, тут были другие врачи, но они являлись из подсобок довольно редко. Только при наличии пациентов. А сейчас и этих не было. Тут пустовало уже полгода. Уже полгода Катеба не было. Ни в медсанчасти, ни в отряде Rainbow. Не было вообще. Эта мысль вызвала на лице Таины лёгкую горькую улыбку. Она ведь постоянно таскается сюда, словно бы в надежде увидеть француза вновь. Но каждый раз врача не оказывалось на месте. А откуда? Разве мертвые могут восставать? Лучше бы могли… И как же это произошло?..

***

В тот день, конечно, ничего не предвещало беды. По планам у оперативников было задание по перехвату какого-то важного объекта в небоскрёбе в Корее. Со слов руководства: террористы сбрасывают сумки с неким важным, видимо, засекреченным содержимым на здание. Задачей оперативников было перехватить операцию Белых Масок и забрать груз, соответственно. На задание были выдвинуты Caveira, Bandit и Doc. Руководство посчитало, что втроём они прекрасно справятся с поручением. Казалось, не прогадали. Ранним утром оперативники были доставлены к месту действия. Им удалось без особых проблем пробраться в здание через выходы в крыше и проследить за продвижением Белых Масок по этажу. Кроме террористов почему-то никого не наблюдалось. Убили? Взяли в заложники? Это только предстояло выяснить. Оперативной группе удалось выследить продвижение противников с назначенной целью. Как удобно было проводить наблюдения с железных «проходок», подвешенных под потолком прямо над основной частью здания. Атаку пришлось задержать из-за непредвиденно большого количества террористов в здании. Оперативники насчитали порядка двадцати представителей Белых Масок. Но начинать надо было. Союзники договорились наступать к объекту, который террористы занесли в комнату, предварительно названную оперативниками «медиацентром», с разных сторон. Катеб должен был заходить с коридора, люк в который был благородно пробит ещё террористами, Брунсмайеру было приказано спрыгнуть с балок в указанном месте, к столу ресепшна, и атаковать с коридора вместе с Катебом. Перейра же должна была зайти в спину, пока союзники отвлекали охранников сумки спереди. «В спину» — имелось в виду через окошко, что было в этом самом медиацентре. Действие началось так же быстро, как союзники приняли решение о нем. Гюстав оказался под люком, Брунсмайер за столом ресепшена, Перейра ждала команды «отвлечение», притаившись на железных дорожках. Сигнал был передан уже через минуту. Таина услышала лишь несколько знакомых выстрелов с МП7 и МП5, после чего голос Доминика из рации сообщил ей примерное положение противников в помещении, их предварительное количество. Услышав информацию, Кавейра спрыгнула на основной этаж. Почти неслышно девушка подбежала к окошку и затаилась за стеной, вслушиваясь в то, что происходит по другую сторону. Там кто-то громко разговаривал по рации на неизвестном Перейре языке. Его зачастую прерывали свистящие выстрелы, перекрикивания террористов. Таина насчитала порядка пяти разных голосов. И все лишь в этом медиацентре… Быстро откинув эти мысли, бразильянка отлепилась от стены, развернулась лицом к оконному проему и, прицелившись с Luison, выглянула из-за угла, выпустив пару пуль в предполагаемую из звука цель. И не прогадала. Три выстрела, и террорист, затаившийся за столом, глухо вскрикнул, уронил рацию и припал к земле. Да, он ещё не умер, но эта участь предстоит ему очень скоро. Вряд ли кто-то переживет три пулевых в шею. Сразу после этого Таина перескочила оконный проем и перехватила в руки пистолет-пулемет. Не дожидаясь нападения на себя, Перейра первая вылезла из укрытия. Одна выпущенная пуля, и противник за столом неподалеку от нее уже мертв. После этого девушка вновь спряталась за стену. Их осталось, кажется, трое. А, нет, уже двое. Об этом Таину оповестили звук высаженной очереди из МП5, громкий вскрик противника за стеной и оповещение Катеба по рации. Теперь двое. Один за той же стеной, второй у Брунсмайера в проходе. Незаметно для всех был убит один из них. Незаметно лишь