money

      — Тэен, — Сычен опускает голову на плечо друга, пока они едут в такси. — Мы с Сюйси переспали.       — Да я знаю, — усмехается старший.       — Засосы увидел, да? Он специально их поставил, чтобы ты увидел, — фыркает Сычен, думая об этом.       — Я слышал вас. Я заходил внутрь, чтобы предъявить тебе претензии, что ты уж слишком долго, но прекрасно понял почему. Ну, что я могу сказать, — Тэен вздыхает, прежде чем продолжить. — Я бы попросил тебя о прощальном сексе, но как-то и самому не хочется, зная, что ты тут некоторое время назад с другим спал, — снова усмешка. — И что теперь между вами будет?       — Понятия не имею, если честно.

///

      — Это так приятно, — первое, что слышит Сычен по утру, когда лежит с Сюйси в одной кровати.       — Что? — спрашивает он, ибо откровенно не понимает о чем младший говорит, да к чему оно вообще сейчас.       — Просыпаться рядом с кем-то. С одним и тем же человеком, — мягко улыбается Сюйси, и Сычен не знает, что ему ответить на такое.       Он молча поднимается с кровати, чтобы пойти умыться и начать готовить завтрак.       — Сычен, — но Сюйси не дает ему выйти из комнаты, — ты правда ко мне ничего не чувствуешь?       Он поворачивается на бок, подперев лицо рукой, и внимательно смотрит на старшего.       — Не задавай мне таких вопросов.       — Почему?       — Зачем оно тебе вообще?       — Я тут, вроде как, признал себе, что ты мне нравишься. Что мне нравится не только секс с тобой. Хотелось бы, чтобы это было взаимно.       — Мне трудно говорить о таком, Сюйси, — честно говорит Сычен, вздыхая. — С одной стороны, ни один человек не вызывал во мне столько, сколько вызываешь ты. Это так. Но, с другой… Правда в том, что я вначале подружился с твоим членом, нежели с тобой. Мы проводим с тобой время только в кровати. Мы даже почти не разговариваем, мы только трахаемся. И что ты подразумеваешь под тем, что тебе нравится не только секс со мной? Еще и просыпаться рядом? Впускать меня в свою квартиру? Давать знать о себе больше, чем ты позволял то другим? Я влюблен в секс с тобой. Я очень влюблен в секс с тобой, в то, что я делю с тобой эту кровать, в твое тело, в то, как ты целуешь меня. Я будто зависим от тебя физически, я моментом схожу с ума, когда ты дотрагиваешься до меня, когда ты целуешь меня, — Сычен садится на корточки перед кроватью, лицом напротив лица Сюйси, смотрит на парня так же внимательно. — Но вот твой характер… Мы бы не подружились, если бы не трахались. Признай это. И поцелуй меня, пока я не ушел в ванную.       — Да что тебе не нравится в моем характере? Я классный, — фыркает Сюйси.       — Вот именно это и не нравится. Ты самовлюбленный. Ты не можешь любить кого-то больше, чем себя. И свои чувства ко мне ты тоже преувеличиваешь. Ты просто привязался ко мне из-за того, что я был с тобой постоянно. Что я не стал «на один раз», как то было у тебя обычно. Так что давай закроем эту тему? Я вообще, может, жену и детей хочу в будущем, делать мне сейчас нечего, как думать о том, влюблен я в какого-то высокомерного засранца или же нет. Так ты поцелуешь меня?       — В ванной поцелую, — говорит Сюйси, поднимаясь. — Я хочу помыться вместе с тобой.

///

      Да, Сычен определенно влюблен в секс с Сюйси. Потому что в животе будто бабочки, сводит что-то, в узлы скручивает, когда Сюйси дотрагивается до его члена, да ведет по нему своей прекрасной ладонью. С другими Сычен такого никогда не чувствовал. Никогда, честное слово. Сюйси для Сычена невероятно желанный.       Это не ощущается как просто секс, как просто физический контакт. Прикосновения Сюйси обжигают, кружат голову, вызывают настоящие спазмы в животе. К нему, к его телу, к его губам хочется тянуться и не отлипать, никогда. Целовать снова и снова, держать за ладонь, не отпуская ее ни на секунду. Ощущать его прикосновения кажется чем-то необходимым.       То, как он шепчет на ухо «малыш», вводя в Сычена свои охуительные пальцы — что-то крышесносное. То, как он льнет губами, как ведет языком по шее — Сычен просто не может это не любить.