потому, что это все вошло в порядок вещей. Часть помещения за стеной от Перейры уже была занята Гюставом. Последний все ещё был у Бандита. Однако долго ждать не пришлось. Террорист решил сменить позицию, вышел из своего укрытия, где его радушно встретил перекрестный огонь из МП5 и М12. Последний находящийся в комнате противник был ликвидирован. Союзники быстро собрались вместе, обговаривая последующий план действий не только между собой, но и с куратором операции — кореянкой Грейс Нам, что великодушно помогала оперативникам по голосовой связи. Взлом камер уже был произведен, так что узнать обстановку в здании можно было без проблем. Этим и занималась Нам на другом конце провода. — Их минимум двадцать в здании, но не больше тридцати. — поступила короткая информация от Грейс, — Выходить самостоятельно не вариант. Мы вышлем подкрепление, а вам советую пока просто отбиваться. Конечно, это никого не обрадовало. Минимум двадцать… А может быть и все тридцать. Однако оперативники были уверены в том, что Нам посчитала правильно, и крайне надеялись на то, чтобы террористов было около двадцати. Союзники быстро договорились о том, как будут держать оборону. План был следующим: Брунсмайер караулил соседнюю с медиацентром комнату, Перейра сторожила коридор, Катеб оставался у сумки и отстреливал тех, кто смог пройти мимо остальных. Оперативники разбежались по позициям, принимаясь выжидать дальнейшего нападения. Хотя, чего ждать, Нам уже отрапортовала им о том, что пятеро террористов уже поднимаются на их этаж с двух лестниц. Приняв и эту информацию, Таина прислонилась спиной к углу, выслушивая шаги за стенами. Уже через пару секунд в дверном проёме перед ней показался один из противников. С ним девушка расправилась без проблем, лишь двумя выстрелами с пистолета. Всего один? Странно, а где ещё четверо? Ну, или минимум двое. Услышав где-то неподалеку знакомые звуки выстрелов, Перейра сама нашла для себя ответ. Сразу же после этого по рации отрапортовали о нейтрализации троих. Двоих уложил Брунсмайер, ещё одного Гюстав. Значит, последний где-то у Таины. Девушка вновь затаилась. Шаги, тиканье… Это, что, тот самый парень с бомбами под белым комбинезоном?! Нет, так не пойдет. Кавейра зажала кнопочку на рации одной рукой. — Требую помощи Бандита в коридоре. На мне смертник. — быстро выпалила бразильянка, тут же сдавая назад по длинному синему коридору. Конечно, она бы справилась сама. Но почему-то показалось, что надо подстраховаться. Через мгновение в широком дверном проёме показался тот самый подрывник. Кажется, он сразу же заметил Перейру в нескольких метрах от себя, и очередь из его автомата в сторону девушки лишь утвердила это предположение. В ответ Таина успела высадить порядка десяти пуль с ПП. Нет, тут она скорее всего действительно бессильна. Где же Доминик? Ещё несколько секунд перестрелки протянулись вечностью. После этого бразильянка вновь стала пятиться назад. Ну как вновь. Она и не останавливалась. Ещё пара метров, и ходячая смерть сама настигнет ее врасплох. Перезарядиться не было времени. Ну все, тут она явно синяками не отделается. Один момент, девушка заскакивает в шахту лифта, на саму лифтовую кабину, застрявшую там. Лишь несколько метров… Выстрелы Смертник упал прямо в метре от Кавейры. — А ещё подольше нельзя было идти?! — нервозно огрызнулась девушка в рацию. Она выпрыгнула обратно в коридор и посмотрела на Брунсмайера, стоявшего в другом его конце. Очевидно, немец оббежал все их действо через медиацентр. — Всегда пожалуйста. — так же в рацию ответил Доминик. Конечно, они прекрасно услышали бы друг друга и так, но зачем тогда придумали прекрасное чудо военной техники? После этого Бандит скрылся в помещении медиацентра. Кавейра вновь осталась в коридоре одна. Рукой, не занятой пистолетом-пулеметом, девушка прикрывала запястье, по которому по касательной успели пробежаться пули. Не сильно, но стоило бы перевязать. С этой мыслью Таина отправилась в медиацентр, где подскочила к Доку. Тот в ответ лишь молча достал стимулятор. — А просто перевязать можешь? — поинтересовалась Перейра, косясь на то, как Гюстав вставляет в пистолет очередную «колбочку». — Так будет лучше. — коротко ответил француз, приставляя стимулятор к руке девушки. Тихий «звук оздоровления», секундное потемнение в глазах, глубокий вдох. Действительно стало легче. — Спасибо. — поблагодарила бразильянка, тут же вскакивая с места. Взгляд ее на секунду застыл на напарнике, убирающем стимулятор на свое место. — Береги себя. — как-то слишком сухо кинула девушка напоследок, уже убегая. Она не услышала ответа француза. Да и не нужно. Ещё через пару минут Грейс снова отчеканила в наушники оперативников о группе террористов, атакующей с лестниц. Эта «волна» была отбита быстрее, чем предыдущая. За ней последовал ещё один наплыв противников. С ним почему-то возникли проблемы. На этот раз Белых Масок было намного больше, чем до этого. Человек десять, не меньше. Атаковали со всех щелей, умудрились забраться с шахты лифта, со стороны «ресторана», даже с железных перегородок, посредством которых наши оперативники оказались здесь. Перестрелки длились бесконечностями. Нескончаемые очереди пуль свистели в воздухе коридора, медиацентра и комнаты рядом с медиацентром. Казалось бы, их всего десять. Но почему-то по ощущениям их было не меньше двадцати. Хотя, кто знал… У Грейс не было уже пары камер, чтобы точно давать информацию, так что противников могло быть и больше. Оперативники справлялись, как могли. Но их зажимали отовсюду. Трое были у Бандита, двое у Таины, ещё один или два рядом с Катебом. Последних должен был устранить ещё Брунсмайер, но у него были немного другие дела. Перейра расправилась со своими двумя и уже направлялась в обход тем, кто нападал на Катеба. Доминик в свою очередь сообщил, что справится сам. Причин не верить ему не было. — Док, доложите конкретную обстановку вокруг. — потребовала девушка в рацию. Она затаилась за высокими белыми перегородками, выжидая ответа. — Двое за стеной, один у окна. Предположительно есть ещё один неподалеку, в этом же кори… Взрыв Крик Всего секунда на осознание произошедшего в голове Таины. Девушка немедля выскочила из-за угла, отстреляла человека, стоящего у окна. Недолго думая, бразильянка показалась из-за второго угла. Как и сказал Катеб, там было двое. Но теперь перед ними в синей стенке зияла дыра. Ее явно не было, когда Гюстав говорил. Иначе бы не говорил так спокойно. Перейра обменялась парой пуль с одним из террористов, после чего вновь спряталась, меняя пистолет на М12. Однако эта смена была напрасна. Уже через пару секунд девушка услышала знакомый свист пуль, выпущенных их МП7. Брунсмайер не подвёл. И со своими расправился, и с этими. — Противников больше не вижу. — все так же монотонно продолжала Грейс. — Что у вас там произошло? Ответа от бразильянки ей почему-то не последовало. Вместо слов Перейра сорвалась с места и залетела в брешь в стене медиацентра. Наихудшие предположения девушки оправдались. На полу комнаты лежал Гюстав. Ещё не мертвый, но и не особо живой. Очевидно, его задело взрывом, и как ни странно, даже бронежилет не спас. Осколки находящихся рядом предметов и сама взрывная волна оказались хитрее всего этого. Перейра подскочила к напарнику, опускаясь на колени перед ним. Руки ее дрожали, а голос не поддавался, чтобы сказать хоть что-нибудь вразумительное. Он… Он не умрет! И Таина верила в это. С этой самой верой она стала нашаривать в кобурах француза заветный стимулятор, но… Его нигде не было. Неужели, выпал? Но где? Ах, вот. Рядом лежит тот самый пистолетик, но… Сломанный. Кажется, по нему выпустили пару пуль. Ладони Перейры продолжали искать что-то, способное помочь Катебу. Но что может помочь, если жизненно важные кровеносные сосуды на шее уже задеты осколками, а удар об ближайшую стену пришелся настолько сильным, что сильно повредил не до конца защищённую руку врача, о чем свидетельствовала сильная потёртость на синей грубоватой ткани рукава?.. Повисла тишина. Ни Катеб, ни Перейра, ни Брунсмайер, стоявший за