///

      — Зачем ты готовишь, если ты не умеешь готовить?       Но вот только разговаривать Сычену с Сюйси тяжело. Он правда раздражает каждый раз, как открывает свой рот.       — Не нравится, не ешь.       — Не, я съем, не зря же ты тут старался, но ты знай, что это невкусно, — говорит Сюйси, уплетая завтрак.       — А сам, что ли, лучше приготовишь?       — Конечно.       — Серьезно? — смотрит на него Сычен с недоверием.       — Да, я вкусно готовлю. И знаешь, почему я такой самовлюбленный? Потому что я знаю, что во многом хорош. А тебе не нравлюсь, потому что ты этого еще не понял. Ты думаешь, что я хорош только в сексе. Так вот, это не так. Поужинаем вместе? Я покажу тебе себя с новой стороны.       — Ладно, — спокойно соглашается Сычен. Причин отказывать младшему нет.

///

      — Я должен признать, что это правда очень вкусно, — с восторгом говорит старший, когда они вечером сидят на этой же кухне. — Ты правда это все сам приготовил?       — Конечно. А еще ты не заметил, какая у меня квартира всегда чистая, когда ты приходишь? Я получше многих жен буду в плане хозяйства. Еще не надумываешь взять меня в мужья?       — Еще чего, — фыркает старший. — К слову, расскажешь, как у тебя отношения с отцом, после того, как он узнал правду? — интересуется Сычен, раз зашла тема.       Тем более, они же тут решили провести нормальный вечер. Поужинать, поговорить. А не так, как обычно.       — Все случилось, как я того и ожидал. Знать меня больше не желает, — спокойно говорит младший.       — Серьезно? Я не верю, что он мог так просто отречься от тебя, узнав, что ты гей. Разве это так ужасно, чтобы отворачиваться от своего сына?       — Для него это ужасно. Ну, он не так просто отрекся. Он дал мне две недели на то, чтобы я освободил квартиру.       — Квартиру? Причем тут квартира?       — Он платит за эту квартиру. Машина, на которой я езжу, тоже его. Он забрал ее, забирает квартиру, не будет больше платить за учебу. Он решил лишить меня своих денег и всякой связи с собой, решив, что так мои мозги встанут на место. Ну и черт с ним, — фыркает Сюйси. — У меня есть накопления с тех денег, которые я сам заработал, так что уже подыскиваю себе другой вариант. Благо, работаю я не на него. Хотя мне кажется, что он обязательно еще примет участие в том, чтобы поднасолить мне в работе, да лишить меня и ее тоже. Только ошибается, думая, что я не прорвусь дальше и не найду что-либо другое.       — Что-либо другое — это что? Что ты вообще планируешь делать дальше в своей жизни? Я имею в виду… модельный бизнес… это не то, на чем ты сможешь продержаться долго. Разве нет?       — Да хоть в телевидение дальше пойду. Я уже зарекомендовал себя в определенном кругу, я не переживаю на этот счет. Я уверен, что прорвусь. А ты? Что ты собираешься делать?       — Я не знаю, — честно отвечает Сычен.       — Не знаешь? У тебя заканчиваются курсы уже через месяц, у тебя совсем нет планов на будущее?       — Для начала в любом случае вернусь домой, — спокойно говорит Сычен, пока Сюйси смотрит внимательно, а затем палочки откладывает в сторону, напрягаясь. — Там буду думать. Раньше я был уверен, что мне не достаточно будет года изучения языка, чтобы работать с ним, но сейчас… За счет большой языковой практики, я думаю, я смогу. Я не уверен, но я планирую поискать вначале работу в Китае и там посмотреть, как пойдет. Если окажется, что нет, мой уровень языка недостаточен для работы с корейским, то вернусь. Я точно не буду поступать сюда в университет или дальше на курсы — это трата времени. Мне нужно уже работать и зарабатывать, а не висеть на шее у родителей. Так что если я вернусь, то буду искать работу тут. Хоть постоянную, хоть подработку, да параллельно подтягивать язык для чего-то более перспективного. Примерно так. Но там уже посмотрим, как пойдет.       — Почему ты не говорил раньше, что собираешься вернуться? — серьезно спрашивает младший.       — Разве это не было очевидным? Это ты здесь уже давно пристроился с работой, с родителями. Мне, как минимум, нужна виза для проживания здесь. Моя учебная виза закончится. И мне нужна будет работа, если я хочу остаться, которую сейчас я даже не ищу.       — Да ну и хрен с тобой, — цокает Сюйси. — Вернешься в Китай, приеду к тебе. Меня тут все равно ничего не держит.       — Ну-ну, — цокает Сычен в ответ таким фразочкам.       — Не веришь мне? — бровью ведет, в своей привычной самоуверенной манере. Сычен вздыхает, прежде чем ответить.       — Не то, чтобы я тебе не верю… Я понимаю, что ты можешь это позволить себе, понимаю, что от скуки и недотраха ко мне можешь рискнуть. Но только звучит это слишком громко. Кто я тебе такой, что бы ты говорил мне такое? Я более, чем уверен, что я уеду, и ты вполне себе быстро с этим смиришься, когда столкнешься с осознанием, что мы в двух разных странах. И пока я буду в Китае, ты уже скорее найдешь себе кого-нибудь, кто понравится тебе так же сильно и в сексуальном плане и будет тебе приятен характером, так что, — договорить Сычену не дают.       — Ты меня бесишь, — цокает Сюйси, поднимаясь из-за стола.       — Вот именно, — ровно говорит Сычен, неотрывно наблюдая за младшим, не понимая, что он собирается делать, но говорить продолжает. — Что не диалог, так мы бесим друг друга.       Сюйси двигает стул к Сычену, усаживаясь напротив него, и внимательно смотрит в чужие глаза, начиная говорить тоном крайне суровым.       — Меня бесит то, как ты спокойно принимаешь факт того, что мы можем взять и разойтись, словно между нами ничего не было и нет. Знаешь, что? Меня никогда в жизни так ничего не задевало, как то, как быстро ты на меня забил. Как ты, правда, просто взял и ушел, а когда я поборол себя, когда сказал, что ты мне нравишься, ты даже глазом не моргнул — просто взял и разорвал все.       — Просто потому что это задело твое самолюбие, — фыркает Сычен, так же нагло перебивая старшего, как и он его.       — Заткнись, — Сюйси злится, только выражает это по-своему специфично.       Тут же хватает Сычена за футболку, резко притягивая к себе, и сам ближе двигается - впивается в губы поцелуем. Одну руку устраивает на чужом колене, поглаживая, а второй забирается под футболку, совсем слегка задирая ее, позволяя себе просунуть под нее руку. Он нежно ведет пальцами по талии Сычена наискосок вверх, к его позвонкам. Сычен дергается.       — Ты даже не замечал, насколько хорошо я знаю твое тело, — Сюйси ухмыляется. — Я знаю каждую твою эрогенную зону, знаю, после каких действий у тебя полезет выдох, знаю, после каких полезет стон. И ты бы видел себя, Сычен, — Сюйси жадно облизывает свои губы, приближаясь к чужому лицу, наслаждаясь картиной того, как взгляд старшего обмякает, как он приоткрывает рот. Сюйси руку из-под футболки так и не убирает, поглаживает талию, а вторую руку устраивает на шее парня. — У тебя бы не билось так бешено сердце, если бы ты ничего не чувствовал ко мне. Никто не смотрит так на того, с кем просто хорошо трахается. Я тебе нравлюсь, Сычен. Ты буквально таешь подо мной. Вот именно, ты зависим от меня физически. Но нельзя быть зависимым от человека, хоть только физически, но при этом говорить, что он тебе не нравится. Это взаимосвязанные вещи. И я свои чувства к тебе не преувеличиваю. Ты мне нравишься, Сычен. Очень сильно. И ты чувствуешь ко мне тоже самое. Но почему ты боишься признать это?       — Потому что мне тяжело сказать, что мне нравится человек, когда я не вижу себя с ним в чем-либо другом, помимо секса.       — Глупо, — фыркает Сюйси, рукой начиная тянуться к пуговице на чужих джинсах, расправляясь с ней. — Знаешь, не клеятся у нас диалоги, и хрен с ним. Лично мне более, чем достаточно того, что я хочу видеть тебя рядом, ласкать, целовать и трахать. Только, блять, тебя. Да плевать, что ничего я о тебе не знаю. Какая вообще разница, если меня так сильно к тебе тянет? Какая разница, если мне с тобой хорошо? Ты занимаешь слишком много места в моей голове уже этим и этого достаточно. Если же я не занимаю в твоей голове столько места, сколько ты в моей, то я исправлю это, — ухмыляется Сюйси, в трусы лезет, начиная наглаживать чужой член. — Я добьюсь того, что когда ты вернешься в Китай, ты будешь дрочить каждую ночь, вспоминая обо мне, думая, как тебе не хватает моих рук, моих пальцев, моего члена. Что ты будешь каждое утро, как и я весь месяц без тебя, просыпаться, скучать по мне, пытаться забить на это все, но с каждым днем только больше будешь осознавать, что пусть это и был просто секс, значило оно все для тебя гораздо больше. Потому что ни с кем так хорошо больше не было. А я знаю точно, что тебе ни с кем так хорошо не было, как со мной.       — Прости, милый, — Сычен ухмыляется парню прямо в губы. — Но я уже прошел через это. Это было отвратительно. Я не хочу повторения.       Сычен рукой тянется к чужой ширинке, а губами хочет прильнуть к чужим, но Сюйси не дает это сделать, чуть отстраняется и продолжает разговор.       — Чего? — спрашивает он с желанием узнать подробнее.       — После нашего первого секса, — кратко объясняет Сычен и дергает за края джинсов, намекая парню, что тому стоило бы подняться, дабы старший от них избавился.       — Так вот, чего ты так ко мне в гримерную влетел тогда, — Сюйси улыбается с нотками самодовольства и приподнимается, позволяя старшему избавиться от его одежды, а следом и белья. — Еще скажи, что я тебя таким плохим мальчиком и сделал, — Сюйси ведет пальцами по чужому торсу, поглаживает, пока Сычен начинает избавляться от своей одежды.       — А разве я плохой мальчик? — удивленно, но с долей насмешки, спрашивает Сычен, откидывая свою одежду на пол, а далее усаживаясь на парня сверху и тянется к краям чужой футболки, которая все еще на нем.       — Очень плохой, раз хочешь, чтобы я снова так мучился, а сам не собираешься.       — А ты не мучайся, — бросает Сычен и льнет губами к чужим, захватывая в страстный поцелуй.       Сюйси тянуть долго не собирается. Он подхватывает парня за бедра, заставляя его приподняться и обхватывает свой член, тут же подставляя к проходу. Он резко входит, толкаясь бедрами, что заставляет Сычена отстраниться от чужих губ и уложить голову на плече младшего с протяжным стоном. Приходится чуть прогнуться вперед, наваливаясь на парня, иначе положение крайне неудобное. Он пытается подстроиться под чужой темп, но Сюйси толкается так резко, насколько ему то позволяет положение, грубо дергает парня за бедра, словно насаживает Сычена на свой член, и старший крепко сжимает чужие плечи в ответ на это, впиваясь в них ногтями.       — А нежнее нельзя? — почти шипит он.       — Нет, — наотрез говорит младший и тоже впивается в чужие ягодицы мертвой хваткой. — Тебя вообще следует наказать за то, что ужин нам испортил.       — Ты же сам все опять к сексу свел.       — Потому что с тобой не получается иначе, — фыркает он. — Ничего, Сычен, — Сюйси хватает старшего за подбородок. Он останавливается, и Сычен сам начинает размеренно двигаться на члене, пока брюнет заставляет его посмотреть на себя. — Если я тебя сделал таким плохим мальчиком, я же тебя и исправлю, — и ухмыляется, глядя в чужие глаза.       — Удачи, — спокойно говорит Сычен и к чужой шее губами льнет. — Посмотрим, насколько оно тебе же и надо будет в будущем.