спиной бразильянки, не говорили ни слова. Ведь, что они могли сказать или сделать? Таина лишь держала руку на груди Гюстава, закрытой бронежилетом. Все ещё дышит. Но… Это ненадолго. — Да что вы молчите?! Можете мне внятно объяснить, что у вас там происходит?! — вновь послышался раздраженный голос Нам в наушниках. Перейра на это даже не дрогнула, а вот Брунсмайер отошёл в коридор, начав бесцветно объяснять произошедшее. От Нам поступила информация о том, что подкрепление уже прибыло и сейчас будет рядом с оперативниками. Но было уже поздно… Группа Белых Масок ликвидирована, Катеба уже не спасти… А что от них ещё может быть нужно? Секунда, вторая, третья… Перейра перестала чувствовать тяжёлое дыхание Гюстава. Грудь его больше не вздымалась при вдохе. Потому что вдохов больше не было. И все? Вот так уходят люди? Без слов, криков, драмы, истерик, предсмертных шуток?.. Или же так вышло лишь в этом случае? Может, это просто особая смерть, которая должна была пройти тихо и незаметно?.. Казалось, она ускользнула меж пальцев словно песок бескрайней пустыни. Так же быстро, так же неуловимо. Наверное, Перейра просто слишком хорошо отпускала. Умер? Тихо смирились с этим. Просто… Забыли. Так же было с Николасом. Она просто забыла. Закопала это глубоко в своей памяти, стараясь не ворошить прах прошлого. И сейчас тоже было как-то… Спокойно? Словно так и должно было произойти. А хотя, Таине просто казалось. Поднявшись на ноги, бразильянка сделала шаг назад от еще теплого трупа. Спиной Перейра ткнулась в Брунсмайера, который вновь стоял позади. На ее месте любой другой человек скорее всего просто бы принял плечо рядом находящегося в качестве подушки для слез. Но с Таиной так не работало. — Они уже на подходе? — безразлично поинтересовалась девушка, косясь на Катеба. — Будут через пару секунд. — в этот же момент где-то вдалеке действительно послышались знакомые голоса и шаги. — Знаешь… Мне действительно жаль… — Nevermind. — прервала немца Таина. Она вышла в длинный коридор через брешь в стене. Впереди показались три фигуры в военных обмундированиях, в которых девушка узнала Пишон, Фламана и Коэн. Союзники обменялись короткими жестикулярными приветствиями. — Вы опоздали. — сухо примерила Таина, когда группа новоприбывших подошла на достаточно близкое к ней расстояние. — Мы в курсе. — тут же ответила Элиза. — Нам бы лишь сумку забрать, Катеба, да и вас, героев. — говорила она так, словно бы в смерти Дока не было ничего особенного. Хотя все знали, что это лишь рабочая маска. В момент, когда Коэн произносила имя погибшего, ее губы странно дрогнули, что заметно выдало оперативницу. — В медиацентре. — бразильянка кивнула на дыру, проделанную Белыми Масками. Кинув последний взгляд на напарников, она отошла в сторону. Эммануэль и Элиза проследовали к бреши, где завязали разговор с Домиником. К Таине подошёл Фламан. На нем не было привычного жёлтого комбинезона. Обычная синяя форма отряда GIGN, которую носили Rook, Montagne, Twitch и Doc. Не говоря ни слова, врач перехватил раненое запястье Перейры, начиная рассматривать его. А что поделать, работа такая? На это Таина лишь одернула руку к себе. — Я не нуждаюсь в помощи. — выпалила она, прикрывая раны ладонью. — Таин, не время обижаться и строить из себя высокомерную даму. Займёшься этим на базе, а сейчас перестань вести себя как малолетний ребенок и дай мне перевязать ранения. — Лион протянул руку, требуя, чтобы Кавейра в ответ протянула свою. Пренебрежительно поежившись, бразильянка все же позволила Оливье залатать себя. Уже позже в тот же день оперативников подберут с небоскреба на вертолете, отвезут обратно на базу, дадут возможность отдохнуть. И лишь уже позже, в вечер того дня, Перейра, лёжа на кровати в комнате, осознает, что произошло. Лишь тогда ей снизойдёт понимание случившегося. Лишь тогда она сможет дать себе расплакаться в подушку, невзирая на то, что помимо нее в помещении находилась Пишон. На утро Эммануэль как бы невзначай ещё припомнит это Перейре, но лишь из лучших побуждений.

***

Воспоминания об этом дне навсегда отложились в памяти Таины. Как бы она не старалась забыть, каждый раз, видя перед собой обстановку медсанчасти, тот самый день вновь объявлялся в памяти. Врезался в нее с бешеной скоростью, не давая Перейре заново осознать то, что она тут забыла. Хотя зачастую девушка приходила туда просто так. Без сущей на то причины. Первые две недели, проведенные без Катеба, Таина даже близко не подходила в палатам, но потом… С одного дня она стала таскаться туда каждые двадцать четыре часа. А то и чаще. Каждый раз, оказываясь в медсанчасти, Перейра словно бы заставляла себя вспоминать последние три года. Их первое собеседование в мельчайших подробностях, тот день с операцией со всеми ее диалогами и деталями. Почему это так сильно врезалось в ее память? Девушка сама не могла дать ответа на этот вопрос. Не могла объяснить, почему неосознанно оказывается на диване медсанчасти, почему вспоминает все это так ярко и живо, почему при этом не вытирает слез, застывающих на щеках. Все это было выше ее понимания. И даже сейчас, вновь прислонившись щекой к подлокотнику дивана, Перейра не могла объяснить, в какой момент легла сюда. Наверное, это навсегда останется для девушки загадкой. Как и останется загадкой то, почему после смерти Катеба в ее жизни словно бы не убыло. Казалось, он был для нее всем. А когда его не стало, у Таины мало что поменялось. Разве что, стало больше свободного времени. Намного больше. И большее количество этого времени бразильянка проводила либо здесь, в медсанчасти, либо в комнате, записывая что-то в дневник, который завела ещё полгода назад, хотя Гюстав советовал ей сделать это гораздо раньше, ведь «когда-нибудь меня не станет, и кому ты будешь рассказывать обо всем?». Действительно, рассказывать было некому. Перейра до сих пор не подпускала других оперативников слишком близко, как сделала с Гюставом. Но дружбу водила со многими. Одной из «счастливиц», попавших в круг общения Таины, была Эммануэль Пишон. Хотя, это случилось скорее из-за того, что они обитали в одной комнате. Но Таина частенько болталась с ней непонятно из-за чего. То ли из-за общения, то ли из-за одиночества, то ли из-за ее французского акцента, так напоминающего о Катебе… Кто знал… И все же Таина осознавала, кого потеряла. И да, она скорбила по этому поводу. Но что она могла сделать? Ничего. Мертвые не оживают от слез. Они вообще не оживают. И кого бы мы не теряли, с этим можно только смириться. Принять как должное. Как сделала Перейра. Просто поднялась с нагретого дивана, вытерла мокрое от слез лицо и ушла. Да, это уже стало привычным, жизненно необходимым ритуалом. Да, она не могла забыть человека, спасавшего ее от самых удручающих состояний, спасавшего ее от самой себя. Единственное, что она могла сделать — встать и жить дальше. Постоянно помнить и жить той жизнью, которую сотворил для нее Катеб. Да, он буквально выстроил ее мировоззрение заново. Заставил ее радоваться, улыбаться, ценить каждый момент, даже если рядом нет кого-то крайне важного. Она не хотела так жить, сторонилась всего этого, но Катеб почему-то оказался сильнее. И, как ни странно, Перейра осталась ему за это благодарна.

Ты вряд ли когда-нибудь вновь окажешься рядом со мной, Вряд ли протянешь мне руку помощи в сложный момент, Но моя память о тебе всегда будет жить. Всегда будет жить твой образ в моей голове. И я навечно останусь благодарной тебе

.